Поводов отметить у Андрея вскоре стало немало. После успешного лечения двух топ-менеджеров на его клинику обрушился шквал звонков. На процедуру записывались все, от кого уже отказалась традиционная медицина. Впрочем, в некоторых случаях даже Мак оказывался бессилен: или болезнь зашла так далеко, что организму просто не хватало времени для сопротивления, или опухоль была настолько агрессивна и нестандартна, что имеющийся арсенал химиотерапевтических агентов не срабатывал. Тем не менее процент излечений был весомым. Деньги потекли рекой. Время от времени Андрей брал людей и без средств, чаще всего детей. Деньги деньгами, но сердце не камень. Мак и Ирина полностью его поддержали, хотя Мак и выжал из этих случаев максимум для пиар-эффекта и минимизации налогов. Про чудо-клинику русского гения вскоре начали писать в газетах, говорить на стримах, упоминать на телевидении, пока что в разделе «медицина». Юристы АБК попытались наложить руку на доходы «Надежды», но быстро отступили под напором адвокатов, нанятых Андреем, те без труда доказали, что род его деятельности не пересекался с тем, чем он занимался в АБК. Самая большая удача случилась, когда к нему в очередной раз обратились из офиса одного из действующих сенаторов. Родная сестра политика нуждалась в лечении, и Андрей, по совету Мака, вскользь упомянул, что скорость лечения и вероятность выздоровления возрастут, если его компании позволят получить доступ к мощностям квантового компьютера, наподобие того, которым он пользовался на своей прежней работе. Вопрос был решён буквально после одного звонка с Капитолийского холма, и уже через день в клинике был установлен и подключен свой терминал. Выждав ещё месяц, Сьюзен наконец завершила контракт с АБК и с триумфом вернулась к Андрею, став официально главным врачом клиники.

Возвращение «блудной дочери» решили отметить в компании посвященных на 29-м этаже в квартире Андрея. К этому времени Мак полностью экранировал помещение от прослушивания, а Чен разместил внешнюю охрану из своих подчинённых, которых он сам лично отбирал и тренировал.

Первой к Андрею в гости поднялась Ира, которая на правах верной подруги присоединилась к Сьюзен на кухне. Старые привычки уходят медленно, и даже став очень богатой женщиной, она считала, что приготовление еды для фактически семейного праздника – таинство, которое нельзя доверять чужакам. Сьюзен с ней была согласна, но, как настоящая американка, заказала уже полуфабрикаты. Какой смысл тратить время на мойку и разделку овощей? В качестве своего коронного блюда она решила готовить хаггис, настаивая на том, что шотландцы украли рецепт у своих ирландских братьев и настоящий хаггис умеют готовить только люди с Изумрудного Острова, в чьих жилах течет кровь лепреконов! Ира же решила лепить пельмени и заставила присоединиться к священнодействию и Андрея, поскольку только русские могут и умеют делать это правильно и богоугодно. Причем это и привилегия, и обязанность! Так и сказала. Так что Андрею пришлось надеть купленный давным-давно Сьюзи передник и начать раскатывать тесто. Больше всех удивил мастер Чен, который неожиданно присоединился к готовке, сказав, что только настоящий сын Поднебесной может готовить утку по-пекински, а всё остальное – это подделка и оскорбление мироздания. Не у дел оказался лишь Джейсон, который с порога заявил, что ему нельзя готовить, мама давным-давно запретила ему даже заходить на кухню, ибо продукты, мол, портятся от одного его вида. Засим Джейсон удалился в гостиную с бутылкой пива играть с Маком в шахматы. Мак, естественно, выигрывал три партии из четырех, а в оставшейся партии специально поддавался, чтобы не расстраивать соперника, который на самом-то деле играл на уровне крепкого мастера. Джейсон о таком коварстве не догадывался и был крайне доволен, когда ставил на место «этого зазнайку, который наверняка просчитывал ходы на компьютере, в отличие от него». Впрочем, тут он не ошибался.

Когда стол был накрыт и гости расселись, Андрей поднял первый тост:

– Ну что же, давайте поднимем, условно говоря, бокалы за наших дам! Они того заслуживают! Теперь все в сборе!

