Летом Дирк ещё пару раз ездил в архив, но потом это дело забросил. С началом учебного года найти свободное время стало куда сложнее: более-менее свободны у юноши были только понедельники и один из четвергов, по остальным дням пары были или в середине учебного дня, или сразу две-три подряд. Учитывая, что к ним ещё нужно было подготовиться, его собственные планы всё откладывались и откладывались. Потому в ближайший свободный четверг прямо с утра он, решив, что дальше откладывать некуда, направился в архив Совета. Происшествие у целителей навело теоретика на пару мыслей об аномалиях и теперь эти мысли требовалось проверить, но для этого ему требовалась историческая литература, а лучше старые карты и документы времён последней войны нечисти.

В библиотеке МАН, это он проверил сразу, были только общие сведения, а никак не подробные схемы с ходом войны, местами сражений и движением армий. Ему же как раз требовались конкретные точки. В архиве такие сведения точно имелись, нужно было только их найти и правильно интерпретировать: за столетия названия некоторых населенных пунктов успели поменяться, другие после войны так и не восстановили, третьи, порой со схожими названиями, возникли позже.

Найти контурную карту страны легко удалось в первой же канцтоварно-книжной лавке: пространственникам те требовались постоянно, да и немаги, те же историки и географы, подобными материалами пользовались. Так что уже ближе к обеду, вооружившись карандашом, ластиком и тремя десятками рукописей из фонда архива теоретик засел за работу.

Идея Дирка была проста: аномалии как правило возникали не стихийно, а по какой-то причине. И одной из таких причин было захоронение нежити. Факт давно известный и традиционно связываемый с войнами нечисти, но, насколько знал теоретик, наложить карту сражений на карту аномалий никто прежде не пробовал. Возможно, отчасти потому что до этого года никто не пытался прочесать все аномалии в короткий срок, и соответственно сведения о них были разрозненны и фрагментарны. Монографии типа «Аномалии Красной провинции» с их перечнем, зачастую неполным, и составом нежити, ещё встречались, но глобальных обобщений в масштабах страны не делалось. Максимум НИИ Теории магии выпускало очередную карту с уточнениями фона. А между тем сейчас, с картой аномалий, копию с которой, если очень постараться и попросить проректора, достать возможно, данными по составу нежити, картой фона и архивными материалами вполне можно было наконец поставить точку в вопросе причин возникновения аномалий. Или хотя бы попытаться это сделать. А заодно можно выяснить, кому же принадлежал злосчастный меч, застрявший в упыре. Собственно, последнее изначально Дирка и заинтересовало, это потом он уже, почитав литературу по войнам нечисти, додумался до того, чтобы искать не частности, а глобальную картину. Так и так перерывать кучу фондов с донесениями разведки, сообщениями командующих и прочими относящимися к нужному периоду и ходу войны документами.

Архив Совета интересовал не только теоретика. Материализовать менталку по маяку архива оказалось гораздо сложнее, чем по тем, что давал им на практике ир Ледэ. То ли мешали защиты, то ли сказывалось расстояние, всё же здание располагалось на другом конце столицы, но без наставника второкурсницы с этой задачей бы, наверное, не справились.

— Расстояние тут не при чём, — легко считал их мысли магистр ментальной магии. На том, чтобы ускорить давным-давно запланированный визит в архив настоял именно он. Сами девушки бы, наверное, ещё долго его откладывали. — Дело в защитах и том, что они проверяют, есть ли у нас допуск к маяку. Из-за них первый раз материализоваться по таким координатам всегда сложно. Второй раз будет уже проще.

На это Иль очень надеялась, потому что с такими сложностями как сейчас, проще было доехать. Неприятных ощущений уж точно будет меньше.

— Скоро пройдёт, — успокоил ир Ледэ и первым поплыл к выходу из комнатки, выделенной для материализации.

Та оказалась расположена совсем рядом с читальным залом, проходить дополнительно пост охраны менталистам не требовалось. Видимо, подразумевалось, что их проверила защита маяка для материализации.

Первым делом девушки устремились к каталогам. Сейчас требовавшаяся им информация несколько отличалась от того, что они смотрели летом, так что использовать найденное тогда было хотя и можно, но лучше уж было сперва проверить, что есть по конкретным схемам. Поэтому Сандру интересовали схемы материализации ментальной сущности, историю создания и трансформации которых у неё вместе с ир Ледэ наконец появился шанс понять, а Иль — в первую очередь визуальные проекции и схемы некромантии выбранной группы, но информация по последним наверняка была и в библиотеке академии.

На этот раз работа пошла быстрее: как устроен каталог и как искать в нём нужную информацию, они, во многом благодаря Дирку, летом уяснили, да и сама необходимая информация была конкретнее. Так что вскоре они заказали то из нашедшегося, на чём посоветовал для начала остановиться ир Ледэ, и переместились в другой читальный зал.

Выписывать информацию пришлось на взятые тут же листы, а для работы с ней дома менталист посоветовал схему для запоминания.

— Лучше использовать её перед тем как закончить работу. Просто просматриваете все записанное после её применения, а потом в общежитии используете схему памяти и переносите всё на чистый лист. Либо, если записи нужны вам не срочно, можно отправить их почтой себе же.

Второй вариант второкурсницам понравился больше: восстанавливать всё по памяти не хотелось, да и показанная схема была для них сложной. Без длительной отработки она явно не получится, а напортачить в курсовой просто потому что что-то не так воспроизвела, не хотелось.

— Она вам вполне по силам. И, между прочим, очень удобна для подготовки к экзаменам. Особенно когда нужно заучить какое-нибудь магическое право со статьями. Главное не пытаться запихать в голову сразу всю тетрадь и не лениться сразу систематизировать или воспроизводить запомненное. А насчёт сложности да, придётся повозиться, но я же вас проконтролирую.

— Вы из-за того, что многие стали бы с помощью неё списывать, нам её не показывали?

— Из-за того, что многие оставили бы подготовку на последний день и попытались схемой складировать в памяти сразу весь учебник, — вздохнул преподаватель.

— Так не получится, да?

— Нет, конечно. Свыше определённого индивидуального объема запомнить не выйдет. Его превышение вызовет как минимум мигрень.

— А если запоминать уже систематизированную информацию? — смысла учить весь учебник Иль в принципе не видела, но как обойти ограничение по объему запоминаемого было интересно. — Ограничение ведь по страницам, а не по объему материала?

— Да. Но объем тоже будет сказываться. Можно, к тому же использовать для воспроизведения схему памяти. Но я, как и другие менталисты, её применение всё равно замечу. Магистр ир Вильос, скорее всего, уже тоже. Может, не поймёт в чём дело, но то, что кто-то пытается списать с использованием ментальной магии, заметит.

Да, проекции у некроманта пока выходили кривыми и косыми, но скорее от того, что у него не было времени их доработать, а не потому что в ментальной магии он был так уж безнадежен. С остальными схемами всё тоже объяснялось сугубо дефицитом времени и возможностей их потренировать. Успехи самого Малькольма в некромантии, справедливости ради, были поскромнее, хотя отбиться от скелетов или зомби с её помощью он бы уже смог.

