Сыщицы из нее не получилось, придется в этом признаться. Полиция давно исключила ее из числа подозреваемых, как и Серафиму и Лелей, и дала разрешение открыть гостиницу. Жизнь возвращалась в прежнее русло.

Мармире она тоже ничем не поможет, скоро полиция узнает, кем был убитый незнакомец. А значит, нет никаких причин злоупотреблять гостеприимством Серафимы. Вот только за Кристину болело сердце, ох, не нравился Таисии хлыщ Анатолий. Ведь умная девочка, неужели не видит, какой он неприятный тип? Ничем хорошим эта история не закончится и развязка уже маячит на горизонте.

Да и история с кладом затянула. Как уехать, не дождавшись разгадки, кто же украл рубин из кольца и остальные предметы? Нет, это выше ее сил.

Грайлих так честно и призналась новым подругам за завтраком. Так мол, и так, готова отбыть в родную Москву, но любопытство замучило, за внучку, опять же, беспокойство. Поэтому готова оплатить всю неделю пребывания в гостинице и оплачивать впредь. Если она задержится, например, на пару недель, это ведь нормально? Григоревич вон, на месяц номер забронировал.

Серафима и Леля уставились на нее и даже рты открыли.

– Да я впервые со дня приезда в Болтужев оказалась в эпицентре такой истории! Так только в книгах бывает, а у нас реальная жизнь: страсти, убийства, старинный клад. Без тебя мы бы сидели и переживали, что с нами будет, а с тобой у нас целое расследование! Ты забудь мое вчерашнее ворчание, это я так, по привычке. Классно же съездили!– Горячо заговорила хозяйка гостиницы.

– Девочки, да я вся в работе и в семье, я не помню, когда последний раз просыпалась с мыслью, что скоро завтрак у Серафимы и мы соберемся вместе, поделимся новостями! Правда у меня все больше не новости, а плюшки,– засмущалась Леля.– Но в начале я же здорово помогла, правда, когда юного полицейского разговорила?

– Никаких денег!– Твердо сказала Серафима.– Будем считать, ты моя двоюродная сестра, приехала погостить на лето.

– Скорее уж тетушка,– вздохнула актриса.

– И завтраки наши будут по-прежнему, да? – Заволновалась Леля.

– Только все наше расследование ни к чему не привело. – Вздохнула Грайлих. – Мы понадеялись, что сможем то, что не в состоянии сделать полиция, а в итоге и они в тупике, и мы.

– Погоди опускать руки! Мы что, зря вчера съездили во Владимир? Этот чудик, ну, краевед, отправил смс таинственному покупателю книги, тот наверняка ответит и куда-то эта ниточка приведет. Ты мирись пока с внучкой! Погода хорошая, прогуляйся в усадьбу. А в обед встретимся, может, будут новости. Кот твой, кстати, уже с моими на травке пасется, в садике с другой стороны дома, все устроено!

* * *

Громкие голоса и звон бьющегося стекла встретили ее на подходе к усадьбе. Нет, только не это!

Грайлих ворвалась в холл как раз в тот момент, когда Кристина и Алина, словно боксеры на ринге, вытанцовывали одна вокруг другой какие-то па. Нет, не боксеры, так ведут себя драные кошки по весне.

Женя и Михаил пытались уговорить обеих разойтись по комнатам. Глаза Кристины опухли и покраснели, явно прорыдала всю ночь.

– Ты увела моего парня, а теперь говоришь, чтобы я успокоилась?

Алина закатила глаза и скривила гримасу. – Я его не уводила. Это ты его потеряла.

– Сучка!

Анатолий стоял в дверях, с явным удовольствием наблюдая, как две девицы готовятся за него подраться.

Какой же он мерзкий! Таисии захотелось бросить в него чем-то тяжелым. Вместо этого она сказала громко:

– Прекратите. Ссоры ни к чему хорошему не приведут.

– Бедная Кристина, – вздохнула Алина в притворном сочувствии.– Она не может смотреть правде в глаза. Толик влюблен в меня – и что с того? Он ей не жених, подумаешь, повстречались и расстались. Она не умеет принимать поражение с достоинством.

Кристина кинулась на соперницу, но ее схватили Женя и Михаил. Девушка обмякла и расплакалась.

– Хватит, прекратите! Вы ведете себя как дети!

– Она первая начала,– словно и правда в детском саду заявила Алина.

Кристина подскочила и сильно дернула Алину за волосы, та пнула соперницу в колено.