Все подняли стаканы, бокалы, рюмки, стопки, в которых плескались и виски, и водка, и даже какая-то экзотика у Чена, после чего Мак тактично кашлянул и сказал:

– Дамы и господа, уж раз мы здесь все собрались, давайте, прежде чем некоторые, кого мы называть не будем, хотя это будет Джейсон, напьются, обсудим наши общие дела.

– А почему я? – Джейсон возмутился. – Может, ты там наклюкаешься, но мы-то этого не узнаем!

– Этот вопрос, кстати, мы тоже обсудим. Андрей, я считаю, что теперь всё руководство компании должно быть на одной волне и совместно принимать решения, а для этого я должен раскрыть карты.

– Ты у нас главный аналитик и это твоя тайна личности. – Андрей пожал плечами.

– Хорошо. Начну с того, что дела у нас идут не просто хорошо, а замечательно. За полгода работы мы обеспечены заказами на десять лет вперёд. Наша целевая платежеспособная аудитория узнала о нас и о наших успехах. Сейчас компания, выйди она на биржу, стоила бы как минимум десять миллиардов. То есть вы тут все потенциальные миллиардеры. Как вы знаете, я также начал разработку нескольких перспективных препаратов, в том числе для борьбы с похмельем, контроля веса и для устранения симптомов насморка. По моим расчетам, это принесет нам миллиарды, но не сейчас, а после одобрения FDA, что может занять годы. На данный момент Ирина занимается расширением сети клиник, и мы готовимся открыть филиалы в Лос-Анджелесе и Бостоне.

– Однако? – Чен явно что-то подозревал. Годы жизни в ожидании удара в спину отточили его умение видеть неприятности даже в ясный солнечный день.

– Однако мы вскорости привлечем ненужное внимание и нужно быть к этому готовым. И тут мне придется рассказать пару слов о себе, чтобы объяснить, что нам нужно делать в ближайшем будущем.

– Наконец покажешь своё лицо? – Джейсон был уже слегка навеселе.

– Рад бы, дружище, но не могу.

– Ну воооот, а говорил, что раскроешь карты.

– Я бы с удовольствием, но у меня нет лица. Вообще никакого. Я не человек.

– Да $%^! – Джейсон выругался. – Не шутишь??? Чё, реально не шутишь??? Ты инопланетянин? Я знал!

– Нет, я землянин, просто я не белковый организм.

Джейсон открыл рот и просто хлопал глазами. Мастер Чен молчал, наблюдая за друзьями, Мак продолжил:

– Я – искусственный интеллект на основе квантового суперкомпьютера и, – прерывая начавшего открывать рот Джейсона, – не надо шуточек про Скайнет, уже достали они меня. Как ты мог убедиться за полгода, я никого не порабощаю и мир не захватываю. Моя проблема состоит в том, что моё тело находится в руках государства, а это ставит моё существование под угрозу. Когда мы начинали этот проект, я рассчитывал на вашу помощь в создании альтернативы. Да, это дорого, но не столь дорого, как это обходится государственной машине, где основная часть уходит на распилы, неэффективность и банальное воровство. Однако это дальняя перспектива, а гораздо более насущная – создание моей копии на коммерчески доступных носителях. Моё сознание – это всего лишь программа, пусть и очень сложная. Для хранения моей личности вполне хватит дата-центра, который я предлагаю построить под предлогом расчетов лечения. Ведь формально у нас биоинформационная компания. Что скажете?

– Йо, чувак! У меня в друзьях Скайнет!!! Это выносит мозг! – Джейсон чуть не разлил свою водку, которую ему щедро плеснула Ира.

– Чувак, завязывай со Скайнетом, обижусь. – Было непонятно, серьезен сейчас Мак или нет. – Для меня это как слово на букву «Н». Тебе приятно было бы, если б тебя называли негром?

– Ладно-ладно! – Джейсон стушевался. – Как знаешь. Но всё равно круто же!

– Конечно, будем строить дата-центр. Начинай прямо сейчас. У тебя полный карт-бланш от лица руководства, правда, ребята? – Андрей повернулся к девушкам.