— Отправим почтой, — переглянувшись с подругой, решила Сандра.

— Тогда давайте собираться, иначе можем опоздать на занятия. В почтовых отделениях служб Совета нередко бывают очереди.

Услуга почтовой пересылки записей в академии в архиве была, и, видимо, пользовалась спросом у менталистов. Правда, сотрудник почтового отделения очень удивился, когда ему озвучили конкретную академию, но с ир Ледэ это проблемой не стало. У магистров ментальной магии, как выяснилось, были преференции по отправке корреспонденции.

— Одно из достижений ир Льера на посту архимага, — пояснил преподаватель. — Да, есть лимит отправки писем в месяц, но два письма это уже лучше, чем ничего. Раньше приходилось, чтобы отправить письмо, будучи в менталке, сначала искать отделение своего банка, а потом ещё и доказывать его сотрудникам, что ты это именно ты. Особенно если ты в какой-то тьмутаракани. Или вообще в населенной местности только менталкой, а тело осталось в какой-то глуши. — Пояснил: — Боевые менталисты порой бывают в таких местах, где о банках и не слышали. Да и лекарям с прикладниками порой приходится. Ну и просто отправку посылок и писем менталкой это упрощает. Если за лимит выходишь, при получении оплачиваешь просто и всё.

— Удобно, — оценила Сандра.

Магистр кивнул:

— Раньше чтобы как-то выйти из ситуации приходилось открывать личный счёт у почтовых магов и по коду с него списывать при оплате. И то не всегда это работало без проблем. Ну что, дематериализуемся? — Девушки не возражали, у них сегодня ещё были пары. — Сначала дематериализуюсь я, потом ир Крарт и последней ир Росси. — Такой порядок был явно обусловлен тем, что в себя Иль всё ещё после дематериализации приходила дольше большинства однокурсников и уж точно дольше Сандры, а ир Ледэ явно хотел проконтролировать обеих. Встретился взглядом с Иль: — Я дам знать, когда будет можно.

Она кивнула и повисла так, чтобы не мешаться проходящим по коридору. Сандра исчезла почти сразу за преподавателем. Ильде же пришлось подождать.

— Иль? — окликнули её. — Ты тут каким ветром?

Девушка обернулась:

— О, привет, Арт. — Знакомым оказался парень Кос с тетрадкой в руках. — Да вот к курсовой материал собираю. А ты?

— И я. Дед пропуск сделал.

— А мне руководитель, — не стала вдаваться в подробности вроде участия в этом архимага некромантии, менталистка. Потом улыбнулась: — У Кос пропуск тоже, кстати, есть, но она все никак не соберется, от нас сюда очень уж далеко ехать.

— Да из любой из академий не близко, — вздохнул пространственник. — Ладно, ещё по городу можно порталами срезать.

— Предпочитаю менталку, — улыбнулась на это Иль. А потом не удержалась, сняла материальность и провела рукой через тетрадку в руках Арта.

— Ого! Классно. Я и не понял, что ты менталкой.

— Спасибо. Но у Кос, как ты понимаешь, возможности воспользоваться нашими способами нет. А нежить в архив не пускают.

Пространственник фыркнул и попросил передать, что в следующий раз, когда той понадобится в архив, готов помочь некромантке с порталами.

«Дематериализуйся», — коснулась сознания мысль-сообщение от наставника.

— Обязательно передам, — пообещала Иль. И, извиняясь, улыбнулась: — Кажется, мне пора. Рада была тебя увидеть.

— Взаимно.

Менталистка помахала на прощание и растаяла.

Когда Ильда открыла глаза, рядом обнаружился ир Ледэ. Похоже, в себя она опять пришла не сразу.

— С этим надо что-то делать, — покачал головой менталист, убирая ладони с её висков.

— Тренироваться? — потирая затёкшее плечо, Иль села. За неимением лучшей альтернативы вызывать менталку пришлось в одной из аудиторий.

— В первую очередь да. Но, возможно, тебе стоит попробовать что-то из других схем для вызова менталок. «Эрту» ты пока долго не удержишь, но можно подобрать что-то попроще. Я подумаю, что лучше.

— Думаете, дело просто в схеме?

— Такое вполне возможно, — обтекаемо подтвердил магистр ментальной магии. — Хотя, может, это и просто твоя индивидуальная особенность и с другими схемами будет то же самое. Поэтому сама не экспериментируй. А практика… Практика в любом случае лишней не будет.

На пространственнике встречи в этот день не закончились. В столовой с Иль привычно здоровались, она отвечала, но сегодня никто неотвратимо приближающимся Кубком и составом команды не интересовался, так что удалось спокойно взять еду и устроились на привычном месте. Уже когда доедали и неторопливо пили чай, обсуждая прошедший визит в архив, академические новости и неожиданно испортившуюся погоду, их покой был нарушен.

— Чего нам ждать от Посвящения? — сходу поинтересовалась Лира ри Ной, поставив поднос на их стол.

— Ты же на втором курсе, тебе-то зачем Посвящаться? — не поняла сидевшая тут же Тесла, выныривая из своих мыслей.

— Потому что в прошлом году я не была, — терпеливо пояснила верска.

— А у вас в академии его не было?

— Нет.

— Значит, будет, — усмехнулся Ник. С сосланным в Верс деканом ир Шерге в этом сомневаться не приходилось.

— А, ну тогда, сходи, конечно, — немного растерянно согласилась теоретик.

— Так чего ждать-то? — напомнила о своём вопросе переведшаяся второкурсница-теоретик.

— А это от фантазии четвертого курса зависит и того, кто их посвящал, — подозрительно довольным тоном сообщил прикладник. Учитывая, что сам он как раз был на четвертом курсе, похоже, первокурсникам прикладной некромантии стоило готовиться к худшему.

Такой ответ заставил Теслу задуматься. Но, как оказалось, не над тем, что же придумали Ник с однокурсниками.

— Этих перед нами поток посвящал, те ещё выдумщики, но тихие.

— Значит, готовься к тому, что будет очень весело, — резюмировал четверокурсник.

— Одежду, которую не жалко, надевай, — посоветовала Иль. — Лучше старую, чтобы потом выкинуть. И косынку или шарф для волос возьми. Отмываться легче будет.

— Всё так плохо?

— Ещё хуже, чем ты себе можешь представить, но зато есть что вспомнить, — дружно заверили её. Но подробностями своих Посвящений делиться так же дружно отказались.

— А кто в этом году посвящает наших? — задумалась вдруг менталистка.

— Боевики и фундаменталисты, — огорошили её. Девушка уставилась на Ника с укором. Возможно, ему только померещившимся, но всё равно заставившим занервничать: — Что? Кто короткие палочки вытащил, того и проблемы. Всё честно.

— Может и честно, — судя по тону, Тесла в этом очень сомневалась, — но боевики? Ир Вильос вообще в курсе?

