Тверь, февраль 2012 года

Никита

С непонятной даже для самого себя мрачностью Никита смотрел на молодых бойцов, копошащихся возле громоздких четырехколесных передвижных генераторов, уже стоящих на специально подготовленной для их работы площадке. После того, как передвижные электростанции будут запущены, над ними раскинут брезентовый полог. Для того и вбивают в мерзлую землю металлические штыри, служащие каркасом.

Понятовский спокойно прихлебывал чай из кружки; казалось, он вообще отстранился от суеты на полигоне. Созерцая перемешанный с черными комьями земли снег, ровную поверхность поля, тянущегося до едва видимой глазу рощи, нахохлившейся от мороза, Лютый молчал.

— Мощность здесь не играет большой роли, — бурчал рядом с ним представитель Магической Палаты. Высохший как вобла на солнце пожилой маг недовольно вертел головой по сторонам, пытаясь найти хоть какое-то нарушение, чтобы свернуть эксперимент. На это ему, впрочем, и намекали в Палате. Если бы не Басманов, устроивший форменный тарарам в Головном Кабинете! Он буквально заставил чародеев шевелиться и взять под особый контроль работу по проекту «Пришелец». Ну и княжий приказ не затолкаешь в нижний ящик стола. Ну не хотелось торчать и мерзнуть чародею весь день на полигоне среди вояк и этой сумасшедшей лабораторной группы, выевшей всю печень у иерархов.

— Почему вы игнорируете мощность? — тут же вцепился в него Влас Охлопков, не принимавший участие в развертывании генераторных станций. — Разве не она дает толчок для пробоя?

— Мы должны знать, на какую глубину тоннеля нужно запитать энергию, а не подкачивать контуры, — маг отвернулся и наклонившись, ловко прочистил обе ноздри на снег, после чего с оживлением продолжил: — Обычно проблемы возникают, когда в самом портале происходит падение напряжения. Не хватает маякам силы, отчего сигнал начинает «плавать».

— Нам известен принцип действия порталов, — вдруг прервал его Лютый, выплеснув остатки чая подальше от себя. — Зачем повторять избитые истины? В конце концов мы просто могли спросить вас, смогут ли генераторы обеспечить беспрерывный поток энергии или вообще не стоит морочить друг другу голову? Мы рискуем не ради чистоты эксперимента, а по воле княжьей.

— Если подытожить весь подготовительный процесс — смогут, — недовольно ответил маг, поджимая губы. — Но я предупреждаю об опасности «провисов». Тот, кто войдет в тоннель, рискует остаться за гранью нашей Яви в случае обрыва энергетических токов. Маяки, несомненно, помогут удержать линию, но могут произойти смещения пространственных пластов.

Маг изобразил руками невесть что, показывая, как могут сместиться эти самые пласты, но потом отмахнулся и насупился. Этих экспериментаторов вообще не переубедить.

К спорящим подошел Никита. Переглянувшись с Понятовским, он твердым голосом произнес:

— Обеспечивать надежную связь маячков между мирами и «питание» тоннелей — это ваши обязанности, господин Безносов. Мне остается лишь фиксировать каждое изменение в ткани мироздания.

— Никита, мы же договорились, что в этот раз ты не идешь, — возмутился Лютый.

— А по каким критериям экспедиция будет оценивать, моя Явь находится по ту сторону или нет? — кивнул Никита на зыбкое марево, формой похожее на крупную дыню. Слегка деформированный эллипс висел в полуметре от земли и потрескивал электростатическими разрядами, выпуская в пространство сине-зеленые искры. — Я хотя бы смогу разобраться.

— Один ты не пойдешь, — непривычно жестко ответил Понятовский и кивнул в сторону внедорожника, возле которого мяли снег трое крепких мужчин в свободных теплых куртках. Наметанным взглядом Никита определил, что под одеждой спутники Лютого явно не букеты цветов прячут. — Я обязан обеспечить твое прикрытие.

— Можем все вместе застрять, — пожал плечами молодой волхв, даже не думая возмущаться. Прикрытие, как ни крути, нужно. Чужой мир, другая обстановка, люди, наконец…

— Они за это жалование получают, — усмехнулся Лютый, сглаживая морщины на лице, и махнул рукой, приглашая к себе странную троицу. — Вот, познакомьтесь, господа. Барон Назаров, ваш подопечный. А это старший группы…

— Сыч, — первым подал руку один из мужчин, на вид которому было лет тридцать. Крепкий, но не широкоплечий, весь какой-то текучий, не дающий сфокусироваться на своем лице.

— Ражий, — ладонь Никиты сжало как клещами. Видимо, кроме силы, у ратников Понятовского было общее: невозможность как следует присмотреться к человеку. Если бы не опыт, молодой волхв даже не понял, что эти парни используют технику «размыва», не давая собеседнику присмотреться, запомнить хоть какие-то особые приметы.

— Злоба, — а вот третий уже выделялся габаритами даже под свободно сидящей курткой. Лицо простоватое, с каким-то выражением вечного удивления. Но сквозь кажущуюся простоту проглядывает настороженность матерого волка.

Да уже по оперативным псевдонимам можно было понять, что за люди пойдут с Никитой за «черту». Птенцы Понятовского или еще одна организация прилипла к проекту? Какой у спецов интерес?

— Надеюсь, Юзеф, ты объяснил, с чем придется столкнуться на другой стороне? — на всякий случай переспросил Никита, кивая на открывшийся портал.

— Они профессионалы, — переглянувшись с подчиненными, ответил Понятовский. — Знают, на что идут.

— Удвоенное жалование, — осклабился Ражий. — Внеочередное офицерское звание… Не хочется упускать такую возможность.

В это время бойцы, обслуживавшие генераторы, отрапортовали о готовности. По толстым кабелям, идущим к штырям, торчавшим по обе стороны от эллипса Врат, помчалась так необходимая энергия. Сине-зеленые искры пропали, но вместо них по кромке портала забегали сиреневые всполохи.

