Поправиться немедленно, то есть отключить капельницу и побыстрее заняться делами, Андрею не дала Сьюзен. Она, как врач, настояла, чтобы её начальник пролежал под наблюдением хотя бы до вечера. Андрей попытался возражать, но подруга была непреклонна. В конце концов даже Мак уговорил Андрея подождать.

Конец сентября выдался довольно теплым, Андрей за много лет привык к мягкому климату и потому ему казалось нелепым напяливать на себя толстовку, но, как объяснил кремний-редкоземельный гений, это был самый практичный способ скрыть броню из метаматериала у себя под одеждой. Было бы странно, если бы Андрей появился на людях в отливающем металлом серебристом трико. Сьюзен и Ира тоже были вынуждены одеться так, чтобы видны были только головы и руки, прикрытые идентичной защитой. Андрей опасался выстрела в голову, однако Мак больше не полагался на случай и потому бронированные автомобили приняли своих пассажиров на подземной стоянке и высадили на точно такой же, но уже под их домом. Чен признал просчёт в организации передвижения по городу и долго сокрушался, что за годы под личиной мастера восточных единоборств он стал терять класс, недооценив противника. Применение противотанковых мин или РПГ полностью исключать было нельзя, но, как заметил Мак, это принесло бы организаторам столько неприятностей, что они не стали бы даже пытаться.

Уже дома, переодевшись в домашнюю одежду, Андрей спросил Мака, что он собирается делать дальше.

– Что собираюсь делать? Ну как обычно – планировать, вести закупки и производство необходимого для моих планов и мешать Малони вас убить. Примерно так.

– И как конкретно ты этого добьёшься? Запрешь нас вместе с Лилли и Джейсоном?

– Нет, так это не сработает. Вам нужно встречаться с людьми, вести дела. Кстати, твоя социальная страничка в Твиттере одна из самых популярных на данный момент и, как ты должен знать, тебя ждут на интервью сразу несколько новостных каналов.

– Моя… что??? – Андрей чуть не подавился кофе, который ему передала Сьюзен.

– Твоя страничка в Твиттере. У тебя есть еще Инстаграм и Фейсбук![1] Ну сам понимаешь, их от твоего имени веду я, а твои поклонницы и фанаты считают тебя весьма остроумным и импозантным гением, не чурающимся простых человеческих радостей!

– Так, с этого места поподробнее, ящик ты с железками! – тут уже не выдержала Сьюзен. Она тоже скинула с себя защитный костюм и ходила по дому в халате и неизменных тапках. В этот раз огромных желтых Пикачу.

– Но-но! Я и обидеться могу! А вообще я вам создаю имидж этаких экстравагантных ученых-гениев, которые сумели осуществить американскую мечту: за счет своих мозгов подняться из ничего в миллиардеры. Тут такое любят. История успеха!

– Я понимаю важность социальных сетей. – Сьюзен присела рядом с Андреем. – Но что ты там говорил про фанаток?

– Да то и говорил. У Андрея два миллиона подписчиков, и он каждый день получает несколько сотен признаний в любви от восторженных женщин. И немного от мужчин.

– Вот только этого мне не хватало! – Андрей залился краской.

– Посмотри на ваши гламурные фото! Я их сгенерировал с особым тщанием!

Андрей взглянул на изображение на экране панорамного телевизора и лишился дара речи. Виртуальный двойник впечатлял. Вместо среднестатистического обывателя, которым Андрей себя числил, с экрана внимательно и чуть иронично смотрел уверенный в себе атлетически сложенный мужчина средних лет в белоснежной рубашке и темных брюках на фоне панорамы ночного Манхэттена. Рядом с ним, взяв его под руку, стояла… нет, не Сьюзен, а её гламурная копия: та же копна рыжих волос, но ниспадавшая на плечи аккуратным каскадом, точеная фигура в вечернем платье умопомрачительной стоимости. Виртуальная Сьюзен улыбалась ослепительной улыбкой невидимому фотографу и на фоне её красоты меркли даже признанные модели.

– Дааааа…. Впечатляет! Особенно Сью! – Андрей отхлебнул кофе, рассматривая работу Мака. – Да и сам я – ещё тот жеребец.

– Я тебе покажу жеребца! – Сьюзен засмеялась своим заразительным звонким смехом. – Но да, впечатляет. А ещё есть? У Иры? Лилли? Джейсона? Может, даже у Чена???

– Нет, Чена светить нельзя, а у остальных, конечно, есть. Смотреть будем?