— Неа, он в отпуске был, когда тянули, — Ник проблемы в посвящении в студенты менталистов или алхимиков боевыми некромантами не видел или, что вернее, не хотел видеть. Альтернативное развитие событий означало бы, что посвящать кого-то опять будут прикладники, а этого четверокурснику не хотелось: посвящать своих куда проще, чем непрофильников.

— Замечательно! Особенно если учесть традиционные испытания боевиков. Ник, ты серьёзно думаешь, что эти энтузиасты, свято уверенные, что на первом курсе все поступившие уже владеют упокаивающими схемами, менталистов или алхимиков не потащат на полигоны? И что те там не покалечатся⁈

— Сходи присмотри, если так сомневаешься в их благоразумии, — насупился прикладник. Правоту девушки, как минимум частичную, он не мог не понимать, но влезать в это не хотел.

— Чтобы огрести по принципу кто из присутствующих старший, тот и получает максимум проблем? Нет уж, — открестилась почти-магистр, — я лучше просто скажу об этом ир Вильосу. Или Дирка попрошу. А сама уборкой в лаборантской займусь, тем более что давно пора. Пусть тот, кто это разрешил, присматривает.

На самом деле о том, что посвящать менталистов будут боевые некроманты, проректор знал, просто не так давно, чтобы успеть это изменить. Оставалось смириться, приставить к студентам кого-нибудь из молодых преподавателей, того же Дирка, как их куратора, или ир Кроя, как куратора четвертого курса боевиков, а то и обоих, и надеяться, что их присутствие сдержит посвящающих от глупостей. Так в итоге и оказалось: проблемы подкрались, откуда не ждали, а потом уже, как это бывало не раз, пошла цепная реакция, в короткое время превратившая МАН в нечто невообразимое.

Иль про Посвящение помнила. Забыла разве что, что оно состоится именно в субботу утром, но, когда поняла это, отступать было уже поздно: выбраться из корпуса до окончания Посвящения теперь можно было только с препятствиями. Пришлось ретироваться в сторону лаборантской теоретиков.

— Привет. Можно я у тебя посижу, пока это не закончится?

— Началось? — подняла голову от какой-то коробки Тесла. Спохватилась: — А, да, привет.

— Угу. В столовую дверь с улицы была закрыта, я и пошла через корпус. А когда возвращалась, там уже на всех этажах всё перегородили. Я и до тебя-то еле добралась.

— Бывает. Ладно, устраивайся, — подруга махнула в сторону одного из стульев. — Или открыть тебе аудиторию?

— Можно и аудиторию, — поразмыслив, согласилась с таким вариантом Иль. Пояснила: — У меня ещё домашка не доделана. Вызову менталку, слетаю в общагу за тетрадками и пойду в библиотеку. Нематериальной-то парты посреди коридора не проблема, а до библиотеки, думаю, доберусь как-нибудь.

Звучало в целом разумно, особенно если учесть, что меньше двух-трёх часов Посвящение на памяти Теслы никогда не занимало. Скорее уж больше: пока все соберутся, пока объяснят правила, пока сами испытания вся группа пройдёт, пока до следующего места доберутся и там начнут…

— Тогда лучше оставайся тут, — решила теоретик. — После стульев не разогнёшься. Да и кто знает четвертый курс, вдруг завалятся? Вон кресло в углу разгреби и устраивайся.

— Спасибо, — искренне поблагодарила менталистка.

На то, чтобы убрать всё с кресла потребовалось не так уж много времени. Гораздо сложнее оказалось даже ментальной сущностью покинуть корпус. Как-то не подумала она, что в таком виде первокурсники могут посчитать её призраком…

От первой изгоняющей схемы удалось увернуться, от второй укрыться за партой, а, спасаясь от третьей, пришлось нырнуть на этаж ниже. Там, к счастью, было тихо, так что менталистка преодолела коридор, поднялась по лестнице сразу на три пролёта, надеясь хотя бы так обогнуть посвящающих и посвящаемых, но не учла, что групп много и, что хуже, они перемещаются.

От неожиданности, получив всё же «Видер» и не почувствовав от этого ничего особенного, кроме разве что морального урона, от следующей изгоняющей схемы девушка успела увернуться. К счастью, первокурсников вовремя остановила магистр Аделия. Алхимичка, в этом году, похоже, решила лично проконтролировать посвящение своих студентов. Но пробираться мимо них Иль не рискнула, вернулась обратно на лестницу: с того конца коридора тоже доносились голоса, не оставляя сомнений, что там тоже кого-то посвящали.

На лестнице замерла, размышляя как быть дальше. Можно было, конечно, обойти ограничитель на полёты и вылететь через окно или даже сквозь стену, но во дворе уже тоже активно шло Посвящение, так что рисковать она не стала, вернулась к Тесле.

— Передумала?

— Наткнулась на три группы посвящаемых и решила, что встречаться с остальными не хочу, — вздохнула Иль. Вопрос о произошедшем напрашивался сам собой, потому менталистка пояснила: — В меня «Видер» запустили! Словно я низший дух или спир!

— Ты в порядке?

— Своеобразные ощущения, — второкурсница, отчасти из-за этого и не спешащая возвращаться в тело, передернула плечами. — Менталка же вообще другая! Как можно перепутать⁈

Теоретик отложила перо и внимательно посмотрела на подругу. А потом, оставив вопрос без ответа, и схему какую-то использовала. Но та сквозь ментальную сущность попросту прошла. Тогда девушка направила её уже на её тело. Иль вздрогнула, менталка замерцала.

— Эй! Неприятно же!

— Извини. Я просто решила кое-что проверить.

— И как?

— Я отклонений не вижу. Но «Видер» на менталки и не должна действовать, насколько помню?

— Не должна, — согласилась Ильда.

— В общем, возвращайся в тело, там разберемся. — Гостья кивнула и подлетела к телу. Но настроиться для дематериализации не успела: подруга спохватилась, что не ответила на вопрос: — Что до отличий менталки с низшими духами, это ты уже просто привыкла и отличаешь. А между тем, если не иметь опыта столкновений с теми и другими, не приглядываться, да ещё сразу, как заметил, схему бросить, перепутать вполне возможно. Ладно, дематериализуйся. Я пока чай поставлю.

Магистр Аделия Констанция ир Вильос действительно решила в этом году во избежание эксцессов вроде тех, что были в прошлом году у менталистов, проконтролировать Посвящение алхимиков сама. Четвёртый курс фундаменталистов, конечно, принял это не очень радостно, но спорить не рискнул, наверняка опасался её мужа. Впрочем, их мотивы магистра алхимии мало интересовали, главное, чтобы целы остались и дети, и академия, и, как это не парадоксально, четвертый курс фундаменталистов.

Набор этого года оказался подготовлен куда лучше прошлогоднего, порой опасно лучше. При этом варить они сложные зелья умели, но с предсказанием последствий их применения испытывали некоторые сложности, так что с них сталось бы запустить в какую-нибудь иллюзию флакончиком-другим, а попасть в стоящего за иллюзией некроманта. Проще было проконтролировать, чем потом варить лекарства и краснеть перед супругом. Тем более тот наверняка не удержится, и в Посвящение как обычно вмешается.

