Единственным плюсом их положения было то, что они могли заселиться в общежитие уже сегодня: секретарь вместе с памятками выдала им направления к коменданту.

— Давай поселимся вместе? — предложила Лия, когда они вышли из главного здания академии и, следуя плану, нарисованному на обороте памятки, направились к общежитию. — Не хочу с некроманткой в одной комнате жить.

— Согласна.

Комендант, как оказалось, рабочий день как раз уже заканчивала, так что успели они впритык. Учитывая, что впереди были выходные, очень удачно успели. Но сказать, что некромантка была недовольна поздним визитом, это значило ничего не сказать.

— Приходите в понедельник, — заявили им.

— Но мы же уже пришли, — не поняла Лия. — На дверях написано, по будням до шести. А сейчас пять двадцать.

— По пятницам до пяти тридцати, — отрезала женщина с волосами собранными в неаккуратный пучок.

— Но ещё в любом случае пять двадцать! — Розалия, кажется, нашла на ком выместить дурное настроение. — Мы вышли от проректора около пяти. Это может подтвердить и он сам, и его секретарь. Хотите, чтобы мы к ним вернулись и сообщили, что коменданта общежития уже нет на месте? Вряд ли нам потребуется больше десяти минут на дорогу, теперь-то мы её знаем.

Едва ли не зашипев, недовольная властительница общежития потребовала их направления. Занесла имена в какие-то свои бумаги, потом заставила их эти бумаги подписать и заполнить заявления. Скрупулёзно проверила, выдала инструкции по технике безопасности и действиях при пожаре, а также свод правил общежития, удостоверилась, что они прочли, задав пару каверзных вопросов. Потом подсунула на подпись журналы по тому и другому. И наконец без пяти шесть вручила ключ с металлической бляшкой «66» и напутствием:

— Проваливайте.

Комната обнаружилась аккурат напротив туалета. Мужского.

— Зря ты с ней так, — заметила на это Иль. Указала на туалет: — Наверняка, это не единственный пункт её мести.

Тут Лия отперла дверь, и на девушек пахнуло затхлостью. Маленькая длинная комната со встроенным шкафом у двери была пуста. В том числе от мебели: обе кровати в разобранном виде стояли у стен. К ним же были прислонены матрасы.

— Зашибись, — ёмко охарактеризовала это Лия. Мысли Иль тоже были далеки от пристойных, но сдержаться она сумела.

— Кажется, на проживании в гостинице мы сэкономили ценой покупки подушек, одеял, постельного белья и наёма плотника.

— Похоже на то. Ну что, едем в город? Магазины должны работать до восьми.

— Едем, — вздохнула Иль. — Всё равно вещи из гостиницы надо забирать. Что-то там купим, а что-то может в лавках рядом с академией найдётся.

Заперев дверь, они направились к выходу. По коридорам сновали студенты. На общей кухне кто-то эмоционально рассказывал о прошедших каникулах, судя по запаху, не слишком следя при этом за своим ужином.

На улице смеркалось.

— Извините, не подскажете, во сколько начинается комендантский час? — спросили они у как раз подошедшего к общежитию студента.

— Новенькие что ли? — беззлобно спросил он. — Это же МАН. Да и в любом случае лето ж ещё, какой комендантский час? Вот повозки в десять ходить перестают, это да.

— А во сколько последняя?

— В девять отсюда, в десять от площади.

— Спасибо!

Пока шли к воротам, рассуждали:

— Сейчас шесть. Час туда. В семь с небольшим будем в городе. Если быстренько купим постельное, у нас будет ещё два часа на то, чтобы забрать вещи из гостиниц.

— Ага, и с новыми одеялом и подушкой сначала в гостиницу, а потом, захватив ещё и вещи, обратно.

— И что ты предлагаешь? — серьёзно спросила алхимичка.

— Надо либо нанимать повозку (но это дорого), либо пытаться успеть вернуться и снова съездить в город, — поделилась мыслями менталистка.

— Два раза не успеть. Это минимум три часа надо только на дорогу, а у нас до последней повозки меньше четырёх. И на магазины, и на дорогу до гостиниц остатка не хватит.