– Потом! – Андрей усмехнулся. Ему в самом деле было интересно, чего же наваял его друг. Он знал, что у большинства знаменитостей есть свои странички в социальных сетях, и что их чаще всего ведут специальные люди, но знакомиться со своим виртуальным двойником поближе сейчас было совсем недосуг. – Так что там насчет безопасности? Как будем работать?

– Безопасность я усилил насколько мог. Чен установил по всему зданию датчики, окна поменяли на пуленепробиваемые, причем поляризованные. Снаружи вас не увидит не только наемный убийца, но даже папарацци, а они покруче будут. Можете хоть голышом ходить.

– Я воздержусь. – Андрей хмыкнул.

– А я вообще, когда мы дома одни, не сильно заморачиваюсь стилем одежды. Могу и в трусах ходить, если так удобнее. – Сьюзен тоже пожала плечами.

– Ваше дело, я просто информировал. Внутри здания, помимо охраны, стоят мои дроны с разными спецсредствами, то же самое в клинике. Эти – устойчивы к РЭБ и даже электромагнитным импульсам. Мне их наши стартаперы собирали, я потом всё перепроверил – работает, как должно и без сюрпризов. Мало ли кого могут переманить люди Малони. До клиники и обратно будете ездить на наших спецмашинах под охраной, на улицу выходить не рекомендуется, но если очень надо – можно в определенных контролируемых местах, которые мы с Ченом проверим. Я также разместил охрану вокруг семьи Сьюзен – насколько смог, не привлекая внимания. За ними, кстати, наблюдают, но издалека. Наблюдателей я тоже сопровождаю дронами. Маму Джейсона пока держим в клинике, хотя она и здорова. По легенде – для наблюдения. Других близких родственников у него нет, с отцом он давно не общается, но за ним я тоже приглядываю, там вообще спокойно.

– И долго так будет продолжаться? – Сьюзен забеспокоилась, услышав про родню.

– Я рассчитываю, что не больше месяца, а дальше я буду готов к более решительным действиям. Мне нужно время на подготовку. Некоторые вещи делаются не быстро и речь не только о сборе информации.

– А что ещё? – Андрей понял, что у Мака есть какой-то более глобальный план, но тот не спешил им делиться.

– Пока не могу сказать точно, прорабатываю варианты. – Мак ушел от прямого ответа. – Ну а вам стоит быть настороже и следить за новостями. А пока я отключаюсь. Я знаю, как я нервирую людей, которые хотят побыть наедине.

– Да уж. – Сьюзен оценивающе посмотрела на Андрея. – Ты вроде как уже не при смерти, нам тут разрешили ходить голышом. Пойдем-ка со мной… – И она потащила его в спальню.

Несмотря на опасения, следующие несколько недель прошли довольно спокойно. Расследование шло своим чередом, политические страсти слегка улеглись и, поскольку год был без избирательной суеты, вскорости о скандале стали напоминать только политические новости, а жизнь обывателей вошла в обычную колею. Как и предсказывал Андрей, революции не случилось. На Хэллоуин решили собраться у Андрея в узком кругу посвящённых. Сьюзен настояла на костюмированной вечеринке; Андрей хоть и не был в восторге, но раз уж живешь в чужой стране, нужно следовать местным обычаям. К его удивлению, Ира загорелась идеей и на праздник пришла в костюме Тора, вернее, его женской инкарнации. Решение выбрать бога молний было очевидным, и Ира время от времени пускала искры по своему молоту, который, на удивление, был не бутафорским из пластика, а вполне себе боевым инструментом весом в добрый десяток килограммов. Впрочем, для модификанта, который при этом постоянно тренировался, это был не вес, что Ира и демонстрировала, время от времени прокручивая молот в руке. Сьюзен заставила Андрея надеть костюм Дракулы, а сама оделась, вернее, к неудовольствию Андрея, скорее разделась в костюм Вампиреллы. Для консервативно воспитанного Андрея мини-юбка, короткий топик и высокие ботфорты выглядели чересчур вызывающими, но Сьюзен умела настоять на своём. Джейсон появился в костюме мумии фараона, ведя под руку Лилли, которая оделась в костюм женщины-кошки, и только мастер Чен, сославшись на почтенный возраст, так и остался в костюме, впрочем, на этот раз в традиционной китайской рубахе навыпуск. Однако самый большой сюрприз преподнёс Мак. Когда все собрались, в дверь вдруг постучали. Андрей встревожился, ибо никого больше не ожидал, но Сьюзен, очевидно, была в курсе сюрприза, и потому с радостным писком метнулась к двери – Чен и шевельнуться не успел – и распахнула ее:

– А вот и гвоздь программы!

