Годно для погони за плохими парнями и для того, чтобы надирать им задницы.

В целом — немного зловещая; ей это идеально подходило. Она направилась прямо в офис, к командному центру, и допила третью кружку кофе.

Сначала набрала Пибоди, дала напарнице обновления и распоряжения, проверила сообщения от Харво, Морриса, уборщиков. Пока — тишина, но ещё нет шести.

От Пибоди — к Дженкинсону, от Дженкинсона — к Фини, от Фини — к Рео. Миру и Уитни не стала будить — отправила сообщения.

Через сорок минут после первого сигнала у неё были составлены команды, план на месте, и она была готова выдвигаться.

У двери офиса Рорк поднял палец: выждать. На экране конференц-зала сидела группа людей, и за стеклом виднелся Биг Бен.

«Как только получим изменения, пересмотрим документы. Думаю, успеем к концу вашего рабочего дня. Спасибо».

Когда он закончил, повернулся к Еве: — Единственное, чего не хватает, — это хлыст. Похоже, сегодня ты хочешь жёсткий образ — молодец.

— Он получит не только урон репутации, у меня на подходе ордер на внезапный обыск, и за дверью — толпа серьёзных, бескомпромиссных копов, готовых вломиться без лишних церемоний.

— Играешь жёстко, — он встал, подошёл, положил руки ей на бёдра и поцеловал. — Поешь что‑нибудь. Кофе и адреналин — не пища, а тебе сегодня пригодится, — добавил он, когда она лишь отмахнулась.

— В машине что‑нибудь найдётся, — ответила она.

— Надень длинное чёрное пальто — придашь образу законченности. Он — плохой человек, лейтенант, — поцеловал её ещё раз. — Так что присмотри за моим копом.

— Я хуже его, — мягко, но твёрдо парировала она.

Она ушла; он остался принимать следующую конференцию.

К шести тридцати утра Ева стояла у дома на Верхнем Ист-Сайде. Уитта легко можно было представить в роскошном пентхаусе, но и этот выбор имел свой смысл: мало соседей, которые заметят приходы и уходы; безопасность под собственным контролем.

По её распоряжению Пибоди подтянула четырёх офицеров, Дженкинсон — Бакстера и Трухарта, Фини добавил Макнаба и Каллендар. Излишняя сила? Наверное. Но ей нравилось, чтобы всё выглядело серьёзно.

— Один источник тепла, — доложила Каллендар. — Второй этаж. Он ещё в кровати, Даллас.

— Тогда у меня утра хватит на то, чтобы поднять людей с постели, — отозвалась она. — Сможете снять замки и отключить сигнализацию, Фини?

— Уже работаем, — проворчал он, с Макнабом переводя инструменты. — Хотела быстро — надо было брать Рорка.

— У меня есть таран на случай экстренной ситуации.

— Пару минут, — буркнул Фини.

За окном начинал сгущаться ранний людской шум. Патрульные чётко расчистили подход; Фини и Макнаб обменялись коротким ударом кулака. — Очищено, — доложили они.

— По моему сигналу. Входим, объявляем, и продолжаем объявлять по ходу, как в протоколе.

Она вынула пистолет — в основном для видимости — кивнула Пибоди и шагнула внутрь, голос её был холоден и яс­ен:

— Полиция! НЙПД! У нас ордер на вход! Это полиция! Мы вооружены! Стивен Уитт, выйдите! Покажите руки!

Он выступил из спальни; голый, со всклокоченными волосами, он показал гораздо больше, чем просто ладони.

— Какого чёрта вы тут делаете? — пророкотал он, враждебно оглядывая пришедших.

— Стивен Уитт, — произнесла Ева ровно, — у нас ордер на обыск и ордер на ваш арест по подозрению в сговоре с целью убийства (две статьи), по обвинению в хранении и распространении химического оружия и по подозрению в убийстве.

