Москва

Октябрь 2011 года

Анита всегда завидовала младшей сестре, как она умеет засыпать. Стоило только голове Насти коснуться подушки, через пару минут слышалось сладкое сопение. Как любят говорить в войсковой дружине: «солдат должен использовать любую возможность поспать, не теряя ни секунды, если оная появится». Видимо, Настенка очень серьезно приняла рекомендации знакомых ребят-дружинников и обкатывала их на себе. Вон какие рулады выводит! На загляденье курским соловьям!

Покачав головой, Анита прикрыла дверь в спальню сестренки, пошла к себе. Ее комната находилась через стену, так что девушка всегда проверяла свою младшенькую, как мама когда-то — их обеих. Этот ритуал Анита старалась проделывать каждый вечер: пожелать спокойной ночи, посидеть рядышком, держа за руку единственного родного человека, шутя потрепать пышную гриву Насти. А ведь разница всего в год, какие тут ритуалы! Настюха фыркает, иногда злится на излишнее внимание старшей, и тем не менее, в ее душе расплывается умиротворение от положительных эмоций. Анита умеет «лечить» взбунтовавшуюся ауру. Недаром выбрала специализацию Целителя. Настя понимала, какую роль на себя взяла сестра после смерти родителей, и поэтому была благодарна ей за такие минуты «семейной терапии».

Небольшой двухэтажный дом на четыре квартиры в районе Девичьего поля, где жили сестры Анциферовы, принадлежал боярскому роду Маркеловых и использовался в качестве доходного. Выстроенный из темно-красного кирпича еще в девятнадцатом веке, он до сих пор пользовался большой популярностью среди студенческой молодежи. А так как факультет фундаментальной медицины Московского университета находился практически рядом, то и выбор жилья был обусловлен именно этим обстоятельством. Дед помог в переговорах по сдаче внаем на шесть лет двух квартир (для внучек и трех их телохранителей-рынд), заплатил чеком сразу за весь период, и девушки смогли, наконец, спокойно заняться учебой.

Правда, первый год Анита жила одна, ожидая, когда Настя закончит школу и приедет поступать в тот же университет. Сестра пошла на модный среди продвинутой молодежи «факультет биоинженерии с применением магической артефакторики». Язык можно сломать, пока выговоришь. Целительский дар у Насти тоже присутствовал в Искре, однако в меньшей степени. В будущем ей предстояло заниматься разработкой искусственных суставов, протезов, выращиванием кожи, созданием медицинских капсул, где можно было бы поддерживать жизнеобеспечение тяжелобольных людей с помощью магических артефактов. Направление считалось перспективным, и хорошо, что Настя понимала, куда сунула голову. Учеба на этом факультете не всем давалась, многие ломались и переходили на другие направления. И… уже два года пыхтит девица, не сдается. Просто удивительно, как она со своим вздорным характером умудряется двигаться к цели.

Анита задержалась возле двери своей комнаты и посмотрела в темный коридор, ведущий на кухню. Там, в уголке, матово поблескивал бок холодильника, отражая свет уличного фонаря. Бутерброд пожевать, что ли? Вот всегда так. Не уснешь сразу, желудок начинает требовательно орать, чтобы его накормили. Нет, перебьешься! Тряхнув головой, рассыпая красивые, с золотистым отливом волосы (мамина гордость и наследство) по плечам, Анита забралась в постель и взяла в руки потрепанную карманную книжку из серии «для дорожных путешествий» — обычное бульварное чтиво, отвлекающее от повседневных забот. Может, перипетии жизненных приключений героини вгонят в сон, думала девушка, открывая страницу, где был заложен кусочек красной атласной материи вместо закладки.

