Исследование аномалий продвигалось… Скажем так, оно продвигалось. И это уже было хорошо, потому что, судя по тому, что ему сообщали коллеги через почтовых призраков, у многих из них дела шли не очень. В основном из-за каких-то дурацких накладок, вроде бегающего по болоту упыря с застрявшим в нём артефактным мечом, образующим аномальный фон. Или утопленных по дурости весел, замену которым пришлось вырезать, вспоминая прикладные столярные заклятья, потому что ни у кого инструментов с собой, разумеется, не было. Были и вовсе банальные причины вроде отмен дилижансов, изменений графика работы порталов, сломавшейся повозки, подвёрнутых ног. В общем штатно всё шло только в давно сработанных опытных командах, которые, к сожалению, можно было пересчитать по пальцам одной руки. И то, как подозревал проректор, «штатно» в их понимании содержало примерно те же накладки и проблемы, что возникали и у других, просто справляться с ними у опытных «полевиков» выходило быстрее и лучше, а отчитываться о них начальству они и вовсе не считали нужным. Оставалось только порадоваться, что решать все проблемы с перетасовкой расписания перелётов дилижанса академии и пересогласованием с Советом аренды их дилижанса, предстояло остающемуся на посту ректору. А у Чарльза и своих проблем хватало. Например, как раз таки совершенно банальных.

— Ну что? — спросил он у до того склонившегося над колесом возницы.

— Что-что? Менять надо, — худощавый мужчина вздохнул. Похоже, расписание шло коту под хвост.

— А, если скрепить магией, выдержит до деревни? — поинтересовался некромант больше для проформы. Выдержит или не выдержит, а сколько-то всё равно продержится. У них, в конце концов, тоже расписание, из которого они уже на два дня выбились, потратив лишние на исследования в первом случае просто с непривычки, а во втором из-за погоды: не мерять же фон в грозу?

— Да кто ж его знает. Не попробуете, не узнаем, — как-то сразу приободрился возница.

Это решило дело.

До деревни влитой в схему силы действительно хватило. А вот потом у колеса подломились сразу три спицы. Но возница только рукой махнул: здесь уже были и кузница, и почтовая станция, где наверняка были запасные колеса. Распрощавшись с ним, некроманты заглянули в местную таверну пообедать — место по летнему времени не слишком бойкое — и направились в сторону аномалии.

— Далеко тут? — поинтересовалась Кора.

— К вечеру доберёмся, — заверил её ир Вильос, складывая магическую карту. — Если погода не испортится.

Погода, видимо, извиняясь за недавнюю грозу, портиться не торопилась, так что к вечеру они действительно добрались до аномалии и разбили лагерь на полянке неподалеку. По северному медленно смеркалось.

— Чарльз, — окликнула неотрывно глядящего на запад коллегу ир Миотте.

— М?

— От того, что ты будешь его гипнотизировать, солнце быстрее не сядет, — заметила некромантка обманчиво серьёзно. И уже другим тоном пояснила свой интерес: — Ужинать иди. Успеешь ещё почту послушать-почитать.

Он понимал, что она права, к тому же, они сейчас были гораздо восточнее большиства коллег, а значит раньше, чем через час-два ждать почтовых призраков не стоило. Но всё-таки хотелось какой-то определенности. Хотя бы узнать, как выбрались из своего медвежьего угла ир Ншар и её спутники, нашли ли причину искажения фона ир Сортай с группой и что же было в буйной аномалии у ир Крарт и ир Гени. Да, они оба опытные некроманты, но всё-таки Камилла — спиритист, а ир Гени уже немолод. Надежды на поехавших с ними младших коллег у ир Вильоса не было: Лидия даже как прикладник никогда не блистала, а Элиот и вовсе массовиком-затейником был куда лучшим, чем некромантом. Конечно, они всегда могли вызвать подмогу из Серина, но для этого сперва нужно выбраться из аномалии — отсечение связь почти полностью глушило. Всё-таки артефакты им выдали не самые мощные.

— Если произошло что-то из ряда вон, архимаг бы с тобой уже связался: он-то призраков днём вызывать может, — напомнила Элизабет.

Признав её правоту, проректор оторвался от дерева на опушке и следом за ней направился к лагерю, где Кора уже вовсю раскладывала еду. Выглядело аппетитно, но её вкуса Чарльз даже не почувствовал, наскоро заглотив свою порцию и снова поднявшись.

— Всё нормально? — с беспокойством спросила боевая некромантка, проводив его взглядом.

— Надеюсь. Просто иногда самое сложное — положиться на других, — глядя на удаляющуюся в сторону опушки спину, вздохнула нечистоведка.

Едва дождавшись, когда солнце окончательно сядет, магистр вызвал первого почтового призрака, послав его к ир Крарт. Однако тот адресата не нашёл. Похоже, спиритистка была в аномалии. Повторив то же с ир Гени, проректор убедился в этом предположении и уже хотел отправить посланца к супруге, когда появился первый вестник от других групп. На этот раз писал ир Сортай, у которого всё как раз было вполне спокойно, разве что они опять встряли с расписанием и теперь вынуждены были сидеть в каком-то маленьком городке почти на границе с Леонией ещё два дня, пока не откроется портал в столицу — декана ждала приёмная кампания. Передав ему с тем же призраком просьбу известить о задержке ректора, Чарльз хотел снова попробовать связаться с подругой, но его отвлёк следующий призрак.

— Можно ложиться или мы будем ещё сегодня работать? — поинтересовалась Кора у оставшейся у костра преподавательницы, когда посуда была перемыта.

Парни тоже оторвали взгляды от тарелок.

— Ложитесь, — посмотрев в ту сторону, где скрылся ир Вильос, разрешила ир Миотте. День выдался длинным, а спокойно поработать проректору наверняка опять не дадут, да он и сам сосредоточиться едва ли сможет. — Подъём в восемь. И настраивайтесь на то, что мы, скорее всего, будем без обеда: нужно проверить щиты и наружный фон, а аномалия тут большая.

Кивнув, девушка ушла к их палатке. Магистр же, посидев ещё немного у костра, не вынесла неизвестности.

— Есть новости?

— Призраки не находят ни ир Крарт, ни ир Гени, ни Лидию с Элиотом, — сразу сообразив, что именно её интересует, отозвался проректор.

Это было вполне объяснимо.

— Скорее всего, они в аномалии. Наверное, заканчивают с зачисткой.

— Даже если так, неужели так сложно ненадолго выйти и отправить призрака с парой слов⁈

Чарльз и сам понимал, что если сил в резерве на донышке уже не до призраков, но ничего поделать с собой не мог. Права была коллега — полагаться на других было сложно.