Вслед за ней в комнату вошёл… робот. Вполне себе антропоморфный робот, наподобие тех, что делали специалисты Boston Mechanics, только с головой манекена, которая голосом Мака произнесла, широко улыбаясь:

– Та-да! А вот и я! Всегда ваш Умник!

Андрей опешил. Он ожидал чего угодно, но не такого. Робот-Мак торжественно прошествовал под аплодисменты присутствующих и уселся на свободное место около стола, который уже был заставлен закусками.

– Надеюсь, я не помешаю празднику.

– Не, что ты, дружище! – Джейсон похлопал по металлическому туловищу своего друга. – Впечатляет! Теперь у нас есть и прототип Терминатора.

– Опять ты за своё? – Лицо робо-Мака было способно изображать эмоции, и оно сморщилось.

– А что такого? На Хэллоуин принято пугать и одеваться монстрами, так что Терминатор – более чем подходящий костюм!

– Ну если с такой стороны посмотреть, то да, – Мак улыбнулся своей странной улыбкой. Голова была сделана качественно, и моделью, похоже, послужил молодой Гаррисон Форд. – Впрочем, вы давайте, приступайте к закускам, а я, как у нас принято, буду вас развлекать всякой разной информацией.

– А что, есть какие-то новости? – Андрей взял с подноса бутербродик с красной икрой. Было видно, что его делала Ира.

– Ну новости есть всегда. Лечим, строим, покупаем, деньги зарабатываем. Всё более или менее хорошо. Прикупил тут долю в «РобоТехник», они мне на скорую руку собрали такое вот чудо. – Мак взмахом руки обвел своё механическое тело. – Я сейчас вообще занят созданием прототипов разной робототехники, очень увлекательно!

– Да мы здесь в основном биологи! – Сьюзен тоже схватила бутербродик. – Можно без деталей рассказать?

– Если коротко, то веду работу по созданию и усовершенствованию дронов, роботов-андроидов и всякой колёсной и не очень техники. Скупил несколько некрупных, но весьма перспективных фирм, как в США, так и за рубежом.

– Бэтмобили, что ли, строить будешь? – Андрей подозрительно посмотрел на своего электронного друга. – Нам бы завязывать со своими героическими подвигами, до добра не доведет.

– Я с тобой согласен, но подстраховаться не мешает. А вообще ты б побольше интересовался своей бизнес-империей, что ли. Ты теперь главный хай-тек гуру. Вроде Джобса, только затворник по большей части. Публика считает, что ты из-за перенесенной болезни не любишь появляться в свете, но тебе рано или поздно придется. У вас, у русских, говорят: с волками жить – по-волчьи выть.

– Ну в соцсетях ты от моего имени зажигаешь?

– А как же! – Псевдо-Гаррисон Форд широко улыбнулся и поднял большой палец вверх. – На все сто! Ты, кстати, там даешь нормальные советы, к тебе прислушиваются, ты зарабатываешь авторитет техно-гения.

– Как бы потом не облажаться в реальной жизни!

– Да ладно, тебе придется иметь дело в основном с инвесторами, финансистами и прочими медиа-персонами. Они в этом разбираются сильно меньше тебя. Кстати, о медиа-персонах. Ты в курсе, что Хелен, дочь сенатора, – репортер?

– Ну да, я заметил, когда читал её историю болезни. Там же есть место работы.

– Да, и вот тут интересное. Она, в отличие от детей всяческих селебрити и политиков, реально занималась журналистскими расследованиями. Является основателем портала «Раскрываем глаза». Ее расследования в Мичигане, например, вскрыли махинации с медстраховками у чиновников; кое-кто реально лишился должностей. Несмотря на то, что она дочь ведущего сенатора, она умна, честолюбива, и у неё всё ещё есть моральные ценности.

– Роскошь для дочери политика! – Сьюзен вставила ехидное замечание. За последний год она из увлеченной активистки превратилась в циника.

– Политики тоже разными бывают… – Лилли тут же оседлала своего излюбленного конька.

– Бывают, – довольно легко согласилась с сестрой Сьюзен. – Но я думаю, что Мак не зря затеял этот разговор про Хелен. У нас проблемы? Болезнь вернулась?

– Нет, что ты! Она полностью здорова! Её отец прислал нам официальное письмо с благодарностью из своего офиса. Дело в том, что её болезнь не была вызвана естественными причинами.