— А если сначала всё же в местные магазины, а потом уже в город за вещами? Если быстро обернёмся, успеем. Твоя гостиница далеко от площади?

— Ближе к академии артефакторства и алхимии, чем к площади. А твоя?

— А моя ближе к прикладникам, — вздохнула Иль.

— То есть тоже не близко, — резюмировала Лия. — Кажется, нам хватит времени либо на покупки, либо на вещи.

— Может, тогда переночуем сегодня в гостиницах? А завтра с утра встретимся уже с вещами и займёмся заселением?

— Пожалуй, это будет логичнее.

Конечно, можно было купить всё для сна, а завтра съездить за вещами. Но, во-первых, пришлось бы докупать элементарные предметы гигиены вроде зубной щетки, пасты, полотенца и прочего, тратя на это по итогу немногим меньшие деньги, чем на ещё одну ночь в гостинице. А, во-вторых, пришлось бы ночевать на одних матрасах, без кровати. В-третьих, хозяйка гостиницы могла забеспокоиться, послать сообщение родителям или попытаться выяснить что-то в академической палатке, ничего не узнать и опять же сообщить близким.

Утром они, как и договаривались, встретились на остановке около площади.

— Ты купила постельное? — поприветствовав соседку, спросила Розалия.

— Не успела. А ты?

— И я нет. Может, одна караулит вещи, а вторая по магазинам?

— По очереди? Мы тогда в общежитие хорошо если к обеду доберёмся. Да и вещей слишком много получится… — Иль представляла совокупные размеры необходимого. — Давай лучше я покараулю, а ты, если хочешь, для себя купишь, а для меня просто посмотришь цены.

— Идёт.

Алхимичка оставила свои чемоданы и, пообещав долго не ходить, убежала в ближайший магазин. Менталистке оставалось только ждать. Как и всегда, когда было скучно, она черкала в блокноте.

— Ты рисуешь? — удивилась соседка по комнате, вернувшись и заглянув через плечо.

— Так, черкаю.

— А получается узнаваемо. Это ведь проректор?

— Он самый. Ну так что, ты готова?

— Да, — девушка продемонстрировала паривший за спиной массивный сверток. — Точно покупать не будешь? Здесь неподалеку недорогой магазинчик есть…

— Точно, — заверила Иль. — Предыдущая повозка давно ушла. Так что скоро должна бы уже быть следующая.

— Вот и отлично, — Лия присела на скамейку рядом.

Ждали они действительно недолго: всего через несколько минут подошла нужная повозка. Народу почти не было. Видимо, сказывалось то, что учебный год ещё не начался, а вне его мало кто рвался ехать в академию в выходной день. Так что они с комфортом разместились, устроившись каждая на своём сидении.

Доехали тоже быстро. Немного поплутали в поисках тропинки к общежитию (всё же с этой стороны им ещё туда ходить не доводилось), но в целом добрались без приключений. Кое-как втащили вещи на второй этаж, доползли до комнаты и едва сдержали стоны, поняв, что до отдыха ещё далеко.

На вопрос о плотнике встреченный некромант едва ли пальцем у виска не покрутил:

— Суббота ведь. Какой плотник?

— Кажется, мы влипли, — вздохнула Лия, когда они снова остались одни посреди коридора.

— Положим матрасы на пол, если других вариантов не будет, — предложила Иль. — Всё не на полу.

— Но это же не дело!

— Предлагаешь ещё две ночи в гостинице ночевать? Не знаю, как у тебя, а у меня бюджет ограниченный. А купить нужно многое. И я совсем не уверена, что родители скоро переведут деньги. Да и что вообще переведут, если узнают, куда меня угораздило поступить. А до стипендии далеко. — Распространяться про наследство она не собиралась. Как и трогать его без необходимости: одно дело использовать его для оплаты проезда до столицы, гостиницы, вещей первой необходимости, а другое тратить постоянно. Во втором случае, вряд ли его хватит на весь срок обучения. Тем более если придется перепоступать в следующем году. Это понимали и её родители, так что обещали помогать, чем смогут.

— Убедила, — согласилась с аргументами подруги по несчастью Розалия. — Поспим на матрасах. А сейчас по магазинам?