— Пора, господа, — Понятовский стал проявлять нетерпение. — Важников, на тебе контроль подачи энергии! Присматривай за бойцами, чтобы не напортачили!

— Ясно! — Иван давно занял позицию за импровизированным пультом управления, куда потянулись Лютый, маг и остальные лаборанты.

— Господин барон, первым вхожу я, — непререкаемым тоном произнес Сыч. — Давайте договоримся. Все, что касается боевых действий, персональной охраны — лежит на наших плечах. Вы, как руководитель, оцениваете лишь внешние факторы сходства миров. Мы вас прикрываем. У вас есть еще что-то сказать?

— В принципе, это самое главное, — кивнул Никита.

— Каким образом можно вычислить уникальность вашего мира?

— По Зову крови. В случае его отсутствия проникаем в чужую Явь и проверяем по косвенным признакам, — Никиту нисколько не напрягало, что руководство операцией легло на плечи профессионалов.

— Контакты с местным населением? — вклинился Злоба.

— По необходимости, — ответил Никита. — А пока только смотрим.

— Время! — отрывисто произнес Понятовский, глядя на часы. — Контур Врат запитан, состояние стабильное. Никита! На пару слов!

Отведя в сторону молодого волхва, Лютый тихо проговорил, едва заглушая мерное гудение трансформаторов:

— Будь осторожен. Иные миры могут преподнести сюрпризы. Не во всех из них действуют законы магии. Поэтому я дал тебе самых подготовленных ребят, умеющих действовать руками и оружием. Так же, как и ты, впрочем.

— Я все понял, — кивнул парень. — А насчет выхолощенных миров я догадывался, Юзеф. Только вот по всем магическим законам в те миры нам путь заказан. Или нет?

— Бывают и проколы. Или везение, — Лютый обхватил плечи Никиты руками и легонько сжал их. — Иди, сынок. Пусть тебе повезет. И не шалите там.

Не став терять время, Никита помахал на прощание молодым лаборантам и заторопился к гудящему эллипсу Врат. Сыч внимательно глядел в мерцающую глубину портала, наклонив голову как кулачный боец, готовый ринуться в атаку.

— Я и Злоба идем первыми, — бросил мужчина, расстегивая верхние пуговицы куртки. — Барон, вы строго за нами. Прикрывать будет Ражий. Порядок не нарушать. Как только выйдем из «мешка», мгновенно включаем отвод. Это не магический прием, — добавил он, глядя на Никиту. — Он в любом случае сработает.

Мысленно воздав хвалу Перуну — своему покровителю — молодой волхв шаг в шаг повторил движение сопровождающих его бойцов. Неприятная вибрация, сотрясающая размытые стенки тоннеля, отдавалась в корнях зубов, а в кончиках пальцев закололи сотни иголок. Чтобы не терять время на свою задумку, Никита раскидал нужные скрипты по сторонам. Тоннель не сразу схлопнется, придись срочно покидать чужую Явь, и эти магоформы могут успешно помочь, разрушив поддерживающие портал потоки энергии. Если за ними будет погоня — Врата просто схлопнутся, отрезая путь преследователям. Нужно учитывать даже самые невероятные ситуации.

Наступило небольшое потемнение в глазах. Никита догадался, что они достигли порога между мирами. А еще через два шага тонкая ткань чужой Яви разошлась перед мужчинами.

Спрятавшееся в серо-свинцовых облаках солнце придавало окружающему миру какую-то торжественную мрачность. Блеклые краски дня были насыщенны такой же серостью, разбавленной цветными мазками придорожных щитов и желто-красными пятнами листьев стоящей неподалеку рощи.

Четверка людей замерла на обочине дороги, которую, кажется, никто не собирался ремонтировать. То и дело мимо них, снижая скорость, чтобы не попасть колесами в большие дыры, закиданные гравийным камнем, проезжали легковые и грузовые автомобили, незнакомые не только Никите, но и его сопровождающим.

Куцые, побитые первым морозцем кустарники тянулись вдоль трассы. Неподалеку возвышалось странное бетонное здание с тремя стенами, с массивной крышей и разломанными скамеечками внутри. Напрашивалась мысль, что здесь останавливался какой-то транспорт для посадки людей. А вот их-то на дороге и возле разваливающейся постройки не было.

Если бы путешественники по мирам решили перейти дорогу и спуститься по невысокой насыпи вниз по лестнице со ржавыми поручнями, они бы наткнулись на ряды нелепых кирпичных сооружений прямоугольной формы. Из многих крыш торчали длинные трубы с конусообразным навершием. Предназначение этих труб было непонятно, но слегка поразмыслив, Никита предположил, что они выполняют функцию вентиляции или отдушины.

В каком-то странном оцепенении продолжая рассматривать окружающую обстановку, мужчины так и не сдвинулись с места, пропуская мимо себя проезжающие разнообразные автомобили, как грузовые, так и легковые. За строениями в серой дымной хмари виднелись ряды многоэтажных однотипных домов. Густо пахло пережженным углем и едкими выхлопами из двигателей местного транспорта.

— Н-да, не хотел бы я здесь жить, — вынес вердикт Сыч, и повернулся к Никите. — Господин барон, проверьте свои умения. Соберитесь, пожалуйста…

— Да, конечно, — встрепенулся Никита и провел по воздуху пальцем, как будто рисуя что-то на невидимом взгляду стекле. Знакомые скрипты сложились в нужные магоформы, но ничего не произошло. Побочные эффекты от магических плетений так и не проявились в виде холодного и водянистого тумана, снежной круговерти или громового сотрясения в воздухе. — Мои возможности блокированы.

— Получается, это не ваш мир, господин барон? Или вы не уверены? — как-то странно посмотрел на Никиту Сыч.

