Утром менталистка алхимичку всё же пожалела и разбудила. Неспешные сборы вставшей сильно заранее и также неспешно позавтракавшей бутербродами с сыром Ильды тут же разнообразились судорожными попытками Розалии привести себя в порядок за оставшиеся полчаса. В первый учебный день она хотела выглядеть идеально, но стрелки часов неуклонно подползали всё ближе к восьми, а девушка, жуя предусмотрительно приготовленные соседкой бутерброды, ещё металась в домашнем халатике и тапочках между далёкой умывальной, где было зеркало, и комнатой, куда они оное ещё не купили.

Иль, догадавшаяся с вечера собрать сумку и приготовить синее платье, в котором ходила подавать документы, наблюдала за сборами соседки с всё возрастающим недоумением.

— Мне кажется, тебе надо сесть и успокоиться, — заметила она, когда Лия в очередной раз влетела в комнату и принялась что-то искать по сумкам.

— Вот соберусь и успокоюсь!

— Ну как хочешь. — Девушка доплела косу и, взяв сумку, направилась к выходу: — Я в корпус. Не забудь дверь запереть.

Уже на выходе из общаги заглянула в зеркало, поправила кружевной воротничок, удачно выглядывающий из-под выданной ей, как и всем первокурсникам, мантии, и пригладила чуть топорщившиеся над ушами тёмно-коричневые волосы. Сойдёт. Не на свидание же она идет.

— Привет! — по лестнице сбежала Кос. Некромантка, как и всегда, была с хвостом и в брюках.

— Привет! Идём вместе? — предложила Иль. Подруга кивнула. — Как соседка?

— О! А ты откуда знаешь?

Призналась:

— Встретила её вчера. Дорогу до комнаты уточняла. Так что?

— Для спирита была бы нормальной. Для менталистки — перебор.

— Она — менталист⁈ Я думала, некромантка! Она же со скелетом была!

— Ага. Хотела на спиритизм, но не прошла ни туда, ни на прикладную, так что подала документы куда приняли.

— С ума сойти! — выдохнула не ожидавшая подобных однокурсников девушка. Хотя, если подумать, стоило бы. — А что у неё с волосами, не знаешь?

— Не знаю, неудобно было спрашивать. Но, если я что-то понимаю в травмах, там не обошлось без мощного огненного заклятья.

— Я тоже так подумала, — согласилась Иль. — А почему именно ментальная, не алхимия?

— Она была не очень словоохотлива, — призналась Кос. — Скорее всего, выбрала по принципу «что поближе к спиритизму».

— Каким боком спиритизм близок к ментальной магии?

— Нууу… Общение и там, и там?

— Скажешь тоже!

Они, пропустив вперед группу оживленно что-то обсуждающих старшекурсников, вошли в корпус.

— Могу поспорить, на вашем факультете много таких как Сандра будет, — заметила вдруг некромантка, озвучивая мысли самой менталистки. — Конкурс на остальные специальности высокий был… Ты не представляешь, что мы на вступительных делали!

Раньше Кос на эту тему ничего не рассказывала, так что Иль поинтересовалась:

— И что же?

От подробного рассказа некромантку спас только странный звонок, что-то очень напоминающий. Понять что именно, Иль не смогла, да и не до того было: нужно было ещё найти аудиторию. Хорошо хоть здесь нумерация была не такой запутанной, как в АПиС. Правда, несколько сложнее, по словам старших, дело обстояло на подземных этажах, но и там разобраться было вполне реально.

— Меня зовут Вилия Корделия ир Нисот, — представилась одетая в длинное, в пол чёрное платье магиня, мантией принебрегшая. В целом вид женщина имела суровый: волосы собраны в пучок, белый воротничок идеально отглажен. Казалось, она придерживается правил этикета пятидесятилетней давности. — Обращаться можно «доцент ир Нисот» или «леди ир Нисот». Для сведения: фамильярности не люблю и не приветствую. Мой сын — ваш ровесник. — Кому-то может и странно было слышать что-то подобное от преподавательницы, выглядящей вчерашней школьницей, но для тех, кто вырос в семьях магов, такое было в порядке вещей. — И, зная, насколько некоторые юные некроманты любят пытаться получить оценку обходными путями, я замужем.

— Извините за опоздание! — влетела в кабинет запыхавшаяся, но очень красивая Розалия в незастегнутой мантии. После второго звонка прошла буквально минута, да и девушка извинилась, так что отчитывать её преподаватель не стала, только скользнула взглядом, явно запоминая.