— Давай сначала заглянем на кухню. Родители говорили, в общежитиях бывают общие холодные лари. Надо бы проверить, есть ли тут. Потому что если нет, придется думать, как хранить продукты.

Как и опасалась Ильда, у некромантов ничего подобного не оказалось. На кухне по крайней мере. Наверняка у представителей связанной с хранением «материала» специальности был подвал, предназначенный для студенческих работ (а заодно и пищи, некроманты, как известно, не привередливы), но пользоваться им, не разбираясь в некромантии, девушка бы не рискнула.

— Нужно посмотреть, сколько они здесь стоят.

— Ты же только что говорила про необходимость экономить, — напомнила соседка. — Поесть и в столовке можно.

— Смотря какие там цены. И я же говорю, «посмотреть», а не «покупать». Около академии артефакторов и в городе они наверняка дешевле.

Постельное бельё и одеяла-подушки в магазинчиках вблизи от академии действительно нашлись. Вот только были они специфических расцветок и узоров: на некромантскую тематику как её понимали далекие от магии люди. На чёрных простынях скалились белые черепушки, серели надгробия, алели розы и «кровь».

— Какая мерзость! — поморщилась Розалия.

— А по-моему, вон тот комплектик очень даже ничего, — Ильда указала на серый комплект, на котором танцевали в обнимку скелет в белом платье-саване и мрачный парень в некромантском балахоне. Разумеется, сильно стилизованные, но вполне узнаваемые. Наклонившись к уху соседки, девушка сообщила той: — Некромант на проректора похож.

— И правда, — теперь развеселилась уже и алхимичка.

Этот комплект девушка и купила. А заодно, не удержавшись, ещё полотенчико для рук из того же материала и носовой платок с всё тем же некромантом, только с лопатой наперевес.

— Не боишься, что некроманты возмутятся? — забеспокоилась Лия.

— Если бы их это возмущало, тут бы этим не торговали, — успокоила соседку менталистка.

Купив в этом же магазинчике заодно чёрные подушку и одеяло (очень практично — «грязь не видна», как уверял продавец, у которого других расцветок попросту не было), новоиспеченные студентки академии некромантии направились обратно в общагу: Розалии, которая приобрела себе кое-что из домашней одежды-обуви, тоже нужно было избавиться от лишних вещей. У Иль как раз это в наличии имелось и так, всё-таки её собирали и сами учившиеся в магических академиях родители. Им, кстати, ещё предстояло написать. А то с них сталось бы решить выяснить о её поступлении через знакомых целителей и алхимиков, у которых были свои знакомые… Где-нибудь в этой цепочке наверняка отыскались бы бытовики и менталисты. Так что лучше написать самой. Только сперва закончить с покупками.

— Сейчас за посудой, продуктами или умывальным? — спросила потомственная магичка, сверяясь со своим списком необходимого.

— Может, что первое попадется?

— Можно и так, — согласилась Иль.

За покупками и обустройством время пролетело незаметно. В общагу пришлось сбегать ещё пару раз, потому что посуда оказалась не только громоздким, но и тяжелым приобретением. Магический фарфор, привычный Ильде и гораздо более легкий, сейчас был ей не по карману, так что пришлось покупать обычный. А заварочный чайник, две глубокие тарелки, две плоские тарелки, два блюдца и две чашки вместе вытянули на неплохой вес. Ну и сумму заодно. А нужны ведь были ещё сковорода, кастрюля и обычный чайник…

С чугунной сковородкой (пришлось запихать её на самый низ) сумка с покупками стала совсем уж малоподъемной, так что пришлось тащить всё в Академию. Причём помогать себе левитацией и нести кастрюлю в руках — в сумку она уже не влезала.

На них косились, но молчали. Только один парень у входа в общежитие с доброй улыбкой спросил:

— Новенькие? — Они кивнули. Тогда старшекурсник расщедрился на совет: — Продукты лучше «У тетушки Сины» берите. Это дальше, но зато наверняка не потравитесь. Даже если готовить не очень умеете. Ну, удачи!

— Спасибо!

— Грех не помочь таким очаровательным некроманточкам, — подмигнул парень. Разубеждать его они не стали. Да и он уже скрылся за поворотом дорожки.