— Не чувствую ничего, — втянув носом в себя резкие запахи дороги, Никита еще раз посмотрел на чужую жизнь под светло-серыми шиферными крышами. Не его это мир, точно. Выхолощенная Явь, потерявшая Искру так давно, что никаких отблесков не чувствовалось его способностями — что может быть грустнее и печальнее?

— А маяк вы чувствуете, Никита? — быстро спросил Сыч.

— Два шага назад — и мы дома, — успокоил его Никита, а сам почему-то не спешил уходить, осматривая дорогу. Стоило только приглядеться внимательнее, как стали проявляться детали, до этого не замеченные. Дорожные знаки, потертые разметки в виде белых полос, придорожные кусты, облепленные неряшливыми кусками полиэтилена и бумаги, выцветший указатель со стрелками, показывающими поворот как раз в сторону многоэтажных домов. И среди всего этого убожества по дороге мимо них на стареньком велосипеде катилась девушка в темно-синих штанах в обтяжку. На ней была какая-то дутая блестящая куртка из нескольких полосок разноцветной ткани, на голове — забавная вязаная шапочка, из-под который выбивалась толстая русая коса. На ногах девушки — белая обувь с тремя поперечными полосками и с толстой подошвой.

Проезжая мимо четверки застывших мужчин, девушка покосилась на них и неожиданно ускорила движение. Замелькали спицы, зашуршал гравий под колесами.

Дальнейшие события для Никиты происходили как в дурно поставленном спектакле. Позже, анализируя случившееся, он пришел к простому выводу. Некие силы (божьи они или проделки дьявольских изощрений) постоянно подкидывают ему какие-то задачи, которые нужно решить с невозможностью уклониться от них. В чем странность, что какая-то девица одним хмурым утром на велосипеде едет в сторону города? Какой тайный умысел мироздания в сих действиях? Ну, симпатичная мордашка… Только испуганная какая-то. Даже вопроса остановить ее и поинтересоваться, что это за город, не возникало.

А вот пронесшаяся мимо них черная приземистая машина с тонированными стеклами, обдав мужчин выхлопами вонючего дыма, обогнала велосипедистку и совершила странный маневр, резко вильнув вправо, перегородив девушке дорогу. Та от неожиданности дернула руль и завалилась набок, но не упала, а умело соскочила с седла. Велосипед рухнул на землю.

— Вы что творите? — послышался ее испуганный голосок.

Задняя и передняя дверцы, обращенные к девушке, распахнулись, и наружу выскочили два высокорослых типа, одетых, по мнению Никиты, очень нелепо. Широченные свободно болтающиеся штаны, высокая спортивная обувь, аналогичная той, что была на велосипедистке, кожаные куртки с блестящими замками-«молниями» могли указывать на полную безвкусицу в моде этой Яви или какую-то определенную тенденцию ее развития.

Парни, не обращая внимания на стоящих неподалеку мужчин, подскочили к велосипедистке. Один из них обхватил завизжавшую девушку и потащил к машине. Второй, глянув на бойцов Сыча и Никиту, демонстративно сплюнул в их сторону и похлопал ладонью по левой стороне груди.

— Что это за хрен с горы? — Ражий потянулся за пазуху. — Сыч, разреши силовой вариант. Девчонку-то, кажись, похищают!

— Давай, — кивнул Сыч.

Злоба и Ражий мгновенно рванули вперед, и оказались возле черного автомобиля в тот момент, когда девушку наполовину упрятали внутрь. Кажется, такой прыти похитители не ожидали. Все замерли.

— Эй, клоуны! — весело крикнул Ражий, вцепившись в плечо мужика, усердно перед этим пихавшего несчастную в салон. Злоба в это время блокировал второго, который попытался что-то вякнуть, но мгновенно осел на землю после мощного удара в печень. Еще одно неуловимое движение — и он лег вниз лицом на грязную землю с ловко связанными тонким ремешком запястьями.

— Чего надо, дядя? — огрызнулся похититель, спиной почуяв неладное. Смачный удар он слышал, но что происходит позади — не видел.

— Еще двое, — Сыч кивнул Никите и тоже помчался к машине.

— С ума спятили, болваны? — недоуменно прошептал волхв. Инструкции, данные ему Басмановым, недвусмысленно указывали на соблюдение главных правил: не вмешиваться в жизнь чужой Яви, не контактировать с местными, не пытаться что-то изменять, если существует угроза провала миссии. И это профессионалы? Что там говорил Понятовский? Или у парней совсем другая задача? Опять его решили использовать втемную?

Между тем короткая стычка возле машины завершилась полным разгромом местных дорожных бандитов. Не сказать, что ситуация была нетривиальной. Никита был наслышан о таких мерзких вещах в своей Яви, что абсолютно не удивился произошедшему.

Трое одинаково одетых разновозрастных мужчин стояли враскорячку, упершись руками в капот автомобиля, а четвертый так и продолжал валяться на земле.

— Ну все, козлы, вам хана! — услышал Никита, подходя к оживленному месту стычки. Удивительно, что ни одна машина, проезжавшая мимо, не остановилась. Наоборот, набирая скорость, все старались побыстрее улизнуть, а не выяснить обстановку.

— Поговори мне, — беззлобно сказал Ражий, быстро обыскивая каждого. Сыч стоял рядом, держа на прицеле пистолета всю троицу. — Да у вас тут целый арсенал!

На землю полетели ножи, пистолеты довольно внушительного вида и совершенно иной конструкции, чем у бойцов Понятовского, парочка круглых ручных гранат с ребристой насечкой.

Злоба стоял рядом с рыдающей девушкой и неловко утешал ее, поглаживая по волосам, и что-то бормотал.

— Вы кто такие? — чуть повернув бритую голову, спросил молодой мужик. На пальцах правой руки у него матово блестела массивная печатка. — Фээсбешники, что ли? Давайте, договоримся! Ну, ошибочка вышла. Мы по заданию хозяина дочку его искали. Убежала, зараза! А тут видим, едет по дороге. Спутали со спины!

