«Мы говорим о франко-немецком тандеме, но на другой стороне Рейна запреты не были опубликованы».
С момента подписания Елисейского договора 22 января 1963 г. Европа как великая держава на данный момент остается французской фантазией, а так называемый франко-германский «тандем» – забавной парой. Германия, прислужница Америки, с момента своего воссоединения и подписания Маастрихтского договора (1992) совсем запуталась: она стремится утвердиться в качестве главной опоры НАТО в Европе и в качестве хозяйки ЕС благодаря своей экономической мощи; но последняя вряд ли будет устойчивой, не в последнюю очередь из-за демографических проблем, поскольку по своей сути опирается на глобалистскую свободную торговлю во все более автаркичном мире. Ее нынешняя задача состоит в том, чтобы, отказавшись, в отличие от Франции, от ядерной энергетики, еще и заменить дешевый российский газ и спасти свою промышленность, поэтому, вероятно, в ближайшие годы во внешней политике Берлина произойдут большие перемены, в том числе и по внутриполитическим причинам. Германия, дружественная страна, которая сегодня подчиняется Америке, действительно желает добра Франции и Европе?
Краткий и скромный, Елисейский договор, подписанный 22 января 1963 г., ценен скорее своими амбициями, чем своим содержанием. Он основал франко-германское Управление по делам молодежи (OFAJ). Он также заложил основу для сотрудничества между двумя правительствами, которые «будут консультироваться друг с другом перед принятием любого решения по всем важным вопросам внешней политики и, в первую очередь, по вопросам, представляющим взаимный интерес». Он также говорил о сближении позиций в области обороны в разгар холодной войны.
Но червь уже был в этом плоде, потому что канцлеру Аденауэру США уже была навязана преамбула к нему перед ратификацией договора бундестагом 15 июня 1963 г. В этой преамбуле утверждалась «необходимость тесного партнерства между Европой и Соединенными Штатами Америки, совместной обороны в рамках Североатлантического альянса и интеграции вооруженных сил государств-членов пакта, объединение Европы по пути, намеченному созданием Европейских сообществ путем принятия в них Великобритании, снижения таможенных барьеров в рамках ГАТТ».
В том же духе во время совместного парада французской и немецкой дивизий в Мурмелоне, во время визита канцлера Аденауэра во Францию 2–8 июля 1962 г., Америка имела наглость оказать давление на министра обороны Германии Франца Йозефа Штрауса, с тем чтобы тот отказался от участия в параде, если он не будет проходить только под флагом НАТО, попытка, которая провалилась из-за очень резкой реакции генерала де Голля[131].
Кульминацией стало то, что предатель Жан Монне 17 октября 1967 г. добился принятия бундестагом резолюции, осуждающей политику генерала де Голля, автором которой был он сам. Канцлер Германии Курт-Георг Кизингер, бывший сотрудник Геббельса по пропаганде в Третьем рейхе, которому американцы многое прощали, даже покинул свое кресло, чтобы пойти поздравить Жана Монне с трибуны бундестага, в то время как все присутствующие депутаты аплодировали ему стоя[132].
Именно в результате этой неудачи де Голль фактически отказался от франко-германского тандема, чтобы начать большую мировую политику (Китай, СССР, Мексика, Бразилия, Камбоджа, Квебек), за которую с ним боролись Соединенные Штаты. Все преемники генерала пытались сохранить фикцию франко-германской политической оси, но речь шла теперь только о разовом сотрудничестве по определенным экономическим или военным проектам, а не о прочном союзе между Францией и Германией, который мог бы послужить основой для новой организации европейского континента, чего хотел де Голль, чтобы противостоять американскому империализму. Достоинства этого договора, однако, заключались в том, что он положил начало пусть не всегда легкому сотрудничеству, часто очень разочаровывающему для Франции, но, прежде всего, в эффективном франко-германском примирении между двумя народами.
Важным успехом этого договора стало создание в январе 1967 г. Института Лауэ-Ланжевена в Гренобле. Этот институт с годами стал символом европейских успехов, создав реактор с самым мощным источником нейтронов в мире[133].
Нынешняя Германия не имеет ничего, кроме мощи и американского империализма; она стремится только к одному: уйти от истории, потому что история обошлась ей слишком дорого. Кроме того, у Германии нет никакого желания помогать Франции восстановить свое положение. Единственная навязчивая идея Германии – это ее промышленность и положительное сальдо торгового баланса. Обоснованное и реалистичное стремление Франции к автономной Европе, независимой от Соединенных Штатов, не разделяется Германией, о чем свидетельствует, в частности, ее самоубийственный выбор в отношении закупок американской военной техники.
