«Карл Крюгер. 7.11.1987» – выведено на крышке ведёрка со стиральным порошком. И на черенке метлы, и на банке кукурузы, и на картонной упаковке с шестью бутылками светлого «Йевера». Всюду стоят имя владельца и дата приобретения. Синяя ручка, крючковатый почерк. Продукты аккуратно расставлены на белых металлических полках в маленькой кладовке и на деревянных полках погреба. Запасы. Мало ли что. Мы потешаемся над этой чудаковатой привычкой – подписывать всё подряд. Это тем более смешно, когда хозяйство общее. Как в коммуналке, где один сосед боится, что другой, скажем так, по ошибке воспользуется его пеной для бритья. Мания Карла вызывала раздражение – прежде всего, у моих родителей, которые считали его поведение знаком недоверия. Очевидно, привычку к складированию и маркировке Карл приобрёл в частях снабжения 71-й пехотной дивизии. По-видимому, регистрация поступающего продовольствия, размещение на складах и учёт входили в его обязанности. Тот, кто однажды испытал, что значит не иметь достаточного количества еды, получать паёк, тающий с каждым днём, голодать, как это было, например, в русскую зиму, тот до конца жизни не сможет спокойно относиться к продуктам. Послевоенное поколение, выросшее в изобилии времён экономического чуда, вряд ли способно это понять. Моё поколение – упитанное и сытое – может разве что усмехнуться.

Для Карла поход за покупками был ритуалом с чётко определёнными правилами. Держа в одной руке линованный блокнот, а в другой – остро заточенный карандаш, он инспектировал погреб и кухонную кладовку, чтобы выяснить, какие запасы требуют пополнения. Затем садился за деревянный кухонный стол, покрытый клеёнкой, обсуждал список покупок с женой, рассчитывал примерную стоимость товаров, которые нужно купить, и откладывал деньги. Наконец, он натягивал серую куртку, брал одну из бесчисленных твидовых кепок, шёл в гараж, садился в свой «Кадетт-Б», тоже серый, и отправлялся за покупками в ближайший супермаркет «ЭйчЭль». Если список был длинным, он ехал в супермаркет побольше – центральный, расположенный в соседнем посёлке. У продуктов, не внесённых в список, почти не было шансов оказаться в корзине. Вернувшись домой, он раскладывал привезённые продукты на соответствующих полках, садился за кухонный стол и с напряжённым вниманием, время от времени сдвигая очки на лоб, проверял чек. Если что-то не сходилось, он ехал обратно – предъявлять претензии.