— Врешь, скотина! — закричала девушка. — Все в городе знают, что вы девчонок похищаете и насилуете их! А потом на наркоту подсаживаете или в лесу закапываете!

— Ого, командир! — присвистнул Ражий. — Да здесь тати распоясались, гляжу!

— Кто ваш хозяин? Имя? — Сыч нахмурился.

— Боцмана знаешь? — бритый, взявший на себя роль переговорщика, слегка расслабился. Никите сбоку хорошо было видно, что он пытается просчитать ситуацию и понять, кто перед ним. Если бы Сыч не светил оружием, их приняли бы за обыкновенных прохожих, зачем-то разгуливающих вдоль дороги. Но бритый намекал на какую-то государственную службу, название которой с ходу не запомнить.

— Если познакомишь — узнаю, — совсем сбил с толку Никиту ответ Сыча. — Сам будешь сводить или кто из твоих?

— Так отпускаешь? — оживился бритый.

— С нами пойдет один. Злоба, пусть девушка едет домой. Что ты в нее вцепился?

— Ничего подобного, — отдернул руки спец.

Растрепанная и испуганная велосипедистка мгновенно вскочила в седло своего транспорта и закрутила педали с такой скоростью, что спустя несколько минут исчезла из виду.

— А теперь все дружно пошагали вон к тому лесочку, — кивнул Сыч на темнеющую с правой стороны обочины куцую рощицу. — Злоба, Ражий, смотрите за ними. Побегут — валите их!

— Эй, брат, ты так не шути! — заволновались дорожные похитители, но тут же уткнулись мордами в капот, получив по чувствительному удару рукоятью пистолета.

— Дружно пошли! — рыкнул Ражий. — И своего дружка прихватите!

Никита сделал знак Сычу, и как только они оказались наедине, возмущенно воскликнул:

— Как понимать вас, господин Сыч? Это что за самовольные выходки в чужой Яви? Вы соображаете, в какую проблему втягиваете группу?

— Барон, — покачал головой Сыч. — У нас есть отдельное задание, не пересекающееся с вашим. Свою миссию вы закончили, и можете уходить домой. Вас проводит Злоба. Мы пока остаемся здесь.

— Да что за бред? Что вам здесь делать?

— Понятовский все объяснит, господин Назаров, — отрезал Сыч. — Уходите. Только отметьте точку входа в портал. Вот, возьмите…

Он протянул Никите плоский, похожий на галечный камешек предмет, шершавый на ощупь.

— Радиобуй, — пояснил Сыч. — Сожмите его пальцами и бросьте на землю возле портала. Больше вам делать ничего не надо. Спасибо за помощь!

Никита редко впадал в растерянность. Он даже забыл, когда последний раз испытывал чувство раздвоенности, нелегкого выбора перед развилкой событий. Неприятные мысли об очередной «подставе» царапали душу и вызывали злость. Бросать в неизведанной Яви людей, пусть и хорошо подготовленных для подобных акций, для молодого дворянина было недопустимым кощунством. А с другой стороны рисковать своей жизнью ради тайных операций, которые ему вообще ничего не дают, Никита не собирался.

— Господин барон, время! — подскочил к Никите Злоба. — Да не стойте вы, ради Перуна, столбом! Совесть замучила? Так оставьте ее здесь!

— Вы не понимаете, чем рискуете! — сдерживая эмоции, ответил Никита.

— Нам за это хорошо платят, — осклабился в улыбке боец. — Ну, шевелитесь же!

Не оборачиваясь, Никита зашагал к порталу, который пусть и был невидимым для обычного взгляда, но для волхва, умевшего работать с глубинными слоями своей ауры (проще говоря, на уровне подсознания), почувствовать его не представлялось трудным.

«Дуарх! — позвал он мысленно, ожидая, когда ледяной вихрь охватит его со всех сторон, но ничего не случилось. — Ты меня слышишь? Ты здесь?»

Нет, этот мир и в самом деле потерял свою уникальность. Здесь правили иные законы природы.

С силой сжав плоский кругляш, Никита положил его напротив входа в портал. Потом оглядел унылый пейзаж с хмурыми нависшими над головой дождевыми или снеговыми тучами, шагнул в плотную белесую кисею перехода. И понял, что Злоба остался снаружи. Усмехнувшись мысли, что этот контроль со стороны Сыча был бессмысленным, Никита со следующим шагом вывалился на заснеженный полигон, и сразу оказался в окружении своих коллег-лаборантов. Кто-то совал ему в руку кружку с чаем, кто-то накинул на плечи теплый плед. Но первым делом Никита отыскал взглядом Понятовского, молчаливо созерцавшего молодого волхва с непонятным выражением в блеклых глазах.

— Сколько времени здесь прошло? — первым делом спросил Никита у Власа.

— Час с небольшим, — тут же ответил Охлопков. — А как там?

— Двадцать пять минут, — не удивляясь разбегу временных показателей, пояснил Никита. С удовольствием сделал несколько глотков сладкого чая, стараясь погасить волну раздражения и не наорать на Лютого.

Кажется, пожилой маг прекрасно понял состояние вышедшего из портала Никиты. Он коротким кивком показал на внедорожник, приглашая барона уединиться.

— Сходи, покури, — приказал он водителю, сидевшему в теплом салоне и читавшему какой-то затрепанный журнал.

Усевшись на заднем диване, Понятовский первым делом соорудил «купол молчания», и только потом, не глядя на Никиту, негромко заговорил:

— Лет сорок назад военные чародеи случайным образом сумели пробить пространственный тоннель из нашей Яви в другую. Тогда это событие посчитали случайным и передали все необходимые данные в Магическую Палату. Наши Иерархи вынесли вердикт: нет никакого смысла разрабатывать технологию построения Врат из Яви в Явь. Не хватает специалистов, ресурсов и прочих сопутствующих вещей. Дело могло заглохнуть, но Великий князь Иван, отец нынешнего государя собрал всех воевод и поручил им создать рабочую группу из самых талантливых артефакторов и телепортаторов. Они должны были направить все усилия на поиски иных миров с помощью «военных» порталов. Для чего? У государя на этот счет имелись свои соображения. В первую очередь — поиск талантливых и необычайно одаренных чародеев-чужемирцев, а также разнообразные технологии, пригодные для внедрения их на Руси. Отсюда и «ВИС», и активный всплеск автомобилестроения, медицинские разработки, не связанные с магией.

