Боссом «подземелья», с рангом «шесть», оказался огромный, десятиметровый исполин, что практически подпирал собой свод зала пещеры, где он был. Вот только кроме огромного размера и толстой шкуры, у него больше ничего и не было, и в созданном и поддерживаемом им же сами зале-логове ему было несколько тесновато — глупый какой-то босс.

Когда мы вошли в его комнату, он оживился, вышел из медитации, в которой сидел, поднялся на ноги… взревел. Пространство вокруг немного схлопнулось — больше не было никакого лабиринта извилистых туннелей! Осталась только комнат с боссом, и комната с порталом. Причем, отдельно друг от друга! И на приличном расстоянии друг от друга, разделенные толщей «камня».

Для тех, кто не в ладах с контролем пространства, это означает, что они тут сейчас заперты вместе с этим владыкой, хозяином осколка. И пока он не умрет — им от сюда не выбраться. Для меня же… такой слабый повелитель пространства как этот непомерно раздутый гигант конкурентом не является. И я могу сам запереть его в узилище пространства при желании, только вот зачем?

Бежать-запирать не входит в наши планы! Мы пришли зачистить этот осколок от тварей Хаоса! И чтобы сделать это, осталось лишь сразить владыку, всех остальных гигантов мы уже перебили, никого не пропустили.

А иначе бы… ну, иначе бы тут было тесновато — при сжимании подземелья, хозяин осколка перемещает всех и всё к себе в комнату, лишь разлом в материальный мир ему не подвластен, и он остаётся там, где и был. И зачастую, путь к нему тоже остается, пусть и становится прямой линией, кратчайшем путем. Но сейчас — и времени мало прошло с момента открытия пролома в из Хаоса в Мир, и метод открытия пролома был долек от обычного, моими трудами.

— Он твой, сестренка, — усмехнулся я, и приметив подходящий камень, умастил на него свою жопку. — Опасайся ударов по голове!

— Всенепременно, — сморщилась сестра, и присев на одно колено, стала непонятно чего выжидать.

— Решила его скукой уморить? — съехидствовала я на это глядя, и бросил взгляд на босса.

Хм, а ведь отсутствие тут подчинённых, ему только на руку! Никто под ногами не путается! Вот только… потолок! Сводчатый свод! Ему не подойти к нам не нагнувшись! Так вот чего ждет сестра! Ах ты хитрая маленькая норка!

Гигант, идея к нам, и своими шагами сотрясая землю, что в подземелье подпрыгивал каждый камень от его шагов, уперся лбом в свод пещеры. Долго стоял и думал, как ему поступить и что делать дальше. Потом сообразил нагнутся. Потом еще сильнее присел, царапая потолок своей спиной. Потом совсем… опустился на колено! И потянул руку к сестре, чтобы схватить…

Выстрел! Выстрел! Выстрел! — сестра, расставив руки в стороны, обратила все своё тело в одно сплошное оружие! Орудие, из которого на чудовищной скорости, легко пробивая звуковой барьер, плотным строем почти в упор друг другу, вылетели пачки каменных копий. Правда копья после такого можно и не искать — пришли в негодность, слишком велика нагрузка.

Три залпа! Около сотни острейших, насыщенных маной, и высокопрочных копий! В утиль! И в принципе — ладно, сестра хорошо сработала, прям на загляденье. Голову чудищу, что подойдя и нагнувшись, опустил её к девчонке поближе, опустил её ниже, от потолка подальше, да мишенью получше — её просто снесло этими снарядами, начисто срезов, словно шея так всегда и не шла ни к какой голове.

Порвало на части! Разметало кусками по территории за гигантом… а сам гигант, мгновенно умерев, так и замер, с протянутой рукой. Потом покачнулся, упал сначала на руку, потом на бок, распластавшись по земле, начав распадаться на ману.

Подземелье задрожало и начало терять стабильность. Схлопнулись последние установки хозяина этого место, и портал выхода, как единственная стабильность в этом микро мире, тут же оказался в данной комнате, замаячив в десяти метрах от нас.

Я начал поглощать высвобождающиеся ману, и тут… и тут меня осенило! Я прозрел! Мы не в осколках на прогулке! Мы на высоко важной миссией! Миссии становления охотником и зарабатывания репутации! А тогда — где трофеи⁈ Мы всё сожрали в хлам! Я сожрал!

— Я осел! Чистопородный, лохматый… — говорю я в слух, а сестра смотрит на меня глазами, в которых четко читается, — ты только узнал, да⁈

В срочном порядке выкидываю из пространственного хранилища всё то, что хоть как-то может быть похоже на трофеи с гигантов. Да, магических кристаллов мне не добыть и не принести, но хот так! Хоть железки будут ту красоваться, доказывая, что — всё было не просто! Мы не врем!