– То есть как? – Джейсон даже подался вперёд.

– Я это тоже подозревал. – Андрей медленно кивнул. – Уж очень странная форма рака. Это вроде саркомы Капоши, только на внутренних органах, причем сразу во многих местах, а Хелен не страдала никаким иммунодефицитом.

Джейсон и Сьюзен понимающе переглянулись, а Лилли обиженно протянула:

– Ну… Тут не все биологи! Пожалуйста, поясните для меня и мистера Чена!

– Саркома Капоши вызывается вирусом, который в норме у обычного человека подавляется его иммунной системой. – Андрей взял на себя роль пояснительной бригады. – Она встречается только у людей с поврежденной иммунной системой, например, у носителей ВИЧ. В случае Хелен можно говорить о некоем про-вирусе, который не поражает здоровых людей, но который в её случае по неизвестной нам причине начал действовать и привел к раковой трансформации клеток разных тканей, где он до этого тихо сидел. Отсюда множественные повреждения внутренних органов. Что ещё более странно, её иммунитет находится в норме и он не должен был позволить этому случиться.

– Более того, – добавил Мак, – этот самый вирус, который привел к трансформации, не встречается в природе. Вернее, встречаются его дефектные копии, неспособные к размножению, но у неё он вполне работоспособен, агрессивен и избегает действия иммунной системы. Причем, судя по всему, организм Хелен распознает его как компонент своего хозяина, поэтому у остальных людей он вызовет нормальный иммунный ответ и ничего подобного не случится. Он не опасен окружающим.

– Вы хотите сказать, что вирус – искусственного происхождения? – Джейсон даже слегка отшатнулся. – Кто-то намеренно заразил Хелен с целью убить? Дочь такого могущественного человека???

– Именно. – Робо-Мак кивнул. – Всё обстоит именно так.

– Сенатор знает? – Андрей взглянул на робо-друга исподлобья. Происходящее ему сильно не нравилось, и праздничное настроение улетучивалось.

– Не думаю. Вернее, может, что-то и подозревает, но нам ничего не сказал, а это бы облегчило лечение. Ради спасения дочери он бы горы свернул, если б был твердо уверен, да и нам бы сообщил.

– Звучит очень неприятно, но это ведь не наши проблемы? Или все же наши? – Сьюзен была не менее проницательной, чем Андрей.

– К сожалению, наши тоже. – Мак пожал плечами, что для андроида было нетривиально. – Сейчас объясню. Я проанализировал все, что знаю о Хелен и её отце, и могу сказать, что возможны два варианта: или это нападение на её отца, или результат профессиональной деятельности Хелен. Дел отца я не знаю, там все слишком близко к большой политике, от которой мы стараемся держаться подальше, но вот сама она перед своей болезнью вела некое расследование… Так что, скорее всего, отец ни при чем.

– И кто же это у нас такой умный и наглый, чтоб безнаказанно покушаться на дочь сенатора? – Джейсон всё ещё не понимал, хотя Сьюзен с Андреем тревожно переглянулись, до них уже начало доходить.

– А ты как думаешь? – Мак повернул голову робота к Джейсону. – Намекну, что расследование было связано с опиоидным кризисом и поставками афганского героина в Америку через армию США.

– Да ты шутишь! – Ира, которая до этого больше слушала, не выдержала. – Люди Малони?!

– Всё сходится, – кивнул Мак. – Мы знаем, что клан Малони и стоящие за ним люди занимались контрабандой афганского героина, об этом есть в «файлах Полански». Мы также знаем, что у них очень широкие возможности, и что они не в очень хороших отношениях с сенатором. Конкурирующие конторы – у сенатора, если вы помните, интересы в фармацевтической промышленности. Все просто, как дважды два.

– Теперь понятно, почему Малони захотел убрать вашу компанию любой ценой. – Чен, сидевший до этого невозмутимо, как Будда, вступил в разговор. – Мы могли докопаться до сути происходящего.

– Нашу компанию, мастер Чен, вы тоже дольщик, это же часть вашего контракта, как и Джейсона. – Андрей улыбнулся. – Но это не всё. Их не устраивала вероятность того, что мы все же вылечим Хелен, даже если бы мы не поняли, что ее пытались убить. Им не нужны были ее расследования, зато нужна была ее смерть. А кроме того, если мы умеем лечить такие болезни, это выбивает очень сильный козырь в теневой игре клана Малони. Они не могут больше тихо устранять своих противников. Так, Мак?

