Гостеприимный дом семьи, имя которой мне так и не запомнилось, наш кортеж покинул на следующий день ближе к полудню. Кукольный наагалей был искренне расстроен отъездом наагашейдисы. Зато наагариш Делилонис был в замечательном настроении, а наагалей Ссадаши так и вовсе в превосходном. И чем дальше мы отъезжали от поселения, тем довольнее они становились.

До Шайлешда́ра, столицы княжества, мы добирались ещё около трёх недель. За время пути наш кортеж останавливался во многих домах, и везде наагашейдисе и наагасаху оказывали глубокое почтение. Особенно наагашейдисе. Наги относились к ней со странным восхищением. Её ценили. Её действительно очень высоко ценили и уважали. Я бы даже сказала, её боготворили. Вспомнился разговор наагасаха и короля Райдана, который я случайно подслушала. Тогда Аршавеше сказал, что к госпоже Тейсдариласе относятся как к богине. Что-то такое действительно и было.

Я часто ловила на себе удивлённые взгляды и замечала, что поражённые наги, словно сравнивая, смотрели сперва на меня, а потом на наагашейдису. Но сердитое шипение со стороны наагасаха заставляло их поумерить любопытство. Видимо, наше сходство сильно бросалось в глаза. Всё-таки как иногда любит пошутить судьба!

Во время пути Аршавеше рассказал мне историю знакомства и женитьбы своих деда и бабки чуть подробнее, чем раньше. Добавил пикантные детали.

Оказывается, ещё до того, как наагашейд женился на бабушке Аршавеше, произошла какая-то нехорошая история, в которой она пострадала. То ли заговор против наагашейда, то ли происки врагов всех нагов, то ли ещё что-то… Рассказывая об этом, Аршавеше хмурился. Подробностей он и сам не знал, и его это сильно раздражало. И ещё больше его злило, что, несмотря на все ухищрения, он так и не смог ничего раскопать о том загадочном происшествии: все лица, которые имели к нему хоть какое-то отношение, молчали.

И уже после той неприятной истории, примерно через три месяца, госпожа Тейсдариласа стала женой наагашейда. К тому времени она вроде бы уже носила от него ребёнка. Какие они всё-таки смелые были! Аж до свадьбы…

– Как у них всё захватывающе, – восторженно выдохнула я. – У нас куда спокойнее.

Наагасах заразительно рассмеялся и заметил:

– Конечно, спокойно. У нас никто не узнавал, что его мать, оказывается, принцесса, никого не пытались скомпрометировать, похитить и убить… А меня никто не хотел отравить, мне не приходилось тебя спасать и тайно жениться.

Хм-м-м… Как-то я успела подзабыть об этом. Хоть моя жизнь и преподнесла в последнее время много сюрпризов, мне всё равно казалось, что у кого-то другого в жизни больше нового и необычного, чем у меня. Ну да, что необычного в том, что у моего мужа змеиный хвост вместо ног? Я повеселела.

Каждое новое поселение я осматривала с неизменным энтузиазмом. Особенно привлекали здания. Все они были схожи между собой в просторе и изяществе, но вот крыши отличались. Особенно мне запомнилась двускатная крыша с загнутыми книзу и вовнутрь краями. Получалась этакая спираль, а по краю через равные промежутки висели круглые фонари. Столь интересный архитектурный изыск попался мне на глаза в небольшом городке недалеко от столицы, и Аршавеше сказал, что такая кровля типична для этих мест. В Шайлешдаре в основном только такие и встречаются.

Сам Шайлешдар встретил нас высокими стенами и широко распахнутыми воротами. Я с интересом выглядывала из-за полога паланкина, стараясь сильно не высовываться. Впереди двигалась процессия наагашейдисы, следом выступал кортеж наагасаха. Дорога, по которой мы ехали, была вымощена камнем, по обе её стороны высились фонарные столбы. И всё. Никаких домов, тесных улочек, торговых площадей. Вокруг располагались зелёные луга, и только в полуверсте от дороги появлялись первые дома с загнутыми книзу крышами. Они не стояли впритык друг к другу, каждый держался особняком. Всё-таки наги очень любят простор. И чем дальше мы продвигались, тем богаче и обширнее становились дома.

– А торговые площади? – поинтересовалась я у супруга.

– Это через другие ворота надо ехать.

Наша же дорога вела к огромному строению, расположенному на вершине холма. Оно тоже напоминало гору, как и дом главы рода, в котором мы останавливались в первый раз. Но здесь отсутствовал хаос разноярусных зданий. Эта «гора» имела упорядоченный вид. Весь дворец был сложен из тёмно-серого камня и увенчан коричневато-красной крышей, края которой загибались книзу и вовнутрь, а на них развешаны на равном расстоянии друг от друга круглые красные фонари.