Анита не успела заснуть на второй странице чтива, хотя сладостное ощущение накатывающей дремы уже овладевало ею. Глухой хлопок, донесшийся с улицы, заставил вздрогнуть клюющую носом девушку. Задребезжали стекла, плохо прикрытая форточка резко отлетела в сторону, едва не вырвав шарниры. А через минуту мощный остаточный магический фон взъерошил ауру, как свежий ветер — аккуратную прическу. Аниту словно ужалило; она взлетела с кровати и подбежала к окну. Где-то за парковой зоной, в районе Плющихи разгорался багрово-оранжевый цветок. Он то взметывал вверх огненные лепестки, то опадал, а тени от голых деревьев стремительно удлинялись, неслись по стенам и крышам домов и разом исчезали в новой вспышке.

— Что там такое? — прошептала Анита. — Неужели бунт?

Происходящее в Москве не было новостью для девушек. Они прекрасно знали о случившейся катастрофе в Твери, знали о последствиях и гибели некоторых представителей московских родов. Сами наблюдали похоронные обряды, видели реакцию родителей и родственников погибших. Разговоры по городу шли не самые приятные для Великого князя и наместника Москвы. Все чаще проскальзывали такие словечки как «мятеж», «бунт», если государь промолчит и не примет все меры для поимки виновных. Ну и вира — само собой. От нее никто не отказывался, молча глотая свою гордость.

Прошло почти два месяца — изменилось все вокруг. Старобоярская Москва нахохлилась, стала сумрачной и тревожной. Вира была заплачена, пострадавшие получили дополнительные наделы земли. Казалось, все улажено. Но в город стали входить княжеские дружинные подразделения, бронетехника и осназ. Стало совсем неприятно. Теперь на учебу Анита не ходила пешком через красивый парк, а доезжала до факультета на огромном «Трабанте», под присмотром дедушкиных рынд. Настю везли дальше до главного здания университета, а Анита до окончания занятий никуда не выходила.

Надо сказать, что Петр Григорьевич не пожалел оторвать от себя самых лучших охранников, имевших высокие боевые ранги. Водителем огромного четырехколесного чудовища, произведенного в саксонском княжестве, был Стас, чья комплекция могла вызвать улыбку. Он походил на мальчишку-подростка с вечным хохолком на макушке. Но водил машину как бог (да не рассердятся Небесные Чертоги на это утверждение). Алексей и Ярик превосходили своего товарища вдвое и своим видом внушали серьезное опасения для любителей познакомиться с красивыми сестрами. И не только им. Оба, кстати, были ратниками «огня» и «воды». Дед рисковал, отдав весь боевой магический резерв на защиту внучек, оголяя собственную усадьбу, что говорило о его беспокойстве за девушек в таком суматошном и полном соблазнов городе.

Бабахнуло еще раз. Теперь ощутимо близко. Волосы на голове Аниты зашевелились, потрескивая от набирающего силу магического фона. Дверь спальни старшей сестры распахнулась, и на пороге появилась заспанная Настя в короткой ночной сорочке.

— Ани, что происходит? Что за взрывы? — пробормотала она, и поджимая пальцы босых ног, подскочила к сестре. Положив подбородок на ее плечо, уставилась в черный проем окна, в котором отражалось встревоженное лицо Аниты. — Ой, пожар! Из моей комнаты ничего не видно. В той же стороне усадьба Маркеловых?

— Ага, и Семеновых, и Куропаткиных, — задумчиво проговорила старшая сестра. — Кто-то напал на них.

— Или они сами на кого-то, — фыркнула Настя. — Что делать будем? Если начался мятеж — город переведут на осадное положение.

— Все ты знаешь! — Анита захлопнула форточку и обхватила себя за плечи. В халате ей стало почему-то зябко. — Ну-ка, не стой на виду! Закрой штору и сядь на кровать! Прилетит шальная пуля или магией ударят. И… топай к себе и собирай вещички. На всякий случай. Вдруг придется из Москвы бежать, пока не перекрыли дороги. Пересидим в Боровичах смуту, да вернемся.

— Думаешь, это правильный выход? — задумалась Настя. — А как же учеба? Любой прогул должен быть мотивирован.