— Вы с ума сошли, — вспыхнул он.

— У вас есть право хранить молчание. У вас также есть право надеть штаны, прежде чем я надену на вас наручники и отправлю в участок, — спокойно сказала Ева.

— Не трогайте меня! Не трогайте мои вещи! Я вызываю адвоката! — заорал он.

— Это тоже ваше право. Мы зачитает вам остальные права позже. Но, серьёзно, Стив? — обратилась она к Бакстеру: — Поднимайся и помоги мистеру Уитту надеть штаны. И пока делаешь это, зачитай ему «Миранду».

В глазах, смотрящих на нее, Ева увидела отблески чего‑то тёмного и опасного — ледяное пламя, которое не угадаешь по внешности.

— Ты заплатишь за это, — шипел он, переполненный гневом и самообманом.

— Стою тут, глядя на тебя - голого, растрепанного и недовольного. Знаешь, я уже заплатила.

23

Уитт связался со своим адвокатом. Ева представляла, что у него целая флотилия юристов появится, когда они доберутся до Центрального. Но пока у неё было только двое крепких, суровых патрульных, которые вывели его к поджидающему черно‑белому автомобилю.

— Тебе конец, — сказал он. Глаза оставались холодными, пустыми; заломленные наручниками руки сжались в кулаки. — Вы не знаете, с кем связываетесь. Я вас прикончу.

Она лишь улыбнулась, пока полицейские, словно на показ, выводили его наружу.

— Кроме шуток, — прокомментировала она. — Уже не такой самоуверенный. Скорее злится, чем напуган, но уже не самоуверен.

Она оглядела идеально упорядоченную гостиную — больше выставочный зал, чем дом, по ее мнению: тёмно‑синий гелевый диван, белые акцентные кресла, полированные стальные столики и броское современное искусство.

— Что‑нибудь найдём, — пробормотала она. — Что‑то, что он считает спрятанным там, где мы не найдём, но что он не счёл нужным выбросить или спрятать в другом месте.

— Он даже не спрашивал о обвинениях, — заметила Пибоди. — Особенно о последнем. Про третье убийство.

— Верно. Он пытается понять, как мы так быстро нашли Коснера. Думает, что в этом деле он прикрыт. У него будет сейф, по крайней мере один. Мы в него влезем. Но у него есть какой‑то тайничок, что‑то посложнее. Давайте найдём.

Она начала с спальни — люди обычно считали её безопасным местом. Нашла сейф, потратила несколько напряжённых и потных минут на обход замков, но внутри ничего особенно интересного не обнаружила. Мужские украшения, немного наличных, паспорт.

Фини вошёл в гардероб.

— Нормальный сейф. Ты вскрыла?

— Да.

— Ты учишься ловить нюансы, девочка. А насчёт Рорка — ты говорила, что он сказал, будто Уитт ничего не шарит в компьютерах? Слушай меня: он ни фига не понимает. В его рабочем кабинете был код такой хилый, что и малышка Мэвис могла бы пройти. Пару простых фильтров — и всё исчезает, если на них просто посмотреть с серьёзной миной.

— Значит, вы внутри? — спросила она.

— О, мы уже внутри. — Фини вытащил из мешковатого кармана пакетик с глазированным миндалём и предложил. — В основном там чисто деловая тема. Финансовый бред для клиентов. Рорк мог бы это разобрать, или мы привлечём судебного бухгалтера, но внешне всё выглядит легитимно. Вот что там никак не отражено — его личные финансы.

— Рорк смотрел их. Подозревает отмывание денег. Расходы наличными, которые не имеют смысла. — Она нахмурилась и села на корточки. — Ты хочешь сказать, у него нет личных финансов в тех книгах?

— Не в плане денег. Думаю, он не знал достаточно, чтобы вести два комплекта учёта.

— Добавь сюда ещё и самонадеянность. Тайничок. — Она осмотрела шкаф. — Должен же быть. Может, фальшивая стена. Давай…

— У меня есть! Ура!