— Иди спать, — посоветовала некромантка. — Если призрак появится, всё равно разбудит.

— Какой-нибудь однозначно появится, так что лучше посплю утром.

— Как хочешь. Подъём в восемь, — она направилась к лагерю.

Мужчина проводил её взглядом и снова вызвал почтового призрака.

К утру новостей от Камиллы так и не появилось. Перебравшийся к костру — ночью похолодало — некромант ближе к рассвету всё же задремал, так что проснулся, когда вызывать призрака самому было, конечно, можно, но уже энергоёмко. А он уже и так слишком за ночь порасходовался. Некромант выругался. Прошёл до палатки женщин, остановился, но, будить не решившись, вернулся к костру. По дороге заглянул в хозяйственную палатку за перекусом.

— Всё так же? — шепотом спросила, выбравшись из палатки, Элизабет. Видимо, то ли его шаги, то ли звук звякнувшей кастрюли её разбудили.

Чарльз кивнул и попросил:

— Можешь попробовать, пока солнце не встало?

Теперь кивнула уже она. Села ровнее, сосредоточилась и резко выдохнула заклинание, вплетая силу в схему. Надиктовала короткое сообщение появившемуся призраку и, когда тот растаял, прислушалась к себе и своему резерву. Но силу для материализации в другом месте так и не потянуло.

— Глухо.

Магистр выругался и потянулся к висящему на шее артефакту. Замер, словно сомневаясь, а потом всё же положил пальцы на гладкую поверхность. Но активировать, чтобы связаться с группой в Серине, не успел:

— Ты не можешь использовать его сейчас. По крайней мере пока мы сами ещё не знаем, что у нас в аномалии.

— Проклятье! — выдохнул проректор. Она была права. Но как же он, к демонам, ненавидел сейчас эту её правоту!

Если аномалия была буйной и они её всколыхнут, не справятся с нежитью, при этом оставшись без связи, ситуация может выйти не лучше чем тогда под Версом. Могут пострадать и они сами, и местные, и боги знают кто ещё: нежить не знает усталости и, вырвавшись за пределы аномалии, может устремиться в любую сторону.

— Уверена, они уже нашли способ поставить кого-нибудь в известность, если что-то случилось.

— Если у них была такая возможность. — Помедлил, но снова взялся за артефакт: — Я должен известить архимага. Аномалия подождёт.

— Ты должен в первую очередь думать о собственной задаче. Чарльз, она и моя подруга тоже, но…

Сдёрнув цепочку с шеи, ир Вильос сунул ей в руки артефакт. А потом выдохул заклинание, вплетая остатки энергии в схему вызова почтового призрака:

— Группа ир Крарт перестала выходить на связь. Проверьте их. Код аномалии С-три-пять-восемь.

Дождался оттока энергии извещающего, что призрак успешно материализовался, а значит наверняка передал сообщение, и только тогда позволил себе опереться на подставленное плечо ир Миотте. Женщина хмурилась.

— Не свалишься, если я схожу за восстановилкой?

— Я не настолько вымотан, чтобы падать, — отрезал мужчина. Но, когда она встала, вцепился в бревно, на котором сидел.

— Я быстро.

Она действительно вернулась достаточно быстро. При свете костра отмерила необходимое количество капель в кружку, щедро плеснула туда воды из фляги и протянула ему, при этом не спеша отдавать посудину в руки.

— Я что настолько дерьмово выгляжу? — проглотив лекарство, проворчал некромант.

— А сам как думаешь? Сколько раз ты посылал к ним призраков? Шесть или семь, раз пробовал всех четверых?

— Я не считал, но где-то так, — согласился он. — Они не так далеко от нас, чтобы это было проблемой.

«Не так далеко» было с другой стороны от Серина, почти у границы Синей провинции с Вирийским княжеством.

— Твоё «не так далеко» от нас немногим ближе Тиля, — сочла необходимым заметить она. — Иди спать. Архимаг разберётся.

Чарльз покачал головой и зачем-то поправил:

— Ректор. — В ответ на непонимающий взгляд пояснил: — Я послал призрака к ректору. Архимаг сейчас в Жёлтой провинции.

— Ну значит ректор, — покорно поправилась ир Миотте. И попыталась ободрить: — Как бы вы друг к другу не относились, специалист он неплохой. И в ситуации разберётся.

Ему хотелось в это верить, но жизнь слишком часто убеждала его в обратном. Будь у него побольше сил, ир Вильос предпочёл бы всё же связаться с архимагом, пусть и через всю страну.

— Надеюсь. Никогда не прощу себе, если с ними что-то случится.

— Чарльз, они все взрослые некроманты, двое из них магистры, двое аспиранты… — начала было нечистоведка.

— Это я формировал группы!

Она тяжело вздохнула и замолчала, явно подбирая слова. Но так и не смогла подобрать таких, которые бы действительно помогли. Реально тут могли помочь только новости, ждать которых предстояло, по всей видимости, не раньше следующего заката. Просто потому что даже если прямо сейчас ир Шрот передаст информацию боевым некромантам в Серин, а те сразу выдвинуться в нужную аномалию, то, пока они найдут в ней злополучную группу, пока её вытащат, пока окажут, если она нужна, помощь, солнце в любом случае успеет встать. Со столицей они с помощью артефакта, предположим, свяжутся в любое время суток, и ректор узнает всё самое позднее к обеду, но днём почтового призрака вызывать, как и использовать артефакт, он не станет. Первое слишком энергоёмко, хотя как раз ир Шроту по силам, а второй нужен для крайних случаев.

— Может, Аделия напишет?

— Она не так часто сейчас бывает в академии, так что, даже если о произошедшем станет известно преподавателям, она это вполне может узнать только к концу недели.

Ир Миотте не стала напоминать, что он может попросить жену узнать. Если сам коллега такой вариант не рассматривал, значит тому были причины. Например, нежелание лишний раз волновать супругу или сталкивать её с ректором.

— Иди ложись, — когда окончательно рассвело, подтолкнула Чарльза к палаткам подруга. Правильно поняв его сомнения, заверила: — С внешним фоном и щитами мы без тебя справимся. От тебя с нулевым резервом всё равно толку мало.

Новости действительно появились после заката. Первым материализовался посланник от одного из боевых некромантов, разумеется, с проректором МАН знакомых. Это он не знал, кто из них в Лесах, а кто выделен для поддержки исследования аномалий, и тем более кто в каких городах, а они могли таким не заморачиваться.

— Живы, — выдохнул проректор, прочтя послание — устные требовали больше сил, так что его корреспондент передал сообщение письменно. Преподавательница не сдержала вздоха облегчения. — У всех магическое истощение, Лидия почти на ровном месте сломала ногу, поэтому они задержались.

