Придя в норму после токсинов, заключил, что никуда мы не побежим, на ночь глядя. Вот не побежим и всё тут.

— Ру, со мной на крышу! Гайка, за принцессой смотри, ни на шаг от неё! — Скомандовал и увидел Вана, выскакивающего во двор. — Пацан, в дом! Следи, чтоб никто не залез!

— Да, господин, — поклонился тот и прошмыгнул обратно.

Залетев на крышу с рывка вместе со жрицей на руках, застал мчащихся всадников уже метров за тридцать до нас. Первую волну в шестнадцать конников, идущих клином, Ру сразу опрокинула, не спрашивая.

Я же взялся за «Ветерок» и стал точно сшибать седоков метров с шестидесяти прямо на скорости. С такой перезарядкой и точностью, у врага ни шанса. Но сильно разгуляться не вышло, в колчане всего–то тридцать стрел! Хоть у жрицы тырь, но без снарядов же не оставишь стрелка.

Полсотни положили, и враг перестал ломиться. Вдалеке покружила конница и стала по флангам заходить. Похоже, через дома решили попробовать.

Только дух перевёл, осмотрелся. В нашем доме шум, а затем вываливается служанка и бежит прочь за забор.

— Куда дура! — Крикнул я в след.

— Я за повозкой! — Ответила и драпанула прямо по улице, где скоро вражьи всадники и помчат.

Следом выскочил учитель.

— За ней! Чтоб волос с головы не упал! — Крикнул на деда и вырастил копьё с начинкой, чтоб кинуть по скоплению за соседним домом.

Бросил хорошо, вызывая суматоху и вопли. Пятерых зацепило как минимум. Три лошади свалились, две драпанули без седоков. Попросил Ру контролировать улицу, иначе сшибут эту тупую Нинг вместе с дедом, который бежит очень уж медленно.

— Давай ускорься там, учитель! — Подгоняю, переводя внимание на другое направление.

Вижу, как часть всадников спешилась, и теперь бойцы крадутся вдоль домов двумя колоннами. При них луки и мечи. Одни уже пытаются меня выцелить.

Ухватился за «Вьюгу» и понеслось! По три по пять стрел пускаю, устраивая локальную, но лютую зиму. Всё сносится вместе с забором! Враги разлетаются на ледышки, только резерв на стрелы подавай! Уклоняюсь от чужих стрел, прикрываю Руяну, которая из своего «Ветерка» тоже неплохо раздаёт.

А вскоре уже и опрокидывает девятерых всадников, которые решили проскакать на прорыв по улице, где затерялась служанка с учителем.

Вроде снесли всю атаку. Но стоит на странный шум повернуться, и в груди ахает.

— Еп вашу мать! Все из дома!! — Кричу в ужасе.

Стразу три красных змеевидных дракона с горящими хвостами несутся из леса прямо в направлении таверны, как три ракеты! Чем их блокировать, понятия не имею, поэтому сгребаю в охапку Ру и вместе с ней спрыгиваю к парадному входу.

Вот как знал! Сотрясло дом при ударе вместе с землёй. А следом разорвало к чертям, как от гранатомёта. Гайка выкинула цацу прямо через окно, едва успел её поймать на руки, как невесту. Сама Чернявка выскочила, когда уже ударная волна ей в задницу подала хорошенько.

Ван из другого окна выпрыгнул, перекувыркнулся и встал, как ни в чём не бывало, чёлку поправляя.

Мейлин в моих объятиях смотрит на меня перепугано глазищами своими. Ротик приоткрыла зазывающе. Лёгкая, что пушинка. Уже и в платьишке новом.

Ру лошадей помчала отвязывать. Гайя поспешила ей помогать.

Тем временем полыхнуло не хило, перекидываясь и на стойло. Доносящиеся крики и кашель из окон о многом сказали. Хозяин со всей семьёй остался под завалом и теперь им кранты. Но сделать ничего уже не могу, своих бы спасти. Не выпуская цацы из рук, сношу спиной забор. Мейлин сжалась в моих объятиях, не пикает.

По дороге к нам узкая двухместная повозка мчит, лошадку которой я чуть не подрубил из шрапнели на всякий случай.

— Это наши! — Кричит Ру, привязывая трофейных лошадей к своей.