– Да что ж это такое! Анатолий, Михаил, уведите их друг от друга! – Таисия впервые стала свидетельницей подобной сцены и не знала, как себя вести.

Михаил схватил Кристину за руки, Анатолий оттащил в сторону Алину. Та повернулась к молодому человеку и поцеловала его в губы.

– Пойдем, Крис,– умоляюще попросила Женя. – Они этого не стоят.

В дверях Кристина резко обернулась.

– Ты пожалеешь об этом! Вот увидишь!

Когда Грайлих вошла в комнату внучки, та лежала на кровати лицом вниз. Ее молчание нервировало больше, чем слезы.

– Расскажи мне, что произошло.

Кристина молчала. Вместо нее ответила Женя.

– Алина в баре все время пыталась привлечь внимание Тимофея, но он не обращал внимания. Тогда она переключилась на Анатолия.

– И ему это понравилось. – Злым голосом сказала Кристина. Она села на кровати, лицо в красных пятнах, губа закушена.

– И что случилось дальше?

– Дальше Алина вышла утром из комнаты Толика и наткнулась на Кристину. Ну… то есть не просто вышла. Они оба хихикали и целовались. Кристина увидела их и…

– И взбесилась, да? – Голос внучки был неестественно спокоен. – Ну, теперь я с этим покончила.

Такая Кристина пугала Грайлих. Ее накрыло ощущение надвигающейся беды. Почему молодежь принимает все так близко к сердцу? Они действительно не жених с невестой, Анатолий не первый и, хочется надеяться, не последний молодой человек Кристины. Почему она ведет себя так, словно вся жизнь кончена?

Грайлих давно уже подозревала, что какой бы хорошей (но это тоже под вопросом!) бабушкой она не была, Кристина всегда помнила, что родители выбрали карьеру, а не дочь. Да и сама Таисия часто оставляла девочку с няней или брала с собой на гастроли, где Кристина оказывалась предоставлена сама себе. Она выросла за кулисами театра и съемочной площадки.

Господи, что же они натворили! Девочка все время помнит, что ее бросили и она всем мешает. Поэтому и цепляется за непонятных мужчин и непонятные романы и снова обжигается. Как будто специально ищет тех, с кем отношения закончатся предсказуемо, не может поверить, что кто-то способен действительно полюбить ее, заботиться о ней… И это вина взрослых.

Не было никакого смысла оставаться в усадьбе.

Грайлих вздохнула и медленно пошла обратно в город. Ей никак не удавалось в полной мере оценить красоту его приближения, то тело находится, то уже темно, а сейчас не было настроения. И все же она остановилась, замерла, когда расступились деревья и впереди показался мост, а за мостом – колокольни и храмы, монастырские стены и маленькие домики, и привычные уже рыбаки, и темные лес на горе, и белый монастырь на его фоне на самом верху. Нереальный вид!

Она вздрогнула от неожиданности, услышав голос за спиной. Обернулась – ее догнал пожилой мужчина в камуфляжном костюме и сапогах, с удочкой в руках.

– Думаете, просто так в Болтужеве столько монастырей и церквей понаставили?

– И почему же их понаставили?

– В сорока километрах воон туда,– мужик неопределенно махнул рукой куда-то влево, стоит Пӯстынь. Еще до Петра Первого ссылали туда колдунов, да ведьм всяких. И поставили пограничный город с монастырями и храмами: если и вырвется нечисть из Пустыни, разомкнет круг, то не доберется до столицы, не пройдёт стражу. Смотрите, дамочка: вон Благовещенский собор, вон церковка Иоанновская сбоку, влево – Сретенский монастырь, вправо – Казанская церковь, позади, в лесу – Знаменский монастырь. А вон там, наверху, где сейчас Никольский монастырь, стояла когда-то крепость с искусственным рвом с водой, деревянной рубленной стеной и башнями. В крепость по мостам проходили, а на башнях стояла стража. Непростой у нас город, дамочка!

Грайлих смотрела на противоположный берег, на гору, отбивала время соборная колокольня, от гулкого звона взвилась над крышами стая птиц. Надо же… каких-то десять дней назад она и не представляла, что существует такая красота, хорошо спрятанная от массового туризма. Кольнуло сердце: ведь распробуют, откроют, затопчут. Хотелось спрятать городок где-то глубоко внутри и никому не признаваться, что есть он на белом свете.

