Она подпрыгнула на носках и развернулась, пытаясь атаковать открытый бок Лиррии, но была отброшена назад. Она увернулась от удара и нанесла удар. Лиррия проворно отскочила назад, смеясь.

— Да! Давай! — Крикнула Лиррия, всё ещё ухмыляясь, — А вот и свирепый маленький дракончик, которого я видела в твой первый день. Но помни, ты умнее дракона, так что думай, когда сражаешься. Следи за мной, следи за моими мечами, за моими глазами.

Теперь Лиррия дышала тяжелее, но продолжала говорить, в то время как Эйми продолжала продвигаться вперёд, ища брешь. Их клинки лязгали друг о друга, поодиночке, дважды, отбивая быстрый ритм.

— Ты все еще наблюдаешь за мной?

— Да, я… — Эйми запнулась, когда она увернулась от удара, который только что прошёл над её головой.

— Перестань так много думать о том, что ты делаешь. Позволь своим рукам двигаться. Бой ятаганами должен быть твоим естественным движением. Твои конечности и тело должны сражаться без того, чтобы твой разум руководил каждым движением. Твой разум должен думать о других уязвимых людях в караване, наблюдать за окрестностями, прислушиваться к приказам других Всадниц.

Эйми пыталась вникнуть в то, что говорила Лиррия, всё ещё отклоняя её удары и ища лазейку. Теперь ей было тепло, и её спина вспотела. Её руки болели, но она не собиралась позволять Лиррии бить её.

— Какое твоё любимое блюдо из пекарни? — спросила Лиррия, оказавшись позади Эйми, заставив её крутануться на месте. Она поймала удар, который должен был снова разбить ей плечо.

— Булочки с корицей, — ответила Эйми, атаковав Лиррию справа, думая, что Всадница перегнула палку, но та отвела клинок Эйми в сторону, чуть не выбив его у неё из рук.

— Фу, правда? Булочки с корицей? Медовый хлеб намного вкуснее.

Им приходилось повышать голоса, чтобы перекричать звон тренировочных клинков. Их ноги скользили по камню, когда они кружились друг вокруг друга, постоянно двигаясь.

— Лучшее в кусочке медового хлеба — это облизывать липкие пальцы после того, как съешь его.

— Моя тетя научила меня печь медовый хлеб, — сказала Эйми.

Теперь она была более осторожна. Она знала, что Лиррия пыталась отвлечь её, а также научить. Она улыбнулась, представив, как Лиррия была бы впечатлена тем, что она не попалась в ловушку.

— Ну что ж, — сказала Лиррия с усмешкой. Эйми почувствовала, что она снова ускорила темп, но это было нормально — она всё ещё держала себя в руках. — Может быть, ты как-нибудь испечешь для меня медовый хлеб. А потом оближешь мои липкие пальцы.

Теперь это отвлекло Эйми.

Она споткнулась и сбилась с ритма. Её правая рука опустилась на середине замаха, и Лиррия ударила своим клинком, отчего тот заскользил по камню. Следующий удар Всадницы пришёлся по пальцам левой руки Эйми, и она вскрикнула, выронив и этот клинок. Боль вспыхнула в её рёбрах, когда Лиррия ударила её. Эйми увернулась от её следующего удара, но без своего оружия она не смогла удержать Всадницу. Лиррия ударила Эйми коленом в подбородок. Эйми почувствовала, как у неё застучали зубы, и прикусила кончик языка. Рот наполнился медным привкусом крови.

Лиррия пнула её сбоку по колену, и на этот раз Эйми вскрикнула, падая. Она приземлилась на бок, её бедро, плечо и локоть разрывались от боли. Её локоны упали ей на лицо, и когда она откинула их назад, то подняла глаза и увидела Лиррию. Всадница стояла, поставив ноги по обе стороны от бёдер Эйми, и Эйми смотрела на Лиррию снизу вверх, между её ног. Она приняла боль, пронзавшую её тело, и подпитала ею свой маленький огонёк решимости.

— В следующий раз я побью тебя, — пообещала Эйми. — И у меня будет дракон более яркого цвета, чем твой.

Лиррия рассмеялась.

— Посмотрим, маленький детёныш. Ты ещё далека от того, чтобы попытаться украсть дракона. Давай, вставай. Ещё раз.

Глава 9. Древесный дым

Эйми тихо скользила по лабиринту туннелей. Всё её тело болело. Лиррия заставила их сегодня часами бегать и карабкаться. Её мышцы ощущались так, словно кто-то постоянно колол их булавками. Под этой болью скрывался страх, что тренировки окажутся для неё непосильными. Если она потерпит неудачу, ей некуда будет пойти, нечего назвать домом.

Она направлялась всё глубже и глубже в скалу, её путь освещался оранжевым свечением шаров дыхания дракона, некоторые из которых были прикреплены к цепям, другие располагались на естественных выступах в скале. Она продолжала слышать, как Всадницы говорят о Сердце, и в их голосе всегда звучала улыбка, когда они о нём говорили. И Натин, и Хайетта видели это, но отказались рассказать об этом Эйми, и никто не предложил отвести её. Итак, вместо того, чтобы пойти сегодня на ужин, несмотря на урчание в животе, она улизнула. Её целью было найти Сердце. Это была пещера глубоко внутри Антейлла, где жили драконы.