— У кого-то будут проблемы, — шепнула сидевшая рядом Кос. Иль кивнула. Первая пара была общей для менталистов, алхимиков и прикладных некромантов.

— Теперь к делу. Я буду вести у вас «Основы магического законодательства» на первом курсе и «Магическое право» на втором. Для тех, кто до него доживёт, совет: не выбрасывайте тетради, мы будем к ним обращаться. Оба предмета заканчиваются экзаменами, так что расслабляться не советую, — преподавательница обвела взглядом аудиторию, чтобы убедиться, что услышана. — Тема сегодняшней лекции: «История становления магического законодательства». Записываем…

Диктовала леди ир Нисот очень хорошо, ровно, не ускоряясь и не замедляясь где ненужно, не перескакивая и не повторяясь. Рассказ свой магиня иллюстрировала примерами применения законодательства, касающегося магии в разные периоды его развития, так что разница между законами была доступна и понятна. По сравнению с тем, как вели занятия преподаватели в школе, это был совершенно иной уровень. Что, в общем-то, было логично, но всё равно непривычно.

Непривычна была и длина занятия: пары длились ровно два часа вместо привычных сорока пяти минут. По их истечении внимание аудитории рассеялось, но преподаватель явно не первый год работала с первокурсниками, потому что тут же закончила характеристику очередного периода и объявила небольшой перерыв.

Все вздохнули с облегчением и поспешили кто к выходу, а кто просто прогуляться по кабинету. На местах остались немногие, но и они развернулись к соседям поболтать. Кто-то открыл окно, чтобы проветрить. Образовавшийся сквозняк заставил разбежаться и любителей разговоров.

Впрочем, Иль этого уже не застала — сразу после объявления о перерыве Кос потянула её к дверям:

— Ты завтракала?

— Перекусила.

— Вот и я. Давай быстренько до буфета?

— Там наверняка уже толпа…

— Сомневаюсь, им его ещё найти надо. А я знаю, где он.

Это решило дело — они поспешили в буфет. Учитывая, что он скрывался за такой же дверью, как и учебные аудитории, найти нужную действительно было задачей нетривиальной. На закономерный вопрос и предположение о помощи старшекурсников Кос с усмешкой ответила:

— Просто читала надписи, когда искала декана.

На занятие они вернулись сытые и довольные. Впрочем, остальные тоже несчастными не выглядели. Остаток пары прошёл в гораздо более рабочем настроении, чем начало.

Следующими по расписанию стояли профильные предметы: «Нечистоведение» у некромантов, «Стихийные основы алхимии» и «Теория ментальной магии» у алхимиков и менталистов. Так что, попрощавшись с Кос, Иль поспешила на поиски нужной аудитории.

— Признаться, когда мне сказали, что здесь открывается ваша специальность, я подумал, что это шутка. А когда понял, что нет, не ожидал, что группа действительно наберётся, — оглядев собравшихся, с явным неудовольствием сообщил преподаватель. — Честно говоря, мне эта идея совсем не нравится. Менталисты не должны учиться с некромантами. Но это моё мнение. Кого оно интересует? — задал риторический вопрос этот весьма странный субъект. Впрочем, он был менталистом, а они славились странностями не меньше некромантов. — Но, поскольку я обещал магистру ир Ви́льосу помочь, я буду учить вас спец. предметам. Кстати да, меня зовут Октавий Малькольм ир Ле́дэ, я доцент кафедры прикладной менталистики АПиС, а теперь и соответственно ещё и кафедры алхимии и ментальной магии МАН. В этом семестре мы с вами займёмся теорией ментальной магии, а в следующем изучим основы общей и прикладной менталистики.

Ничего нового, по крайней мере для Ильды, менталист, решивший начать с самых основ, в ходе лекции не поведал, так что конспектировала она только опорные пункты. За лекцией должны были следовать семинар и, у одной из подгрупп, практика по этому же предмету.

— Идёшь обедать? — спросила, подойдя к её парте, Оли. За её спиной маячили ещё несколько их однокурсников. Иль непонимающе нахмурилась, так что сокурснице пришлось пояснить: — Сейчас большой перерыв.

— Иду, конечно.

В столовой оказалось многолюдно. Очередь тянулась почти до самых дверей.

— Мы не успеем, — несчастно вздохнула однокурсница.