От крамольных мыслей ее оторвал звонок телефона. Арнольд Михайлович решил лично доложиться «голубушке Таисьльсанне», что таинственный покупатель пока не ответил.

– А что, правда, что Болтужев город – страж?

– Болтужев был одним из цепи оборонительных городков владимиро-суздальских князей в XII веке, их крепости расположили на таком расстоянии друг от друга, чтобы дымовой столб сигнального костра, зажженный в одном городе, был виден в следующем за ним, вверх по течению реки.

– А про нечисть?

– Ну, это легенда, хотя я сам видел такие записи в старой летописи.

– Что ж он не уберег людей от нечисти, допустил убийства?

– А вы, голубушка, подумайте, люди-то все приезжие пострадали. Своих Болтужев в обиду не даст.

– Вот дворянам Болтужевым только не повезло,– съехидничала она, Софью убили, деда ее на вилы подняли.

– А может, было за что, голубушка, только мы этого с высоты своего времени да по прошествии лет не знаем.

* * *

– Не мучай себя, все разрешится. – Утешала ее по возвращению Серафима. – Где их начальник или как он там называется?

– Дживс, – рассмеялась Грайлих.

– Кто?

– Был такой английский сериал, комедийный. Дворецкого играл известный английский актер Стивен Фрай, а его нанимателя – Хью Лори.

– Стивен Фрай, это такой черненький, упитанный?

– Да, но их начальник совершенно не похож. Просто Дживсом после выхода книги, по которой снят сериал, стали называть идеального дворецкого. Вот и Даниил Валерьевич вылитый идеальный дворецкий, зализанный, в очочках.

– Ну и где этот зализанный? Почему не вмешивается?

– У него проблемы с глазами, уехал во Владимир.

– Без него молодежь натворит дел. Они же все еще дети, разве можно их без присмотра оставлять? Ну и что, что совершеннолетние! Давай пообедаем, и отправляйся в усадьбу. Хочешь, я с тобой схожу?

– И что мы будем делать?

– Руководить, пока беды не случилось. Разгоним всех в разные стороны, дадим задания, которые не будут пересекаться. Всех! И Толика этого противного, и девушек. А явится болезный, пусть спасибо скажет.

– Спасибо тебе.

– Просто продолжай любить и поддерживать внучку. И не вмешивайся, ты не сможешь решать проблемы за нее. Она должна разобраться сама. Свой мозг молодежи в голову не вложишь.

Пока Серафима убирала посуду, Грайлих набросала в заметках телефона вопросы. Ответов ни на один не было.

Кто убил Татьяну? Ответа нет.

Кто был отцом её ребёнка? Тимофей.

Кем был незнакомец? У полиции должна появиться информация.

Кто бросил в воду тело Татьяны? Ответа нет.

Связь между Катей, убитой тридцать лет назад и Татьяной, убитой неделю назад. Какое отношение имеют к ним профессор Григоревич и незнакомец? Клад?

– Да, смотрю, большинство вопросов без ответа.– Серафима пробежала глазами список.

– Когда я учу роль, то составляю список. Вернее схему. Откуда что вытекает и кто с кем связан, каким образом. Здесь ясно одно, все смерти связаны с кладом и кольцом.

– И незнакомец?

– Он сюда не вписывается, но другого объяснения нет. Не может же в тихом городке произойти три убийства за неделю без всякой связи.

– Логично, но доказательств нет. Даже у полиции нет, со всеми их возможностями.

– От наших они отличаются лишь наличием анализа ДНК и снятием отпечатков пальцев. В остальном они действуют так же, как действовали мы, опрашивают всех вокруг жертв и ищут связи. А мы смотрим шире. Если окажется, что опись, составленная Болтужевыми в конце XIX века и опись, составленная Катей, идентичны, значит предметы из клада точно пропали.

– Я тут вспомнила… – задумчиво сказала Грайлих. – Но забыла.

– С тобой все хорошо? Как это – вспомнила, но забыла?

– Все хорошо. Я вспомнила, что на месте, где мы нашли тело Татьяны, меня что-то беспокоило. Какая-то деталь, что-то было неправильно. И меня тогда эта мысль мучила. А потом все завертелось и я вспомнила.

– И что тебя мучило?

– Так я вспомнила, что мучило, что-то было не так. А вот что именно, я так и не помню.