— От неё подобного вполне можно ожидать, — согласилась нечистоведка. — Ещё что-то есть?

— Только уточнение, что из аномалии их забирали боевики. Что, согласись, внушает подозрение, что не всё там было так гладко.

— Главное, что живы. С остальным разберёмся, когда приедем.

Вторым появился призрак от ещё одной группы. И только третьим — от ректора. Этот послание озвучил. То было до безобразия коротким и сводилось к тому, что вместо того чтобы разводить панику на пустом месте проректору стоило бы заняться своими аномалиями. Намёк «а лучше и вовсе вернуться в столицу» за этим читался легче лёгкого. Ир Вильос заскрежетал зубами.

— По крайней мере он оперативно среагировал.

Тут не согласиться было сложно.

— Ладно, с этим разобрались. Что там у нас с фоном и щитами?

— Кора, твоё мнение? — зачем-то уступила слово преподавательница.

— Щит в порядке. Снаружи с фоном все нормально. Но, думаю, она неспокойная.

— Почему?

— Не знаю. Считайте интуицией, если хотите.

Ир Вильос перевёл взгляд на коллегу. Та указала на Винсента — их спутника-теоретика. Пришлось кивнуть ему. Тот высказался в похожем духе, только уже с какими-то признаками, но настолько сугубо теоретическими, что даже магистрам понять о чём речь оказалось сложно. Оставался последний член команды.

— Шон?

— Следы когтей на деревьях вблизи входа, — ёмко отозвался практикующий прикладник. — Судя по размеру, что-то относительно безобидное, но возникшее из нечисти.

Чарльз скептически уставился на Элизабет, но та спокойно подтвердила:

— Оборотень, я думаю. В полуобороте, это объяснило бы когти.

— То есть у нас всё-таки буйное кладбище?

— Скорее, неспокойное, — поправили его. — Для буйного фон снаружи слишком ровный. Да и признак только один.

— Утром проверим, — принял решение проректор. Да, зачищать буйное кладбище было лучше ночью, когда вылазили из укрытий и с дневных лёжек все представители местной нежити, но это если зачищать. Фон же прекрасно и главное гораздо безопаснее измерялся днём.

Ждать до начала жары не стали — вышли вскоре после рассвета. Путь до аномалии много времени не занял, лагерь они разбили поблизости. Но даже за этот короткий путь Кора успела пристать к проректору с просьбой:

— Магистр, а можно мне, если получится, оборотня?

— Зачем? — не понял он.

— Как зачем? Чтобы был! Пусть магистр ир Крой завидует.

— Так. Вы хотите сказать, что хотите его не просто упокоить, а забрать, чтобы потом поднять?

— Ну да. Если он в полуобороте, это же такая редкость!

— Согласна, интересный экземпляр, — согласилась ир Миотте, похоже, слышавшая только последнюю фразу. — Чарльз, ты не будешь возражать, если я его на наглядное пособие заберу?

— Я первая спросила! — не выдержала такой наглости боевая некромантка. Тут же прикрыла рот ладошкой, но вырвавшихся слов было не вернуть.

Глаза ир Вильоса потемнели. Резерв у него восстановиться окончательно ещё не успел, а в такие периоды проректор был не самым терпеливым преподавателем и вообще добродушием не отличался.

— Так. Давайте вы не будете делить шкуру неупокоенной нежити? — И, не удержавшись, добавил: — И оборотень, если что мой: после выходки Дирка и компании у нас первый полигон полупустой. Хотите, водите туда старших коллег хвастаться, хотите — студентов для демонстраций. — Предостерёг: — Только, будьте добры, согласовывать заявки. А теперь давайте займёмся делом.

И первым вошёл в аномалию, представлявшую собой довольно солнечный и разреженный сосняк, не заметив, как за спиной переглянулись спутники. Кажется, те этим обсуждением преследовали свои цели. И, похоже, им удалось их добиться: за работу ир Вильос взялся с тем мрачным энтузиазмом, от которого взвывали студенты. Спутникам тоже вскоре уже захотелось взвыть, но деваться было некуда. Сами хотели отвлечь, самим и огребать. Парни — что теоретик, что прикладник — только вздыхали.

Фон в аномалии значительно отклонялся в нескольких местах. Оба совпадали с отмеченными на карте, так что проблем с этим не возникло. Пока теоретик с ир Миотте под присмотром Коры их оконтуривали, прикладники закончили проверку базовых точек. Когда вернулись за женской частью команды, те как раз завершили с контуром. На второй точке всё тоже прошло быстро, хотя отклонение здесь было сильнее.

— Скорее всего, здесь встали, — резюмировал Винсент. — Попробуйте посмотреть, сколько там тел.

Спорить коллеги не стали, проверили честь по чести.

— По старым данным должно быть больше, — сверившись с блокнотом, куда выписывал данные по аномалиям, сообщил проректор. — Так что, похоже, ты прав. Из хороших новостей: не хватает всего четверых. Это не значит, что где-нибудь поблизости не встали ещё столько же, но уже, по крайней мере, означает, что поднятие частичное: раз тут всего четыре, в других местах явно меньше.

— Значит, справимся сами, — решила ир Миотте.

Ир Вильос кивнул и скомандовал закругляться. Время до заката оставалось, так что можно было успеть как минимум вздремнуть. А в идеале ещё и перекусить.

От перекрестка до города оказалось, по ощущениям, куда дальше обещанных указателем пары километров. А, может, сказывалась усталость — попутка подобрала их не около аномалии, а где-то на полпути между ней и Дреморгом, когда некроманты уже всерьёз обсуждали, не переночевать ли там. Да, они капитально выбились из графика, но и тащиться до следующей аномалии было ещё слишком далеко, чтобы отказывать себе в возможности переночевать в постели, а не в палатке и, возможно, найти какой-то транспорт. Но гораздо раньше, чем они достигли поворота на родной город Иль, их подобрал ехавший мимо рейсовый дилижанс, запряжённый парой крепких лошадок. Загрузившись, повеселели: маршрут проходил как раз мимо нужной деревушки.

Шагая в сторону виднеющейся над городом станционной башни, третьекурсник волей не волей вспомнил о вопросе Дирка насчёт знакомства с родителями Иль. Сам Ник на этот счёт как-то даже не задумывался, а стоило бы. Всё-таки, мало того, что оба были магами, а госпожа ир Росси ещё и целительницей, они были родителями его девушки. Ну, или девушки, которую он хотел бы назвать своей девушкой, статус своих отношений они с Иль как-то не обсуждали. После этой фразы теоретик посмотрел на него как-то особенно сочувственно и посоветовал:

— При её родителях только такого не ляпни. Встречаетесь, значит встречаетесь. И мой тебе совет, определись с этим вопросом поскорее.