Сперва всё шло спокойно и даже, как ни странно весело. Хотя что веселого в ползании под партами с сидящей на них нежитью магистр не понимала, но студентам это почему-то нравилось. Ну, по крайней мере, когда они вылазили в другом конце коридора. Видимо, сказывался адреналин. Потом тоже вроде бы от плана не отклонялось. Ошибкой четвертого курса стала попытка напугать первокурсников.

Проректор, из-за отпуска, точнее накопившихся за него дел, к началу Посвящения покинуть башню не успел. Но в самом начале обычно ничего опасного и не происходило, так что пока он не беспокоился. А потом навалились ожидающие подписи или высочайшего решения бухгалтерия-кадры-завхоз-деканаты-библиотека и прочие страждущие. В результате он только и успевал, что поглядывать между посетителями в окно, скрытое за новыми прозрачными занавесочками. Пока всё вроде бы было спокойно. Оставалось надеяться, что если что-то пойдёт не так, он или увидит, или услышит, или о том скажут посетители. Но пока те уверяли, что всё спокойно или по крайней мере в пределах разумного, а не верить им у него причин не было, так что магистр некромантии продолжал работу с бумагами. Ровно до тех пор, пока на лежащей на столе почтовой доске не вспыхнуло сообщение от супруги:

«С тобой всё в порядке?»

Преисполнившись подозрений, Чарльз сделал знак уже открывшей дверь, чтобы доложить о новом посетителе, секретарше подождать и написал:

«В полном. Сижу, работаю. А что?»

«Да так…»

Многозначительность этого ответа заставила его подозрения расцвести бурным цветом, а некроманта мысленно потянуться к оставленному внизу на подсобных работах по кафедре (пол после посвящения кому-то требовалось мыть, да и кроме этого уборки всегда хватало) Гоше.

Заметивший вспыхнувшие алым глазницы скелета лаборант воспринял это спокойно: просто протянул перо и блокнот.

«Что с Посвящением?» — вывел рукой подконтрольного скелета проректор. Получилось кривовато, но читаемо.

Парень пожал плечами:

— Да вроде всё как обычно. Шон, лаборант боевиков, только заглядывал, жаловался, что они все парты в коридоре до углей спалили… Мышовок тоже подпалили, но там защита сработала…

«Разберусь», — написал Чарльз и направил Гошу гулять по академии, забрав блокнот и перо с собой. Мало ли с кем ещё понадобится поговорить.

Посвящение теоретиков проходило вполне традиционно и вполне спокойно. Любимый «снежный ком» с названиями классических трудов теории некромантии, скелетная мозаика, классическое для всех специальностей МАН ползанье под партами по коридору, загадки с подвохами, «Покажи схему»…

Было весело даже Лире, которая ни первый, ни четвертый курс толком не знала. Ровно до тех пор пока в их маленький и уютный мирок не вторгся влетевший в окно огненный шар. Погасить до соприкосновения с полом его четвертый курс и защита академии успели, но хорошего настроения осыпающиеся на них осколки стекла и горящие остатки штор никому не добавили. Как и разрушенные неосторожным движением уже почти собранные скелеты.

Вопли негодования прокатились по аудитории. Четверокурсники выглянули в окно, отследили траекторию полёта схемы и… пошли к боевикам разбираться. Разумеется, вместе с так же негодующими посвящаемыми.

После прошлого года Кора не думала, что будет ещё раз проводить Посвящение — это было традиционной привилегией четвертого курса, так что поступление в аспирантуру подразумевало разве что возможность сходить полюбоваться и позавидовать. Однако судьба и появление в академии непрофильного факультета, посвящать первокурсников которого было некому, привычное течение жизни в МАН нарушило. Впрочем, боевая некромантка, как и большинство её однокурсников, совсем не возражала, как выразился один из аспирантов второго года, «тряхнуть стариной». Да, получалось, что им придётся вшестером посвящать целую группу, но никого это не испугало. В конце концов, им же не непрофильников или теоретиков каких подсунули, а своих родных первокурсников-боевиков. Так что аспиранты-боевики при поддержке аспирантов-прикладников наскоро составили список заданий и локаций, пригнали нежить, «застолбили» полигон поинтереснее, но такой, чтобы никто там не убился, и забыли о Посвящении собственно до дня его проведения.

А вот дальше всё пошло не по плану. Для начала с порога Кору атаковали просьбами дать автограф. И, пока вся группа первокурсников не получила по одному, а то и по два, давать им задания можно было и не пытаться. Потом смущающаяся под преданными взглядами почти тридцати новичков участница Кубка объяснила правила, и они двинулись в коридор, где их уже ожидало классическое испытание с партами и нежитью. Вот только традиционно проходить его боевики, кажется, не собирались… Когда группа добралась до лестницы за спиной у них лежали только пепел, угли и отдельные тельца защищенных кем-то предусмотрительным от огня мышовок. Первокурсники выглядели смущенными. Кажется, такого эффекта они и сами не ожидали.

Двое других аспирантов смотрели на Кору с ужасом понимания, что с ними сделают, и осознанием, как они будут отчитываться перед лаборантом кафедры, завхозом и, скорее всего, ещё и проректором о причинах порчи академического имущества. Девушка и сама уже поглядывала на первокурсников с опаской, но выдавать свой страх собратьям по несчастью, к слову, прикладникам, права не имела. Потому они пошли дальше — к полигону.

По пути их уже должна была поджидать нежить, контролируемая остальными аспирантами-боевиками. Всякие там белочки, крыски… В общем то, по чему попасть сложно и что если что восстановить недолго. Правда, закрадывалось у участницы Кубка подозрение, что для конкретно этих первокурсников белочек будет маловато. Но свою нежить, которую изначально Кора тоже собиралась использовать, было жалко: от огня та, конечно, защищена, но то от огня, а что ещё взбредёт в голову этим бесшабашным, предсказать было сложно.

Как удалось выяснить у заводилы по пути, изначально тот собирался поступать на боевую магию в АБиС. На сочувственное: «Не прошёл?» ей ответили незамутнённо восторженным взглядом и коротким:

— Да не, прошёл, в первой десятке. Но боевая некромантия же интереснее! — В этом как раз девушка была с ним полностью согласна, вот только восторг мальчишки… пугал. — Я как выступление МАН на Кубке увидел, так и понял, что вот она, специальность моей мечты! Я сразу к нашему старшему некроманту пошёл и попросил меня подготовить!

Кажется, волосы на голове у Коры зашевелились.

— А ты откуда? — поинтересовался Чез, аспирант-прикладник.

— Форт Вертесс. Мои родители там служат.

— Ааа. — Что тут ещё сказать, Кора не знала. Форт находился на границе Тилии с Лесами с одной стороны и Вирийским княжеством с другой, так что гарнизон там был смешанный. Были и боевые маги, и некроманты, и просто военные. — А как говоришь, тебя зовут?