— А это тебе не мотив? — кивнула Анита на длинный росчерк трассеров, взлетевших в ночное небо. Через несколько секунд донеслись гулкие хлопки и стрекотание автоматического оружия. — Иди, собирай вещи. Много не бери. Только самое необходимое, чтобы не нагружать сумку. Деньги, документы, амулеты защиты, средства гигиены. Одевайся просто. Джинсы, куртка, спортивные туфли. Чтобы не привлекать внимания.

— Все так серьезно? — хлопнула ресницами Настя, как будто не понимала подоплеку событий.

— Ты же умненькая девочка, — вздохнула Анита. — Не задавай глупых вопросов. Разве до этого мы не видели, что здесь назревает? Тем более, мы живем в той части города, где многие бояре злы на государя из-за тверской трагедии. Так что вперед — и будь готова драпать.

Когда младшая сестра вышла из комнаты, Анита взяла свой миниатюрный телефон, нашла номер деда и позвонила ему; дождалась, когда в трубке прозвучит сухой надтреснутый голос родного человека, без паники четко доложила о ситуации. Старший Анциферов некоторое время обдумывал услышанное, и нехотя проговорил:

— Самый верный способ — бежать из Москвы, пока никто не сообразил, что происходит. Скорее всего, начались первые стычки с патрулями. Утром обязательно введут пропускную систему и комендантский час, если уже не ввели. А если московское боярство такое прыткое, то все Хамовники блокированы наемниками и личной дружиной. Все плохо. И оставлять вас в гадюшнике не хочу.

Дед чего-то не договаривал, но Анита прекрасно его чувствовала. Дом Маркеловых был не тем местом, где можно переждать смутные времена. Если начнутся зачистки со стороны княжеских войск, он как раз выступал неким форпостом, из которого можно в считанные часы сделать серьезное укрепление. Стены здесь чуть ли не метровые, кладка прочная, просто так не разворотить. Об этом, кстати, говорил один из рынд — Алексей. Получается, квартиросъёмщиков могут выставить живым щитом или сделать заложниками.

— Дай мне обдумать пару минут, — попросил дед и отключился. Анита закусила губу и подошла к шкафу с вещами. Критически осмотрела свое добро, прикидывая, что ей нужнее. Им придется бежать из Москвы на время сумятицы, дед ни за что не оставит их здесь. Но это тоже риск, и очень серьезный. Можно нарваться не только на патрули, но и на отряды наемников, представителей которых девушки часто замечали в последние дни в парке и возле боярских усадеб. Правда, те вели себя спокойно, и ничем не выдавали своих намерений. Обычная практика частных военных гильдий, куда входили и охранные мероприятия нанимателей.

В прихожей пронзительно заверещал входной звонок. Анита, задумавшись о дальнейших шагах, вздрогнула. Запахнув поплотнее халат, она пошла к двери. Спросила осторожно, кто там ломится посреди ночи.

— Боярышни, это Ярик, — раздался знакомый голос рынды.

Мужчина стоял на пороге уже готовый к действиям, какие бы они ни были. На нем была теплая меховая куртка, под которой скрывалось оружие. Ярик шагнул на порог, закрыл дверь, и не обращая внимания в чем перед ним стоит девушка, ровным голосом пояснил:

— Бояре взбунтовались. Петр Григорьевич позвонил нам и дал распоряжения. Будем прорываться из Москвы. Не знаю, как получится, но здесь оставаться опасно. Если войдут войска и осназ — начнутся зачистки. Собирайтесь, Анита Васильевна. Стас уже в машине, Алешка снаружи присматривает. Берите вещи, только самое необходимое. У вас есть походные рюкзаки?

— Есть, — кивнула Анита, вспомнив, что в шкафу завалялись легкомысленные рюкзачки, купленные для парковых посиделок. Небольшие, с аляповатыми рисунками в виде всяких розовых поняшек и бабочек. — Дайте нам пятнадцать минут.

