Тайна, которую рассказал Марик, не давала мне покоя. Я стала просматривать газеты, пытаясь найти новость о пропаже ребенка. «Если убийца Галины Фёдоровны и источника ищет информацию о нашем источнике, чтобы подчинить и его, то он знает о ритуале, и ему понадобится ребенок», – размышляла я.

Газета шуршала страницами, пестрела сводками новостей. Я дошла до конца и нахмурилась, разглядывая гороскоп на неделю. «На этой неделе вас ждут незабываемые приключения, – гласил текст. – Благодаря своему везению вы сможете противостоять всем своим недоброжелателям… Но не полагайтесь на него слишком сильно, ведь если вы хотите остаться на вершине, то придется приложить немало усилий», – писал некий астролог. «Но вы со всем справитесь», – благодушно заключил автор гороскопа.

Я перевернула газету первой полосой наверх, несколько минут разглядывала жутковатую фотографию разгрома в здании Комитета и думала: «Интересно, кто придумывает эти гороскопы? Для этого есть специально обученный человек, или в редакции каждую неделю кидают жребий? А может, это и вовсе наказание для тех, кто проштрафился?»

Вялые мысли отвлекали от тревоги, которая тоненькой струйкой стекала по внутренностям, разъедала их серной кислотой. Фёдор метался по Мадану, словно ошпаренный, в попытках отыскать всех причастных к происходящему в городе. А еще этот взрыв… Федьку снова спас Рыжий. Если бы я не знала, что он самый обыкновенный кот, точно подумала бы, что это одно из воплощений источника.

Как ни странно, но поток посетителей кафе из-за взрыва не то что не иссяк, а втрое увеличился. Люди шли массово, несмотря на воронку, которая перекрыла единственный проезд. Из-за этого сегодня с утра всем работникам заведения пришлось пройти квест по переносу продуктов от машины, которая остановилась возле воронки, до кухни. Основной рабочий процесс начался позже, и я видела, что некоторые сотрудники едва держались на ногах уже к обеду.

Заиграла музыка. Я нашла взглядом скрипача, замершего в центре зала, и облегченно улыбнулась. Дела кафе шли своим чередом и, передав ребенка на попечение родителей Фёдора, я могла спокойно заниматься своими поисками. Жуткий ритуал, о котором рассказал Марик, навел меня на мысли о том, как найти погибший источник, но пока что я не могла продвинуться дальше. Мне нужна была помощь Мии, а она сейчас занималась таким сложным делом, что я никак не могла пробиться к ней.

Музыка приглушила разговоры, заставила следить за скупыми движениями музыканта. Я смотрела на него и думала о том, что он играл для магии задолго до моего рождения. Тогда, когда Филипп Миляев искал источник. Когда мой дед – граф Волковский – пытался остановить революцию, катящуюся по стране как снежный ком. Когда у Марика еще не было хранителей и он жил в пещере на скалистом берегу озера.

Филипп Миляев после заключения договора с источником вернулся в столицу. Его жена и сын остались в Мадане. Нет, он не бросил семью на произвол судьбы, ведь точно знал, что неудавшийся похититель покинул Мадан сразу же, как только понял, что источник обзавелся хранителем. Поэтому Филипп оставил семью с тоскливым сожалением, но легким сердцем. Перед отъездом он посвятил жену и сына в свое новое положение и познакомил их с Мариком. Интересно, как они называли воплощение источника? Жаль, что я об этом никогда не узнаю.

В столице Миляев быстро сориентировался в положении сторон и, зная о том, что его сына пытался похитить представитель знати, принял сторону революционеров. Он добровольно передал практически все свое имущество новой власти и основал Комитет. В первую очередь для того, чтобы, наконец, поймать негодяя. Методом проб и ошибок выстраивалась работа по изменению системы власти с наименьшим кровопролитием. И еще я точно знала – именно Миляев помог скрыться семье моего деда. Моей семье.

Мир менялся, люди постепенно привыкали к новому устройству жизни, но Филипп не успокаивался, ведь тот, кто пытался украсть его сына, до сих пор был на свободе. Тем временем из Мадана приходили странные вести: Варвара Миляева все больше замыкалась в себе, стала прятаться от людей. Поговаривали, будто она начала сходить с ума от потрясений.