— Ты хочешь сказать, что половина всех вещей, которые я здесь наблюдаю — результат технологического шпионажа? — покачал головой Никита. — А я-то все поражался, как здесь совмещаются магические и обыденные вещи, которых при определенном развитии общества вообще не должно быть.

— Например? — Понятовский вздернул брови в легкой усмешке.

— Автомобильные, авиационные и корабельные двигатели должны работать на магической энергии с помощью артефактов, так?

— Допустим, — согласился Лютый. — Ведь в аэролетах используют именно такие движители.

— А я наблюдаю совсем другую картину. Повальный крен в сторону использования углеводородов.

— То есть, тебе знакома эта тема?

— Мой родной мир ничем не отличается от вашего, разве что только в политическом устройстве. Там мне гораздо комфортнее, чем здесь, — честно признался Никита. — А что было дальше?

— Военная Палата с радостью перехватила инициативу в свои руки и стала активно искать одаренных молодых ребят, чтобы те не попали под влияние гражданских магов. Со временем под крылом военных собралась приличная группа, и начались опыты. Проект не сразу принес свои плоды, но успехи были налицо.

Понятовский вздохнул и посмотрел через стекло на копошащихся возле генераторов бойцов и лаборантов.

— Мы пробили три значимых портала в чужие миры. Сейчас там в качестве агентов работают около полусотни подготовленных людей. Оттуда потоком идут сведения, которые обрабатываются и систематизируются. Технологии, имеющие перспективу развития у нас, тоже не игнорируются. Минуя Опричную Палату, вся информация уходит напрямую к Великому князю.

— Юрий Иванович тоже втемную играет? — Никита был удивлен.

— Ему приходится это делать, — пожал плечами Лютый. — Я не уверен, что Басманов и Вяземский совсем ничего не знают. А вот Зайцев, подозреваю, играет куда большую роль в проекте.

— И сколько у вас сейчас действующих тоннелей?

— С сегодняшним открытым — пять. Задача Сыча — легализация среди аборигенов. Мы будем ждать первого доклада, после которого определим перспективность разработки новой Яви, — Понятовский повернулся к задумчивому Никите. — Мне интересно твое первичное мнение. Что вы там увидели?

— Жутковатый мир, если честно, — поежился Никита. — Искры там точно нет. Я не чувствовал никаких магических токов, не мог использовать свои умения. Словно начисто отрезало.

— Блокираторы?

— Нет. Сколько же нужно блокираторов? Тысячи? — молодой наместник призадумался. — Теоретически, их можно свести в определенную конфигурацию и полностью вырубить магические способности одаренных. Все-таки мое мнение однозначное: мир выхолощен. Но это точно Русь, Россия. Технически развитая, хоть и запущенная донельзя. Дороги не ремонтируются, преобладают типовые застройки, похожие на бараки для бедноты. Большая загрязненность воздуха. Углем топят, взвесь очень концентрированная. Тяжело дышать.

— А люди? — Понятовский ничем не выказывал свои эмоции. Так же бесстрастно глядя вперед, он анализировал первые впечатления барона Назарова.

— Оголтелый бандитизм, на первый взгляд, — поморщился Никита. — Понимаю, что люди пропадают не по своей воле, но, чтобы так откровенно хватать девушку на дороге и тащить ее в машину — лично для меня тревожный сигнал.

— Ого! Сразу конфликтная ситуация! — оживился Лютый. — Вы помогли ей спастись?

— Сыч с ребятами бросился на помощь, обезоружил уродов и повел куда-то в лес, — Никита нервно хохотнул. — Наверное, закопать решил.

— Что ж, такой вариант мы предполагали, — расслабился Понятовский. — Значит, внедрение пойдет через криминальные структуры.

— Он в самом деле их решил от них избавиться? — поразился Никита.

— Если парни посчитают нужным — так и будет, — жестко отреагировал Лютый. — Никита, не считай Сыча людоедом. У него опыта в разведке иных миров хватает сполна. Сдуру никто не будет оставлять за собой трупы. Иначе гарантированно завалят операцию. Ты свою работу выполнил…

— Какую? — оборвал его Никита. — Провел спецов в чужую Явь? Мне казалось, работа заключается лишь в проверке, на правильном ли я пути нахожусь? А вместо этого за моей спиной еще один проект продвигают! У меня уже возникают опасения, что произойдет, если я наткнусь на родную Явь. Вторжение? Захват ресурсов, технологий?

Понятовский молча выслушал раздраженный спич молодого наместника, не торопясь с ответом.

— Мне, вообще-то, безразлично, кто проталкивает проект, — уже тише продолжил Никита. — Удивляет другое. Оказывается, вы давно и небезуспешно осваиваете пространственные телепорты, а меня уверяли в моей значимости и нужности. Выходит, я просто трачу время. Ты же мог, Юзеф, в самом начале пути подсказать, дать намек.

— И что тогда? Как бы ты поступил? Начал совать свой нос в каждую дыру? — с сожалением вздохнул Лютый. — На первом этапе я вынужден был ограждать тебя от необдуманных поступков. Ты ведь тоже подходишь под категорию одаренных чародеев, и поэтому военные проявляют к тебе интерес, пусть ты и стал государевым человеком. Да, мы знаем технологию «пробития» тоннеля, но она целиком и полностью заточена под военные нужды, как и хотел Великий князь. В твою Явь мы не пойдем, осознавая опасность своего поражения. А вот такие миры, из которого ты сейчас вышел — наш полигон. Там, где нет магии, существуют удивительные возможности.