Магистр и Тесла на это как-то очень уж слаженно кивнули, так что теперь Ник мучался сомнениями ещё и на этот счёт. Впрочем, мучаться ему вроде бы оставалось уже недолго: городок показался из-за поворота. Некромант ускорил шаг. Гитара, упакованная в чехол, такому повороту возмутилась, ощутимо огрев его чуть пониже спины. Пришлось вернуться к прежней скорости. Тащить с собой нуждающийся в сушке инструмент в ещё три аномалии Дирк не рискнул, так что обтёртая гитара со снятыми струнами была вручена Нику с наказом, как только будет возможность найти для неё мастера, способного о несчастной позаботиться. Третьекурсник, понимая, что вина в купании той исключительно его, пообещал сделать это сразу, как доберётся до Дреморга. На том и расстались.

О том, где искать дом ир Росси, ему подсказали быстро. Правда, выдали заодно и местоположение лечебницы, в которой принимает мать Иль, и алхимической лавки отца девушки. С них, собственно и начали. Винить жителей за это было сложно, логично же, что путник не домой к господам магам направляется, а просто ищет целителительницу или магазин с зельями. Рассудив, что едва ли те находятся очень далеко от их дома, некромант поблагодарил словоохотливую старушку, вывалившую на него заодно кучу сведений про местные гостиницы, их хозяев, которые в её изложении все были теми ещё плутами, лавки и даже торговцев с рынка. Продолжил распросы, уже достаточно удалившись от женщины. Предположение оказалось в принципе верным.

По дороге к алхимической лавке ему на глаза попалась таверна-гостиница, и пахло из её открытого окна так, что и без того уже несколько раз напоминавший о себе желудок заурчал особенно громко. Пройти мимо Ник не смог. После еды подумал и оплатил комнату. Дирк прав, нужно произвести на родителей Иль хорошее впечатление, а значит привести себя в порядок. А то хорош он будет, завалившись к ним пусть не в полевом и грязном, но в уже не свежей рубашке и изрядно пропыленный. Хорошо ещё сменная одежда у него была с собой, так что срочно стирать не пришлось. Но стиркой тоже нужно будет озаботиться.

Спустившись вниз посвежевший и куда более прилично выглядящий, чем по приезде, некромант уточнил у трактирщика, есть ли у них в городе музыкальный мастер и где его найти, и, получив исчерпывающие инструкции, первым делом направился к нему. Благо, было по дороге.

До домика Ильды он набрался, когда время для визитов было почти неприличное. Ещё более-менее подходящее, но уже на грани приличий. Но свет в окнах горел, так что ободренный юноша нажал на звонок.

Открыл мужчина, на которого менталистка была неуловимо похожа: вроде и волосы другого цвета и комплекция, но что-то всё-таки есть.

Алхимик тоже рассматривал позднего гостя, не похожего на пациента супруги слишком спокойным видом, а на его собственного клиента общим впечатлением. Парень определённо был магом, но определить специальность сходу у алхимика не вышло.

— Чем могу помочь?

— Эм… Добрый вечер, — задвинутые куда подальше страхи накатили с новой силой, сделав косноязычным. — Извините, что так поздно. А можно увидеть Иль?

— А, так вы к Иль, — загадки разрешились. Перед ним был некромант. — Её, к сожалению, нет дома. Уехала к подруге в Синюю провинцию. Но вы проходите, проходите.

Отказаться было невежливо, да и нужно было уточнить, к какой из подруг сорвалась Иль — и Кос, и Сандра были из Синей, но жили на разных её концах — так что Ник действительно вошёл в дом, но дальше прихожей не пошёл.

— А… В общем… — промямлил парень, не зная как лучше облечь в слова свой вопрос. Разозлившись на себя за эту неуверенность, выпалил: — К Кос или к Сандре?

Вопрос заставил мужчину задуматься:

— К Кос вроде бы. К той, у которой мама тоже целительница.

Этот факт значительно упрощал поиски:

— Тогда да, к Кос. Спасибо.

Видя, что гость собирается сбежать, алхимик попросил:

— Погодите. Вы ведь Ник, верно? — Некромант кивнул, кляня свою растерянность. Надо было умудриться даже не представиться. — Иль собиралась погостить и вернуться, — предупредил господин ир Росси. — Я могу написать ей на доске.

— Да я и сам могу. Не на доске, конечно, по почте, — уточнять, что у некромантов есть и свои способы доставить послание, он не стал. — Просто… В общем так получилось, что мы не успели списаться.

— А адрес у вас есть? — негромко спросила красивая шатенка, спустившись по лестнице. С ней семейное сходство подруги было очевидным. Спохватилась: — Простите, нечаянно услышала ваш разговор. — Ник покачал головой. Адреса у него не было, для почтового призрака он и не требовался. — Тогда сейчас я его принесу.

— Иль оставила на всякий случай, — пояснил отец девушки, когда супруга скрылась за одной из дверей. — Подождёте здесь или, может быть, всё же пройдёте в гостинную?

— Подожду здесь. Если вы не возражаете.

— Не возражаю.

Целительница вернулась вместе с вырванным из блокнота листом и вопросами. Её интересовало всё: как его зовут, есть ли ему где переночевать, не нужна ли ему какая-то помощь, ужинал ли он и ещё множество вещей. Ник от такого напора окончательно растерялся. Но всё же заверил, что успел поесть в гостинице, где остановился, из помощи ему, если что-то и нужно, то разве что расписание рейсов до Серина и нет, ушиб и сам прекрасно пройдёт. По мере её вопросов и его ответов алхимик всё сильнее улыбался. И, когда супруга, как-то уболтавшая некроманта взять с собой пирожков, ушла за теми, по секрету заверил его:

— Вы ей понравились. Иначе бы она ни за что не предложила залечить такой пустяк. — Ник смутился. — Да ладно вам. Иль столько про вас рассказывала, разумеется, нам интересно.

Это заставило юношу смутиться окончательно. Очень кстати вернулась хозяйка с подозрительно большой продуктовой сумкой, и он наконец получил возможность сбежать.

— Не думала, что некроманты бывают такими, — поделилась с мужем госпожа ир Росси, когда за поздним гостем закрылась дверь.

— Не думаю, что он всегда такой, — улыбнулся тот. Видя её непонимание, пояснил: — Вспомни, как я с твоими родителями знакомился.

— Думаешь, мы его смутили?

— Полагаю, что так.