Ильда так легко сдаваться не собиралась. Потому предложила:

— Погоди, посмотрю, может впереди есть кто-то знакомый.

Знакомые впереди действительно нашлись и немало: тут была и Кос с несколькими однокурсниками и кое-кто из знакомых по посиделкам старших… Но Иль, разумеется, выбрала подругу.

— Не возражаете, если мы к вам пристроимся? — спросила она, жестом подзывая однокурсниц.

— Нет, конечно.

Девушка оглянулась на некромантов, перед которыми они вклинились, тоже смутно знакомых, но один из них, брюнет в чуть затемненных очках, только заметил:

— Здесь быстро обслуживают во время обеда. И наши преподы спокойно относятся к опозданиям. «Голодный некромант — это некромант склонный к ошибкам», как говорит ир Ви́льос.

— Проректор? Он что-то ведет?

— Ещё как, — рассмеялся парень. Приятели его поддержали. — Я — Ник. Прикладная, третий курс.

— Кос, прикладная, первый. А это Рой, Кит и Лита, мои однокурсники, Иль, моя подруга-менталистка и, если я верно понимаю, её однокурсницы.

— А так это о вас двоих Лим говорил! — сообразил новый знакомый. — Некромантка и менталистка, которая не боится некромантских посиделок.

— А чего их бояться? — с вызовом спросила Кос, прежде чем Иль нашлась с ответом.

Парень смутился:

— Ну, всякое бывает.

— Не у меня, — отрезала некромантка. — У меня музыкальные посиделки, а не алкогольные. Если хотите убедиться, приходите сегодня вечером.

Судя по рассказам заглядывающих к ним старших, многие компании собирались для того чтобы пить, а не петь. И вот там не некроманту действительно могло быть опасно, даже при том, что маги меру хорошо знали — слишком опасна была магия в руках неконтролирующего себя одаренного. В том числе из-за последнего свою позицию на тему алкоголя на посиделках знакомая с некромантскими нравами Кос обозначила сразу и на дверь записку повесила, чтобы не возникало недоразумений. Так что уже раза с второго-третьего собираться у них стали те, кто подобные взгляды разделял.

Старшекурсники переглянулись. Кажется, им было любопытно, но показывать это первокурсникам не хотелось.

— Свой инструмент разрешается? — спросил один из них, до того молчавший.

— Конечно, — обрадовалась Кос. — Я только рада буду, не весь вечер самой играть.

— Значит, придём, — решил Ник, встретившись с настойчивым взглядом спросившего. И сменил тему: — Как первые пары? Что-то из спец. дисциплин уже было?

— «Нечистоведение».

— О! Суровая ир Мио́тте? — усмехнулся старшекурсник. — Прекрасный старт. Не пропускайте: замучаетесь отрабатывать, даже если причина уважительная.

— А если неуважительная, то стоит сделать её таковой, — добавил ещё один из его товарищей, подмигнув.

— И готовиться к семинарам. Она любитель ставить минусы, если ты не отвечаешь. У нас кое-кто ушел в такой глубокий, что выкарабкаться не смог. Отчислили.

Прежде о том, что из академии вообще-то могут отчислить, девушки и не задумывались: целью сначала было сдать ОЭМ, а потом поступить. С другой стороны, Иль всё равно изначально думала на следующий год перепоступать, хотя сейчас в этом намерении уже и не была так уверена.

— И много на первом курсе отчисляют? — спросила Кос с беспокойством. Она-то поступила куда хотела.

— Ну, нас было тридцать три, а после второй сессии осталось восемнадцать, — «обрадовал» Ник. — Но кто-то сам ушел, поняв, что некромантия не его, кто-то перевелся на смежные специальности, ту же боевую. Так что я так сразу и не скажу, сколько отчислили…

— Человек десять, — помог ему тот самый молчаливый однокурсник, который спрашивал про свой инструмент.

Первокурсники ошеломленно переглянулись. На этой мрачной ноте наконец подошла их очередь.

Семинар по «Теории ментальной магии» оказался интереснее лекции: преподаватель решил немного отступить от чисто теоретических вопросов и обсудить мифы о менталистах и ментальной магии. Начал он с того, что раздал листочки с предложением анонимно написать один миф и один факт. Сам магистр ир Ледэ в это время рассказывал о наиболее распространенных у далеких от магии людей заблуждениях вроде того, что менталисты читают мысли других круглосуточно в фоновом режиме.