Да вижу, служанка из повозки выглядывает. Подскочил, подал цацу, подпихивая под зад. Хоть и тощий, но крепенький орех. Служанка вместе с учителем её и затянули. Извозчик в шоке, чуть его не выкинул в чёртовой бабушке. Но мужичок быстро исправился, зашевелившись, когда стрелы стали втыкаться прямо в экипаж.

Под прикрытием пожара сваливаем вдоль озера из города. Замыкая колонну, отправляю по одной, по две стрелы из «Вьюги», по всему что движется, дабы неповадно было.

Дорога ведёт в противоположную сторону в лес, куда нам и надо. Перестав лупить, чтоб больше не выдавать нас, я просто оглядываюсь и оцениваю силы врага. Ещё конников сорок мечется по округе, собираясь за нами в погоню.

Самые рьяные вместе с подмороженными лошадьми валяются вдоль нашего пути. Мдя… к гадалке не ходи, и так понятно, в каком направлении мы удираем.

Врываясь в мрачный лес, веду колонну уже я, пользуясь зрением под магией «Светлячка». Теперь Ру замыкает, потому что она первой и почувствует вражеских лошадей. Хотя уже успела признаться, что магические силы на мели. Я и сам с перепуга куда–то дел двести единиц резерва.

Несёмся по дороге под кронами. Повозка дребезжит и скрипит на весь лес, глядишь, развалится вот–вот. Кляча дохлая тянет её из последних сил, хоть шпигуй её корнями и передавай управление Водуну.

Метров триста проехали, и Гайя сползла с седла, свалившись прямо на скаку! Что стало для меня крайней неожиданностью. Колонна естественно встала, повозка только чуть вперёд проехала. Подлетев к полуобморочной сестрице, я с ходу стал её лечить. И не сразу увидел обломок иголки с ядом, торчащий из плеча.

— Ты ж сказала, что не попали, — рычу на неё, придерживая.

— Да я сама не заметила, а потом уже не к месту было говорить, — блеет. Вот её и накрыло.

Руяна подскакивает.

— Можешь что–нибудь сделать? — Спрашиваю.

— Попробую, но мне нужно время и место, чтоб нанести блокирующую руну. На время это поможет.

— Сколько нужно времени?

— Час.

— Действуй. Я их задержу.

Пока откатывают повозку с дороги, чтобы на время спрятать в зарослях вместе с лошадьми, я готовлюсь встречать. Жилами через почву создаю контакт с корнями деревьев и быстро прозваниваю систему корней по округе, забирая под временный контроль. Заваливаю по дереву с двух сторон на дорогу и оплетаю всё это для прочности. Понимая, что Ру мне не поможет, чуть дальше порчу дорогу, взбугрив её корнями, чтобы вражеские лошади спотыкались. Линия обороны не ограничивается только дорогой, протягиваю корни по фронту в обе стороны на тридцать метров, чтоб не обошли.

Ван идёт ко мне, но я отправляю его охранять Руяну, которая в походных условиях за кустиками собралась набить Гайке татушку. Благо у жрицы с собой всё необходимое есть в походной сумочке, чему я безмерно рад.

Первые всадники летят бесстрашно уже через десять минут, как я всё состряпал. Свет от факелов видно заблаговременно, поэтому их появление не стало сюрпризом. Первые две лошади опрокинулись легко, другие заржали отчаянно вставая на дыбы от резкого торможения. Пока враги не опомнились и не расползлись, луплю из шрапнели, кого могу достать, кого не могу так — кидаю копья с начинкой. Защиты вспыхивают, тогда я задействую корни с земли, чтобы поскорее весь щит растратился.

В ближний бой не спешу вступать, потому что мне нужно контролировать периметр. И держать его ещё около сорока минут.

Первый отряд из одиннадцати бойцов уничтожен, но слышно приближение других. Сразу несётся толпа человек в тридцать. Скачут плотно, чем решаю воспользоваться. Взобравшись на ствол поваленного дерева, ращу ледомёт! Жду сокращения дистанции до сорока метров и начинаю долбить, как из минигана! Подавляющий противника обстрел сносит треть отряда сразу, остальные бросаются врассыпную, как воробушки. Вспыхивающие защиты, удары по броне. Всё по боку, морозящих пик столько, что никакие защиты не выдержат. Да и лошадей от такого вообще никто не защищает.