По крику Пибоди Ева вскочила и нашла напарницу на коленях у изножья кровати.

Очевидно довольная, Пибоди даже повращала бёдрами.

— Ковер был сверху. Я подумала: ну, мало ли, загляну — и ого, я права. Секретный люк в полу. Сделано очень качественно, на заказ. С замком по отпечатку.

Ева прикинула, сколько времени займёт обход, подошла к двери и крикнула:

— Мне лом!

Радость сменилась настоящим сожалением, когда Пибоди прижала руку к сердцу.

— Ох, Даллас, напольное покрытие же такое красивое.

— Потерпишь.

И она повращала плечами, предвкушая удовольствие от того, как будет срывать доски.

***

К девяти Ева уже сидела в своём кабинете вместе с Рео, просматривая собранные улики. Рео развалилась в кресле за столом Евы и с удовольствием потягивала очень достойный кофе.

— Не думаю, что окружная прокуратура захочет предлагать мистеру Уитту какие‑либо сделки, — сказала она. — Напротив, они будут давить, и давить сильно, чтобы добиться максимального срока по всем обвинениям.

— Чёрт побери, я на это и надеюсь, — отозвалась Ева.

Рео только улыбнулась.

— У него трое высокооплачиваемых адвокатов по уголовным делам, которые только и ждут шанса разнести арест в клочья. Они уже подали ходатайство об отклонении обвинений и иск о ложном аресте. Пока мы будем вести допрос, они будут тянуть за ниточки. В допросной будет Кобаст. Броуард Кобаст. Я присоединюсь к вам с Пибоди и, знаешь, я не просто получу от этого удовольствие... — она поправилась. — Я намерена смаковать, как мы выбьём их с их топовых позиций.

— Случалось раньше с ними сталкиваться?

— С двумя из трёх. Где-то выигрываешь, где-то проигрываешь. — Рео пожала плечами. — Но этот случай — наша победа.

Пибоди появилась в дверях.

— Уитт и его адвокат — в допросной A. Второй адвокат — у командира. Где третий — без понятия.

— Вероятно, бьётся за снятие обвинений, — отозвалась Рео, вставая и демонстративно стряхивая несуществующую пыль со своего тёмно‑синего костюма. — Пойдёмте разочаруем их всех.

Ева подняла со стола коробку с уликами и пошла вперёд. Пибоди открыла дверь в допросную A.

— Включаю запись. Лейтенант Ева Даллас, детектив Делия Пибоди, помощник окружного прокурора Чер Рео,— входим в комнату допроса к Стивену Уитту и его назначенному адвокату Броуарду Кобасту. Этот допрос касается обвинений против мистера Уитта по делам H‑4945‑1, H‑4952‑1 и H‑4963‑1.

— Мой подзащитный воспользуется своим правом на молчание, — произнёс Кобаст. — Так что все вопросы — ко мне. Он, разумеется, отвергает все эти порочащие обвинения. Мы уже подали ходатайство об их немедленном снятии и направили жалобу о преследовании и ложном аресте в адрес НЙПД и лично вас, лейтенант.

Кобаст выглядел как представитель старой школы: седая грива, аккуратная бородка, густые чёрные брови, резко контрастирующие с ледяными голубыми глазами.

— Ладно, — сказала Ева и села. — Возможно, ваш клиент сам сообщит, где он находился вчера с восьми до десяти вечера?

— Ему не нужно этого делать. Я могу подтвердить — мы были на одном и том же мероприятии. Ужин Уитт Групп в отеле Нью Йорк Гранд. Стивен выступал с речью.

Ева кивнула, как будто это была для неё новость.

— Во сколько он начал?

— Примерно в восемь, — с самодовольной улыбкой ответил Кобаст. — И выступил весьма информативно и остроумно.