Зная, что Настя начнет прихорашиваться, несмотря на тревожную обстановку, старшая сестра быстро переоделась. Натянула на себя удобные выходные брюки из вельветовой ткани индигового цвета, заправила в них рубашку. Поверх нее удобно лег вязаный свитер. Теперь ноги. Удобнее всего будут короткие сапожки на низком каблуке, чтобы можно было бежать по пересеченной местности, не доведи Перун до такого! Предпочтительнее, конечно, спортивные туфли, но на улице уже не лето. Так… Не забыть стянуть резинкой волосы на затылке, кепи на голову — кажется, готова. Что еще? Теперь рюкзак. Брать-то совершенно нечего. Анита все-таки надеялась, что вскоре все закончится, и они вернутся к обыденной жизни студенток.

Зачем таскать наряды из города в город? А, ладно! Парочка платьев летит в открытый зев рюкзака, туда же туфли, макияжные принадлежности, тетради, заполненные аккуратным девичьим почерком, накопитель с записями лекций. Все, больше ничего не лезет. Деньги, студенческий билет, личный идентификатор в виде пластиковой карточки — все это вытряхивается из сумочки и перекладывается во внутренний карман плаща. Рюкзачок на плечи. Боже, как же она выглядит!

Анита фыркнула, глядя на себя в зеркало. Все, пора! Теперь не забыть отлепить Настю от наведения боевой раскраски на лице.

— Поторопись! — повысила голос Анита и дернула за руку сестру. — Нашла время! Кому нужны сейчас твои накрашенные губы!

Девушки выскочили на площадку, где нетерпеливо переминался с ноги на ногу Ярик. Пока он и Настя спускались вниз, оглашая замершую лестничную клетку дробным топотом, Анита тщательно закрыла дверь на замок.

Улица встретила их промозглым ветром и кислым запахом алхимических веществ, натянутым с Плющихи. И в самом деле, кто-то использовал магическую гадость для поражения большой массы людей. Насколько себе Анита представляла, применили «сварку», выжигающую все в радиусе пятидесяти метров. Смесь «греческого огня» и магического ударного плетения любого уровня. Атакующее плетение, между прочим. Кто это так по-ухарски развоевался в центре старой столицы?

В машине было тепло и обманчиво спокойно. Стас тут же развернул «Трабант» и выехал со двора на неширокую улицу, ведущую совсем не на Плющиху. Парни сообразили, что туда сейчас соваться не стоит. Оставив за собой целый ряд доходных домов, тревожно светившихся множеством окон (ночная какофония подняла не только сестер Анциферовых), машина с ревом влетела в Хамовную слободу, где компактно селилась Гильдия ткачей, проскочила ее на скорости и понеслась по Несвижскому переулку.

— Через Чудовку на Зубовский бульвар и к мосту выскочим, пока есть возможность, — повернулся к девушкам Алексей, сидевший рядом с водителем. — А там до Таганки. Судя по всему, осназ и войсковые части обрежут Хамовники со стороны Арбата. Место больно удобное, чтобы петлю затянуть мятежным боярам.

— Если они раньше не выскочат наружу, — пробурчал Ярик. — Ты лучше вперед смотри. Стас, дави всех, кто вздумает нас тормозить.

— Даже бронемашины? — усмехнулся Стас, крепко вцепившись в руль.

— Если встретишь бронеходки, тормози. Это наши, — успокоил его Ярик, сидящий рядом с девушками. — У мятежников нет тяжелого вооружения.

Анита покосилась на него, услышав характерное передергивание затвора. У Ярика в руках мелькнул короткоствольный автомат. Дело серьезное, если парни обложились стреляющим железом. Девушка сглотнула тягучую и горьковатую слюну. Воздух вокруг сгустился осязаемым страхом.

Чем дальше они отъезжали от района проживания, тем тише становилось вокруг. Судя по безмятежно светящимся уличным фонарям и темным провалам окон, по которым скользили блики фар пролетающих по дороге редких автомобилей, здесь еще не знали о бунте в Хамовниках. А может, знали и готовились к тяжелым дням противостояния между властью и мятежниками.