До готовки дело в этот день уже не дошло: они слишком устали, бегая туда-сюда, а потом разбирая вещи. Хотя продукты (из числа нескоропортящихся, так как холодные лари стоили запредельно дорого) они купили. Переглянувшись, девушки направились в столовую.

Дорогу через корпус Иль знала, так что решили идти именно так, а не выспрашивать опять у встречных, как пройти туда с улицы. По счастью, несмотря на позднее время (было уже ближе к восьми вечера), корпус оказался открыт. В коридорах, добавляя им мрачности, горели магическим светом факелы.

— Ты вроде говорила, что твой отец — алхимик? — спросила Лия, когда они шли по пустому в этот час коридору.

— Да. Папа — алхимик, мама — целитель. А что?

— А сама ты в алхимии что-нибудь понимаешь?

— Кое-что. Меня пытались учить, но мне никогда не было это по-настоящему интересно.

— Почему?

— А, сама не знаю. — Помолчав, призналась: — Вообще-то, была одна история в детстве, которая отбила у меня желание алхимией заниматься. Но я и до этого-то не слишком ей увлекалась, если честно.

— Что за история, если не секрет? — заинтересовалась алхимичка.

— С перевернутым эликсиром окрашивания. Мало того, что сама в зелёный окрасилась, так ещё папа заставил самостоятельно варить новую партию: у него заказ был от ткачей. С первого раза у меня, разумеется, не вышло. Как и со второго. — Лия зафыркала, сдерживая смех. — В общем, в папину лабораторию я после этого соваться расхотела. Чего он и добивался, собственно. Правда, не учёл, что эффект будет многолетним.

Они поднялись по лестнице, ведущей к кабинету ректора, до перехода. Его тоже никто не запер, так что девушки без проблем преодолели десяток метров и вошли в столовую.

— Осторожнее, здесь ступеньки, — предупредила Иль.

В большом зале, освещавшемся всё теми же магическими светильниками, было гораздо оживленнее, чем в коридорах. Видимо, уже вернувшиеся с каникул студенты и преподаватели тоже предпочли собственной готовке столовскую. По этой же причине на раздаче толком ничего не было. Взяв что поприличнее из оставшегося, новоиспеченные студентки расплатились и направились к ближайшему столику, коих тут стояло, наверное, десятков пять, если не больше.

— А ты из мещан, да? — спросила Иль, утолив первый голод. Приставка «ри» перед фамилией свидетельствовала именно об этом; родившиеся с даром в магических семьях носили приставку «ир», даровавшуюся их родителям (в случае её отсутствия) вместе с дипломом об окончании академии; аристократия «ли» или «ла» в зависимости от титутулованности; купечество, себе дворянство ещё не купившее, «ди»; а крестьяне приставок не имели вовсе.

Розалия кивнула и, прожевав, ответила:

— Мама — учительница в школе, а папа в городском оркестре играет.

— На чем?

— Виолончель. Я сама на скрипке училась. Недолго, это у меня как с алхимией у тебя. Зато мой младший брат, наверное, пойдет по папиным стопам. Дара у него нет, мне он от бабушки с маминой стороны, похоже, достался. Она артефактором была, погибла при неудачном эксперименте. Поэтому мама магии учиться не стала, хотя какой-то дар у неё есть. А меня уже просто удержать не смогли. Да и силы у меня побольше, чем у неё. Четвертый уровень.

Говорить о своем седьмом Иль посчитала нетактичным, перевела тему на младших:

— А сколько твоему брату?

— Тринадцать.

— А моей сестренке шесть.

— Большая у вас разница! — оценила алхимичка.

— Маги, — развела руками менталистка. — Мы стареем медленнее, так что торопиться некуда.

— Точно ведь! А я и не подумала об этом…

Обратно они вышли через другую дверь, чтобы выяснить, где находится второй вход. Вот только не учли, что нужно будет снова искать дорогу к общежитию. Пришлось пристроиться следом за троицей девушек, покинувшей столовую после них. Но те, как оказалось, направлялись к воротам. Зато оттуда найти путь к жилому корпусу уже не составило труда.