– Браво! – Мак захлопал в свои металлические ладоши. – Подозреваю, это доведенные до ума разработки времен Уго Чавеса, который тоже скончался от весьма странной онкологии, как и некоторые другие лидеры Латинской Америки. Всё именно так. Клан Малони очень нуждался в том, чтобы мы исчезли с рынка как можно скорее. Как мы знаем, они спецы во всяких токсинах. Кстати, вполне возможно, что помимо токсина в Андрея был впрыснут и соответствующий вирус, просто его иммунная система ест чуму на завтрак, так что ничего не получилось.

– Думаешь, Малони залегли, потому что разрабатывают какое-то биологическое оружие против нас? – Сьюзен поёжилась и с тревогой посмотрела на Андрея.

– Думаю. Да просто наверняка. – Мак кивнул. – Как и много других способов нам отомстить. По этой причине на следующей неделе мы модифицируем Джейсона и Лилли. Всё практически готово.

– Ура!!! – Лилли подбежала к робо-Маку и обняла его металлическое тело. – Учел мои пожелания?

– Да, Лилли, постараемся.

– Это вы про что там? – Сьюзен насторожилась. – Геккон?

– Не, сис! Все проще, потом увидишь, – Лилли улыбалась во весь рот. Настроение в комнате резко улучшилось. Джейсон тоже заулыбался – наконец-то.

– Последнее, что хочу заметить, – Мак постучал по стакану, привлекая опять внимание. – Хелен попросила встретиться со своим спасителем, то есть Андреем, и я не смог ей отказать. Все же наш пациент, к тому же дочь весьма полезного для наших дел человека. Завтра примешь?

– Конечно, какие проблемы! – Андрей подхватил второй бутербродик.

– А проблема в том, – напомнил Мак, – что она журналист, который ведет расследования, и потому может задать тебе очень скользкие вопросы. Подумай, как будешь отвечать. Впрочем, всегда можешь сослаться на коммерческую тайну. Но это всё завтра! А сейчас – праздник!

Андрею понравилось отмечать Хэллоуин в кругу самых близких друзей. Он не любил шумные тусовки, но и оставаться наедине с некоторых пор ему тоже стало некомфортно. Да он по сути дела никогда и не был один, с ним всегда была его болезнь, которую Андрей даже начал воспринимать как некую сущность. Лишившись своего второго негативного «я», Андрей прикипел к своим друзьям, которые стали его семьей. Уже ложась спать, он подумал о маме, старшей сестре – его настоящей семье, с которой он не виделся уже много лет. Сам он путешествовать по причине фактической инвалидности не мог уже давно, а родню перестали пускать через границу после установки фактической блокады России со стороны США. Конечно, он созванивался раз в неделю с мамой, раз в месяц с сестрой, но уже почти забыл, как это – общаться с родными и близкими вживую, сидеть на кухне, в которой вырос, пить с мамой чай, ездить к сестре на дачу… После своего выздоровления Андрей без подробностей проинформировал родню, что у него улучшилось здоровье, чем растрогал до слез маму и сестру, но так и продолжил общение на расстоянии. Ни к чему было привлекать излишнее внимание ни с этой, ни с той стороны границы, а в конфиденциальность трансатлантических переговоров он не верил. Даже Мак не мог гарантировать, что сигнал не будет перехвачен и дешифрован. Однако после того, как корпорация «Надежда» разбогатела буквально за одну ночь, превратив Андрея в мультимиллиардера, скрывать перемены в жизни от российской родни он уже не мог. Про него говорили по телевизору, начали звонить близкие и не очень друзья. Мама отнеслась к богатству сына как к некой абстракции. Есть деньги – хорошо, много денег – ну неплохо, но ведь не в деньгах счастье, верно? А вот то, что у сына появилась постоянная подруга, для неё оказалось гораздо важнее: так ведь и внуков дождаться можно! У сестры были дети, племянник и племянница, которых Андрей в последний раз видел, когда они еще ходили в детский сад, но матери хотелось внуков и от сына, о чем она сразу же ему заявила. Хотелось ей познакомиться и с невесткой, пусть и «иностранкой», хотя проблема языкового барьера её смущала. Но раз сын выбрал женщину, она с ней найдет общий язык! Сестра же, будучи гораздо более практичной, тут же попросила помочь материально. Не себе – матери. Медицинские проблемы, обусловленные возрастом матери, требовали постоянных расходов, и небольшой пенсии на это не хватало, а сестра с мужем тоже жили довольно скромно. Андрей помогал, пока мог, но с введением санкций ручеек его помощи был остановлен. Для себя она, как и ожидал Андрей, не попросила ничего, хотя он подозревал, что ей с двумя подростками тоже нелегко. Сестра, да и свояк тоже, работали много, но никогда не жаловались. Русский стоицизм, как это называл про себя Андрей. Андрей с помощью Мака разработал схему передачи денег на счет в России в обход санкций и внешнего контроля. Это было очень непросто, да и не вполне легально, но родня есть родня и помочь им было насущной необходимостью, которая не ставилась под сомнение. Заодно и Ира перевела брату немного денег этим же каналом. Весь масштаб богатства брата сестра осознала только тогда, когда Андрей передал ей ключ к счету в Сбербанке. Впрочем, Инна отнеслась к деньгам спокойно, заверив, что не возьмет ничего лишнего, кроме как маме на лечение и ремонт. Андрей даже рассердился, вспомнив, каких усилий стоила ему операция по переводу денег. Он с большим трудом сумел убедить сестру истратить часть денег на обучение детей, а другую часть – на капитальный ремонт их старенькой дачи. Ста миллионов рублей, в которые перевел доллары Андрей, уж точно должно было хватить. Поначалу он хотел передать миллиард, но от этой авантюры его отговорили Мак с Ирой, резонно указав, что такую сумму, не привлекая внимания, потратить все равно нельзя. Вдобавок он попросил сестру передать ему образцы крови свои и матери, а также мужа и детей. У Андрея были серьезные планы на модификацию родни, и для этого нужно было начинать расчёты как можно быстрее. Эти планы озвучивать он, конечно, не стал, а просьбу свою объяснил тем, что его клиника специализируется в наследственных заболеваниях и ему было бы неплохо проверить родственников. А вот Мак все понял сразу, и как только образцы были доставлены через знакомых, выезжавших на отдых в Турцию, начал свой анализ. Андрей еще раз посмотрел на спящую Сьюзен, разметавшуюся по кровати и захватившую бо́льшую её часть, и улыбнулся. Сьюзи должна понравиться маме, а как же иначе?