— Да зачем вам это надо?

— Магия не вечна, Никита, — просто ответил Лютый. — Все больше и больше людей, вплотную занимающихся данной проблемой, понимают серьезность ситуации. Чтобы быть готовым во всеоружии, мы заимствуем все самое лучшее, что придумала цивилизация без помощи чародейства.

Он положил локоть на спинку кресла, и пристально посмотрел на Никиту. Что-то в его взгляде заставило насторожиться молодого волхва.

— Ты еще ничего не понял? — усмехнулся Лютый.

— Да я многое понял, — проворчал Никита. — Мне времени катастрофически не хватает.

— Нет, не понял, — со странным удовлетворением хмыкнул пожилой чародей. — Ты анализировал слова Павла Евграфовича, почему он так активно хочет выдать за тебя замуж Дашу?

— У него какие-то нехорошие видения насчет Даши.

— Нет, здесь дело совсем в другом. Патриарх хочет подготовить, выражаясь военной терминологией, плацдарм для отступления своего Рода в твою Явь.

Понятовский повторил то, что старик Сабуров открыто, пусть и в шутливой форме, обронил при разговоре с Никитой. Или считал, что серьезно обсуждать наболевшую для него тему, когда рядом находились сын с невесткой, пока невозможно?

— А он хотя бы имеет представление, как легализовать целый Род? — невесело хмыкнул волхв, заметно пригревшись в машине. Даже жарко стало. Он расстегнул верхние пуговицы куртки. — Я точно не знаю, какое место в моем мире занимают Сабуровы. Что за Род, как он себя проявил в истории России?

— Так узнай, когда вернешься, — мягко произнес Понятовский. — Мне симпатичны люди, за которых я с тобой беседую. Может, одна из многих семей, которых готов защищать и помогать. Возможно, мы нагнетаем страхи сами себе, но Павел Евграфович на пустом месте панику разводить не будет. В первую очередь он хочет обезопасить Дашу.

— В таком случае я вижу только один выход, — Никита посмотрел прямо в глаза Лютого. — Даша должна уйти со мной во что бы то ни стало. Без лишних расспросов и слез. Не нужно выстраивать сложные комбинации и мнить себя стратегом на поле боя. Я не могу противостоять целой системе, которой нужен в качестве ценного чародея. Есть простые и эффективные ходы.

— Никакой свадьбы, — усмехнулся Лютый. — Простое похищение. Таким образом ты отводишь от Сабуровых гнев Великого князя.

— Ты сам догадался?

— За моей спиной целая жизнь, — вздохнул Понятовский. — Родители, насколько я знаю, против твоей женитьбы на их дочери. Отсюда логический вывод: похищение. Иначе давно уже сбежал бы. Но тебе дорога Даша. И ты знаешь, как решить эту проблему.

— У нас был нелегкий разговор, — признался парень, — из которого я понял, что мой союз с их дочерью является не самым удачным. Имеется в виду, в плане постоянной привязанности к дому. Их пугает перспектива потери Даши навсегда.

Лютый улыбнулся и уверенно произнес:

— Я верю в тебя, Никита. Почему-то уверен, что девушка сможет видеться со своими родителями. Или, хочешь, поеду к Сабуровыми и серьезно поговорю с родителями Даши. Патриарх меня поддержит.

— Думаю, не стоит заострять на этом внимание, — покачал головой волхв.

— Почему? Александр Павлович послушает наши с Патриархом доводы….

— Нет, Юзеф! Тема очень скользкая, но проблему я буду решать самолично.

— Как скажешь, Никита Анатольевич, — из Понятовского словно выпустили воздух. Он обмяк.

— Но мне хочется гарантий от тебя, Юзеф, — жестко добавил Никита, — что твои спецы ни шагу не ступят в мою Явь. Иначе я буду вынужден действовать в отношении них как с внешним врагом России.

— Я понял твою позицию, — Понятовский протянул руку Никите, и тот пожал крепкую сухую ладонь. — Постараюсь донести ее до высших чинов Военной Палаты. Слово офицера и дворянина.

— И все-таки мне непонятна твоя роль между Опричной Службой и военными, — прежде чем вылезти из машины и проверить работу аппаратуры, возле которой крутились лаборанты с магом, сказал Никита. — Работа в лаборатории, связи с армией, со Змеем Горынычем, и в то же время крепкая дружба с Патриархом Сабуровым, неукротимое желание помочь его Роду… Все как-то намешано в кучу. А вот сегодняшний спектакль я не ожидал, честно. Тем больше недоумеваю, почему меня стремительно возвысили.

Понятовский сделал жест рукой, призывая Никиту остаться в машине.

— Здесь никто нас не подслушивает, — сказал пожилой маг. — Хочу еще кое-что добавить. Твое счастье, что Назаровы были верны государю. Если бы дело обстояло иначе — никакие способности и врожденный Дар не спасли бы тебя. Считай, вся благодать, которая на тебя упала так неожиданно — это княжеская вира за кровь твоих родовичей. Нужно лишь было правильно все обставить, чтобы не поднять волну возмущения среди молодых дворянских Родов, которые тоже хотят дорваться до сладкого пирога.

— Моя работа в лаборатории впустую, выходит? — Никита рывком открыл дверь, которая с трудом поддалась его напору, сжимаемая внешним «куполом тишины». — Зря парни трудятся?

— Мальчишки не зря трудятся, — бросил ему в спину Лютый. — Они все перейдут в подчинение Военной Палаты, получив прекрасный опыт работы с тобой. Ну и технология свитков, которую я возьму на вооружение — тоже неоценимый вклад. Не находишь?

— Я не могу сейчас что-то сказать, — волхв сдержался, чтобы не грохнуть дверцей. — Пожалуй, будет лучше, если промолчу, а не наговорю грубостей и глупых слов. Чтобы потом не жалеть…

— И правильно, — в голосе Лютого проскользнули печальные нотки. — Тебе лучше не вникать в наши интриги. Готовь свой путь в родную Явь. Вся эта научная тягомотина тебе не поможет.