— Надеюсь, ночью здесь не будет так шумно, — вздохнула Лия, когда они подошли к нужному зданию, из которого раздавались громкие звуки музыки, отголоски чьих-то споров, вопли… А ведь вернулись с каникул ещё далеко не все!

— Я бы не надеялась, — Иль была реалистом. — Это же некроманты, они ночью активнее, а сейчас ещё и каникулы. Ты умеешь ставить антишумовое заклятье?

— Не очень хорошо. И долго я его никогда не держала. А во сне держать вообще не пробовала.

— Я тоже. Но думаю, у нас есть все шансы попробовать. Хорошо, если не придется покупать антишумовой амулет, а то и артефакт.

Закончив с разбором вещей, Иль застелила кровать, вернее пока что матрас, и, привалившись к стене, принялась сочинять как можно более обтекаемое послание родителям. Это заняло её надолго: пускай она и не хотела говорить о том, куда именно поступила, сказать хотелось многое, но место на её доске было далеко не бесконечным. Пришлось ограничиться короткой запиской, для начала записанной на клочке бумаги: «Поступила на ментальную. Заселилась. Устраиваюсь. Все хорошо. Люблю вас».

— Ого! Это у тебя почтовая доска⁈ — удивилась Розалия, когда соседка положила артефакт связи себе на колени и взяла специальный мелок.

— Да, — подтвердила девушка. — Папина. Он маме подарил на годовщину их знакомства. Они тогда ещё в академиях оба учились, а целительская и алхимическая же на разных концах города, нагрузка на старших курсах большая, вот он у кого-то из знакомых артефакторов то ли купил, то ли выменял на что.

— А я по старинке, через почтовых магов своим вчера написала.

— Да я тоже потом напишу, с доской такого размера много не сообщишь, — вздохнула Иль. Доска у неё и правда была небольшой, а, учитывая, что для очистки таких артефактов от старых записей требовалась не одна доска, а обе из пары, очистить её в ближайшие месяцы будет сложно, если не невозможно.

Словно почувствовав, что дочь взяла доску в руки, кто-то из родителей девушки, судя по почерку, мама, написал короткое: «Как ты?». Вооружившись мелком, Ильда прямо в этой же строчке как можно мельче вывела свое послание.

Лия с любопытством заглянула ей через плечо: о досках ей прежде приходилось только слышать. Написанная Иль строчка чуть заметно замерцала и буквально впечаталась в дерево.

— И как быстро оно появится на второй?

— Вблизи почти сразу. А на таком расстоянии минут через пять-десять, наверное, так папа говорил. Они проверяли, когда он по распределению в наш город уехал, а мама ещё в академии была. Целители же дольше учатся.

— И как они это проверяли? В смысле как это на таком расстоянии проверишь?

— По часам, — улыбнулась дочь магов. — Он говорил, лучше по главным городским, их чаще сверяют со столицей.

— То есть они просто оба написали, сколько у них времени, что ли?

— Ну да. Правда, такими бессмысленными штучками они уже за неделю доски исписали, и пришлось папе свою маме пересылать с дилижансом.

Ей для подобного не хватило бы смелости, хотя отец и предлагал. Остановил его аргумент мамы, что очистка досок удовольствие не дешевое, особенно в их глуши. В столице, конечно, подешевле, но это если места и нужных артефакторов знать. Видимо, места это были такие, куда юной девушке одной лучше не ходить, потому что объяснять алхимик отказался наотрез. К тому же, трат у Иль и так ожидалось немало. Тот же артефакт тишины тоже стоил немалых денег. Артефакты вообще были дорогим удовольствием, в основном из-за требуемых для их изготовления материалов и ингредиентов.

— Звучит весьма романтично, — признала Розалия.

Ильде, мысли которой были уже далеко, потребовалась пара секунд, чтобы понять о чём она. Что на это сказать менталистка не знала, так что поделилась ещё одним фактом о переписке родителей:

— Потом он додумался до лупы и тонкого мелка. Но мама возмутилась и сказала, чтобы он не портил зрение. Всегда же можно послать обычное письмо. Доски это на крайний случай.