— На самом деле чтение мыслей как и любое магическое действие требует затрат энергии, — вещал он менторским тоном. — Которая, как вам должно быть хорошо известно, далеко не бесконечна. Ментальная магия к тому же является одним из весьма затратных разделов магической науки.

Преподаватель уже упоминал это на лекции, но, видимо, счёл необходимым повторить ещё раз, для непонятливых. Хотя, казалось бы, всё было более чем логично, учитывая то, что каждое мыслящее существо на интуитивном уровне защищалось от ментального воздействия.

Вторым разобранным мифом была убежденность населения в том, что ментальная магия используется только для разведки, сражений и лечения психических заболеваний.

— Разумеется, психические заболевания являются основным полем деятельности менталиста-лекаря, но помимо них он может помочь избавиться от страха, понять себя и свои чувства, вспомнить или наоборот забыть какое-то событие, установить или снять щит от чтения мыслей… Возможность работать с разумом позволяет многое. Очень многое, если разобраться.

Третьим и заключительным мифом преподаватель выбрал слабость менталистов по сравнению с магами других специальностей.

— Многие полагают, что при наличии хорошего артефакта и щита от ментального воздействия, менталистов можно не бояться, потому что в отличие от боевых магов мы мало на что способны, — мужчина усмехнулся. Его подобное мнение явно забавляло. — Это, разумеется, тоже заблуждение. Даже если оставить за бортом тот факт, что хотя бы основами стихийной магии владеют маги всех специальностей. Думаю, тут показателен раскрытый несколько лет назад в Леонии заговор архимага-менталиста Ролеано. Думаю, о нём все слышали? — Со всех сторон послышались нестройные подтверждающие возгласы. Мужчина довольно кивнул и продолжил: — Тогда выяснилось, что часть сторонников Ролеано были вовсе не сторонниками, а подчиненными им магами. В общей сложности архимаг контролировал больше десятка разумных. Что, разумеется, противозаконно. Тем не менее тот факт, что менталист, пускай и архимаг, смог держать под контролем столько мыслящих созданий, в том числе и других менталистов, весьма показателен, потому что уж у кого-кого, а у менталистов и щиты на разуме достаточно мощные, и сопротивляемость чужому воздействию на уровне.

Ему передали последние листочки с мифами и фактами.

— Думаю, начнём с того, что вы считаете фактами.

Это его снисходительное «вы считаете» заставило студентов несколько напрячься. И не зря. За следующие десять минут преподаватель прошёлся по всем их фактам, быстро и легко доказав, что как минимум половина из них являются отражением распространенных «мифов». Когда он дошёл до того, что написала она, Иль смущенно потупилась, чувствуя, как от заслуженной критики краснеют уши. А ведь её родители были магами, и сама она много читала, в том числе и по ментальной магии!

Не став делать и без того понятный вывод о том, что они недалеко ушли от большинства заблуждающихся, ир Ледэ перешёл к записанным ими мифам. Здесь краснеть было не за что, с заданием все справились, хотя повторов оказалась гораздо больше, чем с тем, что они считали фактами. На некоторых магистр останавливался подробнее, некоторые только прочитывал. Так незаметно прошла половина пары.

Вторую половину пары преподаватель, наглядно доказавший, что далеко не всё так очевидно, как кажется, и на лекциях стоит слушать, а не играть в «морской бой», как делали некоторые, посвятил обсуждению лекционного материала. Частично в форме опроса, частично в форме беседы он разобрал все кажущиеся простыми основы ментальной магии, заодно проиллюстрировав примерами, почему это так важно.

Закончил пару менталист объявлением, что сегодня из-за отсутствия у них нужной теоретической подготовки практики по его предмету, так же как и по стоявшим параллельно у второй подгруппы «Основам теории стихий», не будет. Это было встречено заметным энтузиазмом подуставшей группы: всё-таки вчерашним школьникам тяжело было сразу привыкнуть и к продолжительности занятий, и к их количеству. Пять пар, стоявших по расписанию, были бы для них неподъёмными.

Общежитие встретило их — возвращалась туда Иль вместе с однокурсниками — тишиной. У большинства ещё шли пары.

— Чем займешься? — спросила Оли.

— Отдохну, а потом прибраться бы надо. А ты?

— Посплю, а там решу. Если мы соберемся в город, тебе сказать?

