Группа из шести вооружённых людей, облачённых в экипировку СОБРа, передвигалась плавно и быстро. Они прибыли в знаменитый "Человейник" полчаса назад и уже успели пройти шесть этажей. Они зачищали каждую квартиру быстро и беспринципно. Им было плевать на моральные нормы и, тем более, на стариков и детей. Они убивали каждого, кого находили, так как этот "притон" славился отбросами общества.

В воздухе витал запах страха и паники. Обитатели "Человейника" уже знали, что пришёл их "черёд". Шум шагов и бесшумные движения солдат со скрытыми под черными масками лицами, были предвестниками гибели. Каждый из шести бойцов действовал с отточенной синхронностью, и все вместе они работали, как хорошо отлаженный механизм. Они не задавали вопросов и не отвлекались на второстепенные и маловажные детали. Цель вооружённых людей была ясна: очистить этот район от всего, что можно было счесть за угрозу.

Сквозь разбитые окна и обшарпанные коридоры красные лазеры их фонарей выхватывали из темноты испуганные лица. Параллельно с их движениями раздавались тяжелые выстрелы, успокаивающие динамику мрачной операции. Каждая квартира, каждая комната становилась небольшой сценой безысходности, где страх и кровь смешивались в одном безумном танце. Всё привычное для жизни в этой многоэтажке сдавалось под гнетом неожиданных визитеров.

И вот они подошли к заветной двери с номером 208. Капитан быстро отдал приказ на слом двери. Вперёд вышел самый здоровый боец, держа в руках ручной таран. Не теряя времени, громила нанёс единственный удар прямиком в замок, и деревянная дверь разлетелась в щепки. Три бойца мгновенно влетели в коридор и кинули в зал гранаты.

Раздалось три последовательных глухих взрыва. Один человек залетел в комнату и, не разбираясь, кто же находится в ней, открыл пальбу. Всем присутствующим в комнате досталось по три выстрела в голову и одному в сердце. Шесть жертв заискрились и после рассыпались в прах. Только одно тело забилось в конвульсиях и, спустя полминуты после дополнительного выстрела в грудь, затихло. Остальные бойцы быстро проверили квартиру и доложили: "Чисто".

– Суки! – выругался капитан. – Как эта тварь могла помогать упырям?

– Мне кажется, у него не было выбора, – ответил громила, пряча таран за спину.

– Как может человек помогать вампирам? Целый этаж отдал им. Для чего? Чтобы бояться каждую минуту, сожрут его или нет? Или он хотел стать одним из них? – капитан явно был не очень доволен таким положением вещей.

– Доложили, что остальные этажи зачищены. В общей сложности убито девяносто шесть человек, – доложил связной.

– А упырей? – капитан сел напротив человека и стал внимательно его рассматривать.

– Пока нет точной цифры, но предположительно тысяча триста семнадцать, – ответил связной.

– Хорошая работа, – встал он. – Сжечь всё тут. Короткое замыкание или типа того. Пожарных не пускать, пока тут всё не сгорит дотла. Сука! Плодятся, как чёртовы кролики.

– Есть информация по отделу «К», – прошептал подошедший сержант.

– Говори громко. Мы тут одна семья, – со злостью проговорил капитан. Вытащил нож, подошёл к телу и начал отрезать конечности у мертвеца.

– Час назад на них было совершенно нападение. В числе нападавших: триста упырей, семь йети и пять вампиров, – отрапортовал он.

– Ребята выжили? – с обеспокоенностью спросил главный, разрубая точным ударом кисть.

– Да. Им пришли на помощь другие отделы, – сержант смотрел за действиями своего командира и не мог понять его страсть к расчленению трупов. Хорошо, что хотя бы не рубит живых.

– Это хорошо. Очень хорошо. Мы делаем одну и ту же работу, но находимся по разные баррикады. Жаль. Что там с этим полувампиром? Он живой хоть? А то за ним уже началась массовая охота. Не удивлюсь, если засада была устроена именно на него.

– Он жив.

– Это тоже очень хорошо. Я бы сказал: "Просто замечательно", – капитан отрезал последнюю конечность. Встал. Улыбнулся, так как был доволен своей работой. Отдал нож сержанту. – Как думаешь, нам стоит встретиться с командиром отдела «К»?