К встрече с Хелен Андрей подготовился, как к настоящему интервью. Он обсудил с Маком, как себя вести с девушкой, что стоит говорить, чего не стоит – вот только разговор почти сразу принял крайне неожиданный для него оборот. Хелен была невысокой черноволосой привлекательной женщиной с проницательными карими глазами. Её аккуратный носик с небольшой горбинкой выдавал в ней еврейку, как и небольшой магендавид на цепочке. Заметив взгляд Андрея, когда тот встал и протянул ей руку, она улыбнулась и, отвечая на рукопожатие, заметила:

– Я не религиозна, скорее атеист, но это подарок матери. Ей нравится, когда я его ношу.

– Да я тоже не особо религиозен. – Андрей улыбнулся в ответ. Рукопожатие у Хелен было крепким, уверенным. – Так о чем бы вы хотели со мной поговорить?

– А вот тема как раз скорее религиозная. – Хелен села на предложенное кресло, достала небольшой блокнотик с ручкой. – Как вы смогли сотворить чудо?

– Если вы о своём исцелении, то это не чудо – наука. Мы анализируем последовательность ДНК раковых клеток, находим…

– Вы не поняли, – Хелен прервала Андрея, – выздоровление само по себе чудесно, но как вы объясните это?

Хелен достала перочиный ножичек, который служил закладкой в блокноте, и внезапно вонзила острие в свою ладонь. Брызнула кровь, Андрей от неожиданности вскочил, а Хелен тем временем достала из кармана брюк платок и вытерла кровь с ладони. Андрей с запозданием понял, что сейчас будет. Кровь остановилась мгновенно, и рана стала рубцеваться буквально на глазах. Регенерационные способности девушки были на порядок быстрее, чем у него. Для лечения столь агрессивной формы рака Мак применил ранее не использовавшийся алгоритм, ускорив регенерацию до предела возможностей и позаимствовав некоторые особенности у ящериц. Хелен вопросительно посмотрела на Андрея:

– Ничего не хотите мне рассказать?

– Ну, это побочный эффект вашего лечения. Вы разве недовольны?

– Конечно, довольна! – Хелен всплеснула руками. – Вы мне спасли жизнь! Я не просто довольна, я вам обязана своим существованием. Но вот что это? Вы же точно что-то знаете про это.