К тому же — кристалл с босса — я его еще не успел съесть. Да, все будет норм, я не обосру собственный план столь глупо! А еще — сестренке надо бы прикрыться! Там наверняка будут камеры, репортеры, пресса зеваки, а она… блистает своими прыщиками и похожа на мальчика.

А она девочка! Поэтому я швырнул ей свой пиджачок, который сестрица, пожав плечами в недоумении, тут же на себя надела. Сам же я надел на себя рубаху. Рубахи для мальчиков и девочек разные, а вот пиджачки — одинаковые, так что все норм.

— Что теперь? — поинтересовалась сестра, глядя на то, как со свода зала сыпется камни, но не долетают не то что до пола, а даже до середине пути до него, испаряясь в пространстве в полете.

— Теперь — идем на выход, — указал я в сторону разреза прохода. — Можно и тут посидеть, дождавшись пока нас насильно туда выкинет, но это не самое приятное чувство, так что пошли.

Сестра почему-то вздрогнула, выдохнула, пожала плечами, и пошла за мной следом в сторону портала. Перед самой его грань, обернулась в сторону почти растаявшего монстра.

— А с ним что? — указала она на в сторону камня маны, сердца монстра-босса, начавшего просвечивать сквозь ставшею словно песок плоть существа.

— Да пусть лежит, формируется. Его тоже выкинет наружу, как и весь тот хлам, — указал я на гору железа, что выкинул из хранилища для роли трофеев подземелья.

В принципе, там есть и ценные штуки! И по факту — там есть и трофеи этого «подземелья», в виде той же неплохой булавы. Однако — репутация дороже! Пусть будут, а себе железок я еще добуду при необходимости.

Мы вновь взялись за руки, как при входе в подземелье, вновь призвали во вторые руки по копью, и шагнули через портал наружу, в материальный мир. Миг, и… что-то как-то жидко. Никаких делегаций, никакой встречи! Даже групп охотников, спешащих спасти деток нет!!! И зевак, совсем немного.

По факту последних, тут даже меньше, чем было тогда, когда мы уходили! Видимо в разгар рабочего дня средь жилого квартала всё совсем туго с праздношатающимися. Репортеров чуть побольше чем было, сразу три группы с камерами, и еще тройка отдельных личностей-фотографов.

Полицейских больше раза в два и организовано нормальное отцепления, с переносным заграждениям, ленточками и постами, со стоящими часовыми и патрульными, отгоняющими зевак от запретной линии подальше, на дистанцию.

А еще тут есть ученые, и довольно много. Ребята что, нарядившись в защитные костюмы, работали почти у самого портала, когда мы из него выскочили. И вот они то собственно и заметили нас самыми первыми, прерывая свою работу и пуча глаза под защитными масками ОЗК.

И только пото-о-ом! Когда мы уже успели постоять пред порталом, осмотреться, и мельком поглазеть на ученых, среагировали журналисты и телевизионщики, и прочий люд, что до этого был заняты чем угодно, но точно не наблюдением за порталом. Журналами вон, для которых тут работа, вообще, болтали меж собой, строчили что-то в блокноты, настраивали оборудование, или просто пили кофе и ковырялись в носу.

Защелкали фотокамеры, началась сьемка… мы отошли на пару шажочков от портала, сам проход, за нашими спинами схлопнулся в точку, и из неё на детскую площадку посыпался нажитый нами хабар. На получившеюся горку из которого, как завершение, и словно бы с неохотой, из дыры в пространстве вывалился большой камень маны поверженного босса.

Толпа зевак ахнула, разрыв окончательно закрылся. А мы, пожав плечами и переглянувшись, запрыгали прочь от сюда, слега задрав носики, и делая вид, будто нам ни до кого и ничего нет дела. В том числе до оставшегося валятся посреди детской площадки и слегка ошарашенных ученых хлама, в виде ценнейших трофеев с подземелья.

Как ни странно, никто не стал вставать у нас на пути! Полиция и стоящие по эту сторону журналисты, почтительно расступились, продолжая снимать на все что только можно. Заграждения мы тупо отодвинули в сторону копьями, а зеваки расступились прочь не менее охотно чем прочие. Так что мы спокойно вышли «на оперативный простор» и поскакали к выходу со двора.

— По-моему, что-то пошло не так. — шепнула мне сестра, украдкой оглянувшись, и видя, что нас никто не преследует.

— Не, все норм! — слегка улыбнулся я, шепча в ответ, — прыгаем к ассоциации.

До здания офиса ассоциации мы добрались без каких-то особых пряслам. Просто шли в припрыжку по улицам, глазея по сторонам, и не выпуская из рук копий. Народ, немногие прохожие попадающиеся на пути, шарахался от нашего вида, но только после того как замечал двухметровые дрыны в руках у столь маленьких детей. А до тех пор — слепо игнорировал наше существование.