Филипп маялся, искал возможности сорваться к жене, но работы в столице было много. Все же время было крайне неспокойное, сложное. Менялись устои, ломались традиции, и на их обломках выстраивался тот мир, в котором я выросла. Спустя несколько месяцев напряженной работы Филипп Миляев смог выяснить, что за мнимым безумием Варвары стоял конкретный человек, и этот человек занимал положение в новоявленном Комитете. Сломать систему снова Филипп не решился, но смог выбить запрет на посещение сотрудниками Комитета кафе, строительство которого велось полным ходом. Лишь спустя еще месяц Филипп Миляев смог выяснить, что за человек стоит за покушением на его сына.

На этом злоключения семьи Миляевых могли бы закончиться, но тот человек узнал, что его раскрыли, и стал действовать жестко. Сначала сбежал, затем сумел попасть в Мадан так, чтобы его никто не смог обнаружить, и все-таки похитил десятилетнего Дмитрия Миляева. Это было несложно, ведь его доверенные люди на протяжении нескольких месяцев делали все, чтобы свести с ума его мать – Варвару Миляеву. В результате женщина уже сама стала сомневаться в своей адекватности.

«Почему ему нужен был именно Дмитрий Миляев?» – спрашивала я у источника магии, но не находила ответа. Источник показывал мне образы, и спустя время я поняла, что человеческие эмоции не совсем понятны чистой магии. Они воспринимаются ею абстрактно и слишком поверхностно.

Филипп Миляев едва не опоздал. Привилегии, что были ему доступны до «Смены», исчезли, и бывшему графу пришлось сначала ждать обычный рейс, а потом разыскивать машину.

Но он успел. Прибыл на пустующую стройплощадку с первыми лучами солнца. Нападавший уже разжег костер для ритуала, но он не знал, что источник, уже имеющий хранителя, не мог быть подчинен этим способом.

Филипп не стал подходить сразу. Сначала он спрятался в густых зарослях возле обрыва и несколько минут наблюдал за мужчиной, сидящим у костра. Внимание Миляева привлекло движение огромных крыльев между балками недостроенного каркаса. Существо – воплощение источника магии – словно почувствовало его взгляд, повернулось и, подмигнув желтым глазом, исчезло. Приглядевшись, Филипп увидел своего сына, который сидел, прислонившись к распорке, и что-то вертел в руках.

Похититель продолжал подбрасывать в костер сухие ветки. Все выглядело так буднично, что на мгновение Миляев усомнился в реальности происходящего. Но магия уже сплеталась вокруг его пальцев в узор. Не успела она обрести форму, как похититель встал и посмотрел Миляеву в глаза.

Об этой схватке не писали на первых полосах газет, лишь в паре заметок маданских ведомостей упоминали взрыв на стройке возле водохранилища. Имя похитителя Филипп Миляев не оставил ни потомкам, ни магии. Нападение на сына хранителя источник воспринял как нападение на себя, поэтому помог, не раздумывая. К тому же он почувствовал, к какому именно ритуалу готовился человек…

Я смотрела на темные воды озера и размышляла о делах, ушедших в небытие несколько десятков лет назад. Пашка был моим другом. Самым близким и дорогим. Теперь и его дед, чьими глазами я смотрела через источник, стал для меня не просто человеком из прошлого, но тем, кто изменил жизнь своей семьи, зацепив и мою.

«Странно устроена жизнь, – думала я. – Мой дед мог найти источник и стать его хранителем, но отдал книгу своему другу. А спустя сорок лет внук его друга подарил источник мне…»

Над озером летали птицы, кружили многокрылым вихрем, тренируясь перед долгим перелетом. Осень вступала в свои права неохотно, но неотвратимо. Тепло сменилось свежестью, окрасило листву золотом. «Осень – время увядания, – мелькнула в голове мысль. – Род графа Миляева прервался, но пока я жива, будет жить источник магии, а в нем сохранятся лица и сердца всех его хранителей. Надеюсь, они откроются потомкам, не забудутся…»

– Врееемя-с-с-с не щааадииит-с-с людееей-с-с, – сказал Марик, возникший из воздуха на соседнем стуле.