Дорогу до таверны Ник нашёл без труда. Пока шёл, щёки и уши так гореть перестали, хотя при мысли, какое впечатление он, должно быть, произвёл на родителей девушки, становилось неловко. И даже слова алхимика не слишком-то успокаивали. Прав был Дирк, стоило подготовиться к встрече, узнать, что они любят, найти какие-то общие темы, а не вламываться вот так, да ещё на ночь глядя. Впрочем, что уж теперь.

Ужинать в общем зале он не собирался, тем более что ссобойку ему выдали увесистую, и вообще уже хотел только просто лечь и уснуть, но тут заметил, судя по нашивкам на плаще, городского некроманта. Правила требовали представиться и показать разрешение на свою нежить. Пренебречь ими, когда находишься в городе проездом, было вполне можно, но это если не встретишься с местным коллегой. Если уж встретился, нужно соблюдать писанные и неписанные нормы вежливости. Так что, вздохнув, четверокурсник резко изменил направление движения, чуть не сбив с ног какого-то из поздних гостей.

— Добрый вечер. Можно? — Ник указал на пустующий стул напротив темноволосого мужчины лет пятидесяти на вид, а на самом деле наверняка старше. Представился: — Николас Кьяр, МАН, четвертый курс.

— Оскар ир Ламарт, городской некромант, — собеседник кивнул в сторону места напротив. — Но последнее вы, кажется, и сами поняли.

— Потому и подошёл. — Студент вытащил из внутреннего кармана куртки водонепроницаемый чехол с бумагами.

— Это что?

— Разрешения на нежить и все положенные бумаги.

Ответ заставил мужчину улыбнуться:

— Я смотрю, юноша, вы не слишком обременены опытом декларирования нежити. — Пояснил: — Только полнейшие зануды действительно просматривают эти бумаги. Большинству просто достаточно того факта, что они есть. Друг друга у нас обманывать на это счёт не принято: проверить всегда можно, а отношения испортишь. Да и репутацию соответствующую заработаешь. Не успеешь оглянуться и действительно будут в каждом городе проверять, а это та ещё тягомотина, — с этими словами ему подвинули бумаги обратно. — Тем более я сомневаюсь, что у вас с собой что-то крупнее кошки. Таскать с собой, за собой и тем более на себе всю свою нежить любят только боевые некроманты, а вы на одного из нас не похожи.

— А вы…?

— Боевой некромант, вышедший в отставку и решивший найти себе дело поспокойней, — подтвердил предположение старший коллега. Если он был именно боевым некромантом, а не некромантом общего профиля, заканчивал он либо МАН, либо Таль-Нерский университет. Приставка перед фамилией указывала скорее на первое — в Леонии их не использовали. — Почему бы и не городским некромантом?

Сразу вспомнились слова ир Сетре про отнимающих работу у прикладников теоретиков. Похоже, этим грешили не только теоретики. Впрочем, городов в стране много, на крупные одного некроманта мало, а есть ведь ещё и сельские округа, так что работы всем хватит.

— А вы, если не секрет, какими судьбами в городе?

— Был неподалеку и заехал повидать подругу, — расплывчато ответил Ник. Почему-то откровенничать с этим собеседником не хотелось.

— Ильда ир Росси, полагаю? Ну что вы так смотрите, у нас не такой большой городок, чтобы о том, где учится дочь почтенной целительницы, не слышал каждый, кто умеет слушать. А уж тем более не знал тот, кто смотрел Кубки. — Студент почувствовал себя идиотом. Разумеется, господин ир Ламарт смотрел Кубки и, конечно же, слава Иль не могла обойти родные места девушки. — Вы ведь, если не ошибаюсь, тоже участвовали?

— Участвовал, — нехотя подтвердил капитан команды.

— Поклонники успели утомить?

— В приёмной комиссии переработал.

— О, понимаю, — протянул городской некромант. И снова с ужасающей проницательностью, поинтересовался: — А ваше «неподалеку» случайно не включало ближайшей к городу аномалии?

— С чего вы…

— О, просто знаю от коллег, что сейчас по всей стране шерстят аномалии. Подумал, если вы направляетесь туда, напроситься с вами. Если ваши спутники не будут возражать.

— Я, к сожалению, направляюсь не туда, а оттуда.

— Жаль, я хотел ознакомиться с, так сказать, местными достопримечательностями, чтобы заранее знать о возможных сюрпризах.

— Аномалия спокойна, единственного упыря мы упокоили.

— Если спокойна, откуда там упырь? — задали ему вполне резонный вопрос. — Не мне вам объяснять, что даже один вставший является показателем того, что фон не так ровен, как кажется.

От немедленного ответа Ника спасла подавальщица, подошедшая уточнить, что ему принести.

— Если только что-нибудь попить. Если есть, то какой-нибудь морс или компот.

Девушка, кивнув, удалилась. Городской некромант выжидающе смотрел на гостя города. И было в этом взгляде что-то такое, что Ник понял, что не ответить не может. Пришлось, создав противошумовой щит, рассказывать про упыря и артефакт. Ир Ламарта это весьма заинтересовало. Он даже попытался уговорить Ника показать место, где затонул несчастный меч. Но тут юноше вспомнились слова Теслы про артефакторов и стихийников, вдобавок в голос взвыла интуиция, и он отказался, сославшись на то, что утром улетает, да и вход в аномалию они запечатали. На него попытались надавить, но студент отделался отговорками, в несколько глотков выпил принесённый морс, положил на стол медную монету и поспешил сбежать наверх.

Городской некромант проводил мальчишку холодным взглядом. Информация была интересной, а вот неожиданное упрямство студента бесило. Но оговорку того про следующий раз он запомнил и забывать не собирался, а меч никуда пока не денется: вылавливать его из болота без артефакторов не рискнут, а чтобы те организовались быстро требовалось что-то поинтереснее старой железки.

— Осторожнее! — выкрикнула ир Миотте. Занятая с зомби, чужих противников она тоже отслеживала: мало радости получить в спину от нежити, с которой сражается коллега или и вовсе его самого, если оказаться на линии удара.

Ир Вильос предпочёл понять это как предупреждение быть осторожным самому, а не быть осторожным с нежитью.

— Не повредите его! — вторила ей Кора. И вот тут других трактовок быть не могло.

Мысленно выругавшись — вот кто его за язык тянул⁈ — проректор в последний момент сменил схему на более щадящую и ударил умертвие оборотня «Исате». Но то ускользнуло буквально из-под самого удара. Некромант сплёл новую схему.