— Оп! Приехали! — прервал затянувшееся молчание нехорошим голосом Стас и стал притормаживать.

Дорога, пролегавшая вдоль парковой зоны, огороженной ажурным забором, оказалась перекрыта двумя внедорожниками. Они подсвечивали окрестности фарами ближнего света, а рядом с ними стояло несколько вооруженных человек. Из «Трабанта» была видна экипировка этой группы: серая униформа с шевроном на левом плече. У княжеских войск и осназа они в виде «варяжского щита», а эти — пятиугольные. Анита знала, что шевроны наемников и личных боярских дружин никогда не копировали форму государственных. Значит, мятежники успели перекрыть дороги. Но почему они контролируют выезд из Хамовников, а не наоборот — не создают оборонительные щиты, обращенные на бульвар?

— Никого не хотят выпускать, — словно прочитав мысли девушки, сказал Алексей. — Стас, не глуши мотор, будь готов ломиться вперед.

— На таран пойдем? — осклабился водитель.

— На таран…, — чуть ли не по слогам ответил старший рында. — Боярышни, активируйте амулеты защиты.

Тем временем трое наемников подошли к внедорожнику Анциферовых и распределились по сторонам. Один держал на прицеле автомата лобовое стекло, второй контролировал движение своего напарника, постучавшего в стекло со стороны Стаса. Рында не стал опускать его полностью, всего лишь наполовину.

— В чем дело? — спросил он с ленцой. — Почему наемники личный транспорт горожан останавливают?

— Велено перекрыть выезд из Хамовников, господа, — ответил проверяющий. — Возвращайтесь обратно.

— По чьему приказу? — голос у Стаса стал опасно резким. — Распоряжения градоначальника не было…

— Здесь не градоначальник указывает, — прервал его наемник и демонстративно поднял ствол автомата. — Прошу без глупостей во избежание проблем.

— Отъезжай, Стас, — тихо приказал Алексей. — Все ясно.

«Трабант» рыкнул, словно передавал настроение своего хозяина, и наезжая на бордюр, развернулся, чтобы поехать в обратном направлении. Анита с Настей почувствовали, как в салоне слегка похолодало. У наемников явно находился маг, прощупавший аурные следы в машине, считывая количество людей.

— Куда теперь? — Ярик с напряженным вниманием смотрел назад, опасаясь погони наемников. Но их машины оставались на месте. В самом деле, перекрыли выезд и не дают возможности вырваться из опасного кольца, в которое превратились Хамовники.

— Попробуем еще через Зубовскую улицу, — мрачно ответил Алексей. — А там на Пречистенку. Не все же выходы на бульвар закрыли. Это уже наглость.

— Ладно, хоть выяснять не стали, какого черта мы ночью шарахаемся, — хмыкнул Ярик.

— Не их дело, — у Алексея резко портилось настроение. — Я так думаю, наемники поставлены для пресечения выезда жителей, чтобы никто не предупредил о произошедшем. Заодно всех поставили в положение заложников. Уроды.

— На Плющихе такой фейерверк устроили, что всей Москве стало ясно, что случилось, — фыркнула Настя.

— Разворачивайся, — вдруг встрепенулся Алексей. — Попробуем через Лужники. Почему-то заклинило меня, решил сразу через Крымский мост на Люберцы уйти. Поехали в обход.

Эту дорогу Настя хорошо знала. Она как раз вела в университет через усадьбу Воробьевых, лояльных Великому князю.

— У Воробьевых никто не погиб в Твери? — спросила девушка.

— Умница, боярышня, — похвалил ее Алексей. — А я вот дурак, сразу не догадался. Надо было туда ехать, чтобы выскочить из этой чертовой петли. Нет, столько времени потеряли!

Анита наклонилась, чтобы посмотреть на происходящее. Небо вдоль Плющихи по-прежнему отсвечивало багровым, но интенсивность стала меньше. А вот трассеры продолжали вспарывать черноту небосвода в просветах между домами. Где-то шел бой.