Никита коротко черкнул по непроницаемой сфере пальцем, которая подобно мыльному пузырю, лопнула от мощного силового удара разрушающего скрипта. Втянув через зубы морозный воздух, он успокоил бешено бьющееся сердце и зашагал к мерно тарахтящим генераторам, где стояли его друзья-лаборанты. Они, хотя бы, не знают, в каком спектакле участвуют.

Тверь, февраль 2012 года

Даша

Раз в неделю, когда будничные дни сменялись выходными, в особняке Сабуровых проходил семейный ужин. Гостей не приглашали. Арина приезжала со своим мужем Игорем, выходцем из старого рязанского рода потомственных служилых дворян Акимовых, а остальные собирались в большом зале на первом этаже. Ленька с Владиславом не любили такие мероприятия, но твердая рука Патриарха однажды приучила их к единению. Лишний раз парни не собирались рисковать своими вихрами. Без всякой магии старик мог оторвать голову, спокойно попыхивая своей трубкой.

Даша после поездки в Боровичи выглядела настолько счастливой, что Надежда Игнатьевна с подозрением все эти дни посматривала на дочь, строя догадки о произошедшем в дальнем уделе. Для нее стало ясно, что отношения молодых развиваются по сценарию, совершенно неприемлемому для родителей. По Твери уже открыто гуляли догадки, почему такой симпатичный и перспективный барон получил отказ, но до сих пор продолжает встречаться с Дарьей Александровной. Ситуация становилась пикантной.

— Дашенька, милая моя, а что ты молчишь, как съездила? — с любопытством спросила Арина, когда начался обед. — Нам же интересно! Неужто просидели два дня в унылом поместье? Чем развлекал тебя новый наместник?

Игорь, статный мужчина с пышными усами и аккуратной бородкой, больше присущей пресловутым пиратам, сотрясавшим устои морских держав четыре столетия назад, едва слышно хмыкнул, за что был награжден тычком локтя своей бдительной супруги.

— И вовсе я не скучала! — улыбнулась Даша, с трудом скрывая блеск глаз. — Никита Анатольевич устроил для меня зимний выезд на лесной кордон. Все было очень замечательно! Я парилась в настоящей бане, потом егеря устроили застолье с жареной свежениной. Катались на снегоходах. А какая там изба! Больше на альпийское шале похожа! В общем, все было здорово!

— И Назаров сделал тебе предложение? — Арина не ведала, что Никита уже был в гостях у Сабуровых и ушел ни с чем. Только из-за того, что младшая сестра дрогнула и испугалась последствий, родители не стали предавать огласке неудачный визит молодого человека. Но слухи до нее дошли, вызывая еще больше недоумения. Нужно обязательно поговорить с родителями!

Даша мотнула головой и уткнулась в тарелку с супом. Она знала, что такой вопрос от старшей сестры рано или поздно возникнет, но так до сих пор не смогла найти достойный ответ. Нельзя посвящать Арину в ситуацию, возникшую между нею и Никитой. Даже братья не должны знать. Только надежда на дедушку оставалась, который невозмутимо, как всегда, окидывал взглядом семейство.

А с другой стороны: какая теперь разница? Они стали близки, и никакие запреты не помешают Никите осуществить свои планы. Однако родителей пока не стоит посвящать в деликатную историю.

— Никита Анатольевич попал в сложную ситуацию. Когда нужно действовать смело и решительно, — пробурчал Патриарх, — он вдруг стал робким и нерешительным.

На губах Даши промелькнула мимолетная улыбка, не оставшаяся незамеченной старшей сестрой. Впору заподозрить о какой-то тайне, витающей в доме с некоторых пор.

— Отец, мы уже об этом говорили, — возмутился Александр Павлович, сжимая ложку. — За Назаровым тянется очень неприятный шлейф разных слухов и недомолвок. Он человек из ниоткуда, проще говоря.

— Да нормальный он парень, — удивился Леонид. — Без всяких заскоков, как у некоторых. Вон, тот же Колычев Серега… Надутый индюк. Как его еще терпят в обществе. А Никита свой. Дашка после кулачного боя в него влюбилась окончательно. Только и разговоров о нем было весь следующий день.

Владислав заулыбался и закивал головой, подтверждая, что так и было. Даша покраснела, но уже привычно, когда в ее присутствии обсуждались личные сердечные дела. Сидя напротив Леонида, она показала ему язык.

— Так, молодая поросль, замолчали все, — повысил голос отец. — Никита Анатольевич уже приходил к нам, но вопрос о женитьбе не обсуждался. Мы просто поговорили о перспективах.

— У нас долг жизни перед ним, — напомнил Леонид. Как старший сын он мог оппонировать отцу. — Будет очень неприятно, если Никита получит отказ. Что о нас будут говорить в обществе?

— Я не забыл о долге, — помрачнел Сабуров. — Есть некоторые моменты, которые напрягают меня и вашу маму.

— Проще говоря, — Патриарх поглядел на Александра Павловича, — ваш отец не хочет отпускать Дашу, ибо Никита собирается вскоре уехать из Твери. Или вообще покинуть пределы Руси.

— А что здесь такого? — удивился Владислав и переглянулся с Леонидом. — Это дело Никиты, где жить. Хоть в Европе или за океаном. Его-то лично ничто здесь не держит. Он с самого детства привык отвечать за самого себя.

— Надо же! Разговорился! — рассмеялась Арина и искоса посмотрела на Игоря, успевшего налить в ее бокал вина.

— Да я просто не понимаю, почему из ничего создали проблему? — удивился Леонид. — Даше нравится барон Назаров, барон неравнодушен к сестренке. Это даже ежику понятно, а вы создаете препоны для парня.