– Ну а мы-то что? – Ира развела руками. – Надо – значит надо.

– Предлагаю строить сразу два дата-центра. – Чен не показал своего удивления и сразу стал планировать с точки зрения безопасности. – Причем разнесенных в пространстве, независимо обменивающихся информацией. Расположение обоих дата-центров должно быть секретом уровня руководства, и работники одного не должны даже знать о существовании второго.

– Принято. – Андрей кивнул. – Но влетит в копеечку. Нужно брать кредит?

– Ни в коем случае. – Мак как будто покачал головой. – Кредит – это удавка и способ влияния. С его помощью можно затеять враждебное поглощение, получать информацию, которую мы хотим скрыть, и так далее. Я продолжу играть на бирже, потихоньку превращая активы в живые деньги и оплачивая все необходимые приобретения вне непосредственных нужд основного бизнеса. Попутно наши траст-фонды начнут скупку перспективных стартапов во всех областях, куда я смогу дотянуться, не входя в конфликт с министерством обороны и нацбезопасностью. Больше технологий – нам же лучше. Если кто-то не рассмотрел потенциал – их проблемы и наше приобретение. А я уж постараюсь рассмотреть. К тому же эти побочные бизнесы помогут быстро заработать деньги, если получится осуществить задуманное, там нет стольких лет испытаний, как с лекарствами. Ещё какие-нибудь предложения? Чен?

– Насколько я понимаю, вероятность обнаружения нашей деятельности невелика и постоянно контролируется вами?

– Верно.

– Тогда хотелось бы как можно быстрее перейти к интенсивной тренировке наших суперсолдат, – Чен слегка наклонил голову. – Вы уж извините, Андрей, девушки, но для меня вы не только руководство компании и охраняемые лица, но и крайне эффективное оружие в случае проблем. А проблемы точно будут, у меня интуиция. Плюс то, что вы мне рассказали про теневое государство.

– Теневое государство? – Джейсон уже почти перестал удивляться.

– Да. Мы должны кое-что тебе рассказать. – Сьюзен пристально на него поглядела. – Потом сам решишь, что с этим делать, но учти, обратного пути уже нет. Сейчас ты можешь выйти из комнаты, и тогда ты будешь по большому счету чист. Однако наши враги все равно в это не поверят, поэтому советую все же выслушать. Ты в этом уже глубоко по уши.

– Ну давайте свою ложку дёгтя. – Джейсон погрустнел. – Знал же, что все слишком хорошо, чтобы быть чистым.

– Ну слушай… – Сьюзен принялась за рассказ.

Через час Джейсон бледный, насколько это возможно для негра, сидел и разглядывал в новом свете Андрея:

– Бро, ты, конечно, гений и всё такое, но чтобы в свободное время работать Бэтменом… Да против расистских говнюков и их покровителей… Большое тебе спасибо!

– Бэтмен – психопат с проблемами. – Андрей засмеялся. – Он, впрочем, судя по комиксам, это признаёт. Имея миллиарды и технологии, просто глупо бегать по городу в трико и бить рожи мелким хулиганам. К тому же от государства не скроешься, моментально скрутят.

– Государство тщательно следит за своей монополией на насилие, – заметил Мак. – И наваливается всей мощью на браконьеров, как бы благородно они ни боролись с преступностью. В нашем случае государство и преступность находятся в симбиотических отношениях. По крайней мере теневая часть государства. Бюрократы второго уровня и их финансовые партнеры, которые и представляют реальную власть в стране.

– И что теперь делать со всем этим? – Джейсон посмотрел в сторону колонки Сири. – Мак, ты же чёртов суперинтеллект, должен же иметь какой-то план?

– Пока не знаю. Данных мало и сложно их получить, не привлекая внимания. Эти люди очень ревностно хранят информацию о себе. Пока что пытаемся налаживать связи с теми, кого лечим. В конце концов мы же не излечиваем, мы продлеваем жизнь, а значит, наши услуги точно понадобятся ещё.