«Трабант» проскочил крайние здания Хамовнических фабричных корпусов, потом мимо усадьбы Трубецких, возле которой происходило непонятное шевеление в виде многочисленных перемещений людей и автомобилей, въехал в Усачевский переулок, и уже в самом его конце движок чихнул и стал работать с перебоями, натужно. Приборная доска вспыхнула переливами аварийных датчиков и лампочек.

— Что еще? — Алексей сдержался от крепкого словца, завертел головой, пытаясь разглядеть в темноте причину забарахлившего мотора.

— Нас задело магическим ударом, — напряженно пояснила Анита. — Кто-то зацепил остаточной энергией. Если бы Стас промедлил, вовсе бы встали.

«Трабант» еще раз чихнул, но через пару секунд оживленно затарахтел и помчался дальше. А на самом выезде из переулка они налетели на очередной пост, который, в отличие от первого, сразу же ударил из стволов по машине. Бронированный корпус принял на себя первые выстрелы, пока вспыхнувшая сфера защиты полностью не закрыла «Трабант». Но в дело вступили маги. Сдвоенный удар со стороны поста мгновенно снес «полог» и остановил тяжелую технику — как будто цепкие лапы гигантского животного обхватили блестящие бока автомобиля и встряхнули его на ходу, заставляя пробуксовывать колеса на месте.

— У них артефактор! — Алексей распахнул дверь. — Живо все из машины! Ярик, на тебе прикрытие!

Анита отстранено подумала, что все правильно. Алексей в их группе главный, и он решает, кому как действовать. Ярик — неплохой «ратник», да еще с двумя Стихиями. Он должен отвлечь на себя преследователей, а Стас, как более слабый одаренный с Алексеем пойдут с девушками. Нужно прорываться к Лужникам, а оттуда через мост к усадьбе Воробьевых, где можно укрыться на время. Да, все правильно!

За спиной громыхнуло дважды, озаряя проулок, в который метнулись четверо человек, потом раздались звуки, как будто разом стрельнули из праздничных хлопушек. Бежавшие впереди девушки остановились, не зная, как поступить дальше. Они оказались в каком-то дворе, испуганно затаившись в темноте. Ни одно окно не светилось; жильцы, если и проснулись, поглядывали на улицу с опаской прячась за плотными шторами.

— Мост в трех километрах отсюда, — сказал Алексей. — Вот туда и пойдем. Защиту не снимайте, боярышни. Держитесь за нашими спинами. Главное, дойти до усадьбы Воробьевых. Там и спрячемся, пока этот бардак не закончится.

Анита с удовлетворением подумала, что старший рында мыслит правильно, как и она сама. Но без машины и без Ярика, прикрывающего отход, будет трудновато. Если на каждом перекрестке будет стоят блокпост — живыми они за реку не переберутся.

Грохот выстрелов, яростные всполохи огня, яркие росчерки трассеров прошили небо над крышами нахохлившихся под октябрьским небом жилых домов. И тишина закончилась. Разом засверкали протуберанцы, разрастающиеся над жилыми строениями. Надсадный гул неизвестного происхождения стал нарастать с неумолимостью двигающегося механического пресса, закладывая уши.

— Твою бабушку! — еще мягко выразился Алексей. — Да что там происходит-то?

— Боярские усадьбы оснащены специальными артефактами, активирующими силовые щиты, — негромко ответила Настя. — Судя по всему, где-то сработала защита. А вот в других случаях явно прослеживается атакующая модель. Видите, разные цветовые оттенки. Сиренево-голубые, похожие на молнии — это защитные стихийные элементали. Красно-оранжевые и желтые — атакующие.

— Войска ввели, — уверенно ответил Стас. — Пошли, что ли?

— Да не пыли ты, успокойся, — поднял руку Алексей. — Боярышень надо спрятать, а самим найти машину, проверить, где лучше всего проскочить. Да и Ярика разыскать не мешает.