Когда участок озарился синим светом, и затрещало от ледышек на всю округу, главный враг меня вычислил. Потому что вскоре издали в меня полетели огненные драконы! Пришлось спешно отступать, не испытывая судьбу. Хотя я от огня неуязвим, вряд ли это касается всех моих побрякушек, да и одежды тоже.

Бахнуло два взрыва и поваленные деревья заполыхали, мощно треща.

Только дух перевёл, а по флангу уже прорываются. Вот заразы! Сразу шесть ниндзя спрыгивают с лошадей и крадутся уже так. Пронизываю их корнями, которые от защит лишь частично ссыпаются. Ценой двадцати единиц резерва, забираю их тела под свой контроль и пускаю назад уже, как зомби. Толку от них мало, пусть хотя бы отвлекут и задержат.

С другого фланга ещё лезут трое. С ними поступаю также. Окликаю Ру, просит ещё время. А его уже нет… Что–то мощное надвигается!

К счастью, зомбаки хорошо отвлекают на себя новые отряды. С одного фланга обхожу костёр, который постепенно перекидывается на лес, и подстреливаю всех удальцов. Однако вижу, как сюда мчит всё больше бойцов. Они будто ополоумели, страха вообще нет.

Это ж насколько сильно кто–то хочет убить Мейлин, что столько воинов задействовал. У этого человека власть и очень много денег, иначе откуда такой боевой ресурс⁈

Дав по большой колонне из ледомёта, я рванул прочь, потому что в меня полетела целая туча стрел! Учитывая, что дротики у них отравленные, здесь тоже подлостей исключать нельзя. Застучало по стволам за спиной, будто они меня ведут.

Понимая, что времени уже нет, рванул к повозке, чтоб двигаться дальше. Иначе просто закидают стрелами. Ведь кто–то у них явно с ночным зрением имеется.

Ру почти закончила, когда я подскочил. Старую клячу в повозке уже заменили на хорошую лошадь, извозчика пинком под зад отправили прочь, потому что он нам не нужен. Дуий сел за поводья, ослабленную Гайю засунули в карету к китаянкам.

Когда я услышал с претензией от Нинг:

— Почему мы стоим?

Чуть не выкинул её из повозки на растерзание надвигающейся лавины.

Двинули вперёд тяжело. Прикрываю отход, кидая копья с разрывными наконечниками по всему, что движется. Чуть подкопив силы, помогает Руяна, магией заваливая лошадей.

Когда ещё не догоревшие деревья на дороге сносятся к чертям, я осознаю, что шутки плохи! То ли танк, то ли мощная колесница хреначит, снося всё на своём пути. И даже не ясно, как она вообще движется. Слышно только как мощные цепи гремят, и что–то по земле скребётся!

Нет времени рассматривать, уносимся дальше, продолжая огрызаться.

Стрелы летят в ответ, проносится красный дракон! Второго принимаю прямо на двойной щит Разлома. Треск стоит мощный, чуть Васька не взбрыкнул с перепуга.

Поднатужившись, на скаку за нами валю ещё деревья, расходуя по двадцать единиц резерва на дистанционную манипуляцию мощными корнями. И чую, что дно моей магии уже близко.

Идём вроде хорошо, но недолго! Видимо, кляча не зря тут при повозке была, бережно тянула. С новой лошадью вскоре отвалилось заднее колесо. Всё, повозке трындец. Пришлось перегруппировываться и очень быстро. Гайя очухалась, но осталась вялая, закинул её к Руяне в седло. Вану, который пересел на чёрную лошадь, подсадил Нинг. Дуию оставили простую лошадь, коль он один.

Сам схватил под мышку сжавшуюся от страха Мейлин, с которой легко запрыгнул в седло. Усадил перед собой, и драпанули! Пришлось даже придержать её за талию, а то начала валиться в обе стороны, как будто у неё между ног скользко. И чего она боялась, что платье задерётся? Подумаешь, увидели все белые штанишки.

— Да держись ты уже! — Кричу на цацу, пытаясь развернуться и прицелиться из ледомёта в преследователей, выращенного из руки.

— Я пытаюсь, — воет. — Не отдавайте меня им. Мне нельзя. Мне больше нельзя…

— Чего тебе нельзя? — Спрашиваю и начинаю долбить сиз ледомёта о звоном.

Мейлин взвизгивает, жмётся ко мне сильнее.

— Мне нельзя умирать, он сказал, нельзя, — шепчет.