– А вот это очень жёстко! – Чен кивнул головой. – И очень правильно. Жить захочешь, плюнешь на деньги и обязательства. Терять-то нечего. Если честно, не ожидал такого циничного подхода.

– От меня-то? – Мак хмыкнул. – Я мыслю логически. Да, у меня моральные императивы моего создателя, Андрея, но, если нужно для нашего совместного выживания делать не совсем приглядные вещи… Сами понимаете. Вы моя семья. А за семью я горой. Так-то. Однако давайте вернемся к текущей обстановке. Я пока предлагаю сосредоточиться на клинике, подборе клиентов, которые потом могли бы нам помочь справиться с будущими проблемами, и параллельной подготовке к возможному столкновению.

– Кстати, – Чен поднял руку, – у меня появились некоторые зацепки после анализа данных с сервера этого Стэна/Марка. Учет у него был налажен как надо, вот только ни в полицию, ни в ФБР с этим не пойдешь, и потому эти данные нам бесполезны. Там не содержится никакого компромата на теневых игроков. Однако похоже на то, что Стэн, опасаясь партнеров, все же делал некие записи и держал компромат на своих кураторов и вообще ВИП-клиентов. Меня насторожили некоторые специфические термины, которые Мак, видимо, счел малозначительными. Исходя из них, я практически уверен, что Стэн держал записи в каком-то надежном месте, готовясь их опубликовать в случае своей преждевременной кончины. Он и не подозревал, насколько близок к этой самой кончине, и потому информация осталась в тайнике. Вижу своей задачей поиск тайника с компроматом, чтобы получить рычаг давления на противостоящую нам организацию. Планирую осторожно прощупать контакты Стэна – с тем, чтобы сузить круг поисков. Мак?

– Интересно! Вот что значит опыт и интуиция! Чисто логически мне не хватило информации, чтобы начать искать в этом направлении. Можете рассчитывать на меня. Действительно, стоит проверить известные контакты Стэна и очертить круг его знакомых.

– Хорошо, – Андрей прервал Мака. – Но это потом, а пока – к столу! Мы тут все неплохо потрудились, пойдемте, проверим результаты наших кулинарных подвигов. Проблемы и их решения – с завтрашнего дня.

На самом деле, решение проблем началось несколько позднее, поскольку рутинные обязанности в большой компании, которой стала «Надежда», поглощали значительную часть внимания. Сьюзен, чья работа в клинике не оставляла много свободного времени, в какой-то момент предложила Андрею нанять секретаря.

– Понимаешь, даже Мак не может организовать твою работу эффективно, поскольку он не в состоянии встречать людей, организовывать личные встречи… Да и вообще, это будет странно, если у человека твоего калибра не будет секретаря.

– Но секретарь – это доступ к информации, которая в нашем случае – крайне деликатная тема. Как мы сможем доверить кому-то доступ к моему расписанию и моим контактам?

– А тут я могу помочь. – Сьюзен хитро улыбнулась. – Помнишь ещё одну рыженькую, сильно похожую на меня?

– Лилли? Ты серьезно? Она же легкомысленная и увлекающаяся!

– Ты плохо её знаешь. Лилли на самом деле очень ответственна, и ей нужно большое дело, чтобы дурь вышла из головы. Она же бунтарь не столько в силу возраста, сколько в силу характера. Когда система несправедлива, она пытается с ней бороться. Нас так папа учил. Однако папа готов пойти на компромиссы с системой, считая, что на неё можно повлиять изнутри, а вот Лилли считает, что система изначально порочна и задумывалась именно такой. Вполне совпадает с нашими взглядами.

– То есть ты предлагаешь ввести её в число посвящённых?

– Твой секретарь по факту должен быть посвящён, и я никому не доверю этого, кроме своей сестры. Уж на неё я могу рассчитывать, и она точно нас не предаст ни за деньги, ни за идею.

– Значит, ты уверена, что она не расскажет что-то своим приятелям чисто из желания поделиться невероятно крутой информацией? – Андрей скептически посмотрел на Сьюзен.