— Уверена. А сколько длилось выступление?

— Примерно минут двадцать.

— То есть до восьми двадцати. Это не покрывает весь интересующий нас временной промежуток.

Кобаст вздохнул.

— Лейтенант, десятки людей подтвердят, что Стивен был в Гранде, в главном бальном зале. Если хотя бы одно из ваших абсурдных обвинений основывается на этом…

— Основывается. Да. Потому что время смерти Маршалла Коснера — девять двадцать вечера.

— Марш?.. — Уитт резко втянул воздух, дёрнулся, как будто его ударили. Он хорошо это играл, но не смог изобразить настоящий ужас в глазах. Лёгкая насмешка на лице так и осталась. — Марш… умер? Как? Что с ним произошло?

— Он умер от того же нервно-паралитического вещества, которое вы с ним заказали Лукасу Санчесу, чтобы поквитаться с давними врагами.

Стараясь выглядеть потрясённым, Уитт повернулся к адвокату и вцепился в его руку.

— Я не знаю, о чём она говорит, Броуард. Боже, Марш был моим старым другом…

— Спокойно, Стивен. Мой клиент не мог находиться в двух местах одновременно.

— Ему и не нужно было. Пибоди.

Пибоди открыла коробку с уликами, достала диск.

— Это копия записи с камер безопасности Гранда: служебный вход с Пятьдесят третьей улицы, а затем запись с парковки отеля Хаббл на Пятьдесят второй. Обратите внимание на время, — добавила она, включая видео.

— Ты пропустил камеру у сувенирного магазина, Стив, — сказала Ева, когда в 20:32 он быстро прошёл мимо. — И ещё: на записи с выходной двери отсутствуют восемнадцать секунд. Наши специалисты из EDD подтвердили, что это результат работы глушилки.

— Ну и что? Прошёл я мимо магазина. У нас теперь за поход в туалет сажают? — вспылил Уитт.

На вспышку Кобаст жестом велел ему замолчать.

— Переключаемся на камеру гаража Hubble, — объявила Пибоди. — Метка времени — двадцать-тридцать пять. Ставлю на стоп в двадцать-тридцать восемь.

Кадр застыл на изображении мужчины в костюме на чёрном скутере. Шлем с визором скрывал лицо.

— Вы шутите? Это не я. Лицо же не видно, ради бога. У меня нет скутера, — возмутился Уитт.

— Мисс Рео, — Кобаст повернулся к ней, и его голос сочился жалостью с пренебрежением. — Это вряд ли доказательная идентификация. Я от вас ожидаю большего.

— О, у меня есть и лучше, — парировала Рео. — Во‑первых, если вы вдруг не потеряли способность видеть, мистер Кобаст, видно же, что мужчина на скутере в том же костюме, с тем же галстуком и в тех же туфлях, что и мистер Уитт на записи из Гранд Отель. Кроме того, хотя у него и нет скутера, у его кузена Джеймса Каттера он есть. Тот самый скутер с той же номерной табличкой зарегистрирован на мистера Каттера. Мистер Каттер подтверждает, что ваш клиент знает коды от гаража, где хранится этот скутер, и коды самого скутера.

— Это не я, — сложил руки на груди Уитт. — Я не покидал Гранд. Я был там с семи до одиннадцати.

— Нет, вас там не было, — возразила Ева, — но давайте отложим это и вернёмся назад во времени. Как насчёт пяти часов того же вечера? Пять вчерашнего дня.

Уитт лишь пожал плечами. Кобаст сложил руки.

— Совершено ещё одно преступление? Ещё одно убийство, которое вы пытаетесь повесить на моего подзащитного?

— Не убийство, но преступление. Как насчёт того, чтобы спросить вашего подзащитного, почему он входил в квартиру Маршалла Коснера — когда мистер Коснер там не находился — в пять часов вчера? И прежде чем он начнёт отпираться, у нас есть и запись с камер.