В идеале, если они хотели сохранить этот экземпляр целостным, нужно было бить хотя бы вдвоём — щадящие схемы кроме того, что не портили нежить, ещё и были куда слабее. Но все были заняты: Элизабет — целой стаей зомби-животных, по которым нужно было ещё попасть, что, учитывая их принадлежность к разным видам, задачкой было той ещё, Винсент и Шон — умертвиями-людьми в проржавевших кольчугах и деталях доспехов, Кора — сразу десятком скелетов примерно того же временного периода. Можно было бы использовать массовое упокоение, но настраивать его пришлось бы на какой-то один вид, так что на другие из-за разницы в размерах и типе нежити оно бы, скорее всего, не подействовало. Сам Чарльз до оборотня тоже разбирался с человеческими умертвиями. В общем идея использовать магическую приманку может и была хороша, действительно опасной нежити в аномалии не было, но та что была, брала числом, так что проблем некромантам доставила преизрядно.

Он как раз упокоил двух скелетов из тех, с которыми разбиралась Кора, когда откуда-то из кустов прямо на него вынырнул оборотень. Как и говорила нечистоведка, погибший в полуобороте, ещё не волком, но уже и не человеком, а потому оснащенный клыками, когтями, зверинной скоростью помноженной на возможности умертвий, но при этом с совершенно другой пластикой, равновесием, манерой двигаться. Сложный противник. Даже без необходимости оставить его более-менее целым сложный.

Промазывая раз за разом, некромант всё больше злился, а уж когда его схема на излёте соприкоснулась со схемой кого-то из спутников, судя по траектории, теоретика, и взаимонейтрализовалась, и вовсе едва не зарычал. А оборотень словно дразнил. Отличный будет тренажер для слишком много о себе возомнивших студентов. Если получится его поймать.

Как назло никто из коллег никак не мог освободиться чтобы помочь — приманка всё ещё действовала, и к поляне продолжали подковыливать зомби — более шустрая нежить уже давно была тут и теперь частично валялась под ногами, затрудняя передвижение, частично продолжала сбивать прицел некромантам. Спокойно перед тем, кто ей занимается, разумеется, она не стояла, так что периодически схемы сталкивались, взаимодействовали и этим вносили дополнительную сумятицу.

Упокоив перекрывающих линию удара зомби, проректор сразу же бросил схему в оборотня, точнее чуть на опережение, чтобы она попала в него, когда тот сделает следующий прыжок. На этот раз попал, видимо, наконец поймав ритм движений твари, но одной схемы предсказуемо не хватило. Следующей он выбрал из этой же группы ту, что помощнее, но результата это тоже не дало, хотя он снова попал. Безумная идея пришла в голову после четвёртого или пятого абсолютно неэффективного попадания. Но в тот момент она показалась слишком безумной, чтобы он ей воспользовался. Забормотал нечто другое.

— Ты его уничтожишь! — рявкнула на него ир Миотте, сейчас стоящая совсем близко за его спиной и потому слышавшая заклятье. — Нужно его спеленать!

— Вот и помогла бы! — зло отозвался ир Вильос. Но схемой всё-таки угостил одно из умертвий, с которыми сражались парни.

— Ещё зомби на подходе! — крикнула Кора.

— Мне некогда, как видишь! — ответила коллеге нечистоведка.

Удар ушёл в дерево, и то тревожно заскрипело, роняя иголки.

— Двое — веары! — снова подала голос боевая некромантка. В нём слышался неприкрытый восторг.

Устало подумав, что если эта ненормальная решит пополнить свою коллекцию ещё и дикими зомби, которые, как известно, далеко не так хорошо сохраняются как искуственно созданные, то спать она будет с ними в палатке и желательно подальше от лагеря, проректор накрыл область перед парнями схемой общего упокоения. Оборотень, что характерно, опять успел увернуться.

Чарльз скрипнул зубами, вызвал в памяти схему проекции, представил первое, что в голову пришло, сбросил проекцию на удачно оглянувшегося на него Шона и тут же ударил «Исате» в оборотня. Того отбросило на несколько шагов прямо в дерево, под которым нежить наконец осела тёмной кучкой. Повернувшись, хотел извиниться перед прикладником, но вместо этого был вынужден упокоить одного из тех зомби, про которых говорила боевая некромантка. Выпускник до того в полной прострации, выпучив глаза смотревший в пространство перед ними, где ничего не было, вздрогнул, помотал головой и воззрился на начальство с подозрением.

— Что это было? — голос звучал хрипло.

— Проекция, — нехотя ответил ир Вильос, зорко следя, чтобы к ним не подобрался ещё кто-нибудь. — Я, правда, не слишком в них искусен, да и спроецировал, что в голову взбрело, толком не продумав, так что…

— Ааа, — судя по тону, пришедшее было весьма впечатляющим.

Решив подумать об этом позже, проректор снова включился в бой. На этот раз не став размениваться и просто накрыв всю область вокруг приманки схемой общего упокоения из тех, что помощнее и при этом действующих на умертвий. Зомби со скелетами, разумеется, заряда тоже хватило, так что мгновенно стало тихо. Только тяжело дышали спутники.

— Чтоб я ещё раз согласился на приманку! — выдохнул наконец Винсент.

— Согласен. Больше никаких приманок. И никаких трофеев тоже, — со значением глядя на склонившихся над зомби-веарами некроманток добавил магистр.

Кора подняла на него умоляющий взгляд. Некстати подумалось о собственном себе обещании. И сотворенной почти сразу после него проекции. Кажется, теперь ир Вильос вспомнил, что именно пришло или вернее, что ещё не ушло у него из головы, когда он творил схему проекции. Если так, удивляться шокированному состоянию Шона не стоило. Обнимающаяся с зомби-веарами Кора в исполнении не слишком искусного в ментальной магии магистра некромантии действительно могла шокировать кого угодно. Неспроста студенты учились проецировать образы с простых вещей вроде яблок, цветов, посуды…

«Будем надеяться, Малькольм никогда об этом не узнает, — подумал, испытывая острое чувство стыда, проректор. — А студентов я просто больше в свой разум не пущу».

Он сам не очень в это верил: скрыть от приятеля поверхностные мысли, когда он на них настроен, было сложно, а, чтобы разобраться с магическим взаимодействием им наверняка ещё не раз придётся ментально соприкасаться. И не подумать об этом случае будет сложно. Впрочем, какая разница? Главное, пресловутого оборотня он упокоил. И тот в процессе вроде бы даже не слишком пострадал, хотя ир Миотте и качала головой, разглядывая тушку. Всё-таки от эффекта усиления была польза. И немалая. Менталист бы, к слову, тоже в аномалии лишним не был, потому что теперь Чарльз понимал ир Шерге: взаимонейтрализация не ко времени в большом скоплении нежити мешала безумно. И это у них нежить была довольно безобидной. В Лесах, где от одного удара может зависеть твоя жизнь, она вполне могла стать последним, что ты увидишь. Стоило подумать, чтобы натаскать кого-то из менталистов на боевку, чтобы они не были обузой и посмотреть, что из этого выйдет. Тем более что кандидатуры на непрофильном факультете были. Это ир Росси и ир Дерберт прямая дорога в аспирантуру, а большинство пока склонностей к науке не проявляли, так что нужно было думать об их дальнейших перспективах. Большинство понятное дело будут работать по прямой специальности, с некромантами или нет, без разницы, но кого-то сейчас вполне можно было сориентировать именно на развитие в помощь боевым некромантам.