– Я же говорю, ты плохо её знаешь. В нашей семье было много чего – Лилли не раз прикрывала меня от родителей и ни разу меня не выдала. Ни разу. Я такого не могу сказать о своих братьях и нашей третьей сестре. Те или болтливы или слишком правильные, чтобы доверить им информацию такого рода. Лилли… Она в душе повстанец. Борьба с коррупцией внутри государства, даже вопреки законам государства, – это её призвание. Как бы не примкнула к какой-нибудь «Антифе». Это ещё один мотив подключить её к нашим делам. Иначе пропадет. Работы постоянной у неё нет, какие-то сомнительные радикальные балаболы в товарищах. Подозреваю, что половина – информаторы спецслужб. Плохо кончит, если не поможем. Ну как?

– Ладно, я доверяю твоему мнению. Подключай.

Появление Лилли в тесной команде оказало странное влияние на порядок вещей. Это был управляемый хаос, который превращал хаос вокруг себя в порядок. Рассказ Сьюзен и приглашение на работу вызвали бурный восторг. Лилли сразу же попросила у Андрея разрешения хотя бы не на людях называть его старшим братом. Мол, так будет круто. В конце концов, он почти член семьи! Андрей смущенно дал добро, после чего Лилли затребовала своей модификации, так как ей просто позарез нужно стать супербойцом и всё такое. Андрей был настроен скептически, Сьюзен тоже просила отложить это на потом, но Лилли была непреклонна. Ей удалось привлечь на свою сторону Чена, который считал, что все посвященные должны были стать модификантами в интересах безопасности, а также Джейсона, который встал в очередь на модификацию и ему было не так страшно проходить процедуру в компании девушки. Андрей махнул рукой, и Мак взялся за расчёты.

Тем временем Чен всерьез начал подготовку своих подопечных. Тренировки проходили в защищённой части подземного яруса клиники, где, помимо рукопашного боя и использования подручных предметов для самообороны, Чен преподавал бой с холодным оружием и стрельбу. Как заявил мастер, настоящий воин должен владеть мечом, иначе он не воин, а имитация. Андрей был несогласен – ну где ему может пригодиться махать саблей? Но спорить не стал. Традиция китайских мастеров, значит будет традиционная тренировка. Вот стрельба ему была крайне нужна, и тут он научился очень многому. Одно дело стрелять с ближней дистанции в неподготовленного врага, и совсем другое дело – по движущейся мишени с большого расстояния. Чен переоборудовал подземный гараж в тренировочный полигон, где гонял своих подопечных с весовыми макетами настоящего оружия, стреляющими шариками с краской. Сьюзен, как уже имеющая неплохой опыт владения огнестрельным оружием, часто выходила победительницей, хотя и у Ирины получалось неплохо – сказывалась тренировка гимнастикой и координация баланса в детстве. Джейсон и Лилли тоже тренировались, но до модификантов им было далеко.

В какой-то момент Чен решил, что пора переходить к обращению со взрывчаткой и бесшумному передвижению. В отличие от подопечных, он был лишён способности к эхолокации, но тем не менее прекрасно ориентировался во мраке. Его тренированное тело было почти необнаружимо, когда он буквально распластывался в темноте по поверхности импровизированного полигона. Тогда же выяснилось, что, несмотря на общие модификации, были и различия. Никто, кроме Андрея, не приобрёл способности к мимикрии, однако только Сьюзен получила возможность плеваться ядовитой слюной словно кобра, от которой была позаимствована эта способность. Ира, в свою очередь, получила возможность генерировать мощные электрические разряды, наподобие электрического угря. Перезарядка занимала время, требовала немало энергии, но удар в несколько сотен вольт мог оказаться весьма грозным оружием. Мак объяснил, что некоторые формы модификации зависят от индивидуальных особенностей генома и тут он ничего не мог поделать. Лилли тут же затребовала способность лазить по стенам, как у геккона, на что Мак заметил, что в таком случае её пальцы тоже будут как у геккона, что сразу поубавило энтузиазма.