Германия желает федералистского ЕС, применяющего правило относительного большинства, чтобы обеспечить себе контроль над рынком ЕС, стать фактическим лидером ЕС и навязать свою экономическую гегемонию, она соглашается говорить только на англо-американском, а не на французском или немецком языках. Интересы Франции, напротив, заключаются в том, чтобы взорвать ЕС или провести решительную реформу ЕС, чтобы превратить его в Конфедерацию наций, с необходимостью принятия решения единогласно всеми важными голосами, чего добился генерал де Голль благодаря знаменитым Люксембургским соглашениям (январь 1966 г.).
Франция больше стремится к упрочению ЕС с меньшим количеством стран, в то время как Германия стремится к расширению на Восток с 36 странами вместо 27! Германия хочет, чтобы ЕС объединил больше стран, чтобы самой оказаться в центре большего ЕС.
В экономическом плане немцы и, в частности, представители ХДС на самом деле идут вслед за французскими демагогами, слабаками и болтунами, неспособными провести структурные реформы, чтобы сделать свою экономику конкурентоспособной (и это при безумных государственных расходах, двух миллионах государственных служащих и, кроме того, очень высоких налогах на заработную плату, самоубийственных забастовках ВКТ, неконтролируемом вторжении мигрантов), что ведет к деиндустриализации. Высокий долг Франции, находящейся в состоянии виртуального банкротства (113 % ее ВВП), создает дисбаланс, явный дискомфорт во франко-германском тандеме. Немцы воспринимали Францию всерьез только с «пуалю» – солдатами 14-го года, при маршале Петене, одержавшем победу при Вердене, де Голле, Помпиду, а также при Жискаре д'Эстене и Шираке из-за их прекрасных личных отношений с Гельмутом Шмидтом и Герхардом Шредером.
Германия и Франция противостоят друг другу в вопросах европейской обороны. Франция, даже при наличии кадрированной армии и со смехотворным военным бюджетом в 2 % ВВП, но обладая собственными ядерными силами, все-таки имеет первую армию в Европе, потому что она мотивирована, организована и хорошо управляется. Сам бундесвер на сегодняшний день мало чего стоит, к тому же у него очень большие трудности с вербовкой, отсюда естественная склонность полагаться на Соединенные Штаты в вопросах обороны. Германия предпочла бы, чтобы ею командовали Соединенные Штаты, и предпочитали американцев, чем считаться № 2 в Европе, позади Франции, в рамках сильной и независимой европейской обороны!
Многие проекты франко-германского партнерства уже отменены. Германия выразила готовность выложить на стол сто миллиардов евро, но хочет дать заказы либо своей промышленности, либо Америке, причем истребитель будущего с Dassault является единственным исключением, которое может подтвердить это правило, поскольку французский производитель самолетов добивается этого благодаря своему громкому мировому успеху и превосходству. Некоторые даже задаются вопросом, не пытается ли Германия на самом деле лучше понять секреты успеха Rafale от Dassault.
Берлин продвигал проект противоракетной обороны с тремя компонентами из Германии, Израиля и США (HIMARS), к которому хотят присоединиться 14 европейских стран, включая Великобританию, Нидерланды и Финляндию. Париж даже не был проинформирован Берлином, в то время как Франция уже развертывает в НАТО аналогичную европейскую ракетную систему MAMBA, и ведет разработку системы MBDA (12 тыс. человек) со штаб-квартирой в Париже.
В марте 2022 г. Германия разместила заказ на американские F-35 для замены своего стареющего парка самолетов Tornado, разрушив мечту Франции о продаже Rafale! В 2021 г. Берлин уже отказался от совместной программы с Францией по оснащению обеих стран морскими патрульными самолетами для слежения за подводными лодками: Германия предпочла заключить сделку с американским Boeing!
Большинство франко-германских проектов в области вооружения в настоящее время приостановлены: проект нового франко-германского танка, который должен был придти на смену танкам Leclerc и Leopard; проект новой франко-германской пушки на замену французскому Caesar отложен на период после 2045 г. Что касается модернизации франко-германских вертолетов «Тигр», то Германия просто отказалась от нее.
В области космоса Германия мечтает занять место Франции, надеясь, что одна из ее небольших ракет-носителей станет настолько большой, чтобы бросить вызов франко-немецкому производителю Ariane Group в разработке преемников Ariane 6! Если бы Германия могла вытеснить Францию из Куру в Гвиане, она сделала бы это без колебаний!
Германия на самом деле стремится сегодня подорвать все остатки французского могущества. Она приветствовала разрыв контракта на продажу подводных лодок Австралии, от которого сама была коммерчески отстранена, и даже с помощью кампаний в прессе и «лоббирования» способствовала ему. В своей знаменитой Пражской речи канцлер Шольц ни разу не сделал ни малейшего намека на Францию, словно она ничтожная величина!
Германия, когда-то властная и жестокая, чьи амбиции опустошали Европу, с 1945 г. находится в невообразимом подчинении и раболепии по отношению к американскому господину, в интересах которого она отреклась от своего суверенитета.
