Хо-хо-хо! Рождество все-таки состоится!

Планируем шведский стол и врубаем Abba!

Встречаемся на Сандаловой ферме 10 декабря, пятница!

Срочно сдаем Марго депозит – 15 фунтов!

Ноябрь

Октябрьский ураган уступил место более спокойной погоде, но ветер все равно волнительно раскачивал липы у школы Святого Варнавы. Крис Канн тревожно оглядывался на свой новенький «Шевроле Корвет». Они провели вместе неполные три недели, и пока страх перед царапинами перевешивал радость нового приобретения. Он заставил себя вслушиваться в слова Бекки Клегг. Они вместе шли по коридору.

– Осенние результаты у нас многообещающие, – резюмировала она. – Мисс Ахмед уже показала себя как сильного члена команды – дети ее обожают, и с учителями она сразу поладила. – Бекки задумчиво замолчала. – Просто глоток свежего воздуха, – добавила она.

– Отлично, – обрадовался Крис. – Просто отлично. А… – одернул он себя. – А как дела у остальных сотрудников?

Бекки ответила не сразу. Они шли мимо актового зала, из которого отчетливо был слышен жизнерадостный женский голос: «Колокольчик динь-динь-ДИНЬ!» В нем сквозила легкая истерика.

– Спектакль к Рождеству, – объяснила Бекки. – Джен Старк все сердце и душу вкладывает. А отвечая на ваш вопрос – все приходят в себя. Спасибо, что сняли с нас давление – мы сейчас не могли быть «Маяком». Это помогло, правда.

Крис кивнул, осмотрел серьезную женщину рядом с собой. Яркую рыжую копну она собрала в тугую косу. Бекки доказала, что может быть более чем сносным директором. Этим утром она уже ловко отвечала на все вопросы по недавней проверке, причем с такой спокойной уверенностью и осведомленностью, которые его поразили.

Они дошли по коридору до класса «Ива», и у самой двери Крис снова заговорил:

– А Сэм Боукер? Как у него дела?

– Кажется, неплохо, – сказала Бекки. – Он настоял на том, что может вернуться к работе, сказал, что в школе ему легче – это я могу понять. – Крис не пропустил, с каким мрачным лицом она это говорила. – Но я, разумеется, за ним присматриваю. И все остальные тоже. – Бекки вдруг расплылась в уставшей, но полной надежды улыбке. – У нас тут такая дружеская атмосфера вернулась за последние дни, я очень рада.

Она остановилась, положив руку на ручку двери класса «Ива».

– А как миссис Бриттен? – аккуратно спросила Бекки.

Крис ответил так же аккуратно:

– Миссис Бриттен больше не работает на академический траст Лоудстоун. – Повисла пауза. Крис подумал, что она наверняка ждет, что он скажет что-то еще. – Доказательств у нас так и нет. – Он посмотрел на Бекки, она кивнула. – Учителя так и не знают, что произошло? – спросил Крис. Ему явно было некомфортно, хотелось, чтобы его убедили и успокоили.

Бекки замотала головой.

– Нет, – сказала она. – Слухи ходят, конечно. – Она еле заметно улыбнулась. – В школах они неизбежны – но нет-нет, кроме меня, никто не знает. – Бекки уверенно заглянула ему в глаза. – Мне кажется, так будет лучше.

Крис кивнул с облегчением и вошел вслед за ней в класс.

Потом он будет говорить, что тогда казалось, что класс «Ива» будто кто-то заколдовал. Света не было, но в окна били лучи заходящего ноябрьского солнца, отчего комната казалась сказочной и неземной. Где-то на фоне было слышно море, его звуки, видимо, играли по системе оповещения, но ощущения были такие, словно звук рождался из света и покоя. Может, Крису показалось, а может, воздух и правда пах кислородом. Он вдруг отчетливо вспомнил лето, которое проводил на пляжах Аберайрона.

Дети что-то писали. Рядом с каждым лежал либо камешек, либо ракушка, некоторые детки сжимали их в ручках, не отрываясь от текста, с головой окунувшись в работу. На книжках и партах будто лежал песок с мыса Корнуолл.

Сэм Боукер тихо, но вполне целеустремленно расхаживал между рядами.

– Скажите, – голос низкий и гипнотизирующий, – что вам представилось? Что может ваш камешек или ракушка? Это камень, который… что? Что он сделал?

В углу комнаты сидела тихая седеющая женщина и работала с тремя ребятами. Она написала на доске несколько слов и мягко уговаривала ребят использовать их.

– Правильно, Джейси, – говорила она, – теперь попробуй сама дописать предложение.

Крис заговорил потише.

– Просто чудесно, – восторженно сказал он. – Сочинительство – это прям конек Сэма. Он идет по системе Джареда?

Бекки виновато сказала:

– Нет. Думаю, нет.

Крис посмотрел на мальчика, который, очевидно, с головой ушел в собственное сочинительство.

Этот камень, – написал он, – выпал из короны русалочьего короля, повелителя мечтаний и грез. Камень он крепко сжимал в левом кулачке, и белые костяшки отчетливо выделялись на фоне черного камня.

– Что ж, – сказал Крис, – главное – результаты.

Женщина в углу посмотрела на него, и Крису вдруг показалось, что он должен сказать что-то еще.

– Разумеется, наша основная цель – повышать эти результаты из года в год, правда же?

– Нет, – сказала Лиз, – вообще нет.