– Пока мы живы, мы помним, – улыбнулась я. – И будем помнить всегда.

– С-сачем-с-с тебе-с-с газеты?

Я посмотрела на дракона, и меня осенило:

– Марик, ты же можешь связаться с Мией?

– Могу-с-с-с, – голова ящера склонилась чуть набок.

– Ты можешь узнать у нее о пропавших детях, проявивших себя волшебниками?

Марик привстал на лапках, его кожистые крылья хлопнули над чешуйчатой головой, и он, коснувшись меня носом, исчез. Я же, подавив желание снова сбежать на озеро, особенно прекрасное в осенней серости, поднялась к себе в кабинет. Дела кафе все же нуждались в моем участии, а воронку от взрыва на дороге надо было чем-то засыпать, пока сотрудники не разбежались из-за нарушенной логистики.

Когда подрядчики для ремонта дороги были найдены, я подписала последний документ, закрыла Наденькину папку, украшенную наклейками с котятами, и уже хотела пойти к сыну, когда в кабинете с хлопком появился Марик.

– Деффочка-с-с-с. Катя-я-с-с Миихаайлова-с-с. Пропала-с-с три недели-с насад-с-с. В-видели-с-с ф-ф… – Он шаркнул лапкой по полу и перепрыгнул на стол. – Чегдоомыын. Прямо-с-с пееред-с ссмеертью-с-с иссточниикас-с-с.

– Ее не нашли?

– Нет-с-с-с. Ни ее-с-с, ни-с-с обоолочкии-с-с.

– В смысле – тела?

– Да-с-с-с, – подтвердил дракон. – Вчера-с-с-с пропал-с-с мальчик-с-с.

– Где? – Я вцепилась руками в столешницу.

– В стооолиице-с-с-с. Но деевоочкаа-с тооооше-с-с пропала-с-с там-с-с-с.

Я встала, обошла вокруг стола и погладила Марика по теплому чешуйчатому боку. По телу дракона пробежала рябь, рассеялась в воздухе искрами.

– Значит, тот, кто уничтожил источник, тоже из столицы, – уверенно сказала я. – Не верю в такие совпадения.

Марик посмотрел на меня внимательными желтыми глазами.

– Стооллииица-с-с далекооо-с-с-с?

– Да. Разве ты не знаешь? Перемещаешься же.

– Я-с-с не с-снаю-с-с расстояния-с-с. – Марик щелкнул хвостом по столу. – Меня-с-с тянет-с сила-с-с души-с-с-с.

Сине-зеленая чешуя переливалась под моими пальцами.

– Подожди, если тот человек уже подчинил источник, то зачем ему еще один ребенок? Это совпадение?

– Он был-с-с с-сдессь. – Дракон плотно прижал крылья к бокам.

– Думаешь, он хочет провести ритуал здесь? Но он же почувствовал силу источника, когда встретился с Фёдором?

– Ты-ы ш-ше-с-с видела-с-с в памяти-с-с.

– Он может не знать о том, что ритуал не подействует, – нахмурилась я. – Нам надо подготовиться. Но все-таки зачем ему еще один источник?

– С-сила мертвого-с-с источника-с-с иссякааает-с-с. Ее ещще мнооого-о-о, но-о он-с-с чувсстсвуует-с-с, каак она-с-с тает-с-с.

– Послушай, Марик, а можем мы как-то отрезать его от источника? Прервать связь?

– Праавфильный-с-с воопрос-с, – ответил дракон. – Я-а-с-с поодуумаю-с-с. – Я провела по спине ящера в последний раз и выбежала из кабинета. Мальчик пропал вчера, как скоро он появится здесь? Машина Фёдора пока стояла возле ямы на дороге – проехать до кафе не получалось. Пришлось бежать, благо масштабы города позволяли. Проходя мимо воронки, я порадовалась, увидев рабочих, которые замеряли размеры ямы.

Город встретил меня дождем и запахом осени, который разливался по улицам и ощущался ярче, чем возле озера. Эта маленькая странность пролетела мимо сознания, даже не зацепившись за него.