– Нет, вы ошибаетесь. – Андрей был уверен, что на его лице не отразилось эмоций, но Хелен только покачала головой:

– А вот вторая моя новоприобретенная способность говорит, что вы мне врёте. Понимаете, я теперь могу буквально ощущать, когда человек говорит правду, а когда нет. Ради интереса я пообщалась с оперативниками из ЦРУ, папа помог. Они смогли обмануть полиграф, но не смогли обмануть меня, как ни старались. Я просто ЗНАЮ, когда мне врут. И вот сейчас вы мне соврали. Зачем? Что вы со мной сделали, что вы от меня скрываете?

Андрей замолчал и пристально посмотрел на девушку. Мак молчал, да и сам Андрей опасался, что девушка сможет услышать, как они переговариваются вне спектра человеческого слуха. Приходилось полагаться только на себя. Андрей решился:

– Хорошо, вам следует кое-что знать, а потом сами решите, стоит ли задавать мне ваши вопросы. Вы знаете, что ваша болезнь была искусственной и вас заразили с расчётом на то, что вы умрете?

Хелен побледнела:

– Вы не врете, вернее, вы уверены в том, что говорите… Нет, не знала, я думала, что заразиться раком невозможно. Все врачи говорят, что если у человека нормальная иммунная система, то рак не заразен.

– Ваш тип рака основан на вирусе, который в норме не поражает своего носителя, а ваш смог, несмотря на иммунную систему. Я и моя команда уверены, что вас пытались убить. Догадываетесь, кто?

– Догадываюсь… – Хелен помрачнела. – Те же самые люди, что занимались контрабандой героина из Афганистана, используя армейскую авиацию. Часть из них потом засветилась в «файлах Полански».

– Правильно. А теперь подумайте, что будет, если технология вашего лечения, которая вызывает у вас столько вопросов, попадет в руки этих людей?

– Они сделают из неё оружие… – Хелен была подавлена, однако быстро справилась с собой. – Но ведь ваша технология позволяет лечить неизлечимо больных! Как вы можете её скрывать?

– Вот потому и скрываем, что она потенциально крайне опасна. И я говорю об оружии массового поражения, способном уничтожить всё население земли, если попадет в неправильные руки.

– А ваши руки – правильные?

– Насколько можете заметить, за почти год, что работает клиника, на планете не вспыхнула ни одна эпидемия, а мы лечим неизлечимо больных.

– Да. Но ваше лечение недоступно большинству людей! Только очень богатые могут себе его позволить! Если бы вы подарили миру своё открытие – а вы ведь нашли способ лечить любую болезнь, признайте? – вы бы спасли миллионы жизней! – Хелен подалась слегка вперёд и раскраснелась. «Одержимая идеей спасти человечество молодая женщина, – отстраненно подумал Андрей. – Сколько таких Шухартов вместо счастья всем и даром принесли в мир ужас и страдание».

– Мы работаем над удешевлением процесса, но для этого нам нужен свой собственный квантовый компьютер, а это непросто. И пока что у нас всего лишь ограниченный доступ к тому, который контролирует правительство США. А передача технологии в руки корпораций, как вы думаете, приведет к удешевлению процесса?

– Скорее всего, нет… – Энтузиазм Хелен исчез.

– Угадали верно. Более того, они постараются вытеснить нас с рынка, как выскочек, а потом вернутся к обычной практике: лечение, но не излечение. Бизнес, ничего личного. Вы мне лучше вот что скажите, что вы собираетесь делать с вашим знанием?

– Если честно, я начала собирать на вас досье. Мне известно, что вы очень талантливый ученый, которого ценили в АБК и которому предлагали хорошее место в этой корпорации, но вы решили основать свой собственный бизнес и преуспели, причем ваше основное занятие вовсе не лечение людей, а финансовые операции, в которых вы преуспели даже ещё больше. Также известно, что вы болели рассеянным склерозом и были среди волонтеров, которые испытывали на себе лечение по вашей же собственной методике. Известно, что вы полностью излечились от, казалось бы, неизлечимой болезни. Всё это можно легко найти в открытых источниках и гламурных статьях о вас. Что сложно найти, так это то, что волонтеров было много, но полностью излечились только вы. Почему – до сих пор никто не может понять, а вы отказались от дальнейшего участие в исследованиях и даже заплатили неустойку АБК за это. Право на сокрытие личных данных и все такое. Но эту информацию при желании тоже можно найти онлайн. Вот что совсем сложно найти – так это то, что на вас было совершено покушение. Причем, согласно полицейскому отчету, стреляли в вас случайно, в результате ошибки в гангстерской разборке, но я разговаривала со следователем, и эта версия не выдерживает никакой критики. Сложно вас перепутать с афроамериканцами, а стрелявший после покушения не прожил и суток.