Даже был один веселый случай, когда какой-ту мужчина, увлеченно болтая по телефону, слепо пер прямо на нас, не замечая существования опасности быть надетым на магическое оружие. Пришлось даже уступать бедолаге дорогу, отходя в сторонку, и провожая несчастного взглядом. Он нас тоже проводил своим взором, не отвлекаясь от деловых переговоров, но опущенные наконечниками в землю копья так и не заметил.

А еще была одна дама, у что умудрилась споткнутся об наши копья. Об торчащие позади за нашими спинами древко моего копья! Споткнутся, упасть… соскочить извинится, и дальше побежать — кажется, она опаздывала на работу, потому что проспала. В три часа дня, ага. Но её вид… говорил мне именно об этом — заспанное лицо и глаза, растрепанные волосы, неопрятная одежда, и общий вид — караул опаздываю!

Но в целом, прогулка была вполне обычной прогулкой двух маленьких детишек. Народу на улице было немного, большая часть редких прохожих предусмотрительно отходила в сторону, уступая дорогу. Столпотворение машин на перекрестках и светофорах тоже не наблюдалось — никто не мешал нам пройти!

Но и сказать, что на нас всем было совсем пофигу, я тоже не могу — от самого портала за нами медленным «шагом» ползла полицейская машина, изредка включая мигалку, для упрощения движения, в том числе и там, где нельзя.

Копы следовали за нами по пятам, чуть позади, но рядом, как говорится — на хвосте. Останавливаясь там, где мы стояли, держа всю туже дистанцию в десятка два метров, двигались тогда, когда мы шли. И в наглую ползли вдоль тротуара по встречке, когда мы переходили на другую сторону улицы, благо машин было немного, а улицы тут широкие.

Да и мы, хоть и делали вид, что не замечаем столь наглой слежки и сопровождения, но внимательно следили за их движениями, и не усложняли полицейским жизнь, стараясь двигаться только по крупным улицам и проспектам — так и нам проще! Там тротуары шире! И только «по своей полосе». А встречка… просто было интересно, как они поступят. Поглядели, узнали, забавно.

На ступеньках пред зданием ассоциации мы учинили детскую считалку, прыгая по ступенькам на каждой ноге поочередно. Пред дяденькой-охранником, что частично заменял собой лакея у входа в здание, состроили лыбу, улыбаясь во все зубы и в наглую пялясь на него. Он хотел было шугануть наглых детишек, нашедших себе развлечение, за его счет, да копья заметил, и вытянулся во фрунт, старясь ничего вокруг не замечать. Дверь он нам, тоже не открыл.

И пришлось нам, бедным детишкам… бросить свои копья, и самим! Открывать тугие двери, типо нам тяжело, и вообще — мы маленькие! А двери — трехметровые! Ладно хоть не дубовые, а пластиковые, да со стеклом. Но доводчик то там вполне нормальный! И серьёзный!

Потом, изображая сценку «собака не пролезает с костью через забор» пытаться преодолеть тамбур удерживая двери, одарённо протаскивая внутрь копья… в процессе чего, копья «где-то потерялись». И уже налегке, заходить внутрь, все так же весело прыгая, дорожась за ручки, улыбаясь и лучась детской непосредственностью.

Зачем нам это все? Да просто так! Весело! Своё дело мы уже сделали — зачистили подземелье! Теперь уже никто не отвертится и сделает нас охотниками! Даже не суть важно какими! Слишком мелкими всё равно не сделает — мы зачистили подземелье шестого уровня! Минимум две звезды! Минимум! И неважно, что покажут приборы.

Так что сейчас мы можем поразвлечься, поиздеваться над взрослыми, и просто вволю подурачится, потому что хотим! Потому что можем! И имеем право! ДА!

А в офисе сегодня было куда меньше народу, чем в тот день, что мы прибегали для разведки и знакомства с охотниками. Я бы даже сказал — существенно меньше! И в холе сейчас была только девочка на ресепшене, за высокой стойкой, и какой-то мужик, читающий какие-то брошюрки в уголку на диванчике за журнальным столиком. Судя по виду — предводитель каких-то грузчиков, а возможно — строителей. Не охотник.

Ну а в тот день… в тот день видимо все ждали прихода группы Когтя! А потому и был тут такой аншлаг. Потому и было тут так много народу! И были они все столь бдительны, что быстро и ловко поймали наши мокрые персоны. Мокрые, и любопытные.

Девочке за стойкой мы подходили не торопясь, и она нас если и заметила, то не обратила внимания на мелюзгу. Мужчина с брошюрами точно заметил и точно не обратил внимание. Перед стойкой у нас возник небольшой конфуз — мало роста! Даже если встать на цыпочки, всё, на что хватит нашего невеликого существа — положить нос на столешницу.