Чем ближе я подходила к главной городской площади, тем сильнее шел дождь. Вместе с ним поднялся и ветер, бесцеремонно пробрался под промокшую толстовку. Кожа онемела, я сжала кулаки в карманах и ускорилась. Возле здания Комитета остановилась, осматривая темные провалы выбитых окон. В машине сидели полицейские, но, окинув меня взглядом, останавливать не стали – может, узнали, а может, просто решили, что я не представляю угрозы.

Свет в коридоре не горел, но полосками пробивался из-под дверей кабинетов в левом крыле. В правом дверей не осталось. Несмотря на пронизывающий холод, я пошла налево, туда, где был кабинет Фёдора. Мусор уже убрали, но я видела, где со стен осыпалась штукатурка, а где выворотило двери вместе с косяком и частью стены. Провела пальцами по шершавой стене и вздрогнула, уловив остаточную магию.

– Даша? Что ты здесь делаешь? – раздался из-за спины голос Фёдора.

Он подошел ко мне и, щелкнув по носу, утянул в свой кабинет. Влажный ветер задувал из окон, и я поежилась, но не успела высушить кофту, как оказалась в теплых руках и прижалась к груди Фёдора судорожно, почти отчаянно. Закрыла глаза и на мгновение поверила в тепло, в то, что все будет хорошо и все наладится в этом безумном мире. Перестанут гибнуть дети в жерновах амбиций лживого волшебника, убийца источника будет пойман, и больше никто не узнает о ритуале, способном уничтожить магию.

Но это мгновение пролетело и рассыпалось острыми осколками реальности. Почему-то шепотом я рассказала Фёдору, что убийца источника скоро прибудет в Мадан вместе с похищенным мальчиком. Что мальчик нужен ему для проведения ритуала и что мы должны найти его прежде, чем он успеет навредить ребенку. А еще рассказала о том, что, возможно, получится отрезать волшебника от умирающего источника, и тогда он станет равным по силе всем остальным.

Руки Фёдора на моей спине сжались сильнее, будто в попытке удержать от опасного шага, но наш маятник уже давно запустился. Мы не могли отказаться от защиты источника, ведь сама наша суть была связана с ним.

– Взрыв организовал тот же человек, – тихо сказал Фёдор. – Тот, кто убил источник и напал на Комитет. Он почувствовал во мне угрозу. Не во мне конкретно, а в силе источника. Мне кажется, он испугался, поэтому повел себя так необдуманно. Или… – Губы Фёдора сжались в тонкую линию, а потом он неожиданно сказал: – Я назначил на вчерашний вечер встречу в кафе с Олесей.

– Библиотекаршей? – удивилась я.

– Да. Она связана с революцией. Думаю, что она укрывает их и предоставляет место для встреч.

– Подвал, – догадалась я.

– Да. – Фёдор хмуро потер переносицу.

– Он знал, где ты будешь ехать, – прошептала я, уткнувшись в его грудь.

– Знал. Но это не тайна. Чуть ли не весь Мадан знает, где я живу и на ком женат.

Тишина этой паузы показалась мне звонкой. Руки Фёдора вцепились в мои плечи, будто он сам только сейчас осознал, что именно сказал.

– Что, если он знает, где источник? Чувствует его, наверное, – сдавленно сказала я. – Надо сообщить Мие.

– Боюсь, ей сейчас немного не до этого, – вздохнул Фёдор.

– Или как раз до того, – прикусила я губу. – Слишком странное совпадение – сначала революционеры штурмовали Комитет, а когда у них не получилось, пришел убийца источника… – Я заглянула мужу в глаза и поняла, что он уже думал об этом, а значит, мы на правильном пути. Ведь интуиция – одна из сильных сторон волшебников.

– И встреча с Олесей. Как ни крути, революция оказывается связанной с убийцей источника, – задумчиво проговорил Фёдор. – Я поговорю с Мией.

Мы вышли из Комитета вместе, держась за руки. Дождь, будто смутившись, прекратился, и даже ветер стих. Ранние осенние сумерки уже укутали город покрывалом из тьмы и свежести, чтобы завтра окончательно раскрасить деревья яркими красками. Над крышами пролетел дракон, и мы с Фёдором улыбнулись, осознав, что люди, живущие здесь, и не догадывались, кто мелькал над их головами…