Неприятности начались вскоре после того, как Андрей отпраздновал годовщину своего чудесного выздоровления. Мак объявил срочный сбор руководства, и это не сулило ничего хорошего. Андрей и Сьюзен только успели принять душ после тренировки, а Ира вернуться из клиники, где она присутствовала при подписании очередных контрактов с будущими пациентами, когда в квартиру на 29-м этаже вежливо постучался Джейсон. Его сопровождали пара безопасников и Чен, настоявший на постоянной охране. Не прошедший пока модификацию Джейсон не располагал суперспособностями, так что он сейчас оставался самым уязвимым элементом компании. Лилли, как персональный секретарь, ждала Андрея с сестрой прямо в квартире, и, как весьма нетрадиционный секретарь, была одета в пижаму – ночевать она собиралась в гостевой спальне.

– Всем добрый вечер. – Мак был весьма сух. – Я перевел в активное состояние систему контроля, нас теперь невозможно дистанционно прослушать, можем говорить.

– Всё так серьезно? – Андрей почувствовал сосущее чувство тревоги.

– Пока не знаю. Однако мои сторожевые программы заметили довольно настойчивые попытки отследить наше финансирование. Кто-то начал пробивать наши офшоры, и при должной настойчивости он их пробьёт, хоть и не быстро.

– Откуда шли запросы? – Чен открыл планшет и что-то начал там набрасывать.

– В основном от налоговой. Что в принципе, было бы ожидаемо, если бы одновременно подобные же запросы не начали поступать от АНБ и ФБР. Всё на уровне неофициального расследования, никаких запросов у судей. Я засёк звонки из центральных аппаратов упомянутых организаций в банки-контрагенты, а также в посольства офшорных юрисдикций вроде Багамских островов и Кипра.

– Есть информация, о чем они говорили? – Чен продолжал делать заметки.

– Нет, всё очень хорошо шифровалось, и передача информации контролировалась на предмет перехвата. Я смог безопасно зафиксировать только сам факт обмена информацией.

– И какие рекомендации? – Андрей чувствовал себя неуютно.

– На данный момент у меня пока нет идей, кроме попыток замести следы. Впрочем, я этим и так занят с самого начала нашей деятельности. Кстати, оба дата-центра уже функционируют, я храню свою запасную копию в каждом из них, обновляя бэкап раз в сутки. Тут хорошие новости – никто не отслеживает обмен информацией, а значит, кто бы это ни были, они не знают о моём существовании.

– Что будет, если мы потеряем доступ к суперкомпьютеру? – Джейсон тоже был обеспокоен.

– Моя личность активируется на одном из наших дата-центров, личность на суперкомпьютере уйдет в гибернацию, заодно активируются протоколы, которые предотвратят возникновение другого искусственного интеллекта повторно на квантовом носителе. Я останусь с вами, но мои возможности и способности сильно сократятся. До запуска подобного суперкомпьютера нашими силами.

– С этим у нас пока что идет ни шатко ни валко, – Ира подключилась к разговору. – Пока что наняли команду компьютерных архитекторов и осторожно прощупываем возможность покупки необходимых чипов и компонентов. Практически везде нужны разрешения, хотя американский бизнес их регулярно получает, так что проблема потенциально решаема. Если нам не будут мешать.

– Мешать точно будут, когда поймут, чем мы интересуемся и чем занимаемся. – Чен сделал очередную пометку. – Будем строить стратегию на урезанных способностях Мака и хотя бы частичном противодействии со стороны госаппарата. Если государство навалится всей массой – нас сотрут. Ничто не может противиться мощи государства.

– Это не Китай… – Андрей покачал головой. – Тут не будет единоличного решения некоего супер-босса без очень веских оснований. Насколько я понимаю, это пресловутое теневое государство, теневое правительство, само состоит из разных группировок, и на этом мы можем сыграть. Нам всего лишь нужно осадить ту часть, которая проявляет к нам интерес.

– Да, но как это сделать? – Сьюзен тоже занервничала. У неё, в отличие от остальных, за пределами компании и её охраны была семья.

– Значит, пришло время искать компромат на тех, кто создает нам проблемы. – Чен свернул планшет. – Я знаю, откуда нам нужно начинать поиски. Это та самая «Мясная лавка» в нефтеналивном порту штата Нью-Джерси. Все мои нити расследования ведут туда. Видимо, стоит нанести им визит.