— Тор, ну, Тормунд ир Трикс.

— Потомственный боевой маг?

— Ага. В пятом поколении. Ну, был бы. Но дед не возражал, сказал, что кто-нибудь из семи внуков-боевых магов, не мои старшие, так кузены, все равно продолжит династию.

Девушка поёжилась. Чего ждать от юного дарования с такими предпосылками предсказать было сложно. Или наоборот не очень сложно.

Нападение некробелок и некрокрыс первокурсники отбили, кажется, даже не заметив: просто бухнули площадное упокоение и дальше пошли, оставив аспирантов с носом. Кажется, выбранному ими полигону сегодня грозило тотальное разрушение. Однако вести первый курс на более сложный Кора и её коллеги по несчастью не решились: одно дело потом восстанавливать или собирать на замену полсотни скелетов, другое — полсотни умертвий, а также где-то искать упырей.

Их опасения оправдались. Полигон горящие энтузиазмом студенты упокоили и распахали почти полностью. И «почти» только потому что надеявшиеся поначалу на то, что первокурсники устанут, аспиранты сдались и их с полигона утащили обратно в академию.

«Хорошо ещё не сожгли подчистую», — вздыхала Кора после Посвящения, когда вся компания собралась у Теслы в лаборантской.

Тогда она тоже об этом думала, а заодно надеялась, что последнее из запланированных испытаний не обернётся уничтожением уже какой-нибудь из башен МАН, всё же защита на академии была рассчитана и не на такое. Правда, окна были её слабым местом. И надо же было в процессе традиционного перебрасывания схемами Тору настолько промазать! Да ещё попасть именно в окно!.. Вот действительно не первокурсник, а ходячее бедствие!

Злющие теоретики четвертого курса в компании со своими посвящаемыми не заставили себя долго ждать.

Дирк необходимости контролировать боевых некромантов, тем более в компании с магистром ир Кроем, был совсем не рад. У теоретика хватало куда более интересных задач, к парам нужно было опять же подготовиться, да и посмотреть, как его родные теоретики будут посвящать первокурсников, хотелось хотя бы мельком. Но вместо этого волею начальства он вынужден был пытаться сдерживать старшего коллегу-куратора, чтобы тот, кажется слишком близко к сердцу воспринявший предупреждение проректора, не испортил посвящаемым и посвящающим вообще всё веселье.

Четверокурсники тотальным контролем, как и вообще необходимостью посвящать первый курс менталистов, тоже тяготились. И их можно было понять: их первокурсников посвящали аспиранты, и было это наверняка куда интереснее одобренных испытаний вроде опознания предметов с завязанными глазами, «чтения мыслей», а точнее угадывание мнений, и тому подобных.

Впрочем, через какое-то время ир Крою волей-неволей пришлось отвлечься. С его уходом боевые некроманты четвертого курса наконец получили возможность развернуться. Стало в разы веселее, причём всем, и свободнее, что ли? Дирк полёт их фантазии не ограничивал, только контролировал, чтобы происходящее не выходило за рамки разумного, как это, по всей видимости, уже произошло у Коры и остальных — иначе с чего бы магистр сорвался?..

Первыми проректору попались прикладники. Но у тех, даже несмотря на бурную фантазию Кьяра, шло всё достаточно тихо, мирно и по плану. Ну, насколько это вообще возможно. Стоически вытерпев попытки упокоить Гошу, ир Вильос махнул рукой с зажатым в ней блокнотом четвертому курсу и направился вниз, в подвалы. Здесь никого уже не оказалось, хотя парты всё так же стояли. Похоже, посвящавшие повели своих подопечных на полигоны.

На обратном пути Гоше встретились что-то разыскивающие спиритисты, в скелет благодаря старшекурсникам ничем не бросавшиеся. Правда, на вкус Чарльза звучало их предупреждение «Не обращайте внимания. Это магистр ир Вильос, проректор» несколько двусмысленно. Особенно, если кто-то не понимал, что это просто управляемая нежить, а среди первокурсников такие бывали. Подтверждая эту мысль, Сандра ир Крарт, похоже, решившая не отрываться от коллектива и посвятиться в студенты второй раз, чуть слышно фыркнула.

«Боевики?» — продемонстрировал Гоша надпись старосте спиритистов.

— Которые? Те, что менталистов посвящают, с Дирком пошли во двор. А те, которые первокурсники, вроде где-то там же в «Обмен» играли.

Скелет перелистнул страничку:

«Спасибо! Будьте осторожнее».

— Да мы и так.

Вид на двор из окна башни проректора открывался вполне достойный. Поэтому, доведя Гошу до лаборантской теоретиков, до которой было ближе, ир Вильос переключился на происходящее вокруг него самого. Отмахнулся от секретарши, подошёл к окну, отодвинул занавески… И картина открывавшаяся из окна, поплыла, словно кто-то подвесил к шторам иллюзию. Но ничего критичного во дворе не происходило, как и на полигонах. Или по крайней мере с высоты заметно не было. Оставив вопрос об иллюзиях и их нецелевом использовании на потом, вернулся к столу.

Почтовая доска порадовала несколькими сообщениями от супруги:

«Прости, но мои алхимики разнесли аудиторию. Стены там остались, но… боюсь только стены», — гласило первое.

«Я отвела пострадавших и надышавшихся в лазарет, остальных отправила в общагу», — сообщало второе.

«Прости, не думала, что у кого-то хватит сил и знаний сварить что-то настолько опасное», — добивало третье.

«Ты цела?» — написал некромант.

«Конечно. Иначе кто бы тебе это писал? Мой призрак?» — кажется, Аделия была на взводе. Таких сюрпризов от первого курса она явно не ожидала.

Проректор поднялся и направился на её поиски. Нужно было ещё разобраться, что произошло у алхимиков, действительно ли любимая так цела, как говорит, и каким образом боевые некроманты спалили все парты. Да и остальных проверить не помешает.

Дирк встретился ему на полпути к стадиону, в районе которого Чарльз ещё сверху заметил необычное оживление.

— Вы закончили? Без эксцессов?

— Да, отпустили менталистов отмываться, — успокоил теоретик.

— Уже хорошо. Боевиков не видел?

— Сам ищу. Они вместе с теоретиками, говорят, куда-то ушли.

— Ясно, — проректор продолжил путь. Юноша молча пристроился следом.

Первые крики донеслись до них, когда до стадиона оставалось ещё минут пять неспешным шагом. Некроманты переглянулись и ускорили шаг. Вскоре стали различимы и слова:

— Давааай!

— Выше, выше!

— Да прыгай ты, прыгай!

Понять по ним что-то было сложно, вариантов хватало, так что ир Вильос ещё ускорился. Правда, через пару минут заметил наверху трибуны профиль ир Кроя и торопиться перестал. Едва ли магистр позволил бы студентам что-то из ряда вон: предупреждению он явно внял. Хотя бы ради этого стоило пойти ему навстречу и разрешить оставить того Ищущего.