— А еще лучше — спрятаться всем вместе и дождаться, когда закончится бунт, — заявила Анита.

Мужчины не стали спорить с девушкой и почти одновременно двинулись дальше, переходя из одного двора в другой, пока не вышли на проезжую часть. И увидели два внедорожника, стоявших поперек дороги.

Настя подумала, что от вида тупорылых и громоздких машин-вездеходов ее скоро начнет трясти. Настолько она устала от ночной беготни и отчаяния, что не получилось сразу прорваться за реку в спокойный район, где существует порядок и нет ожидания надвигающейся беды. Она и в самом начале была против поездки, предпочтя остаться на месте, пересидеть мятеж дома, никуда не высовываясь. Но дед же! Он глава Рода, отвечающий за жизнь и безопасность своих родных.

Крадучись, прижимаясь к стенам домов, маленькая команда осторожно пробиралась по направлению к мосту, который становился все ближе и ближе. В просветах между многоэтажками уже виднелись ярко светящиеся металлические пролеты и ажурные перила. Алексей поднял руку, приказывая застыть всем на месте.

— Не нравится мне это дело, — пробурчал он, выглядывая из-за угла дома. — Через мост ни одна машина не едет.

— Наверное, и там перекрыли дорогу, — сплюнул на землю Стас. — Место открытое, прятаться не получится. Рискнем?

— На сколько хватит энергии для амулетов? — поинтересовался старший рында у девушек.

— Если в спокойном режиме — на пять-шесть часов, — ответила Анита. — А в активной фазе — полчаса.

— Успеем, — кивнул Алексей. — Стас, шагай первым. Я прикрываю спину.

Они успели пройти не больше пятидесяти метров по тротуару, стараясь держаться в тени стен. Откуда-то черт вынес черную громадину очередного вездехода. Это уже становилось фарсом. Автомобиль обогнал группу и резко наехал на пешеходную часть дороги, перегородив беглецам путь. А сзади заскрипел тормозами его близнец. Видимо, патрули работали парно. Или это были те самые, которые пытались остановить «Трабант» за усадьбой Трубецких. Отследили с помощью «маячков» и сопровождали, выжидая удобный момент. Правильно, где легче ловить: во дворах или на прямой, как стрела, дороге?

Захлопали двери, на улицу высыпали пятеро бойцов в униформе наемников. Кто бы сомневался. На пятиугольном шевроне изображение какого-то зверя. Защелкали затворы автоматов.

— Стоять! — голос весьма недружелюбный, но без агрессии. — Руки поднять! Давайте без глупостей, господа!

Переглянувшись, все четверо выполнили приказ говорившего. Анита понимала Алексея. Будь здесь поменьше вооруженных людей, а они на машине, рында попытался бы прорваться к мосту, прикрывая силовым щитом и железным корпусом девушек. Но со спины маячат еще четверо. Как минимум, половина из них — стихийные ратники. Сметут ударными плетениями, даже не поморщатся. У них точно в группе есть маг. Анита его мгновенно распознала. Стоит чуть в сторонке, без оружия. Вернее, пистолет в кобуре, но руки свободные. Между пальцев изредка проскакивают бледные искорки. Готовые магоформы в любую секунду могут ударить по беглецам.

— Дамы — три шага назад, — тем временем продолжал командовать человек с лычками десятника под шевроном. — Господа — два шага вперед, не опускаем руки. Свист, Ангел! Проверить, оружие изъять!

Как только Алексей и Стас были обезоружены, а на их запястьях сомкнулись браслеты, наемники слегка расслабились, подошли к девушкам и проделали те же манипуляции. Рюкзаки сняли, но проверять не стали. Зато телефоны и амулеты перекочевали в руки мага.

— Правильное решение, разумное, — кивнул десятник. — Кто такие? Куда направлялись?

— Хотели уехать из Хамовников, — сказал Алексей спокойно. — Почуяли, что назревает большая задница — вот и решили вывезти боярышень подальше от проблем.