Из аномалии вышли под утро. Парни, отдуваясь, тащили увесистые тушки оборотня и одного из зомби-веар: брать обоих ир Вильос отказался наотрез, даже после смелого заявления Коры, что она сама его потащит. Наверняка рассчитывала на левитацию.

— Вам возни с обработкой одного в полевых условиях хватит не на один день. А мы и так задерживаемся. Да, тут уложились в срок, но потерянные два дня никуда не делись. Не наверстаем их и будете объяснять возницам и горгульям, что это у вас ценный экспонат, а не вонючая тухлятина сами.

— Но у академического дилижанса же горгульи привычные. Да и возницы тоже.

— А на академический мы, если не наверстаем время, свою очередь пропустим, — любезно пояснили ей. — И будем добираться общественным из Серина. Куда тоже ещё нужно как-то попасть. Поэтому никакого второго зомби. С этим, если хотите возиться, подальше от лагеря и вперед. Только учтите, что эликсира ир Крота у нас в обрез, а новый мы сможем достать не раньше чем к концу недели, когда доберемся до Кальдега, и то не факт.

Закончив эту речь, он повернулся к ир Миотте, но сказать коллеге ничего не успел.

— Оборотня в руки и подальше от лагеря приводить его в порядок, — понятливо кивнула нечистоведка. Проректор утвердительно склонил голову. — Винсент, на вас готовка или поможете мне с этим?

— Помогу, — тут же определился теоретик.

Ир Вильос только головой покачал. Кора зависливо вздохнула. У неё таких хороших аргументов не было. Хотя бы потому что одно дело обработать и упаковать умертвие, а другое возиться с древней тухлятиной, которой скоро станет дикий зомби. И то, и другое долго, но с зомби ещё и противно. И одежду потом всю стирать.

— Шон, помогите магистру ир Миотте, а я разберусь с готовкой, — принял решение некромант. — Иначе мы отсюда вовек не уберёмся.

Стоило бы, наверное, выделить помощь боевой некромантке, но это было бы непедагогично: сейчас она зомби подбирает, а в следующий раз упыря захочет. Нет уж. Пусть возится. Глядишь, пока немаленького веара обработает, какие-то дельные мысли появятся. Ну а если нет, так хотя бы поймёт, что это долго, нудно и противно, и дважды подумает в следующий раз, а надо ли ей оно.

Как он и думал, провозилась боевая некромантка весь день, в лагерь вернувшись злая и чумазая. На вопрос, где зомби, отозвалась, что остался проветриваться на дереве, взяла мыльные принадлежности и ушла на речку.

— Ты с ней не слишком жестоко? — осторожно спросила уже вернувшаяся оттуда же Элизабет.

— Нет, — отрезал проректор. — Ей полезно. Видела бы ты список её нежити!

— Боевая некромантка, для них это нормально. Да и идеи ир Кроя заразительны.

— Слишком заразительны, я бы сказал.

Вечером, раз уж ночевать всё равно предстояло здесь же, для проверки прошлись по аномалии. Но вся нежить была упокоена и уничтожена, так что лес был тих как это бывало только в аномалиях и так же спокоен.

— Думаю, тут наша работа закончена, — озвучил общие мысли проректор. — На рассвете снимаемся и выдвигаемся в следующую.

Никто не возражал.

Следующая их аномалия располагалась не слишком далеко от этой. Дневной переход при хорошей погоде. Если напрямик. Правда, «напрямик» оказалось через пару речек, болото и такую чащу, что до новой точки они так и не добрались, заночевали около очередной речушки после того как перешли её вброд. И это оказалось весьма кстати, потому что обратного кросса сразу они бы не выдержали, а ночевать рядом с этой аномалией бы не рискнули. Но, когда они шли, об её особенности ещё ничего известно не было.

Что толкнуло ир Вильоса не ставить лагерь, а сразу сходить оценить фронт работ он не знал. Хотелось бы думать, что интуиция, но правда заключалась скорее в банальной лени: снова раскладывать два часа как сложенные палатки ни ему, ни остальным не хотелось.

Эта аномалия располагалась в ельнике. Тёмном, мрачном и навевающем потусторонней жути. Самое место для аномалии. Оставалось в этом буреломе найти её вход: купол-то найти не такая уж большая проблема.

Ещё одной удачей стало то, что разбивать группу из-за густоты леса они не стали, пошли все вместе в одну сторону, рассудив, что купол на то и купол, что рано или поздно, с какой бы стороны он не был, вход нашёлся. Заодно можно проверить целостность щита.

Предупреждающий аншлаг они заметили метров с трёх, но повернут он был текстом в другую сторону, значит вход следовало искать там.

— Чарльз, — голос первой добравшейся до щита ир Миотте прозвучал как-то странно.

Перебравшийся через упавшее и отклонённое куполом аномалии дерево, проректор поспешил к ней:

— Что такое?

Некромантка указала на выжженный на аншлаге с предупреждением символ — стилизованный череп с короной. Символ лича. Причём выжженный не так давно.

— Так, — в кровь плеснуло адреналином. Некромант оглянулся на вход в аномалию, отметил характерную рябь недавнего использования, дополнительную защиту изнутри и озвучил самое очевидное решение проблемы: — Мы уходим.

— Как это? Почему? — изумилась Кора, перебиравшаяся следом за магистрами.

— Объясню, когда выберемся, — пообещал ир Вильос. — Возвращаемся в лагерь.

Спорить никто не рискнул, хотя причин этого решения, кажется, не понимала не только Кора, но и остальные их спутники. Но если чему-то некромантов и учила жизнь, так это слушаться старших, когда те что-то говорят таким тоном.

Выбираться вдоль купола аномалии, как заходили, магистры не рискнули — не хватало ещё привлечь к себе внимание. Но другая дорога оказалась даже удобнее: почти сразу они вышли на старую лесовозную дорогу, идти по которой было куда проще. Правда, забираться в лес всё же пришлось, не оставлять же вещи. Благо стоянку собирались разбить не вплотную к аномалии. Уж больно неудобным был лес.

Задерживаться на поляне тоже не стали. И потом не останавливались до самого места предыдущей ночёвки.