— У тебя вся жизнь впереди, не ной, — посмеиваюсь с элементами истерики. И стряхиваю от ледышек руку, вобрав остатки установки.

Налегке начинаем уходить в отрыв. Особенно, когда я возглавляю колонну. Около часа несёмся под кронами, а затем вырываемся в поле. Небо светлеет, угрожая рассветом. С такой интересной ночкой время пролетело, как миг.

Миновав поле, спускаемся в низину к речке, которая для нас стала сюрпризом. Ширина метров пятнадцать, по глубине непонятно из–за непроглядной мути. В двух сотнях метрах виднеется поселение и мост. Скачем туда!

Вдоль высокого берега скачем, мимо лачуг проносимся и по хлипкому мосту, который я за собой обваливаю магией. Дальше по полю с зелёным ячменём, стремясь скорее нырнуть в очередной лесной массив.

Идём не по дорогам, стараясь скрываться за холмами и не оставлять большого обзора со спины. Петляем, меняем направление, лишь бы запутать погоню. Пока движемся спокойно, понемногу восстанавливаются мои силы, а девушки приходят в себя. Рассвет застаём в роще, где останавливаемся ненадолго передохнуть. В первую очередь меня волнует состояние Гайи, которую я укладываю на траву заботливо.

Кое–как держится. Жрица проверяет свою руну, докалывает там что–то, дополняя рисунок на плече.

— Говорил же, броню с плечами делай, — рычу на Чернявку. — Какой толк от этого топика.

Если бы она нагрудник Разлома не минимизировала, игла бы не воткнулась. Все вокруг нас собираются и угрюмо молчат.

— Убийцы Дома Змеи используют особый яд, — слышу от Дуия. — Говорят, от него очень сложно найти лекарство.

— Лучше заткнись, — шиплю на него и поднимаюсь. — Так, не расслабляемся. Пятнадцать минут привал и поскачем дальше.

— Нам нужно больше времени. Моя госпожа устала, — выпалила Нинг.

Смотрю на служанку, которая сразу же теряет всякий гонор от моего тяжёлого взгляда. Затем на Мейлин, которая не только глаза, но и головушку свою опустила и не вякает.

Возможно, до неё, наконец, дошло, что мы тут вытворяем ради их спасения.

— Попейте водички, пописайте в кустиках, следующий рывок будет долгим, — говорю заботливо. И вижу, как цаца краснеет.

— Что вы себе, — начинает служанка, но Мейлин дёргает её за собой.

Пока все отдыхают, я пытаюсь найти себе воздушного аватара для разведки. Долбаные птички поют, но ни одной не видно. Вскоре подключается Руяна, и мы находим сперва соловья, а затем и целый ястреб прилетает по команде жертвовать собой. Заразил его пикой и взял над ним контроль. Теперь через бельмо на глазу я вижу то же, что и он.

Можно было и жрицу подключить к разведке. Но у неё всё на уровне чувств. А мне нужна визуальная картинка сверху. Где эти пидарасы и сколько их ещё.

— Гайя выживет? — Спрашиваю попутно, затаив дыхание.

— Она быстрее умрёт от моей руны, чем от яда, — выдала жрица. — Поэтому я строю её постепенно, чтобы тело привыкло. Сейчас рисунок едва сдерживает яд. Такой баланс необходим, чтобы не навредить ей. К сожалению, драться она не сможет ещё дня два.

— Нам главное оторваться. Или всех убить.

Вместо пятнадцати минут просидели полчаса. Но я дал это время с чистой совестью, потому что мой воздушный разведчик парил над полем у рощи и видел всё. Пока не показались всадники, можно не сильно волноваться. Хотя в заднице зудит всё равно.

Когда скомандовал собираться, обе китаянки завозились в кустах. Пришлось просить Руяну сходить и поторопить. Ухватил Мейлин, как в прошлый раз. А она напряглась, как статуэтка. И даже попыталась взбрыкнуть, но я пригрозил:

— Сиди смирно или перекину через седло.

— Как ты смеешь меня трогать, — пробурчала. — В каком бы мы положении ни были, это недопустимо.

— Пожалуешься потом дяде, — прошептал ей на ухо, прислонившись. И вызывая на белой шейке целую волну мурашек.