{Немного раньше}

После появления теоретиков все в посвящении боевых некромантов окончательно пошло не по плану. Безобразная драка посвящавшим была не нужна. Так что, чтобы как-то отвлечь и готовых поколотить создателя огненного шара теоретиков, и готовых защищать своего однокурсника боевиков Чез не придумал ничего лучше чем перенаправить их энергию в более конструктивное русло, а именно как устроить соревнование между посвящаемыми двух факультетов. Идея пришлась по душе. Остатки здравого смысла подсказывали взбудораженным посвящением и происшествием первокурсникам, что за драку им прилетит и прилетит не слабо. Все сразу задумались, как же это устроит, потом кто-то предложил некробаскетбол, кто-то возразил, что столько скелетов для первокурсников они быстро не найдут… В итоге один из теоретиков четвертого курса предложил мышовковые бега, аспиранты с таким вариантом с радостью согласились, так что повели всех на стадион, пока староста теоретиков и двое её однокурсников постарше бегали за собственно мышовками.

— Суть мышовковых бегов проста: берутся мышовки, поднимаются и контролируются, выигрывает та команда, мышовки которой придут к финишу быстрее, — ёмко описал Чез основные принципы старой некромантской игры, которую иногда устраивали преподаватели, когда требовалось проверить, как студенты усвоили схемы контроля.

— Время начинает отсчитываться от того момента как мы вам их выдадим, то есть свою роль играет и то, как быстро вы их соберете и поднимете, — уточнил один из теоретиков четвертого курса. — Забег, разумеется, не по прямой, а по сложной траектории с препятствиями, так что своей нежитью вам придётся управлять. Сразу предупреждаю, участвуют только те, кто умеет подобное. Такие, уверен, в обеих группах есть?

Такие действительно были. Не большинство, но по десять человек в каждой нашлось. И это только те, кто ответил уверенно, а ведь были и те, кто в принципе схемы знал, но в своих силах был не уверен! Набор в этом году, похоже, был сильным и изначально опытным в некромантии.

Расставление препятствий заняло первокурсников на время, пока ждали отправленных за мышовками. Причем и тем и другим хотелось максимально усложнить жизнь конкурентам, так что о том, что им и самим проходить эту же полосу препятствий они то ли забыли, то ли просто не подумали. Вышло сложно даже на взгляд посвящавших, но ничего менять они не стали. Хочется первому курсу усложнить себе жизнь, ради всех богов.

За старостой теоретиков следом прибежал взмыленный и злой как демон магистр ир Крой. Впрочем, обнаружив, что ничего крамольного на стадионе не происходит, боевик очень удивился и тут же успокоился. Однако не ушёл, предпочтя остаться и проконтролировать. На субъективный взгляд Коры с этим он опоздал на пару часов.

Как это обычно делали для мышовковых бегов, из корпуса теоретики притащили не тушки, а скелеты, пусть рассортированные по коробочкам, но не скреплённые. Лица многих студентов при виде «такой подставы» вытянулись. Похоже, слово «соберете» они то ли не услышали, то ли не поняли.

Опыта у первокурсников было ещё мало, хотя, конечно, те, кто умел нежить контролировать и собирать её на базовом уровне умел, но, во-первых, хвост у мышовок был куда длиннее привычных мышинных, а во-вторых, одно дело уметь собирать, другое — уметь делать это быстро. Так что аспиранты и подтянувшиеся зрители вдоволь повеселились. Особенно, когда оказалось, что некоторые перепутали правые и левые лапы, что не могло не сказаться на скорости. Пересобрать уже поднятую нежить было нельзя, только собирать заново новую, так что невнимательных это тут же отбросило на шаг назад. Их одногруппники скрежетали зубами, но что они могли поделать? Сами они не умели и этого.

В управлении первый курс тоже оказался не слишком искусен, взятую под контроль нежить мотало из стороны в сторону — в лапах некроманты явно путались, а хвост вообще в большинстве не использовали. С такими вводными мышовковые бега грозили превратиться в мышовковый цирк: как оказалось, по прямой передвигались некросоздания ещё более-менее, на поворотах и подъемах заносило их куда существеннее. А уж что творилось, когда оказалось нужно прыгать…

— Кто выигрывает? — поинтересовался проректор, подсаживаясь к ир Крою.

При ближайшем рассмотрении шум оказался вызван попытками управляемых мышовок штурмовать поставленную в качестве препятствия бочку с водой. Лазили те хорошо (по крайней мере обычно и у опытных некромантов), а вот плавали не очень, так что уже несколько учебных пособий бултыхались в воде, пытаясь подгрести к «берегу». Другие, более везучие, в это время пытались первыми пролезть в туннель, но мешали друг другу. Судя по собравшимся на трибунах и цветным лентам на скелетах, соревновались два факультета. Среди зрителей хватало и старшекурсников, видимо, забредших на шум.

— Теоретики, — поморщился тот. — Они мышовок быстрее собрали и лапы местами не путали.

— А чья была идея?

— Не знаю. Когда я пришёл, они уже разбирали материал, — честно признал боевой некромант.

— Понятно. Присмотришь за ними, пока я найду фундаменталистов? Не нравится мне то, что от них до сих пор единственных ни слуху, ни духу…

— Они на десятый полигон ушли, — вспомнил поднявшийся на трибуны следом за начальством Дирк.

— Проверишь?

Было заметно, что теоретику хочется отказаться и посмотреть, что выйдет из состязания, но чувство долга возобладало, и он кивнул.

Уже по дороге обратно к корпусу — десятый полигон лежал аккурат с другой стороны — Чарльз поинтересовался у теоретика, не видел ли он Аделию. Но тот только головой покачал, потому пришлось искать супругу самому. Впрочем, недолго. Та нашлась в лазарете, где то ли гоняла по технике безопасности, то ли распекала одного из студентов, закопченного (как и она сама) и слегка обгорелого блондина.

— Итак? — взглядом ощупав алхимичку и убедившись, что та цела, обманчиво спокойно поинтересовался проректор МАН.

— Вот полюбуйся. Роберт ри Кунс, наш подрывник-недоучка. Испугался скелета белки и разнёс аудиторию. По крайней мере, так утверждает.

— Какую? — прагматично уточнил магистр некромантии, очень надеясь, что не одну из алхимических, где стеклянного оборудования и ингредиентов было не на один ремонт в лекционных.

— Сто шестнадцатую.

— То есть лекционную. Уже легче. Продолжай.

— Ну а что продолжать? Испугался, бросил зелье, я едва успела щит усилить на детях. Хорошо ещё поставила его раньше. Если бы с нуля ставила, травмированных было бы больше. Старшекурсники-то все с физическими щитами, их бы и так не задело, а вот младшие…

— Что за зелье, кто варил?

— Я сам! — хмуро глядя на академическое начальство, с вызовом заявил мальчишка.

Чарльз посмотрел на Аделию:

— Жидкий огонь, — «обрадовала» та. — Ослабленный, правда.