– Думаю, это плохая идея, – честно ответил сержант, вытирая нож о диван. – Если четвёрка настолько хороша, что про них пошла молва среди вампиров, то это неспроста. Они могут даже не слушать нас, а просто вступить в бой. И что-то я не совсем уверен, что мы выстоим.

– С этим я бы поспорил, но убивать столь перспективный отдел вовсе бы не хотелось. Это не то, что отдел «И», который не смог справиться с одной злой сукой. Каллисто была хороша в постели, и жаль, что её убили. Очень жаль.

– Здание к поджогу готово, – сообщил связной.

– Хорошо.

***

Рэйк послушался нас и сдал оружие. Всё-таки Иван смог его убедить, что лучше не пытаться с нами драться, а то без клыков можно остаться. О ком шла речь, я так и не услышал, так как командир говорил с ним наедине, а подслушать их разговор не получилось из-за Марка, который отвёл меня к машине.

– У нас действительно есть ракеты воздух-земля? – поинтересовался я у Сергея, который стоял сзади микроавтобуса и блевал.

Он выглядел трезво, но это ему не помогло, так как он не был готов к схватке. Даже когда мы должны были штурмовать здание, он двигался неуверенно и всегда опирался на приклад автомате, который висел у него на груди.

– Есть, – ответил Марк, высунувшийся из окна. – А ты думал, что наш командир блефует?

– Просто такое оружие довольно дорогое, и им должно владеть только Министерство Обороны, а не такие полугосударственные организации, как наш штаб, – предположил я.

– Всё правильно ты сказал, – вернулся Сергей с улыбкой на лице. – Вот только когда дело касается безопасности страны, нам могут дать любое вооружение, кроме ядерного. Ну, понятно, что ядерным делиться нельзя, даже с лучшими друзьями.

– И были такие случаи? – мне стало интересно.

– В прошлом году, – Серёга достал с заднего сиденья бутылку с водой и жадно осушил её. – Было гнездо. Бункер. Глубина тридцать метров с копейками. Один выход, и то без жертв пробиться через него невозможно. Была проведена тщательная разведка всеми возможными современными способами. А после доклада в Министерство Обороны прилетел Су-57 и сбросил Х-59МКМ, и от бункера ничего не осталось. Так что Иван никогда не блефует во время переговоров.

– Этот бронированный упырь мог много бед принести, – Марк почесал затылок. – Два отряда не смогли с ним справиться. Охренеть. Нам повезло с командиром.

– Едем, – скомандовал подошедший Иван.

– А где вампир? – поинтересовался я.

Меня больше интересовало не его местонахождение, хотя это тоже было важно, а то, почему я его не чувствую? От слова совсем. Рэйк – опасный кровосос, но разумный. И он явно не будет пытаться бежать или убить нас.

– С вами еду, – сзади отозвался уже знакомый мне голос.

Я обернулся и увидел рыцаря. Присмотревшись, я понял почему ему не вредил солнечный свет. Его броня не только защищала от любого удара или прилёта стрелы, но и не давала солнечным лучам пробиться сквозь металл. Остаётся открытым вопрос: "А шлем?". Всё просто. Вампир был в солнцезащитных очках. Я был крайне удивлён, но факт есть факт. На вопрос: «Откуда у него они?» и на много других подобных вопросов в ближайшее время ответы никто не даст.

– Значит, ты и есть последний интерес Каллисто? – рыцарь сел рядом со мной на заднем сиденье. За руль сел Марк.

– Почему это – последний интерес? – я уже мысленно представил, как буду пытаться убить противника, если он попробует выкинуть что-нибудь такое, что может повлечь нашу смерть.

– Ты полувампир, – указал Рэйк на мою индивидуальность. – Значит, кто-то тебя пытался обратить, но получилось только наполовину. Я чую в твоей крови её кровь. Ты живой, а она, как я полагаю, нет. Вот поэтому и говорю, что ты последний её интерес. Она была, как вы говорите, нимфоманкой. Хороший солдат и подруга.