Состоял дворец из нескольких квадратов зданий. Первый, трёхъярусный, квадрат был больше похож на оборонительную стену и, видимо, выполнял ту же функцию. Мы проехали через высокие кованые ворота, и перед глазами предстал следующий квадрат – пятиярусный, уже выглядевший как жилое здание. Здесь даже каждый ярус имел веранду, увенчанную крышей. За вторыми воротами возвышался третий, семиярусный, квадрат, и он был более нарядным: фонари на крышах через один синие, на верандах развеваются лёгкие красные и синие занавеси, кровлю же венчает игольчатый драконий хребет. И только миновав третьи ворота, я поняла, что мы наконец достигли цели нашего путешествия.

На вершине холма стояло уходящее ввысь девятиярусное здание, увенчанное четырёхскатной крышей. Края крыши украшали исключительно красные фонари. Веранды начинались только с третьего яруса, где куб здания сужался, и заканчивались на седьмом ярусе. Над крышей реяло длинное зелёное полотнище с изображением змеи, ощерившей пасть, по конькам кровли также вились уже знакомые по паланкинам агрессивные змеи, а в окнах радужно блестели тёмные стёкла.

Сопровождающие на колесницах отстали от нас ещё на вторых воротах, за третьи ворота отправились только наагариш Делилонис и два наших паланкина. Остановились мы у самых ступенек широкой лестницы, которая вела наверх к дверям дворца. Это была очень интересная лестница. Горизонтальная поверхность ступенек очень широкая, а вот вертикальная часть, обычно расположенная под прямым углом, имела наклон, и получалась этакая горочка. И вот из таких горочек-перекатов и состояла вся лестница. Напоминало порожистую реку, стекающую с горного склона. А с правой стороны к этой перекатистой лестнице примыкала обычная, «человеческая» лестница не больше половины сажени шириной.

Путь наверх охраняли двое нагов в блестящих золотистых нагрудниках, и, кроме них, во дворе больше никого не было. Ветер лениво полоскал зелёный штандарт и раскачивал красочные фонари на крыше и ярусах, а занавеси на верандах неспешно приподнимались в такт каждому его дуновению. Тролли опустили паланкины на землю, и наагасах, выбравшись первым, помог спуститься мне. Наагашейдиса уже вышла наружу и с жадностью смотрела куда-то наверх. Я проследила за её взглядом и испуганно замерла.

На верхней площадке лестницы нас ждал наг. Один. Очень высокий, с длиннющим чёрным хвостом и поразительно похожий на наагасаха. Только выглядел он куда взрослее, одного взгляда хватало, чтобы понять: это очень зрелый мужчина. Может быть, очень красивый, но мне показался пугающим. Узкое хищное лицо, капризный изгиб губ, тонкий нос с лёгкой горбинкой и потрясающие, необычного разреза зеленющие глаза с вертикальным зрачком. Длинные, до самой земли чёрные волосы распущены и свободно текут по ветру. Несколько прядей у лица заплетены в тонкие косы, на кончиках которых золотые бусины. Одет мужчина был в длиннополое чёрное шёлковое одеяние с широкими рукавами, под которое поддето ещё одно – тоже чёрного цвета. Пояс завязан не так хитро, как у наагасаха: золотой шнур стягивался на боку небрежным узлом. Но больше всего меня поразил хвост. Невероятно длинная чешуйчатая конечность кольцами лежала за спиной нага, но её кончик всё равно падал на ступени, не поместившись на площадке.

Наг величественно и высокомерно взирал на нас из-под полуопущенных ресниц, сложив руки перед собой и обхватив локти ладонями. Надменный, холодный, властный и жутко опасный. Я мгновенно сообразила, что перед нами сам наагашейд. И, если честно, очень испугалась. Потому что он не выглядел радостным, лицезрея нас. Я ещё никогда не видела никого столь устрашающего.

Наагашейд окинул каждого из нас снисходительно-надменным взором. Когда жуткие змеиные глаза посмотрели на меня, я не выдержала и прижалась к наагасаху. Наагашейдиса была последней, на ком повелитель остановил взгляд, и от неё он больше не отрывал глаз. Выражение его лица не изменилось, но ноздри на краткое мгновение хищно раздулись, а лежащий на ступеньках хвост нетерпеливо дёрнулся. Наагашейдису нисколько не смутил холодный приём. Она радостно улыбнулась и потопала по лестнице к жуткому нагу, вытянув руки перед собой. Я до последнего думала, что она просто обнимет эту высокомерную статую, но, когда ей осталось всего несколько ступенек до наагашейда, он расцепил сложенные на груди руки и слегка подался вперёд, ловя жену в объятия. А затем распрямился, удерживая её на весу. Его хвост устремился к ногам наагашейдисы и обвил их, а сам наагашейд что-то с улыбкой прошептал ей на ухо. Хищное лицо потеплело, и он казался довольным, как змея, получившая свою законную добычу.