— Разве его может сварить первокурсник? Самостоятельно?

— Ну, я же сварил.

— Самостоятельно или нет, мы потом разберемся, — пообещала алхимик. — Сейчас интереснее, как он додумался в замкнутом пространстве, рядом с деревянными столами и, что важнее, на нежити его применять!

— Не подумал.

— Скорее примечания не читал. Или читал, но это зелье подвернулось первым! — она взглядом указала на выставленный на тумбочке набор разноцветных флакончиков. — Это все его.

— Таак, — протянул некромант. — Эти тоже сами варили?

— Сам, — с гордостью в голосе подтвердил мальчишка.

— Ну а раз сами, то сами и отвечать будете.

В результате зелий первокурсник был лишён, причём не только имевшихся с собой, но и тех, что были у него в комнате — тут проректор с супругой не поленились сами сопроводить его до общежития. Вместе с зельями до «как минимум „хорошо“ за технику безопасности в общем и отдельно по каждому из обнаруженных зелий» было конфисковано и оборудование. Тем более держать то в общежитии вообще-то само по себе было нарушением. Хотя некромант не поручился бы, что у других алхимиков его не было.

— Нужно будет ещё сказать лаборантам, чтобы в лабораторию его не пускали ни при каких условиях, — заметил Чарльз, уже когда они возвращались в корпус. Следовало посмотреть, что там с разнесенной аудиторией, а потом проверить всё же фундаменталистов. Да и прикладников со спиритистами, если те ещё не закончили, не помешает.

— Это я уже давно сделала, — заверила его Аделия. — Первокурсникам без преподавателя в лаборатории делать нечего. Всем без исключения. — Со стороны стадиона послышался подозрительный шум. Проректор оглянулся. Алхимик вздохнула: — Иди.

— Ты точно в порядке?

— Точно. И завхозу могу про аудиторию сама сказать.

— Не стоит. — Реакцию завхоза Чарльз представлял. Впрочем, тот давно поговаривал о ремонте в том числе и в разнесенной аудитории… Некромант бы не удивился, если ключ именно от неё был отдан лаборантами посвящавшим с расчетом как раз на то, что случись нечто вроде произошедшего, хотя бы не так жалко. — Лучше отдохни. Загляну к тебе как освобожусь.

Женщина кивнула.

На стадионе бурно радовались победе теоретики. Боевые некроманты проигрыш приняли на удивление неплохо, но обещали взять реванш в следующий раз. Оставив их договариваться о времени и месте, проректор отправился на поиски пропавшего следом за фундаменталистами Дирка.

Какого же было его удивление, когда на десятом полигоне среди бела обнаружилось излюбленное соревнование некромантов-экстремалов в просторечии именуемое некромант-щит-гитара. Суть его заключалось в том, чтобы удерживать контроль над атакуемым нежитью щитом, одновременно играя на гитаре, и при этом не сбиваться. Первокурсникам в качестве послабления разрешалось участвовать парами, что, впрочем, мало кто делал. Атакующая их нежить была сплошь скелетами, но опасности подобных развлечений это не умаляло.

Дирк развёл руками:

— Я не стал вмешиваться. Отвлечёшь — хуже будет.

С этим поспорить было сложно. Пришлось устраиваться на бревне и следить за попытками студентов допеть хотя бы одну песню. Старшие — аспиранты фундаменталисты, спиритисты и теоретики — их, надо признать, страховали, так что добраться до горе-участников нежить не успевала, неизменно натыкаясь на щит. Но ставили тот все время на разном расстоянии, причём довольно близком. Первокурсникам, что удивительно, кажется, даже нравилось.

— Адреналин знаете какой? — пожал плечами на замечание Чарльза Дирк. — Да и традиция.

— Вас тоже так посвящали?

— Много кого так посвящают, — ушёл от прямого ответа теоретик. — Но это добровольно, никого не заставляют, если не хочет. Другое дело, что один-два экстремальщика на каждом курсе находятся, а там и остальные решают «а чем я хуже». Но потом мало кто жалеет. У вас такого не было?

Проректор покачал головой. Потом негромко заметил:

— У прикладников обычно нужно что-нибудь найти, для антуража, чаще всего, не где-то в академии, а на учебном кладбище. Ну а пока студенты ищут, на них нападает какая-нибудь небольшая, но многочисленная нежить, по которой с испуга ещё попасть нужно умудриться. Площадных схем на первом курсе обычно не знают, приходится по одной упокаивать, а если это белки, то они и высоко, и верткие, и шишками с подачи контролирующих старшекурсников кидаются жутко больно.

— Спорный вопрос, что неприятнее: ваш вариант или вот этот, — кивок на очередного устроившегося на пеньке несчастного.

Тут их наконец заметили — или просто наконец до них добрались? — проводящие посвящение.

— Магистр? — осторожно осведомился заводила-фундаменталист.

— Заканчивайте, Клаус. Детям сегодня ещё на пары, а до этого нужно успеть отмыться.

— Да мы и так.

— Вот и заканчивайте, — магистр некромантии поднялся. Повернулся к Дирку: — Присмотришь?

Тот кивнул и снова устроился на бревне.

Проректор же направился в академию. Его наверняка ждали подсчитывающие убытки лаборанты и все те страждущие, кого он оставил дожидаться себя в приёмной.

Когда появился Гоша с красными огнями в глазницах и блокнотом с пером в костлявых руках, Иль и Тесла пили чай. Нацарапав и продемонстрировав им корявую надпись: «Гоша останется тут», проректор контроль над своей нежитью отпустил. Скелет замер, а потом отошёл в угол и там встал.

— Похоже, проректор с его помощью следил за Посвящением?

— Похоже, — согласилась теоретик. — А потом решил, что пора вмешаться лично, вот и отправил его в ближайшую лаборантскую. Разумное решение, если учесть, что сейчас по академии бегает куча кидающихся «Исате» первокурсников.

Менталистка кивнула и вернулась к теме, наиболее сейчас Теслу волновавшей — все сильнее приближающейся, пусть пока и не назначенной, защите на магистра. По ходу разговора Иль узнала много нового: подводных камней и сугубо процедурных моментов в достижении магистерского статуса хватало, причём порой самых неожиданных.

— Хуже всего, что многое нигде официально не оговаривается. Так заведено, все это знают и этим руководствуются. Те же предзащиты, которых официально нет, а в реальности есть… Да много всего на самом деле, — Тесла вздохнула. Было заметно, что ей давно хотелось кому-то выговориться. — При этом сама защита — это, как говорят, во многом формальность. Устоявшаяся за время процедура, порядок которой все соблюдают, прекрасно зная, каков будет результат: тех, кто защититься не сможет, отсеивают ещё на этапе приёма рукописи и предзащиты.

— Предзащиты, которой официально нет?

— Ага. Вот только она есть, и хорошо, если одна. А всё потому что не в интересах диссовета проваленные защиты. Это логично, но… Как же я уже от всего этого устала!