Молчит в моих объятиях, обиделась. Было бы мило, если бы не было так тревожно. Если Гайка помрёт, я эту сучку выкину в реку. Или сброшу со скалы, сделав, как должно было быть.

Следующий трёхчасовой рывок мы делаем, стараясь не заезжать в поселения. Ориентироваться помогает мой аватар, который летает над нами и исправно передаёт данные в мой воспалённый мозг.

Кажется, что оторвались, но иллюзия сего рушится, когда вижу мелькающих позади одиноких всадников. Они нас явно не видят за рельефом да лесными массивами и, тем не менее, несколько бойцов идут чётко по следу. И это печально.

Я бы разведал дальше, но по ощущениям радиус управления ястребом не более пяти сотен метров. Вдобавок, пока птица в небе у меня резерв практически не восстанавливается. Поэтому приходится время от времени сажать её себе на плечо.

Заметив птицу, Мейлин в шоке, как и окружающие, кто не в курсе моих способностей.

Очередной привал устраиваем у подножья крупного холма. И дальше по пути уже нет лесов, земля холмистая и голая. Поэтому мы будем, как на ладони. Если не успеем скрыться за рельефом, пока нас не увидели.

Китайцы отдыхают, развалившись на траве. Цаца со служанкой затаились, от предложенного сушёного мяса отказались, воды полакали, как кошечки. Руяна хлопочет с Гайей, продолжая наращивать руну. Я тоже без дела не сижу. Ястребом приметил всадника, напавшего на наш след. И теперь со второго захода моя птичка доставляет ему сюрприз в виде бомбы с пиками. На лету удалось бросить не так точно, как хотелось бы. Но коня долбанул наверняка, а этого ранил.

Полетал ещё немного и приметил очередного следопыта, идущего параллельным курсом. Этот деятель спешился и изучал следы, хотя они были явно не наши. Сброшенная бомбочка пробила его в грудь, там без шансов.

Дальше пошли по холмам, которые по величине до гор не дотягивают, но и не такие мелкие, чтобы их легко можно было бы обойти. Двинули по дороге, встречая путников. То телега проедет, то крестьянин пройдёт. Домики на высотах виднеются, в низине пасут целыми стадами коз.

До вечера идём, каждые три часа делая короткие привалы. Гайка держится, а я летаю ястребом, выискивая подозрительных всадников, идущих по нашему следу.

На ночь в село не пошли, которое я обнаружил заблаговременно. Выбрали место среди валунов меж двух холмов. Чтоб не выдавать себя, от костра отказались. В ночном спокойствии почувствовал некоторое облегчение. Неужели оторвались.

— Госпоже холодно, — попыталась возмутиться служанка. — Разведите костёр.

Вынул одну из шуб Стрижа из магического кармана и кинул ей.

— Грейтесь на здоровье.

Первую половину ночи дежурил я, вторую Руяна вместе с Ваном. Вроде всё тихо, а так уснуть и не смог, пролежав в полудрёме. Постоянно Гайю проверял, водой поил и по шевелюре гладил.

— Мне уже лучше, — под утро замямлила.

Хотя подняться без помощи так и не смогла.

Утром двинулись дальше, и сразу две лошади захромали на каменистой тропе. Только Васька с кобылой Руяны ещё держатся. Миновав несколько деревень в долине, завернули в небольшое поселение на звон молота, чтобы подковы заменить.

Договорился за доплату, чтоб нам скорее перековали. Рядом сразу три открытых таверны в ряд стоят, в одной и разместились пообедать, где народа поменьше. В других разнопёрые воины, скорее путешественники и наёмники, явно не солдаты одной организации. Хотя с них глаз спускать тоже не стоит.

Когда кузнец за работу взялся, показались два подозрительных всадника, которые на наших чёрных лошадей очень пристально стали пялиться. И тут же засуетились, когда увидели служанку. Тогда я и понял свою оплошность, надо было и этой плащ дать.

Очень быстро исчезнув, они вызвали ещё больше подозрений. Пришлось поднять ястреба, которого я оставил на крыше сидеть. Стал искать, куда они пропали, стараясь и периметр держать. Потому что ни на Вана, ни на Дуия рассчитывать нельзя. А Ру за сестрицей смотрит.