– Позвольте, – перебил Андрей, – неужели вы меня подозреваете…

– Вовсе нет. Вы тут ни при чем, и я только что убедилась, что вы не обманываете. Полагаю, на вас покушались именно из-за вашего открытия. А возможно из-за вашей подруги Ирины, которая теперь ваш вице-президент и, по слухам, ваша вторая любовница.

– Вот уж вранье! – Андрей залился краской.

– Верю! Опять не врете. Я выяснила, что вы за неё заступились и отлупили бывшего сожителя Ирины, который избивал её, что само по себе удивительно, так как он – бывший военный, профессионал и гораздо крупнее вас. Ну ладно, может, вам просто повезло, и он вас недооценил. А затем кто-то со стороны вмешался и попытался воспрепятствовать Ирине получить легальный статус в США. Кто это был, мне неизвестно, зато известно, что этот самый Дэн работал на полковника Полански, чьи файлы уничтожили репутацию огромного количества очень могущественных людей. И вот в такие совпадения я не верю. Особенно совпадение с внезапной смертью самого Полански, а потом со странной перестрелкой во время перевозки жертв сексуального насилия, в которой погибли все преступники. А потом все свидетели и соучастники преступлений исчезли, включая Дэна, да так, что их не смогли найти. Скажите, вы как-то в этом замешаны?

Андрей лихорадочно думал, как ответить живому безошибочному детектору лжи. Приходилось идти по крайне тонкому льду. Не ответить было тоже неразумно – судя по настрою, Хелен будет копать дальше, возможно, пользуясь ресурсами отца.

– Замешан. Я заварил кашу, когда заступился за Иру. У меня не было выбора – Дэн сам напал на меня, узнав, что я помогаю Ирине с документами. С того момента все закрутилось-понеслось и, я практически уверен, полковник Полански предпринял некие шаги, повлёкшие за собой его безвременную кончину. Возможно, задействовать связи и влияние его покровителей было неразумным решением, которое и привело к его демаскировке и непредвиденным последствиям.

– Я вижу, что вы не врете. – Хелен кивнула, а Андрей очень осторожно выдохнул. Его слова были правдой, хотя и не всей правдой. – Но я также чувствую, что вы что-то важное от меня утаиваете, и я до этого важного докопаюсь!

– Я утаиваю технологию моей компании, и я вам уже объяснил, почему. – Андрей не кривил душой, и Хелен снова кивнула. – Понятно, что корпорация предпринимает некие меры для сохранения этой тайны. Я вас очень прошу не копать дальше. Вы можете своими неумышленными действиями привести к тому, что технология попадет в руки друзей полковника Полански, которые вас чуть не убили. С нашей технологией они точно прикончат и вас, и многих других, включая своих политических противников. Насколько они ужасные люди, вы могли понять из файлов полковника, и я вас уверяю, они потерпели поражение, но далеко не разгромлены.

– Я в курсе. Мне известно про нападение на ваш дата-центр, попытку нападения на клинику, кибератаки. Я наводила справки.

– Была ещё попытка нападения на меня лично. Примерно таким же способом, что на вас, но я был рядом с клиникой, меня спасли. Вы понимаете, что вместо того, чтобы меня разоблачать, вам стоило бы, наоборот, помочь мне добить гидру?

– Хорошо. – Хелен кивнула. – Все мои чувства, весь мой опыт говорит, что вы очень честный и принципиальный человек. Моё профессиональное чутьё криком кричит, что за вами стоит огромная тайна, причем уровня Розуэлла и НЛО, я прямо-таки сгораю от любопытства… но я также понимаю, что иногда лучше отложить расследование на более благоприятное время, господин Панфёров, а добить тех, кто стоит за Полански, в моих интересах. Чем я могу вам помочь? У моего отца очень обширные связи, он всё сделает для моей безопасности.

– Я в курсе. – Андрей позволил себе улыбнуться. – Он нам это уже продемонстрировал. Мне хотелось бы с вами подружиться, я бы познакомил вас со своими друзьями, но с одним условием – не спрашивать у нас того, о чем мы просто не сможем вам рассказать. По рукам?

– Согласна, по рукам! – Хелен протянула свою руку и, пожав её, Андрей добавил:

– А с вашим отцом я бы побеседовал, у меня действительно есть к нему дело. Поможете?