Политические партии и лидеры Германии оставались полностью пассивными и молчаливыми во время диверсии Америки против «Северного потока», за исключением Оскара Лафонтена, бывшего президента СДПГ и кандидата в канцлеры в 1998 г., и партии АдГ, которая неоднократно выступала в бундестаге, перед избирателями, и в средствах массовой информации.
Мы полностью перевели на французский превосходное и очень длинное интервью Оскара Лафонтена в конце ноября 2022 г. для издания «Die deutschen Wirtschaftsnachrichten im Gespräch»[134] под названием: «Европа платит цену за трусость своих собственных лидеров». Здесь мы приведем лишь несколько кратких выдержек из высказываний Оскара Лафонтена:
Оскар Лафонтен: «Взрыв двух газопроводов – это объявление войны Германии, и то, что федеральное правительство хочет скрыть этот инцидент, является одновременно жалким и трусливым. Германия заявляет, что она что-то знает, но не может этого сказать по соображениям национальной безопасности. Тем не менее воробьи уже давно насвистывают на крышах; Соединенные Штаты либо непосредственно возглавили нападение, либо, по крайней мере, дали ему зеленый свет. Без ведома и согласия Вашингтона разрушение газопроводов, которое является нападением на нашу страну, наносит ущерб нашей экономике и противоречит нашим стратегическим интересам, было бы невозможным. Это был не только враждебный акт против Федеративной Республики, но и очередная демонстрация того, что мы должны освободиться от американской опеки.
DWN: в вашей новой книге «Америка, пора уезжать!», вы призываете к выводу американских войск из Германии. Разве это не нереально?
Оскар Лафонтен: Конечно, это не произойдет в одночасье, но цель должна быть ясна: вывод всех военных и ядерных объектов США из Германии, а также закрытие авиабазы Рамштайн. Над этим нужно упорно работать и в то же время строить европейскую архитектуру безопасности, потому что НАТО, возглавляемое Соединенными Штатами, устарело (…). Это потому, что НАТО больше не является оборонительным альянсом, а стало инструментом обеспечения сохранения Соединенных Штатов в роли единственной мировой державы. Поэтому мы должны сформулировать наши собственные интересы, которые никоим образом не соответствуют интересам Соединенных Штатов.
DWN: Вы говорите, что американцы несут ответственность за взрывы газопроводов. Вы серьезно верите, что они сдадутся Германии без боя?
Оскар Лафонтен: Нет, это будет очень сложно, но я не вижу альтернативы. Если мы и другие европейские страны продолжим оставаться под опекой США, они столкнут нас с обрыва, защищая свои собственные интересы. Поэтому мы должны расширить наше поле деятельности, предпочтительно с Францией. Как и Петер Шолль-Латур, я много лет назад настаивал на франко-германском союзе. (…) Возникает вопрос, есть ли у нас свое собственное место в этом новом мировом порядке, или мы позволим втянуть себя в конфликты Вашингтона с Москвой и Пекином в качестве американских вассалов. Тогда мы можем только проиграть».
Франция может только отчаиваться, видя Германию, озабоченную лишь правами человека, с СДПГ и ХДС, полностью покорную Америке и НАТО. В бывшей ГДР АдГ разжигает антииммиграционные настроения: согласно опросу DFI, 61 % немцев против 40 % французов считают, что иммиграция имеет больше недостатков, чем преимуществ[135]. Германия также страдает от своих энергетических ошибок. Немецкий колосс пошатнулся, и его процветание находится под угрозой. Илон Маск в сети X справедливо заявил 20 декабря 2024 г., что «только АдГ может спасти Германию!», точно так же, как только правые французские патриоты могут спасти Францию, и точно так же, как только правые национальные патриоты всех европейских стран, включая Россию, могут спасти Европу и великую Европу!
Когда АдГ набрала в 2023 г. 23 % голосов, это сделало ее второй партией в Германии после ХДС (28 %), и она опередила и СДПГ канцлера Олафа Шольца (19 %)[136]. Эта партия может вызвать политическое землетрясение в Европе. АдГ выступает против войны на Украине, является пророссийской; эта партия выступает против неевропейской иммиграции, Великой подмены (Grosser Austausch), Шенгенской зоны без контроля национальных границ, нынешней климатической и энергетической политики, НАТО; партия выступает за отход Германии от Соединенных Штатов, которые по-прежнему сохраняют значительную вооруженную силу в стране; она выступает за роспуск федералистского ЕС из-за его «провала», возвращение к немецкой марке и создание «Европейского экономического сообщества и сообщества интересов», уважающего нации; АдГ считает, что американцы стоят за подрывом «Северного потока»; в ее партийной программе черным по белому написано, что «экономические интересы Соединенных Штатов все больше отличаются от интересов Европы». Партия сожалеет о «страданиях в войне на Украине» и призывает «стремиться к миру в германо-российских отношениях», что предполагает отмену санкций и возобновление работы газопровода «Северный поток» после его ремонта.