– Занятно, – я не хотел с ним говорить, но ему, кажется, было на это наплевать.

– Каллисто была генералом одного полка стражей смерти. Её боялись и её хотели. Она имела любых воинов, королей и магов, а в этом мире, видимо, не было особого выбора, раз она польстилась на тебя.

В этот момент все в микроавтобусе засмеялись. Мне стало неловко и захотелось сильно ударить этого рыцаря прямо в шлем, чтобы он замучался его снимать.

– Она тебе не дала что ли? Поэтому ты злишься? – парировал я.

– Она моя дочь, – прошептал Рэйк, и в машине наступила тишина.

– Неловко вышло, – отвернулся я, чтобы не пересекаться взглядом с упырём.

– Я не хотел тебя обидеть, но вот ты это сделал намеренно. Возможно, в этом мире это считается неким этикетом, и только благодаря этому я не поджарю тебя до хрустящей корочки. К тому же с Иваном был заключён договор на крови. Скажи спасибо ему, – вампир цокнул и замолчал.

Вся поездка прошла в идеальной тишине. Мы приехали не в штаб, как я думал, а на конспиративную квартиру. Я и Марк остались ждать, пока Иван, Сергей и Рэйк сходят куда-то. Я достал телефон и стал читать новости.

– Ух, ты! – восклинкул я, читая интересную новость. – Прикинь, Марк…

– Говори давай, -сдался он, так как понял, что ждать придётся долго.

– В пригороде из-за короткого замыкания сгорела многоэтажка. По предварительным подсчётам погибло больше семидесяти человек. Пожарные тушат огонь.

– Стандартная ситуация, – ни капельки не удивился Марк.

– Понятное дело. Меня просто всегда интересовало, как из-за короткого замыкания сгорают целые многоэтажки, словно спичечные коробки? Где системы пожаротушения? Или хотя бы негорючие материалы? Много вопросов к компании. Да и к комиссии, которая принимала объект. Невозможно, чтобы целое здание сгорело практически равномерно. Думаешь, специально подожгли?

– Не знаю, – отмахнулся он. – Всегда есть человеческий фактор. Надеюсь, в далёком будущем нас заменят роботы, и мы вымрем. Ибо люди уничтожат себя раньше, чем это было заложено природой. Хотя, почему роботы? Вампиры хорошо с этим справляются, но из-за их тупости мы все вымрем. Останутся только котики.

– Котики? – удивился я.

– Да, – не понял моего удивления Марк. – Это идеальные хищники. Ты знаешь, что кот может убить зайца?

– Как?

– Да хрен знает как. Только видели результат. Кот тащит мёртвого зайца, который больше него чуть ли не в два раза. А ты видел их реакцию? Даже змея не способна нанести им вред, так как она медленнее, – Марк завёлся, так как нашёл того, кто выслушает его до конца, а я уже начал жалеть.

– Читал подобное.

– Семейства кошачьих самые приспособленные для выживания. Они могут быстро бегать, охотиться с минимальными провалами и, самое главное, они всегда найдут кого сожрать. Не то что волки, социальные животные, в одиночку могут только выть на луну, как психбольные.

– А волки чем тебе не угодили? – мне даже как-то обидно стало за пушистых предков собак.

– Это долгая история, – отмахнулся он. – Идут, но почему без кровососа?

– Сейчас спросим.

Иван с Сергеем как ни в чём не бывало сели в машину и ждали, когда Марк её заведёт.

– А где, собственно, Рэйк? – спросил я, так как знал, что Марк постесняется.

– Это неважно, – ответил Иван. – Поехали.

Во время поездки я уснул. И то, что мне приснилось, лучше бы оставалось сном…

***

Я лежал весь в ранах от укусов и ждал восхода солнца. Солнечные лучи должны меня испепелить. Всё вокруг казалось таким натуральным, что я даже чувствовал боль. Надо мной склонилась симпатичная девушка и что-то говорила на незнакомом мне языке, и я отвечал ей на таком же. Не знаю почему, но в данный момент мне было тяжело не физически, а морально. Я чувствовал себя словно пацан, который только начал понимать жизнь, но, увы, не успел ею насладиться из-за скоропостижной смерти.