Он разгорячился так, что Даша удивилась. Старший брат до недавнего времени совершенно не интересовался делами сестры, ее переживаниями и тайнами. Считал, что для таких вещей существует Арина. Он старался избегать участия в женских делах и вопросах, а тут вдруг вспыхнул, едва ногами не топает.

— Дети, — постучала черенком вилки по бокалу Надежда Игнатьевна, — боюсь, вы неправильно поняли наши опасения. Давайте так: представьте, что Никита увозит Дашу так далеко, что она уже никогда нас не увидит. Гипотетическая модель всего лишь…

— И где такое место нашли, что оттуда не вырвешься к родителям? — засмеялся Владислав, не заметив, как переглянулись четверо человек, единственные имеющие представление о таком месте. А вот Арина заметила, но не придала этому нужного значения. Леонид же был слишком разгорячен, чтобы смотреть по сторонам. Игорь вообще предпочитал молчать, имея при себе свое мнение. И не понимал, с чего сыр-бор на ровном месте. Издревле девушки уходили из родительского дома в семью мужа. Бывало, что и не виделись больше. — Сейчас по «ВИСу» быстрее свяжешься, чем от Миллионной до Тверцы дойти!

— Оно, конечно, современная жизнь предполагает подобные выверты в родственных отношениях, — Патриарх откуда-то выудил палисандровую трубку и повертел ее в руках. Поймав укоризненный взгляд невестки, сделал успокаивающий жест, дескать не собирается он курить за столом. — Но вы не поняли вопроса своей матери. Как вы отнесетесь к тому факту, что Дарья никогда с вами больше не встретится?

Это уже было серьезно. Дед не задавал вопросы по пустякам. Здесь и в самом деле крылась какая-то тайна, которую скрывали родители и Даша. Взгляды братьев и сестры скрестились на девушке, словно та обязана была рассказать всю правду. Ожидаемая помолвка грозилась обернуться фарсом.

— Да что случилось-то? — недоуменно воскликнула Арина. — Кто-нибудь сможет объяснить? Будет свадьба или нет? А то меня светские дамы столицы замучили с подковырками спрашивать о сестре. Словно все уже в курсе событий, только нас не известили!

— Нехорошо отвечать вопросом на вопрос, — ухмыльнулся Патриарх. — Я четко спросил: вы перенесете разлуку со своей сестрой? Возможно, навечно.

— Нет, — отрезала Арина и посмотрела на Дашу, которая терзала ножом и вилкой залитую в соусе осетрину. На ее щеке блестела слезинка. — Мне категорически не нравится этот разговор. Вы скрываете что-то неприятное или страшное. Мое мнение таково: если Назаров представляет угрозу нашей семье — нужно прервать с ним отношения, а Даше — прекратить с ним встречаться. Странно, почему до сих пор они поддерживают отношения!

— Видимо, Никита вляпался в какую-то историю, связанную с государственными секретами, — хмыкнул озадаченный экспрессивной речью старшей сестры Леонид.

Патриарх одарил его одобрительным взглядом.

— Ну… Может, и не вляпался, а ему пришлось принять какие-то условия Великого князя, — поправился парень. — Какая-то долгосрочная миссия за границей?

— Выдумщик какой! — фыркнула Арина. — Этак мы договоримся до того, что Назаров — пришелец из других миров.

Раздался тихий смех Даши. Девушка прикрыла лицо руками, ее плечи подрагивали, а сама она покачивала головой. Арина вздохнула.

— Если Дашутка согласна стать женой Никиты, ей, по моему мнению, вообще до фонаря наши переживания, — мудро рассудил Владислав. — Чего тут разговоры разводить? Пойдешь замуж за Назарова, сестра? Давай уже решай, а то мне нужно уйти по делам.

Все рассмеялись, сбрасывая напряжение. Только Патриарх, собрав сеточку морщин вокруг глаз, внимательно следил за Александром и Надеждой. Именно эти люди могли серьезно помешать планируемому побегу молодых. Сашка — от боязни за семью, за Род, а Наденька никак не может привести в гармонию душу и сердце. Ей нелегко будет расстаться с дочерью.

Павел Евграфович прекрасно знал, чем закончится раскрытие их с Дашей тайны. Портал, ведущий в особняк Сабуровых, будет обнаружен и взят под усиленную охрану. Расчет прост: девушка рано или поздно захочет встретиться с родителями. Здесь ее и схватят. Дальше еще проще: вынудят Никиту рвануться на помощь и повяжут такими путами, что он больше никогда не вернется в свою Явь. Патриарх знал, какие непроницаемые стены в подвалах Магической Палаты. Так что правильно он все рассчитал. Ребятишки должны бежать, но обставить дело таким образом, чтобы родители выглядели не соучастниками, а потерпевшей стороной.

А еще Патриарх надеялся, что Никита найдет решение вопроса в другой плоскости. Картины грядущего подсказывали ему о каком-то тайном канале перехода из одного мира в другой, более мощном и скрытом. В который просто так не попасть. Который пускает только избранных. Недаром Никита возил Дарью на лесной кордон, ох, недаром! Не так прост мальчишка! Тихой сапой делает свое дело, попутно отвлекая окружающих от главного хода.

Павел Евграфович расслабленно улыбнулся. Решение есть. Любимой внучке он желал только добра и счастья. Вторая жена в доме? Пф! Ничего, притрутся друг к другу, потом не разлей-вода будут. А здесь, в этом мире ей не место. Большие неприятности, ведущие к тяжелым последствиям — вот что ожидает Дашу. С чем они связаны, Патриарх пока не мог точно облечь в точные фразы. Может, именно с порталом. А, может, с тем Родом, куда должна уйти внучка после замужества. Видения были настолько погружены в тьму грядущего, что старик чувствовал свое бессилие разгадать намеки и полутона. Дар Ведуна угасал, и не потому, что близился финал его жизни, а из-за слабнущей Искры его мира.

Никита должен найти выход, и тогда Патриарх уговорит, уломает своих родовичей переселиться в иную Явь. Иного выхода сберечь Дар Рода он не видел.