– Я ничего не поняла, ну да ладно.– Рассмеялась Серафима.– Тут помню, там не помню, тут вспомнила, что забыла. Давай рассуждать логически. Кто-то, очевидно, мужчина, воспользовался уязвимостью Татьяны после ссоры с отцом ее ребенка, Тимофеем. Его целью было получить предметы из клада. Узнав, где клад, он убил Татьяну, а незнакомец оказался свидетелем убийства, за что он убил и его.

– Нет, не так. Он уже продал предметы из клада. Татьяна обнаружила это, сравнив предметы с описью, увидела, что многих не хватает. А главное рубин превратился в гранат.

– Ну и что? Если он продал эти предметы тридцать, да пусть десять лет назад, его не найдешь.

– Если предметы тщательно описаны, можно проследить их след, даже одного-двух предметов хватит, чтобы установить продавца.

– Скажет, что купил у кого-то, потом перепродал.

– Видишь ли, если имя этого человека всплывет, то могут всплыть и какие-то улики. Ему нужно уничтожить все документы, где описаны предметы.

– Но он не уничтожил опись составленную Катей.

– Написанный кем-то от руки листок не сыграет важной роли. А вот если он совпадает с исторической описью, совсем другое дело.

– То есть он убивает чтобы скрыть то, что сделал в прошлом?

– Да. Но не только кражу предметов и замену камня, хотя у исторического рубина высокая стоимость. Он испугался, что его имя свяжут с убийством Кати тридцать лет назад. А у этого преступления нет срока давности.

– Убивает, чтобы скрыть убийство?

– Именно так.

– Хорошо, с Татьяной и незнакомцем мы определились с мотивом. А Григоревич?

– То же самое. Он что-то узнал. Не зря он ругался с Татьяной, волонтеры рассказывали.

* * *

Солнце вспомнило, что уже середина лета и жарило так, что женщины решили отправиться в усадьбу к вечеру. Кондиционеров в гостинице не было, поэтому Грайлих включила потолочный вентилятор и улеглась подремать. Кот как ушел с утра, так и не появлялся. Его исчезновение решило бы все проблемы, но теперь это не просто кот, это ее кот, у него имелось имя! «Тут внучка пропадает, а я о коте волнуюсь», – на этой мысли Таисия провалилась в дрему.

Она проснулась с головной болью от духоты и неудобного положения. Приняла прохладный душ, натянула спортивный костюм – несмотря на жару ходить в платье по лесным дорожкам некомфортно.

Когда они с Серафимой отправились в усадьбу, там было необычно оживленно. Даже оба садовника, дед и внук, топтались у крыльца, не занятые работой. Кристина и Женя избегали смотреть на окружающих, в дверях сгорбился Толик в толстовке, капюшон накину на голову.

– Что случилось? Вы какие-то странные и обеспокоенные.

– Алина пропала. Ее нигде нет.

– Она могла уйти в город.

– Одна? И ей нечего там делать, все покупки сделаны.

– И давно ее нет?

– С утра.

– Я позвоню в полицию. – Сказала Грайлих.

* * *

Следователь Стрельников с тремя полицейскими появился через полчаса.

Пока полицейские опрашивали волонтеров, он отвел Таисию в сторону.

– Мы установили личность незнакомца, отравленного в лесу.

– И кто это?

– Кирилл Еремин, неоднократно судимый. Наша компьютерная система вышла из строя, пока прислали специалиста, прошло несколько дней. Сами понимаете, нужен допуск, а в штате в маленьком отделе своего айтишника нет. Отдел информатики и тот во Владимире. Так что мы получили документы с опозданием.

– Неизвестно, что он тут делал?

– А вот это самое интересное. Он сидел в одной камере с неким Леонидом Светлицким.

– Что???

– Сын Марины Мироновны пошел, как любят писать журналисты, по скользкой дорожке. Поэтому, видимо, и не связывался с матерью, стыдно было.

– Где он сейчас?

– Умер в колонии.

– О, Боже! И Маримире… Марине Мироновне не сообщили?

– Ее данных не было. Он совершеннолетний, так что тело осталось невостребованным, там и похоронили.

– Как же ей сказать…

– Мы сами скажем. Не берите на себя такой груз, Таисльсанна.

– Так зачем этот… Еремин приехал сюда?

– Можем только догадываться. Скорее всего, искать клад.

– Катя нашла опись… она встречалась с Леонидом… тот был в курсе, конечно. И поделился в тюрьме с сокамерником! Тот освободился и приехал за сокровищами.