Потом ко мне подошёл громила. И почему-то я будто его знал и считал своим другом. Чуть ли не лучшим другом. Он тоже говорил мне что-то, а потом даже принёс бутыль с алкоголем. Естественно, я его выпил, вот только лучше не стало. Казалось бы, на этом всё. Я попрощался с незнакомыми мне людьми, однако было ощущение, что я знал их всю жизнь.

А потом ко мне подошёл рыжий конь. Тут я не выдержал и расплакался. Вот кто был в моем сне лучшим другом. Не знаю, что я ему сказал, но, думаю, для него это были тёплые и последние слова. Он лёг рядом со мной и положил свою тяжёлую голову мне на грудь. Я не рыдал, как мальчик после расставания с первой любовью. И этих эмоций в своей жизни я никогда не испытывал.

Ближе к рассвету меня посадили на пятую точку, и я стал ждать первых солнечных лучей…

***

Машина резко затормозила, и меня по инерции потянуло вперёд. Я ударился головой о сиденье, ощущая резкий всплеск боли. Мгновение замедлилось, и всё вокруг словно окуталось туманом. Я пытался осознать, что произошло: шум тормозов, визг резины, проникающий в уши. Это был момент, когда сердце замирает, а разум собирает кусочки происходящего.

Я огляделся, чтобы увидеть, как реагируют остальные. Взгляды всех были прикованы к лобовому стеклу, через которое было видно возникшее от столкновения облако дыма. Иван что-то крикнул. Марк и Сергей быстро покинули микроавтобус.

Адреналин бушевал в крови, и, казалось, время замерло. Мои пальцы дрожали, когда я пытался нащупать ремень безопасности – яркая метка моей относительной безопасности в этом хаосе.

Такое ощущение, что мир вокруг стал неузнаваемым. Внешние звуки затихли, и вместо них возникло только эхо моей собственной боли. Я перевёл дыхание и, собравшись с мыслями, открыл дверь. Нужно было понять, что случилось, и, главное, помочь тем, кто мог быть в бедственном положении. Моя боевая готовность вернулась, и я ощутил привкус тревоги и решимости одновременно.

Я выбрался из машины, и свежий воздух буквально ударил в лицо. Дым по-прежнему витал в воздухе, смешиваясь с запахом горящей резины. На столкновение с реальностью ушло несколько мгновений – я увидел другую машину, смятую и покореженную, словно игрушка, пережившая жестокую игру. Возможно, кто-то внутри нуждается в помощи. Мои ноги перестали дрожать, а внутренний голос подсказывал: «Не время бояться».

Я направился к другой стороне дороги, где толпились люди, обмениваясь тревожными взглядами. Все они были подавлены происходящим. Неожиданно до меня донёсся звук сирен, сигнализировавших о приближающейся помощи. Я поискал глазами кого-то, кто мог быть в бедственном положении, и постепенно стал уверен, что смогу внести свой вклад в эту хаотичную ситуацию.

Наконец, я заметил девушку, замершую рядом с водительским сиденьем, охваченную страхом и растерянностью. Она тяжело дышала, и, приближаясь, я услышал, как она зовёт на помощь. На мгновение я забыл о своих переживаниях и сосредоточился на её взгляде, полном надежды.

– Я помогу вам, – проговорил я, давая надежду незнакомке.

Паника. Вот что сейчас не нужно. Нашёл на ощупь дверную ручку и дёрнул на себя. Кажется, я её оторвал. Хрен с ней. Жестом показал ей, чтобы она прикрыла лицо. Нанёс удар в стекло и выбил его. Быстро открыл дверь изнутри. Залез на заднее сиденье. Быстро оценил ситуацию. У неё заклинило ремень безопасности.

Ловко нащупал конец ремня и вырвал его вместе с механизмом. Освободил девушку. Нежно взял её за руку и начал выводить из горящей машины. Только сейчас заметил, что пламя начало распространяться от багажника, и если бы не заднее стекло, то нас бы объяло огнём.

Я вывел девушку из машины и только хотел спросить её имя, как она ловко вытащила откуда-то пистолет, направила дуло на меня и нажала на спусковой крючок…