– Ну, Уста, поведай повелителю важную новость, – вполголоса почему-то по-нордасски обратился наагариш к Ссадаши.

Тот поджал губы и так же вполголоса ответил:

– О таком госпожа всегда сообщает сама.

По пристальному взгляду наагашейда я поняла, что тот их всё равно услышал, но, похоже, на то и был расчёт. Владыка взглянул на Делилониса. Тот тяжело вздохнул, и довольное выражение как ветром сдуло с лица повелителя. Наагашейд просто окаменел. Госпожа Тейсдариласа завозилась в руках мужа, пытаясь посмотреть ему в лицо. И при этом у неё было такое выражение, словно она спрашивала: «Ты рад?»

– Владыка, позвольте принести вам поздравления в связи с тем, что наагашейдиса готовится стать матерью в восьмой раз, – церемонно произнёс наагариш Делилонис с самым нерадостным выражением лица.

Наагашейд сперва никак не отреагировал. А вот охрана у лестницы почему-то побелела, вытянулась ещё сильнее и затаила дыхание. Наагашейдиса, прищурившись, посмотрела на мужа. Тот сквозь зубы наконец выдавил:

– Я… очень рад.

А затем горестно застонал. Но жена ничуть не расстроилась. Она обняла мужа за шею и утешающе погладила его по склонённой голове.

– Проваливайте все! – зло бросил наагашейд. – С отчётом жду завтра!

И, развернув кольца хвоста, пополз в замок, продолжая держать жену на руках. Один из охранников робко обратился к наагаришу Делилонису и почему-то тоже по-нордасски:

– Госпожа действительно беременна?

Наагариш сурово посмотрел на него, но всё же кивнул и хмуро добавил:

– Нас ждут тяжёлые месяцы.

Я перевела изумлённый взгляд на весело улыбающегося Аршавеше.

– Ну, раз отчёт откладывается, поехали домой, – решил он.

– Домой? – не поняла я.

– Да. Я не здесь живу.

Не успела я опомниться, как наагасах подхватил меня под мышки, и мне только и оставалось, что забраться в паланкин.

Всю дорогу до первых ворот я пыталась уложить в голове впечатления от встречи с наагашейдом и новость о беременности его жены. Теперь-то стало понятно, почему наги здесь такие нервные! Ещё бы! С таким-то владыкой! Этот точно убил бы, случись что-то с его женой. Я понадеялась, что наагашейда буду видеть как можно реже.

– И как тебе дед? – поинтересовался Аршавеше.

– Впечатляюще. – Я не рискнула раскрыть подробности. Всё же наагашейд – дедушка моего мужа, вдруг Арш обидится.

Но обмануть супруга мне не удалось. Он весело улыбнулся и взъерошил мои волосы.

– Не переживай, – успокоил он меня. – Дед всегда такой после долгой разлуки с бабушкой. Скучает и злится.

Откровенно говоря, я сомневалась, что такой мужчина, как наагашейд, способен по кому-то скучать. Но я уже знала, что первое впечатление может быть ошибочно. Всё же я столько лет не могла понять собственную мачеху, с которой жила под одной крышей. Могу ли я теперь судить других?

До дома наагасаха мы добрались очень быстро, даже трети часа не прошло. Внешне постройка напоминала замок наагашейда, вот только была не такой большой и имела всего один квадрат внешних стен и основное здание в пять ярусов высотой. Я с жадным интересом рассматривала представший передо мной дом и с неожиданной робостью поняла, что он мне нравится. Большой, красивый, и при нём есть обширный парк.

В этот раз наагасах не стал помогать мне выбираться наружу, он просто всё сделал за меня: взял на руки и вынес. На улице нас уже ждали двое нагов и одна женщина, на первый взгляд кажущаяся человеком. Они нам низко поклонились, а я с удивлением посмотрела на женщину. Нагинь в княжестве я видела мало, каждая встреча вызывала у меня изумление. Когда мы останавливались у кого-то, обслуживали нас в основном мужчины-наги. Только два раза ко мне присылали женщин не нагинь, и то наагасах отсылал их назад, посчитав, что с работой горничной он и сам прекрасно справится. И, надо признать, справлялся действительно неплохо.

Нагинь же я видела и того реже. Всего четыре раза. Аршавеше как-то рассказывал мне, что женщин у них действительно очень мало, поэтому подавляющее большинство нагов женится на представительницах других рас. Я видела рядом с нагами, у которых мы гостили, женщин, но мне ни разу не выпал случай пообщаться с ними. Возможно, это были их жёны. А дочерей старались лишний раз чужим не демонстрировать: отцы здесь помешаны на своих девочках. Рассказывая об этом, Аршавеше опять недовольно помянул загадочные инстинкты.