Она повернула налево. Впереди была арка, а за ней она могла разглядеть намеки на огромное, похожее на пещеру пространство. В коридор просачивался слабый дневной свет. Она принюхалась. Здесь, внизу, пахло по-другому. Чувствовалась отчётливая свежесть открытого воздуха, но её перекрывал насыщенный, тёплый запах чего-то горящего. Это было похоже на древесный дым, но в нём были слои. Она уловила жгучий запах, но мгновение спустя он сменился более тонким ароматом, как будто горели свежие дрова.

Она медленно и тихо пошла вперёд. Внезапно воздух завибрировал от звука. Благоговейный трепет и возбуждение вспыхнули в её груди. Снова раздалось глубокое, рокочущее рычание дракона, и на этот раз к нему присоединился другой, подхватив зов, когда эхо первого стихло вдали. Её челюсть начала болеть, так как её лицо было недостаточно большим, чтобы сдержать улыбку. Её шаги ускорились.

Пещера была огромной. Эйми смотрела вверх, полностью запрокинув шею, чтобы увидеть. Вечерний солнечный свет просачивался сквозь отверстия в каменном потолке, и свет из шахт распространялся по всей пещере. Она медленно опустила глаза, понимая, что хочет насладиться этим моментом. Стены пещеры были изрыты нишами и выступами, и на них отдыхали драконы. Их чешуя сияла, делая их похожими на драгоценные камни, рассыпанные по сундуку с сокровищами. Там были драконы огненно-красного и насыщенно-фиолетового цветов, ярко-синего и мерцающего изумрудно-зелёного, бледно-золотого, как утреннее солнце, и тёмно-чёрного, как тени в скале.

Эйми изумлённо уставилась на открывавшийся вид. Она медленно повернулась, впитывая всё это и совершенно потерявшись в открывшемся зрелище. Запах древесного дыма стал сильнее, и она поняла, что он исходит от драконов. Дракон бледно-зелёного цвета, похожий на весеннюю траву, лежал на выступе, его длинная змеевидная голова была вытянута вдоль скалы, веки закрыты, крылья сложены. Наверху оранжево-красный зверь вышел из неглубокой пещеры, его белые когти стучали по камню. Он был меньше зеленого, но, когда со свистом расправил крылья, это было великолепно. Эйми рассмеялась от восторга.

— Она прекрасна, не правда ли?

Голос испугал её. Она была настолько загипнотизирована драконами, что не заметила, что там был кто-то ещё.

Яра стояла рядом с ней, и Эйми внезапно забеспокоилась.

Лидер Небесных Всадниц была высокой и эффектной, со светлыми распущенными волосами, которые касались её плеч. У неё было типично совершенное лицо с высокими скулами и узким подбородком. Она выглядела потрясающе и совершенно устрашающе. Кроме того, она была из Шайн, и Лиррия сказала, что её фамилия СаСтурн. Только семьи с древнейшими родословными носили имена, начинающиеся с приставки «Са». Они были потомками знати из своего старого дома, места, откуда Кьелли и Мархорн спасли всех. Среди Всадниц не имело значения, откуда ты родом; однако в Яре была непринуждённость, которая приходит только от того, что она выросла в богатой семье, и это заставляло Эйми чувствовать себя недостойной. Лиррия также сказала, что брат Яры был членом Неравного Совета, правящего органа Киерелла.

Помимо официального приветствия Всадниц, Яра не разговаривала с ней с тех пор, как приехала. Эйми нравилось вспоминать, как её собственное имя и возраст добавлялись к списку в большой бухгалтерской книге. Книга была переплетена в драконью шкуру, которая с возрастом почернела и затвердела. Ей не понравилось, что Яра назвала её Мордой-Полумесяцем, но она предположила, что это было намного лучше, чем всё, как называла её Натин, и она не собиралась возражать ни против чего, что сказала её пугающий новый лидер.

— Я хотела увидеть Сердце, — быстро сказала Эйми, чувствуя необходимость объяснить, почему она оказалась там, где, возможно, не должна была быть.

— Конечно, это лучшее место во всем мире, — Яра улыбнулась ей сверху вниз. Затем улыбка исчезла, и её лицо стало серьёзным, — Извини, Полумесяц, обычно я привожу сюда каждого новобранца, чтобы показать им, что у них будет, если они переживут обучение, но последние несколько недель были… ну, скажем так, напряжёнными. На её лице снова появилась улыбка.

Разочарование кольнуло Эйми изнутри, когда она поняла, что это прозвище закрепится. Она отбросила чувство в сторону; Яра была их лидером и могла говорить всё, что ей заблагорассудится.

— Я… — Эйми справилась с нервами и попробовала снова, — Который из них твой?

Яра указала.

— Это Фарадейр.