Несколько спикеров АдГ выступили на партийном съезде в августе 2023 г.: по словам Ханса Нойхоффа, делегата АдГ в Бонне: «Европа должна стать собственным полюсом в рамках многополярного мирового порядка и освободиться от любых притязаний великой державы на лидерство. Если она этого не сделает, возникнет угроза аполитичности и хаоса». Слово «иммиграция» употребляется в партийной программе почти тридцать раз: «Чего нам действительно следует опасаться, так это не антропогенного изменения климата, а антропогенного изменения численности населения, которое превратит старую Европу в зону заселения для миллионов африканцев и марокканцев», – сказала Ирмхильд Боссдорф, делегат от земли Рейнланд-Вестфалия. По мнению баварца Юрия Кофнера, «Германия не является свободной и суверенной страной. Она оккупирована Соединенными Штатами в военном, политическом, экономическом и духовном плане», – тем самым повторяет лейтмотив Кремля, что вызвало единодушное «ура» и бурные аплодисменты зала![137]
Европейские выборы в 2024 г. могут стать поворотным моментом в балансе сил внутри ЕС, поскольку рост правых патриотических партий в большинстве стран-членов продолжается. Осознание того, что Европа должна освободиться от своих слишком тесных связей с Америкой, которая делает все, чтобы Европы не существовало, является первым шагом на пути к эмансипации.
Похоже, что Германия вот-вот проснется. В ожидании этого Франция должна стать еще ближе к Испании, Италии и России. Это цель Квиринальского договора, подписанного в Риме 26 ноября 2021 г., и Договора о дружбе и сотрудничестве с Испанией, подписанного в Барселоне 19 января 2023 г. С АдГ, возможно, снова станет возможной «новая Европа Парижа – Берлина – Москвы»![138]
Максимилиан Кра провозглашает «голлизм, спроецированный на будущее». Мы просто процитируем отрывок из его слов газете «Ле Пойнт»: «Франко-германские отношения важны как никогда, потому что мы являемся свидетелями фундаментальных изменений в мире. Времена, когда доминировал Запад, прошли; глобальный Юг пробуждается. Европа должна ответить на один вопрос: хотим ли мы быть полюсом в этой будущей многополярности, или мы будем вассалами Соединенных Штатов Америки? Германо-славянский мир и римский мир должны жить вместе. У этих двух миров есть два лидера: Франция для римского мира и Германия для Центральной Европы. Только вместе мы сможем сыграть определенную роль в завтрашнем мире.
В Европейском парламенте правые разделены пополам. Есть те, кто привязан к американцам и американским “мозговым центрам”. И есть те, в том числе и я, кто придерживается голлистского подхода и хочет, чтобы Европа развивала свою собственную мощь.
Мы не хотим быть ХДС тридцатилетней давности, партией вчерашнего дня. Мы хотим быть партией будущего. Теперь мы являемся явной альтернативой классическим правым, ХДСХСС (…) Наша идеология идентичности четко определена: мы говорим о том, кто мы есть, о наших корнях, о наших связях с нашими предками, о наших традициях…
Иммиграция – это первая из проблем. Если мы не остановим ее, игра окончена. Если вы привезете половину Калькутты в Германию, Вы не спасете Калькутту, но у вас будет вторая Калькутта в Германии. Ошибочно думать, что с одной стороны есть молодая Африка, а с другой – стареющая Европа. Африканцы, приезжающие в Европу, не становятся европейцами, потому что пересекают границу. Они остаются африканцами. И, таким образом, Старая Европа превратилась бы в молодую Африку вдвойне. Африка должна оставаться Африкой, а Европа должна оставаться Европой (…) Вы должны быть в состоянии сами защищать свои границы, не подписывая чеков.
Я говорю вот так: “есть только два пола”; “я не могу изменить климат через 100 лет”; “хорошо, что есть разные нации”; “нам нужна новая Европа, а не только национальные государства”; “нам нужны альтернативы НАТО”; “нам нужно построить европейскую систему обороны без американцев, и мы должны к этому подготовиться”; “слишком многое решается на европейском уровне, и было бы лучше, если бы вы убрали 80 % из них”; “мы – бюрократический монстр”.
Трамп может снова стать президентом, но Голливуд останется Голливудом, Силиконовая долина останется Силиконовой долиной, Уолл-стрит останется Уолл-стритом. Америка больше не является Америкой с европейскими корнями 1945 г. Мы не должны ждать, пока американцы решат наши проблемы. Они не решат наши проблемы из-за демографических изменений. К 2042 году у половины американцев больше не будет европейских корней. Они пойдут в другом направлении».