Уже через пару часов, когда они легли, стало понятно, что амулет, а скорее даже артефакт, всё же потребуется: силы их заклятий не хватало даже совместно. Более того, стоило им кое-как уснуть, как заклятья слетели.

— Давай по очереди, — вздохнула Иль, вновь вешая заклятье против шума. — Спи первая. Я разбужу, как пойму, что больше не могу держать.

Спорить сонная Розалия и не подумала. Только пробурчала себе в подушку:

— Ты только не засни случайно.

Но менталистка услышала и ответила:

— Постараюсь.

Убедившись, что соседка заснула, она зажгла слабый огонек и открыла книгу, которую читала перед сном. Ничего стоящего, всего лишь дешевый роман для девушек с неплохой детективной линией.

Когда глаза стали совсем уж слипаться, Иль закрыла роман о приключениях юной графини и выбралась из своего «гнезда». Чтобы встать с матраса, пришлось сначала сползти коленями на пол. Половицы безбожно скрипели, но Лия, видимо, слишком устала для того, чтобы проснуться от этих противных звуков.

В коридоре на неё обрушился гомон весело болтающих где-то по соседству некромантов, звуки плохо настроенной гитары, фальшивые подвывания… Причем с разных сторон. Что странно, друг другу разные компании не мешали. Хотя, если они использовали амулеты, глушащие посторонние звуки, но не отсекающие их собственные…

В конце коридора около женской уборной ей встретилась такая же несчастная как она сама девушка, притулившаяся на подоконнике с сигаретой.

— Тоже не дают поспать? — предположила она, выдыхая разноцветный дым. Похоже, сигареты[1] у неё были магически лишенные никотина, именно в таких случаях дым имел такой вид. Черноволосая, с забранными в косу волосами, в мужского покроя одежде выглядела она типичной такой некроманткой.

— Вроде того. Мы с соседкой решили спать по очереди, — поделилась Ильда. — Так что я держу противошумовое и пытаюсь не заснуть, а то слетает.

— Это правильно. А у меня соседки нет ещё. Я — Кос. Из семьдесят восьмой комнаты.

— Иль, из шестьдесят шестой, — присаживаясь на подоконник рядом, представилась менталистка.

— Хочешь? — новая знакомая протянула ей ещё одну сигарету.

— Нет, спасибо.

— Ну и правильно. Та ещё зараза. Как подсела во время экзаменов, так отвыкнуть не могу. Это уже безникотиновая.

— Да я поняла, но всё равно не хочу. Гадость это вредная, даже такие.

— Знаю. Пытаюсь вот отвыкнуть…

— Мне после них худеть пришлось, — призналась Иль. То, что она имеет в виду экзамены, а не сигареты, её собеседница прекрасно поняла.

— А я вообще почти не ела. Мама насильно кормила. На сколько сдала?

— Двести семнадцать. А ты?

— Двести пятнадцать, — поразила её некромантка. — Накосячила во втором блоке, а потом времени не хватило проверить.

— И тебе? Наша учительница весь год нам твердила, чтобы мы не тормозили на лёгких вопросах и не искали подвоха где не надо, но одно дело тренировочные варианты, другое реальный.

Кос согласно закивала. Дальше разговор свернул на конкретные задания, кому что в них досталось, возможные ошибки… Общих тем обнаружилось неожиданно много. Девушки оказались похожи. Обе из провинции, обе из магических семей, закончившие со сходными баллами и ещё не научившиеся толком ориентироваться в столице. Каким-то невероятным образом дошло и до демонстрации заклинаний.

Проходившая мимо старшекурсница посмотрела на них как на идиоток, но ничего не сказала. Зато заставила Иль опомниться:

— Мое заклятье там, наверное, уже совсем выдохлось! Надо сходить проверить хоть.

— Не будешь соседку будить?

— Да мне что-то спать уже расхотелось.

— Значит, составишь мне компанию? — обрадовалась Кос. — Можно ко мне в комнату пойти.

— Давай. Только сначала заклятье проверим.

— Идём, — некромантка первой соскочила с подоконника.

Но оказалось, что заклятье держалось. Подпитав его, Иль прикрыла дверь и последовала за новой знакомой. Комната той оказалась этажом выше. И по дороге туда они миновали как минимум две развесёлые компании.