На ноги меня поставили только у дверей. И тут же быстро отдёрнули в сторону. Дверь резко распахнулась, и наружу вывалились двое хохочущих рыжих нагов с красными хвостами. Им вслед неслось злое шипение. Я опешила: дом, можно сказать, принца нагов, и такой балаган! Наги заметили нас, мгновенно перестали смеяться и разом поклонились мне. А затем на их лицах появилось дружное сомнение. Наагасах расплылся в ехиднейшей улыбке.

– Наагашейди́с-с-с-са? – спросил один из них.

– Ссе́а[7]. – Наагасах отрицательно мотнул головой. – Наагасахи́аа Таюна, ше́йри шаоделе́ши[8].

Лица нагов вытянулись от удивления, а Аршавеше обратился по-нордасски ко мне:

– Позволь представить. Это мои дяди со стороны матери. Хорла́ш и Ка́шри из рода Коноэ́ш.

Растерявшись, я не стала приседать в реверансе, а просто кивнула им.

– Ты женилс-с-ся? – недоверчиво протянул один из рыжих.

– Ты же с посольством ездил? – припомнил второй.

– Одно другому не мешает, – с достоинством ответил наагасах.

Наги молча осмотрели меня ещё раз. Я поёжилась под их взглядами.

– Ты увёл у королевского рода Нордаса одарённую? – предположил один из них.

– Почти, – уклончиво ответил Аршавеше.

Братья разом усмехнулись и переглянулись.

– А я говорил, что мальчишка своего не упустит, – самодовольно произнёс тот, кто, на мой взгляд, был порыжее.

Дверь опять распахнулась, и я обмерла от ужаса, решив, что передо мной опять наагашейд. За порог выполз наг, очень похожий на владыку, такой же зеленоглазый и чернохвостый, но я с облегчением отметила, что черты его лица как-то помягче, плечи пошире, да и выглядит он немного покоренастее. Мужчина взбешённо посмотрел на рыжих, открыл рот, собираясь что-то им сказать, но заметил наагасаха, потом меня – и замер, с недоумением рассматривая мою персону.

– Твой сын женился, – ехидно сообщил нагу один из рыжих. – Умыкнул одарённую у Нордаса, как в своё время наагашейд.

Я раздражённо посмотрела на него. Никто меня не крал! Как он может говорить такое? Он же ничего не знает. А затем на меня, как лавина, снизошло осознание, кто этот чернохвостый наг, и я с ужасом уставилась на него. Мой свёкор!

Тот смотрел на меня с лёгким удивлением, и в этот момент из-за дверей раздался женский возглас:

– Кто женился?

На порог выползла миниатюрная рыженькая нагиня с золотисто-алым хвостиком. Я сравнила её с рыжими нагами, вспомнила, что они дяди наагасаха со стороны матери, и сообразила, что вижу свою свекровь. Меня охватил панический ужас. Это знакомство должно было пройти не так! Не на пороге дома и не в такой почти комедийной обстановке!

Женщина с любопытством посмотрела на меня светло-рыжими глазами, а затем радостно всплеснула руками и повернулась к своему мужу:

– Как она на твою маму похожа, Лейла́ш!

Тот задумчиво приподнял брови и сказал такое, что я моментально прониклась надеждой, что с отцом наагасаха у меня не возникнет проблем.

– Девочка напугана и устала с дороги. Хватит над ней висеть. Арш, проводи её внутрь и позаботься о жене. Хор, Кар… – желваки на лице наагасаха Лейлаша побелели, – ползите отсюда, – с трудом выдавил он, видимо, борясь с желанием сказать кое-что покрепче.

И отодвинулся в сторону, пропуская нас с Аршавеше внутрь. Его жена посмотрела на нас полными обиды глазами, а затем дрожащим голосом произнесла:

– Я так надеялась устроить свадьбу своего сына, а ты… ты… Это всё твоё воспитание! – обвинительно бросила она. – Свадьба – это событие, которое случается в жизни женщины один раз! Ты на мне женился в спешке, выкрав из дома. Но я так надеялась, что смогу нормально женить сына и устроить праздник… А он весь в тебя!

– Боги, женщина! Я готов тебе этот праздник хоть завтра устроить! – прорычал наагасах Лейлаш.

Рыжие обидно загоготали, и я ошеломлённо уставилась на Аршавеше. Тот заговорщицки мне улыбнулся и, наклонившись, прошептал:

– Не любят мужчины нашего рода всех этих заморочек с праздниками. Это у нас наследственное.

Я продолжала ошарашенно смотреть на него. События сегодняшнего дня отказывались укладываться в моей голове.