– Вам бы детективы писать, Таисьльсанна. Но в целом верно, единственное правдоподобное объяснение.

– Значит, он встретился с кем-то, кто тоже был в курсе. И этот кто-то и есть убийца. Александр Михайлович, в то время, тридцать лет назад, изучали окружение Кати, но не окружение Леонида! Был кто-то еще, знавший о кладе. Катя убита, Леонида должны были посадить за убийство… он расчистил себе дорогу! И даже то, что Леонид сбежал, сыграло ему на руку! Это он, наш сегодняшний убийца!

– Таисьльсанна, сейчас нам надо найти девушку-волонтера. Желательно живой и здоровой. Все остальное потом.

Один и полицейских подбежал к ним.

– Нашли мобильный телефон девушки. В сумочке в ее комнате. Она не могла уйти без телефона.

– О, Боже,– снова сказала Таисия.

Стемнело, прибыло больше полицейских. Собравшиеся на крыльце усадьбы смотрел, как мигают огоньки фонариков в лесу.

– Мы должны чем-то помочь. – Таисия с Серафимой присоединились к поискам на территории усадьбы. – Невозможно сидеть без дела, а здесь столько укромных уголков, подсобных строений.

Они отодвинули засов садового сарая, распахнули деревянную дверь. Сердце Таисии заколотилось так, что она вынуждена была замереть на пороге и выдохнуть, прежде чем войти внутрь и направить фонарик мобильного телефона на стены. Сильно пахло навозом, в углу сложены какие-то ящики.

– Ее здесь нет. – Обе вздохнули с облегчением, потому что понимали – если бы Алина была здесь, то вряд ли живой.

Они обошли ближайшие аллеи парка, пару раз споткнувшись на гравийных дорожках.

В воздухе пахло прелыми листьями, влажной землёй и сосновыми иголками. Голоса вдалеке звучали обеспокоенно, но не встревоженно.

Полицейские обходили усадебный пруд.

– Сюда! – Послышался издалека мужской голос.

Сердце Грайлих екнуло. Они с Серафимой вместе с остальными побежали на голос. Лучи фонариков скользили по кромке воды, где темнело что-то, похожее на человеческое тело.

– Ложная тревога. – Выпрямился один из полицейских.– Только камни и ветки.

– Сейчас мы вернемся, а она в усадьбе, смущенная всей этой суетой,– сказала Женя.

В этот момент лучи фонариков остановились на неподвижно лежащем человеке.

Алина лежала, скрючившись, согнув колени и прижав руки к телу. Возле её головы образовалась тёмная лужица.

– О, нет!

– Один из полицейских проверил пульс.

– Она жива. Скорую быстрее!

Машина Скорой помощи появилась через пятнадцать минут.

– Как они проехали?

– Мост выдерживает легковые автомобили, просто никто не хочет рисковать своей машиной на лесных тропах. Здесь выбора не было.

Все наблюдали, как медики заносят носилки с Алиной в машину. Свет выхватывал полицейских в форме.

– С ней все будет хорошо?

– Без обследования трудно сказать. Она получила сильный удар по затылку.

– Она что-нибудь сказала? Кто это сделал? – Спросил чей-то голос.

– Она без сознания. – ответил следователь. – Возможно, пройдёт какое-то время, прежде чем она сможет говорить. Даже тогда она может не вспомнить, что произошло. Хотя все может быть хорошо.

Полиция допрашивала волонтеров.

У Грайлих защемило в животе. Все узнают сейчас об утренней ссоре и Кристина станет подозреваемой. Она сидела рядом с внучкой, крепко держа ее за руку.

– Александр Михайлович, жертва отправила днем несколько мобильных сообщений. Получатель записан как Кристина.

– Что? – Хором спросили бабушка и внучка.

– Алина отправила сообщение Кристине с предложением встретиться в лесу в 13 часов.

– Но я не пошла! Я не собиралась с ней встречаться! – Кристина подскочила на стуле.

– Давайте поговорим. Идемте в библиотеку.

Грайлих решительно пошла за ними. Видя ее выражение лица, следователь не стал возражать.

– Давайте поговорим о том, где вы были сегодня днем, кто вас видел.

– После того, как мы закончили уборку после завтрака, я работала до обеда с бумагами. Алина мне написала, что хочет встретиться и нам надо поговорить. Я не согласилась. Вот и все.

– Вы ответили согласием.

– Ну и что? Я передумала и не пошла.

– О чём она хотела поговорить?

– Откуда мне знать?