— Я знала, что в общаге тишина — редкий гость, но не думала, что настолько, — покачала головой Иль.

— Аналогично.

В комнате Кос было на порядок приличнее, чем у них: и кровати собраны, и стол стоит, и даже гардина над окном имеется.

— Похоже, комендантша нам всё-таки отомстила, — прокомментировала это менталистка. И в ответ на логичный вопрос некромантки рассказала историю их заселения.

— А чего вы так поздно к ней пришли?

Пришлось сознаваться, что вовсе не некромантка и рассказывать историю своих мытарств. К новости об её специальности Кос отнеслась спокойно, а над поисками проректора посмеялась.

— Вам стоило спросить у секретарши, как его отличить. Тогда было бы проще.

— Думаешь, сказала бы? — засомневалась невольная студентка МАН.

— Ну, мне сказала.

— Ты-то не пыталась у него документы забрать.

— Ты хочешь сказать, она из-за документов вас побегать решила заставить?

— А из-за чего ещё?

— Ну, так-то да.

Помолчали. Наконец Иль набралась храбрости:

— А почему ты так спокойно отнеслась к тому, что я — менталистка?

— У меня некромант — только папа, — призналась девушка, помедлив. — Мамуля — целитель, как и у тебя. И старший брат по её стопам пошел, как его папа на кладбища не таскал.

— Серьёзно? Разве некроманты на целителей вообще смотрят в этом плане⁈

— Когда у них в лазарете пару месяцев поваляются, вполне так смотрят, — заверила некромантка. — Да и вообще смотрят. Просто признавать свои чувства не любят. Это же моветон в целителя влюбиться! Некроманты вообще не такие, какими их простые люди, да и другие маги рисуют. Общалась я с папочкиными приятелями. Маги как маги. И тётка моя с его стороны от мамы по характеру недалеко ушла. Сила ведь не полярна, специальность — это просто профессия. И как любая другая профессия она отпечаток, безусловно, накладывает, но не более. И тут ещё от конкретной специализации многое зависит: боевики они что некроманты, что стихийники такие… боевики. Я потому прикладную некромантию и выбрала. Тихо, спокойно, не надо носиться по болотам на границе с Лесами… Сидишь себе в городе, да делами ритуальными занимаешься. Для девушки самое оно. А ты почему именно на ментальную магию решила?

— Ну, к боевой магии у меня тоже душа не лежит, хотелось что-нибудь поспокойнее. Артефактор из меня так себе. Алхимию с детства не люблю. Целительство — это каторга, сама знаешь. А бытовая магия слишком скучная. Да и бытовиков в каждом городе пара десятков наберётся на любой вкус. А вот ментальная или пространственная самое оно. И интересно и без особых приключений. Ну а менталисту работу найти проще, чем пространственнику: тут тебе и судебная, и лекарская. Да и зарабатывают они хорошо. Встречала я у мамы в лечебнице менталиста-лекаря. Живёт в престижном районе, проблем не знает. Даром что в провинции.

— Психических проблем у людей везде хватает, — согласилась Кос.

Утро девушки встретили в комнате некромантки, болтая за жизнь. К рассвету все немного угомонились, стало тише, и Иль, несколько раз бегавшая подпитывать заклинание, засобиралась:

— Нужно хоть немного поспать. Завтра ещё амулет идти искать.

— Соберёшься за ним, меня прихвати. Мне тоже явно нужен.

О чём она Иль поняла прекрасно — соседи Кос шумели сверх всякой меры: с одной стороны громко говорили, всю ночь двигали мебель (заставляя задуматься, чем они вообще там занимаются), с другой — собралась одна из компаний с гитарой. Когда менталистка пошутила насчет того, что гитара — «национальный» некромантский инструмент, некромантка кивнула и абсолютно серьёзно сообщила, что игрой на ней повелители мёртвых развлекают себя, длинными ночами сидя на кладбище в ожидании нужного для ритуала часа или затаившейся нежити. Она, оказывается, музыку тоже любила. И на музыкантов «клевала» с охотой.

[1] Версия эпизода от 31.08.25. Автор осуждает! Курение вредит вашему здоровью!