Глаза Эйми проследили за пальцем Яры, и она заметила, что он стоит на выступе примерно на середине высоты стен пещеры. Он был великолепен. На глазах у Эйми Фарадейр откликнулся на резкий свист Яры. Дракон встал, его вес приняли задние лапы, которые были толще талии Эйми. Она зачарованно смотрела, как дракон расправляет огромные огненно-красные крылья.

Затем Фарадейр мягко сошёл с уступа и взмыл в воздух. Эйми ахнула от изумления, когда дракон лениво поплыл по пещере. Остальные окликнули его, но никто не покинул своих насестов. Фарадейр был лидером драконов в той же степени, в какой Яра была лидером Всадниц.

Дракон медленно кружил по нисходящей спирали. Белая эмаль его когтей сияла каждый раз, когда он пролетал сквозь туманный луч дневного света. Его длинная шея была вытянута, и он не сводил глаз с Яры, когда пролетел над ней, а затем грациозно приземлился рядом с ней.

Внезапно с порывом воздуха и хлопаньем крыльев с потолка пещеры сорвался дракон. Эйми в тревоге отскочила назад. Огромный чёрный дракон с громким хлопаньем расправил крылья и опустился на пол. На спине у него была Всадница, и Яра, оставив Фарадейра, поспешила к центру пещеры, чтобы встретить её. Эйми нерешительно последовала за ней. Она остановилась на внешнем краю круга из шаров дыхания дракона, которые свисали на высоте выше головы с железных шестов, изогнутых наверху, как пастушьи посохи. Она уставилась на скалистый потолок и задалась вопросом, откуда взялся чёрный дракон.

Дайренна спешилась, и Эйми улыбнулась, увидев первую встреченную Всадницу. Единственную, кто никогда не обзывала её. Она сняла кожаные перчатки, и даже издалека Эйми могла разглядеть шрамы, покрывавшие обе её руки.

— И? — потребовала ответа Яра.

Дайренна сняла шляпу со встроенными защитными очками и покачала головой.

— Я отправилась в Лорсок, чтобы встретить караван, с которым идут Сэл и Пелатина. Они возвращаются из Наллейна, и я поговорила с главами каждого каравана.

— И?

— Большинство из них не могли сказать ничего необычного и были благодарны за это. Они не видели гельветов. Был один случай, когда путница и её детёныши были на волосок от гибели, но Сэл и Пелатина сделали свою работу.

— Скажи мне, что я ошибаюсь на этот счёт и «но» не будет, — сказала Яра.

— До пары человек дошли слухи из вторых рук от каравана из МанПоррена, мимо которого они прошли, направляясь на север. Это больше похоже на то что мы ищем, — сказала Дайренна, поглаживая шею Блэка, — Люди говорят, что видели человека с огнём в глазах. Это заставило их задуматься о Воинах Пустоты.

Яра провела пальцами по корням своих волос, как будто пыталась каким-то образом привести свои мысли в порядок.

— Но все Воины Пустоты были уничтожены, — сказала она.

Дайренна не ответила. Воспоминание мелькнуло на краю сознания Эйми, но на нём было трудно сосредоточиться, потому что она была окружена прекрасными драконами. Красные чешуйки промелькнули мимо неё, когда Фарадейр подошёл к центру пещеры и легонько подтолкнул свою Всадницу. Яра обвила рукой его шею.

— В любом случае, спасибо, — сказала она Дайренне, прежде чем отвернуться. Она заметила Эйми и на мгновение испугалась, как будто забыла о её присутствии. И снова Эйми почувствовала вину за то, что оказалась там, где ей, возможно, не следовало быть. Затем улыбка вернулась на лицо Яры, и беспокойство отступило. Эйми хотела спросить, о чём они с Дайренной говорили, но самоуверенность Яры только усилила её собственную застенчивость.

— Ты знала, Полумесяц, что дракона Дайренны зовут Блэк? — спросила её Яра.

— Да, — Эйми застенчиво улыбнулась. — Я с ним встречалась.

Улыбка Яры стала шире, и Эйми почувствовала себя немного более свободно. Яра, казалось, хорошо умела это делать, но также и командовать. Эйми могла представить, как она завоёвывает расположение людей и принимает трудные решения от имени города, как это должен делать её брат. Она задавалась вопросом, что заставило Яру рискнуть Возвыситься.

— Я всегда думала, что Блэк — самое скучное имя для дракона, — сказала Яра, приподняв одну светлую бровь и посмотрев через плечо на Дайренну, явно ожидая реакции.

Позади Яры Фарадейр взмахнул крыльями и вытянул голову вперёд, положив её Яре на плечо. Она погладила перья у него на шее.

— Блэк — это просто, понятно и точно. Каким ещё должно быть имя? — Дайренна пожала плечами. Она сняла с Блэка седло и медленным кивком головы велела ему убираться. Он поднялся в воздух, направляясь к выступу на стенах пещеры.

— Имя дракона должно вдохновлять, — Яра упёрла руки в бока. — Никто не будет трепетать перед именем «Блэк».

— Он дракон, — указала Дайренна. — Ему не нужно кричащее имя, чтобы бы перед ним трепетали.