— Конечно. Я в шестьдесят шестой комнате.

— А я в сорок пятой, — улыбнулась собиравшаяся жить дома девушка. Комнату в общежитии ей выделили без проблем, стоило только написать заявление. Как поняла Иль, на старших курсах многие снимали жильё в окрестностях академии, так что места в общежитии были.

Лии в комнате не обнаружилось: похоже, алхимиков никто жалеть не собирался. Растянувшись на кровати, Иль первым делом проверила почтовую доску, которую хранила в добытой немногим позже стола тумбочке. Как она и предполагала, там появилось новое предложение, сделанное малюсенькими буквами отцовского почерка. «Как первый день?». Слово «первый» было написано цифрой — родители старались экономить место. Переписка и так уже успела занять больше трети свободного пространства. И это за прошедшие с её отъезда из дома две недели!

«Хорошо. Маг. законодательство и мент. теория. Интересно», — написала она, сократив слово «законодательство» до нескольких сохраняющих смысл букв.

Ответ появился через пару минут:

«Ещё не пожалела?»

«Нет», — коротко ответила девушка. Рядом пририсовала сердечко.

Ей безумно не хватало родных, пускай она и старалась этого не показывать. Тяжело было оказаться одной так далеко и не иметь возможности ни обнять маму, ни поговорить с папой, ни поиграть с сестрёнкой… Про академию, куда её угораздило поступить, Иль им так и не написала: не хотела расстраивать, хотя письмо всё же отправила. Из главного почтового отделения столицы, руководствуясь тем, что там и дойдёт быстрее, и штампа МАН на конверте не будет. Обратным адресом указала гостиницу, где останавливалась во время вступительных, а потому собиралась зайти туда при следующем визите в город.

Конечно, все эти ухищрения отнимали время, но возможная реакция родителей пугала своей непредсказуемостью. А терять год, если они вдруг решат, что в академии некромантии их дочери не место, не хотелось. Тем более что благодаря Кос она успела понять, что некроманты совсем не такие, как их представляют. Впрочем, это, если судить по сегодняшнему семинару с ир Ледэ, похоже, касалось не только некромантов. Вполне может быть, заблуждения существовали относительно вообще всех магических специальностей, не говоря уже о магах в целом. Возможно, отчасти по этой причине Иль было проще общаться с Кос, чем с Лией.

Погладив отобразившееся на доске сердечко, выведенное родной рукой, менталистка пообещала себе, что до конца года обязательно научится хотя бы посылать на далекие расстояния мысленные послания. А лучше формировать ментальную сущность.

Предающейся мечтам о том, как она будет каждые выходные переноситься домой менталкой, её и застала Розалия.

— Как я устааала! — простонала девушка, упав на кровать так, что та застонала. — Наш деканат — настоящие извращенцы! В первый же день поставить нам четыре пары! На последней мы ещё и задержались почти на полчаса!

— Что у вас было? Ну, после маг. законодательства? — Иль заставила себя встать, чтобы хотя бы разобрать сумку.

— «Стихийные основы алхимии», «Ботаника» и «Минераловедение». Все лекции. Точнее по ботанике должен был быть семинар, но преподша сказала, что не видит в этом смысла и прочитала лекцию. Семинар это, я так понимаю, когда они не диктуют, а что-нибудь обсуждают с группой, — поделилась алхимичка. Иль кивнула, исходя из занятия с Ледэ, она тоже поняла именно так. — У меня уже рука отваливается и пальцы вон все в чернилах!

— У тебя перо протекло, что ли? — удивилась степени окрашенности её рук соседка.

— В том-то и дело что нет! Но они так быстро диктуют, что чернила не успевают высохнуть до того, как ты на следующую строку переходишь!

— Я же говорила, стоило взять те, что подороже, — напомнила об их походе по магазинам в первые дни дочь алхимика. У неё чернила были той марки, которую обычно брал отец. По его словам выходило куда дешевле, чем потом с помощью коллег пытаться восстановить какой-нибудь пришедший в голову или переписанный из редкого издания рецепт.

— Говорила, — вздохнула Лия. — Пойдёшь по магазинам?

— Нет, — покачала головой Иль. Занятия вымотали так, что даже сейчас, когда она немного отдохнула, ни сил, ни желания куда-то идти у неё уже не было. — Устала. Не хочу лишний раз тратиться. Возьми кого-нибудь из однокурсниц.

— Так и сделаю.