Как человек, впервые переживающий этот ясный свет, узнает его? Как он объяснит это себе, ведь это — переживание недвойственной осознанности вне отношений субъект-объект? Интересно, будет ли такой человек десятилетиями пытаться понять это странное воспоминание о свете знания [knowing light]? Сможет ли он найти ответ?
Много лет спустя, я прочёл книгу «Быть никем» немецкого философа Томаса Метцингера, и был удивлён обнаружить, что он выдвигает аналогичный тезис[54]. Он спрашивает: «Как вы можете внятно сообщить об обезличенном [selfless] состоянии сознания от самих себя, — автобиографическая память? Как вообще этот эпизод может являться элементом вашей собственной мыслительной жизни? Такие сообщения порождают исполнительное само-противоречие…»[55]
Хотя я, быть может, иду сейчас по тонкому льду и не притязаю на то, чтобы быть философом или апологетом буддизма, я думаю, что мой опыт может дать ответ или, по крайней мере, полезный отзыв.
Во-первых, повторяю, я не ожидал и не предвкушал такого состояния, как ясный свет. Я просто достиг такого момента, когда глубоко почувствовал, что за осознанным сновидением должно быть нечто. Когда я осознанно выразил вопрос или намерение, нечто откликнулось. Когда я осознанно искал неизвестную или в принципе неузнаваемую информацию, был отклик.
За мышлением символами, за представлениями, идеями и ожиданиями моего бодрствующего ума, — где-то должна существовать фундаментальная реальность, которая зажигает или порождает явления, — предположил я.
Во-вторых, в моём отчёте об обезличенном переживании, сказано о появлении многочисленных «платформ переживания» (т. е. ясный свет, серое состояние, осознанное сновидение и чувство точки входа в обычные сновидения). Перед этим я спросил у фигуры из сновидения серого состояния, которая мне показала, как входить в осознанное сновидение, после того как сообщила мне, что переживание осознанности не является осознанным сновидением. Итак, по пробуждении, у меня было определённое свидетельство, чтобы понять, что переживания ясного света не было. Это было ни осознанное сновидение, ни сновидение, ни то относительно пустое серое состояние, где иногда оказываются осознанные сновидцы.
В-третьих, я начал думать, что быть может, чтобы это пережить, первое лицо, возможно, должно потом получить этому объяснение через другую осознанность. Что если бы я задал другой вопрос тому персонажу из сновидения серого состояния, например, «Что это было?» вместо «Это было осознанное сновидение?» Вероятно, я получил бы внятный ответ. Интересно, возможно, чтобы это пережить, первое лицо (и другие) именно так приходит к пониманию переживания. Я полагаю, что да.
Как бы то ни было, это вряд ли удовлетворительно ответит на основной вопрос Метцингера: «Как вы можете внятно сообщить об обезличенном состоянии сознания от самих себя, — автобиографическая память? Как вообще этот эпизод может являться элементом вашей собственной мыслительной жизни?»
Итак, в-четвёртых, я чувствую, что ответ можно получить в моём сновидении об эмоциональном тоне (описанном в Главе 6). В том осознанном сновидении мы видим, что осознанность явно имеет возможность находиться вне структуры бодрствующего «я». В том сновидении я переживал бодрствующее «я» как эмоциональный тон. Когда эмоциональный тон расширился, выразил и стал моим чувством себя, то осознанность отошла в сторону. Осознанность нашла убежище в некой большей осознанности, пока на закончился эмоциональный тон, после чего моё «я» и осознанность воссоединились. Этим я хочу сказать, что осознанность может отходить от себя, а затем воссоединяться с собой, и именно так вы можете внятно сообщить об обезличенном состоянии сознания. Это переживает не «я»; это переживает осознанность «я». После воссоединения «я» и осознанности, «я» обладает знанием осознанности. Это движение говорит о том, что сознание «я» существует как качество, исходящее от осознанности, но не является осознанностью.
Однажды, размышляя о том, как это объяснить, я интуитивно представил себе следующую мысленную игру:
Посмотрите на себя оком своего ума. Теперь полностью уберите всё своё: дом, машину, счёт в банке, одежды, блюда. Уберите всё, чем вы владеете. Теперь уберите все ваши эмоции, все ваши чувства, всё, что вам нравиться и не нравиться; уберите всё это. Теперь уберите все ваши отношения с людьми, — прошлые, настоящие и будущие, — уберите их прочь. Теперь все ваши идеи, ваши концепции, ваши представления, — пусть они уйдут; уберите их прочь и выбросьте их. Теперь ваша память и история также должны быть выброшены. Наконец уберите все последние остатки представления о себе.
По мере того как вы убираете каждый слой, нечто остаётся, потому что нечто предшествует вашему имуществу и вашим эмоциям; нечто предшествует ваши отношениям с людьми и вашей памяти; нечто предшествует вашему чувству себя. Когда вы уберёте их всех прочь, останется одна последняя вещь — Осознанность.
В общем, мне кажется, что мы покрываем осознанность слоями представлений о себе. Затем мы считаем, что осознанность является результатом или существует благодаря покрову из представлений о себе! Осознанность оживляет представления о себе, а не представления о себе создают осознанность.
Когда осознанность выплывает из ясного света, тогда она может соединить или включить это переживание в моё бодрствующее «я» и позволить «я» предъявить права на это переживание, хотя по всей видимости именно моя осознанность переживала его [т. е. ясный свет], а не моё бодрствующее «я». В значительной мере, замешательство моего бодрствующего «я» было вызвано недоумением относительно природы реальности и обретением глубокой уверенности в том, что за проявленной реальностью бодрствования и сновидения существует некая последняя реальность. Переживание чистой осознанности просто случается. Оно не случается в результате применения какой- либо техники или приёма моего бодрствующего «я».
Переживание света оставило во мне глубокие чувства относительно взаимосвязанности всех осознанностей и того, что лежит за феноменальной реальностью. Иногда оно всплывает на поверхность, и я переживаю в бодрствующей реальности чувство взаимосвязанности. Большая часть оставшегося материала этой книги содержит мои прямые и косвенные указания на существование глубокой взаимосвязанности и того, как осознанное сновидение действует в качестве платформы, с которой можно брать свидетельства этой взаимосвязанности.