Минут через десять я вычислил одного засранца, который драпанул из поселения на холм с выходом из долины. А второй, похоже, где–то затаился, чтобы нас вести в случае, если свалим. В принципе это я и собрался сделать, когда кузнец почти завершил работу. Но обнаружив отсутствие служанки, выругался на цацу:

— Ну и где эта дрянь⁈

— Она пошла по моему поручению купить необходимые вещи, — ответила Мейлин, стараясь оставаться невозмутимой.

Уселся напротив и подался вперёд, вызывая у цацы оторопь, а то и смущение.

— Нахрена трупу вещи, ты совсем дура? — Прошипел. — Мы тут жизнью рискуем. А ты о чистых трусиках думаешь?

Пунцовая цаца дышать перестала, явно не зная, что и ответить. Хочется прибить, но такая она всё–таки милая.

— Мейлин, ну чего приуныла? — Пытаюсь её растормошить. Клюёт опять свой рис по зёрнышку, ну хоть варёной рыбки ещё подали.

Глаз не поднимает, делает вид, что меня нет.

— Хватит уже принцессу из себя строить, — дальше пристаю.

Игнорирует, вообще не проймёшь.

— Сейчас кузнец последнюю подкову установит, и мы валим, с твоей служанкой или без неё. Потому что нас вычислили, — заявляю уже на полном серьёзе.

Мейлин поднимает перепуганный взгляд.

И тут с обеих сторон воины стали живенько подниматься из–за столов и браться за мечи. А я и думаю, чего это они перешёптывались, кивая на нас.

— Ру, Ван! — Окликнул, готовясь к бою.

И сразу же перешёл в первую изнанку! Потому что повалили голубчики практически разом с обеих сторон, проламывая чисто символический заборчик между кафешками. Вынул из ножен «Морозко» и пошёл работать, как на тренировке. Блок, удар! Удар! Ещё удар! Уклонение, удар! Никаких лишних движений, полный контроль.

Разлетаются наёмники на ледышки, ломаются их мечи. Ледяные осколки летят во все стороны, морозная дымка бодрит и меня самого. Прикрываю перепуганную цацу, блокируя выпад в ещё адрес. Бедняжка взвизгнула и закрыла глаза, вероятно, решив, что не успеваю. Ну как можно, госпожа Цяо!

Один умелец кидает в неё сразу два кинжала! Подлетаю к ней, обнимая и разворачивая с линии атаки. Клинки врубаются в нагрудник со спины, не пробивая его. Мейлин смотрит на меня с ужасом и сожалением. Будто уже потеряла, как своего воина в синем, который от стрел её закрыл.

Ох, ёпрст! Да она вместе со мной ушла в первую изнанку, потому что я её касаюсь. И как некстати повеяло романтикой.

Вот этот её взгляд я и видел перед тем, как она шагнула с обрыва. Чёрные глазища, парящие локоны и этот манящий ротик, что лепестки красной розочки. На миг весь мир померк, и я вдруг отчаянно захотел поцеловать эту крошку. Вопреки всем опасностям да и в целом… логике. Но тут же опомнился, отбивая удары и дальше. Закрывая блоками выпады китайцев, которые всё сильнее норовят не со мной подраться, а убить подопечную!

Руяна отрабатывает из лука, не подпуская к сестрице, но стрел у неё кот наплакал. Подключается к драке Ван, но быстро выхватывает от троих. Приходится страховать и его шрапнелью. Перехожу на древесную магию, помогая себе в бою.

За пять минут порубили всех желающих посягнуть на цацу. Человек тридцать пять навскидку, точно уже и не определишь по порубленным останкам. Только за служанкой собрался Вана отправить, а тут от ястреба пришла информация, в долину вваливается целая куча всадников, вереница нескончаемая!

Хватаю за руку Мейлин и тащу за собой. Одарив меня неожиданно восторженным взглядом, семенит послушно. Вероятно, воочию засвидетельствовав моё мастерство, стала покладистой. Получается, до этого она ничего и не видела. То в повозке, то в темноте и суматохе. А теперь поняла, насколько я хорош.

Слабое утешение, когда у нас огромные проблемы! Почти две сотни всадников я насчитал, взлетая на Ваську вместе с Мейлин.

А вон и служанка бежит со свёртком одежды. Уже не в первый раз эта дурочка играет у меня на нервах.

— Уходим! — Кричу, и Ван буквально на скаку ловит Нинг, которая вцепилась в шмотьё и не выпустила, даже когда он её перекинул через седло поперёк. Так и помчали.