Так что мы, аккуратно положив пару копий на пол вдоль стойки, хотя их секунду назад в наших руках вообще не было, и решили забраться на саму стойку целиком — мы же дети! Нам можно! Сестра зацепилась, подтянулась… и сделал вид, что не может дальше!

Вот она… выбражуля! И смотрит так — брат подсади! Пришлось подсаживать! И она уселась на стойку сбоку, в полуоборот к офигевшей от такого девочке-ресепшенше, свешивая ножки с другой от неё стороны.

— Э… — не нашла что сказать девица.

Я запрыгнул на стойку рядом с сестрой, усевшись на мебель в туже позу, но в зеркальном отражении сестрицы.

— Нам бы зарегистрироваться как охотники! — гордо провозгласил я, оглашая немаленький зал звонким детским голосом. — Мы охотники! У нас и способности есть! — ударил я кулачком себе в грудь.

Девка ошалела совсем, глядя на меня круглыми глазами раскрыв рот. И зачем-то перевела взгляд на мою сестру.

— Мы только что зачистили подземелье! — покивала сестра в ответ на взгляд, как бы подтверждая мои слова, — Мы сильные! — и тоже кулачком себе в грудь, и взгляд возвышенный, вдаль, на горизонт!

— Эээ… — проговорила дама за стойкой, все так же прибывая в глубоком замешательстве.

По-моему, эта девочка-ресепшен, только что вызвала охрану…

— Кхм, — убрала она с лица офигевшее выражение, кашлянув в кулачок и натянув на моську фальшивую улыбку, — простите, я не совсем понимаю… вы не могли бы позвать ваших родителей?

Мы с сестрой переглянулись, немного не ожидая подобного поворота.

— И не могли бы вы слезть со стола?

А вот это было ожидаемо, и мы медленно и неторопливо начали сползать оттуда, а девочка-вахтер, принялась смахивать несуществующею пыль и грязь с того места, где мы только что сидели. Мужчина же с брошюрами неотрывно пялился на нас, внимательно наблюдая за нашими действиями.

Ну а мы, по причине того, что нас согнали с насеста, положили на столешницу свои носы, встав на цыпочки, начав сверлить взглядами такую чистоплотную даму-на-входе-главную.

— Детки… вы что-то хотели? — подошли к нам со спины, два… колоритных человека.

Мужчина и женщина, одинакового роста, в почти одинаковых костюмах. Только если мужик был просто «крепким борцом», широкоплечим и с волевым лицом, явно хорошо развитым физически, хоть под одеждой — костюм-смокинг с бабочкой! этого и не видно.

То вот женщина… бодибилдерша? Баба-шо-мужик? Большая любительница качалки? При этом грудь — как два бидона! Аж пиджак выпирает, словно там два баскетбольных меча! И зачесанные назад волосы ищут волнами кудрей, примерно как у моей сестры после укладки, только без укладки. Ну а на лицо… она явно видела некоторое дерьмо. Взгляд холодный, есть едва уловимые шрамы, и так и хочется сказать — она привыкла убивать.

— Мы… — сделала сестра вид, что замялась под суровыми взглядами.

— Мы хотели стать охотниками! — воскликнул я звонким голосом, делая вид, что «не боюсь страшного дядю и тетю!».

— Охотниками? — и взгляд людей перед нами как-то разом потеплел.

За своих что ли приняли? А они не так просты! Даром, что от них толком не чувствуется магии.

— Да! Охотниками! — подняла сестрица глаза, словно бы набралась храбрости.

И люди перед нами уже перестали мне казаться такими серьёзными и боевыми, а девка за стойкой рецепшена протяжно вздохнула.

— Мы хотели зарегистрироваться в ассоциации! — оттараторил я как на плацу «вверенное подразделение построено! Отсутствующих нет! Нарушений не выявлено!».

И что-то степень теплоты в глазах у собеседников мотнулось куда-то в другую сторону, особенно у тетки. И что не так то, а? Нормально же общались!

— Зарегистрироваться? — поинтересовался мужчина, а женщина… сняла с пальцев кастет, от которого фонило магией, и убрав его в карман, стала разминать пальцы.

— Ага. — кивнул я. — Не подскажите кабинет для тестирования? Мы бы хотели пройти.

— Сегодня не… — начал было говорить мужик, но был перебит женщиной.

— Пойдем те, мы вас проводим.

И эти двое повели нас куда-то вглубь здания ассоциации.

А когда мы уже практически скрылись в одном из коридоров, вышагивая впереди подталкивающих сзади нас взрослых, в холл ввалилась целая толпа полицейских, что оглядевшись вокруг, и заставили мужчину с брошюрками прятать лицо за брошюрками, направилась к стойке рецепшена.

— Дети? — донесся до нас ставший вдруг громким и звонким голос девушки за стойкой, лучащийся энтузиазмом, а не тихо шипя, когда мы уже скрылись в глубинах коридора.