— Боярышень? — переспросил наемник и переглянулся с магом, который закончил сканировать ауры задержанных. — Чей род?

— Анциферовы, — Анита решила не скрываться. Все равно узнают рано или поздно.

— Анциферовы? — брови мага съехались к переносице. — Вы кем приходитесь Петру Григорьевичу?

— Внучки, — девушка с трудом сдержала раздражение. Ситуация с пленением ей очень не нравилась. Дед излишне переусердствовал, пытаясь вывезти внучек из Москвы. Может, стоило дождаться утра и посмотреть на развитие событий, прежде чем делать очередной шаг? Да что теперь говорить? Глупые гусыни сами в клетку залезли.

— Какого же…, — маг сдержался. — Что вы здесь вообще делаете?

— Снимаем на Девичьем поле квартиру. Учимся в университете, — буркнула Настя. Она устала, желая лишь только одного: упасть на любую горизонтальную поверхность и уснуть.

— Час от часу не легче. Это вы на «Трабанте» удирали от нашего патруля? — маг посмотрел на десятника. — Грузите их в машину и везите в усадьбу. С боярышнями обращаться предельно вежливо. Узнаю, что кто-то лапал — лично отрублю руки по локти. Вы меня знаете, Арс!

— Так точно, будет исполнено, — кивнул десятник, которого назвали Арсом. — Грузите девушек во вторую машину. Этих — к нам.

Анита с Настей, прижавшись друг к другу, сидели на заднем сиденье, молча вслушиваясь в разговоры по рации. Судя по разноголосице, летающей в радиоэфире, Хамовники полностью блокированы княжескими войсками. Подтянута бронетехника, над районом барражируют винтокрылы. Но приказа к атаке еще не было, потому что стали поступать данные о выдвижении каких-то вооруженных групп со стороны Арбата и Якиманки.

Анита недоумевала. Что подвигло бояр на смуту? Гибель представителей рода? В таких случаях Великий князь поступал просто: вира и задабривание особо горластых подарками. Так было и на этот раз. Но что еще возмутило старомосковских бояр? Впору подозревать не просто стихийный мятеж, а мощный заговор. Может, стоит бежать? Никто не знает, что девушки могут применить Звериный зов, который не блокируется никакими магическими штучками. Чародей, находившийся вместе с наемниками, наивно думал, что, поставив блок, он пресек у боярышень возможность работать со стихиями.

Бежать или не бежать? Впереди двое, позади в багажном отсеке еще двое. Призвав свои тотемы, девушки отвлекут бойцов, а сами выскочат из машины и скроются в подворотнях. А дальше? Без вещей, амулетов, телефонов шансы вырваться из заблокированного района, где находятся несколько боярских усадеб, напичканных боевыми дружинами и наемниками, снижаются до нуля. Поймают и не станут разбираться, кто они такие, собственно. Это сейчас все еще предельно вежливы, а когда войска начнут лупить по площадям огненными зарядами и стихийными заклинаниями — будет полный мрак.

— Сидим и не рыпаемся, — очень тихо сказала Анита Насте, когда на очередном повороте ее кинуло к сестре. Та понятливо кивнула. — Главное, чтобы нас не развезли в разные места…

Вездеход, перевалившись через какую-то преграду, выехал на огромную лужайку, с которой хорошо просматривались сиреневые блики силовых щитов, установленных по периметру усадьбы. Девушки узнали по силуэтам центрального особняка, что их везут к Трубецким. Не самый лучший вариант, так как они точно знали, что в этом роде в Твери погиб младший сын Гаврилы Антоновича. А значит, что Глава будет всячески поддерживать смуту. Если он решится на боевые действия против государевых войск, усадьбу просто сметут с лица земли.

Тихо проскрежетав зубами, Анита откинулась на спинку сиденья. Все было очень плохо, с какой стороны ни посмотри. И быстрая помощь от деда вряд ли придет. Оставалось лишь надеяться на чудо, которого молодая боярышня с момента гибели родителей перестала ждать в своей жизни.