— Магистр, что это всё означает? — первым задал напрашивающийся вопрос Шон. По дороге старшие некроманты отвечать на вопросы отказались, вместо этого взвинтив темп так, что стало не до вопросов.

— На аншлаге был череп с короной. Вход использовали не далее чем неделю назад. Дополнительные пояснения нужны?

Теоретик побледнел и мотнул головой. Прикладник повторил его жест. Одна боевая некромантка непонимающе хмурилась.

— Лич, — пояснил для неё Шон. — Череп с короной — это знак лича.

Теперь побледнела уже и Кора. То, что с личем им не справиться, понимали все, всё-таки были выпускниками, а не полными энтузиазма первокурсниками.

Привал охватило мрачное молчание. Но долго сидеть без дела ир Вильос не стал, переглянулся с ир Миотте и развернул карту. Магистры склонились над зачарованной бумагой, всегда более-менее точно показывающей собственное местоположение. Единственным её недостатком была слишком высокая схематичность, вылившаяся им накануне в блуждание по болоту и переход вброд нескольких речушек.

— Выгоднее всего выходить сюда, — проректор ткнул в ближайшую дорогу. Та шла от одной деревни до другой, а потом выходила на тракт к Серину. — Если пойдём вдоль этой речки, думаю, завтра к вечеру выберемся на тракт. — Пальцем он прочертил путь.

— А если снова болото?

— Надеюсь, что обойдётся.

Иных возражений у коллеги не нашлось, так что магистр свернул карту и оглянулся на спутников:

— Сколько вам ещё нужно времени, чтобы отдохнуть?

— Мы просто уйдём⁈

— Да. Архимагу я сообщу. Личи в его компетенции.

— А… Э…

— Разве мы не должны вызвать боевых некромантов? — озвучил сомнения Коры Винсент.

— Боевики далеко не факт, что рискнут даже просто туда войти без архимага, — покачал головой проректор. И всё же нехотя пояснил: — Им ссориться с личами тем более не с руки: те не раз спасали их жизни.

— Как это?

— И чему вас только учат? — проворчала ир Миотте.

Кажется, из всех троих что-то знал только Шон, но выпускник помалкивал, а остальные смотрели такими глазами, что откладывать объяснения было чревато. Быстро этого было не объяснить, слишком скользкая тема, так что магистр некромантии махнул рукой и скомандовал обеденную паузу. Пока вчерашние студенты возились с готовкой, отошёл к реке, чтобы связаться с архимагом. Тот ожидаемо в восторг от смены одним из личей исследовательских угодий не пришёл, но обещал разобраться.

— Ты правда собираешься им всё объяснить? — поинтересовалась неслышно подошедшая коллега, когда он разорвал связь. Видимо, успела услышать несколько последних фраз.

Чарльз кивнул. Проще уж сразу было объяснить всё целиком, чем балансировать на грани между правдой и недомолвками. Тем более всё равно рано или поздно узнают: Кора собиралась в аспирантуру, Винсент уже учился в ней, а Шон и так знал часть правды, да и ему ещё в этих местах предстояло работать.

Личей в Тилии было трое. В Леонии, насколько знал проректор, тоже. Все достаточно древние, чтобы застать его прадеда, опытные и, самое главное, спокойные. Жили они на границе с Лесами или вблизи неё, гоняли нежить, порой спасали неудачливых боевых некромантов, занимались исследованиями. Результаты регулярно — в их понимании регулярно — публиковали в «Вестнике МАН» и других профильных журналах. Посетителей не любили, но при необходимости терпели, людей не трогали. Друг с другом не ладили, но и не враждовали. Нововставших личей, нарушающих неписанные правила, оперативно уничтожали. Так и существовали.

— Но это же опасно! — не сдержалась Кора.

— Пытаться их упокоить ещё опаснее, — возразил ир Вильос.

Старший из личей до смерти был архимагом. Став высшей нежитью, со всеми её преимуществами вроде более высокой скорости реакции, регенерации, почти неограниченным контролем нежити, он стал практически неуязвим. А, учитывая, что сейчас ему было уже несколько веков, это всё было ещё и отшлифовано опытом. По его собственным словам, даже объединившись с архимагами некромантии соседних стран и взяв сильнейших боевых магов, архимаг ир Юрн едва ли был способен с ним справиться, даже если не вмешаются, не желая быть упокоенными по одиночке, другие личи.

— А если их исследования потребуют жертвоприношений? — не успокоилась боевая некромантка. — Или ещё чего-нибудь? Уничтожения какой-нибудь деревни или города к примеру?

— Тогда того, кто перешёл границу, уничтожат два других, — заверила её ир Миотте.

Девушка с явным трудом сдержалась, чтобы не высказаться на этот счёт. Ир Вильос прекрасно её понимал, но в отличие от девушки с её юношеским максимализмом способен был оценить и преимущества такого союза. Лучше уж три спокойных лича, чем множество жертв, если объявится молодой лич с какой-нибудь идеей фикс. А, учитывая, что из баньши лич тоже возникнуть вполне мог… Нет, лучше уж свои знакомые личи.

— А если бы кто-то вошёл в аномалию? — спросила, догнав его, Кора, когда они тронулись в дальнейший путь. — Я имею в виду, раз это аномалия одного из этих ваших спокойных, а людей они не трогают?

— Они нет. Но там почти наверняка буйная аномалия, причём едва ли с ординарным составом нежити, так что с большой долей вероятности до прихода лича этот кто-то бы не дожил. Ну а если бы дожил, лич бы его спас от нежити и из аномалии выкинул. Даже подлечил бы, если бы потребовалось. На границе с Лесами лич периодически боевых некромантов латает. На его участке порядок идеальный. Иногда к нему даже обращаются с просьбами о помощи на других.

— С ума сойти можно!

— Ты забываешь, что они были некромантами и ни памяти, ни разума не утратили, — вмешалась ир Миотте. — Высшая нежить — это всё-таки совершенно не то же самое, что какой-нибудь упырь. Взять хотя бы призраков магистра ир Ншар. Они ведь сохраняют и личность, и память и вообще от обычных людей отличаются, кроме того что мертвы, не так уж сильно. — Этих призраков девушка, разумеется, видела. Да и кто, отучившись в МАН, не видел? О том, что как минимум двое из них — это высшие духи, тоже знала. — Примерно так же обстоит дело и с личами с поправкой на материальность и рано или поздно проявляющуюся тягу к исследованиям. Так что всё зависит от конкретного человека. Даже если это уже не человек, а лич. Примеров тому хватает. Вернёмся в академию, могу дать пару занимательных работ на эту тему.

Кора кивнула.