– А вдруг?

– Думаю, она хотела поговорить об Анатолии. Мы с ним встречались, теперь они встречаются с Алиной. Что бы это ни было, я не хотела этого слышать. Мне совершенно всё равно, мне наплевать на Толика.

– Если это правда, почему ты так разозлилась утром?

– Потому что Алина стерва. Она злая, вывела меня из себя

– Кристина,– в ужасе сказала Грайлих. – Алина серьёзно пострадала.

– Мне жаль, но от этого она не перестала быть стервой.

– Вы поссорились утром, – продолжил Стрельников. – Да так, что чуть не подрались, даже пришлось разнимать.

– Я уже пожалела об этом.

Грайлих поднялась. – Послушайте, она ответила на ваши вопросы. Она не встречалась с Алиной и не знает, кто мог это сделать.

– Таисьльанна, ваша внучка взрослая. Я позволил вам присутствовать из вежливости. Если будете вмешиваться, вам придется удалиться.

– Я никуда не уйду. – Грайлих скрестила руки на груди и села.

– Кристина, где ты была сегодня с 12.30 до 13.30?

– Нигде конкретно. Я гуляла. Я была расстроена.

– Почему ты расстроилась?

– Это личное.

– Почему ты расстроилась?

– Алина меня разозлила.

– Где ты гуляла?

– Не помню. В парке.

– А в лесу?

– Нет.

– Ты уверена?

– Абсолютно.

– Ты кого-нибудь видела?

– Нет.

– Слышала?

– Я не слушала. У меня было много дел.

– Например?

– Не ваше дело.

– Кристина,– снова вмешалась Грайлих. – Не усугубляй ситуацию. Просто скажи, где ты была и что делала.

И следователь и внучка сердито посмотрели на Таисию.

– Ты уверена, что никого не видела?

– Кого, например?

– Кого угодно. Волонтеров или посторонних.

– Я же говорила. Я никого не видела. – Кристина сжала губы.– Мне больше нечего сказать.

Заглянул полицейский. – На пару слов!

– Оставайтесь на месте, буду через минуту.– Стрельников вышел из библиотеки.

– Кристина,– прошипела Таисия. – Перестань врать и расскажи им, что ты делала.

– Я не вру.

– Нет, врешь. Ты никогда не умела это делать.

Следователь вернулся и обратился к Кристине спокойным голосом:

– Ты была сегодня в лесу? Подумай хорошо, прежде, чем ответить.

– Нет. – В глазах вспыхнул страх, а Грайлих пробрала волна холода.

– Тебя видели на дороге в лес около часа дня.

– Они ошибаются.

– Но тебя видели.

– И что?

– Ты сказала, что не была в лесу.

– Значит, я ошиблась. Я не помню, что была там.

– Не помнишь, что пошла в лес?

– Не помню.

– Зачем ты пошла в лес, если не собиралась встречаться с Алиной?

– Возможно, я прошла мимо. Не помню.

«Боже, она что-то скрывает. Что она натворила?»

– Алина назначила встречу. Я не пошла. И я там не была.

– Но ты почти призналась, что проходила мимо. Ты видела Алину?

Кристина вскочила на ноги. – Я не встречала Алину, понятно? Я её не видела. Я никого не видела. Вы не заставите меня сказать неправду. Я пойду спать.

– Боюсь, все не так просто. Алина попросила тебя встретиться с ней в лесу у озера в 13 часов. Ты говоришь, что не пришла на встречу, но тебя видели там примерно в момент нападения. Ты отказываешься рассказать нам, где ты была и что делала.

– Не помню.– Кристина стиснула зубы.

Выражение лица Стрельникова стало жестче. – Это не игра, Кристина. На молодую женщину жестоко напали. Она может умереть.

– Я не нападала на нее.

– Кто напал? Ты обязана нам помочь.

– Мне нечего сказать.

– Я дал тебе возможность ответить на вопросы. Ты отказываешься. У меня нет выбора, кроме как отвезти тебя в полицию для допроса. Ты этого хочешь?

– Вы не можете этого сделать! – Грайлих схватила внучку за руку. – Ради всего святого, Кристина. Просто расскажи ему то, что он хочет знать.

– Тебе придется проехать с нами. Госпожа Грайлих, я сожалею, но вы с нами не поедете. Ваша внучка совершеннолетняя.

Мир разлетелся на миллион крошечных кусочков и совершенно непонятно, как собрать их воедино.