Тут ввалились теоретики четвертого курса, которым не жить, не быть срочно потребовались скелеты мышовок.

— Вы же заявку заранее писали, не могли сразу указать? — ворчала Тесла по пути в аудиторию, где те лежали.

— Это было до того, как боевики испортили нам посвящение! — сверкая глазами возразила староста.

— И вы решили за это натравить на них мышовок? — остановилась почти-магистр.

— Неее, что мы с ума сошли, что ли? Чез мышовковые бега предложил.

— Это как? — нахмурилась следующая за ними менталистка.

Успокоившаяся Тесла открыла-таки аудиторию и направилась к шкафам с материалом. Пока девушка искала нужные коробки, Иль вкратце объяснили, что из себя представляют мышовковые бега.

— А можно я тоже попробую? — осторожно спросила участница Кубка.

Подруга безропотно вытащила ещё одну коробочку со скелетом, потом, подумав, добавила к ней вторую.

— Пошли в лаборантскую, а то мало ли кого ещё зачем принесёт, — решила теоретик.

Четвертый курс, снабженный тридцатью мышовками (зная первокурсников лучше было сразу выдать с запасом), уже унёсся, оставив их вдвоём. Ильда кивнула и последовала за ней.

— Тебя схемам управления-то кто-нибудь уже научил? — спохватилась Тесла, когда второкурсница умело собрала мышовку.

— Ник летом показал после рекламной съемки, — кивнула Иль. — Но я только с мышами пробовала.

— Принцип тот же, да и строение похоже. Нужно только про длинный хвост не забывать. В общем, поднимай и бери под контроль. — Это было делом техники, вскоре Иль уже смотрела глазами мышовки. Тесла поставила посреди кабинета стопку книг. — Самое сложное: прыгать и плавать, остальное по сравнению с этим ерунда. Попробуй не перебраться, а именно перепрыгнуть.

Это оказалось неожиданно непросто, особенно, когда подруга добавила вторую стопку и поставила задачей перепрыгнуть обе по очереди.

— У скелетов нет мышц, поэтому прыжки и даются сложно, — пояснила девушка со смешком, когда мышовка в очередной раз распласталась на верхнем фолианте. — Плюс сложность расчёта расстояния и силы толчка. Поэтому лестницы — отдельная боль даже опытных некромантов, управляющих не умертвиями, у которых мышцы как раз есть, а именно скелетами.

— А плаванье?

— А к плаванью мышовки, как и большинство нежити, просто не приспособлены.

Следующим к ним пришёл Ник, как-то угадавший, где искать Иль. Та к этому моменту уже осваивала лестницы из книг. И если с подъемом уже было более-менее, то со спуском все ещё сложно. Лапы путались, хвост так и норовил за что-нибудь зацепиться.

— Чем это вы занимаетесь?

— Наши с боевиками устроили мышовковые бега, вот Иль и заинтересовалась, — пояснила теоретик. — Идти смотреть я её отговорила, едва ли первый курс им приличные бега устроит, а не ковыляния с трудом контролируемой и криво собранной нежити.

— Это да, — согласился Ник, глядя на то, как менталистка заставляет свою мышовку перепрыгивать со стопки на стопку. Получалось уже вполне пристойно. Впрочем, и собрала мышовку девушка правильно, и опыт управления у неё уже был. — А Гоша вам зачем? Решили с человеческим попробовать?

— Это ир Вильос привёл. А потом не до него стало, видимо. Ну я и приспособила к уборке, — отозвалась Тесла, как-то перезадавшая любимому учебному пособию проректора цель. То теперь усердно оттирало заляпанную чем-то в незапамятные времена стену.

Второй пришла чумазая, но довольная Сандра, тут же отправленная мыться и переодеваться. Гоше же была вручена швабра и обозначен новый фронт работ.

Стоило спиритистке выйти, подтянулись и Лира с Корой, посвящения которых неожиданным образом объединились. Девушки были полны впечатлений от мышовковых бегов и того, что на них устроили первокурсники: Лира как второкурсница для более честного соревнования от участия отказалась. Все вышло примерно так, как и говорила Тесла, но Иль все равно пожалела, что не пошла посмотреть.

— Они договорились о реванше после студ. осени, так что насмотришься ещё, — успокоила её Кора. — Едва ли с контролем у них к тому времени станет намного лучше.

Последним пришёл чем-то довольный Дирк.

— Я нашёл себе новую полевую гитару! — почти сразу разрешил вопрос о своём настроении теоретик.

— Та совсем все? — вздохнул Ник, за утопление гитары и ответственный.

— Ну, не совсем, мастер постарался, но звучит не очень, так что я её для экспедиций с риском промокания оставлю, а эту на полевые практики брать буду.

Говорить Дирку о том, что три гитары — а у того была ещё и концертно-домашняя — это уже перебор, никто не стал. Резон в разделении на домашнюю и полевую, как показало исследование аномалий, действительно имелся. Может, и такое было вполне обоснованным. Так что приятеля поздравили, и принялись расспрашивать, как прошло посвящение у менталистов.

— Ир Крой, как оказалось, при достаточной мотивации — тот ещё зануда, — пожаловался теоретик. — Хорошо, что в какой-то момент он вынужден был отвлечься на аспирантов.

— Ага, прибежал к нам словно на пожар, — закивала Кора. — А мы что? Эти первокурсники сами кого хочешь доведут! — И пустилась в живописание подробностей.

Лира её рассказ дополняла как могла, порой отклоняясь в сторону своего посвящения, а тут ещё и Сандра вернулась. За соседкой следовала Кос, как оказалось, решившая посмотреть посвящение своих, а потом и поучаствовать, так что тоже вынужденная после отмываться. Им тоже было что рассказать. Как, впрочем, и остальным, из-за чего Тесле даже пришлось их выгонять, чтобы подготовить пары. Правда, потом ей предложили сходить пообедать всем вместе, время было уже как раз обеденным, так что пришлось девушке сдаться и последовать за приятелями. В конце концов учиться сегодня всё равно никто в МАН толком не будет. А вечером вся академия и вовсе будет гулять. Так, собственно, и оказалось.

Надо отдать должное преподавателям, они честно пытались дать студентам запланированный на сегодня материал. У супруги ир Ледэ это даже получилось: посторонние ментальные разговоры она как менталист умела отслеживать, потому вскоре на лекции установилась идеальная тишина, в том числе и на ментальном уровне. На практике у неё никто уже и не пытался обсуждать Посвящение: сегодняшние лекарские схемы отличались сложностью, поэтому отвлекаться попросту было чревато очередной утратой стабильности.

У Дирка возможностей миледи ир Верс не было, да и настроения вести пары тоже, потому на семинаре по теории некромантии он решил отойти от сегодняшней темы и обсудить основные принципы теории контроля нежити, а на практику второй подгруппе дал, говорят, самостоятельную, после которой никого не стал задерживать. Второкурсники такому ходу событий только обрадовались, да и сам Дирк поспешил в общежитие, где его уже ждала новоприобретённая гитара и весёлая компания.