Даже сидя в седле, Тосок не мог поверить в услышанное. Как могла его мать, отличающаяся крепким здоровьем, внезапно умереть?

Он, с трудом сдерживая растущую панику, заставлял себя гнать лошадь все быстрее, пока не добрался до дома.

– Отец, что случилось? – закричал он, въезжая во двор.

Отец Тосока выглядел так, словно вот-вот потеряет сознание.

– Это дело рук похитителей! – выдохнул он.

– Похитителей? – переспросил Тосок, не веря своим ушам.

После похищения Соран и Хэён поссамщики долгое время не давали о себе знать. С тех пор, как Королевское сыскное ведомство усилило надзор, не было ни одного случая похищения. Почему же они напали именно на его семью? И почему те, кто похищал девушек, внезапно напали на его мать?

– Вероятно, из-за Сольсоль, – ответил отец.

Сольсоль была одной из служанок, о красоте которой ходили слухи по всей округе. В такое неспокойное время даже невинные слухи могли обернуться бедой.

– Похитители пытались схватить Сольсоль, но во дворе оказалась твоя мать. Когда она их заметила, они напали на нее с ножом.

– Как такое могло случиться?! – воскликнул Тосок, его голос был полон отчаяния.

Его мать погибла от рук этих негодяев. Правда была слишком ужасной, чтобы в нее поверить. Тосок опустился на колени, тяжело дыша, пытаясь осознать, что только что услышал.

После того как Хэён похитили, Тосок поклялся, что не оставит преступников безнаказанными. Но, будучи простым книжником, он ничего не мог сделать, чтобы исполнить свои обещания. А теперь эти мерзавцы подняли руку на его мать. Разве не заслуживают они небесной кары?!

Он направился к месту, где лежало тело его матери, и почувствовал, как эта ужасная история, которая казалась кошмаром, начала превращаться в реальность. Он не мог поверить своим глазам. «Почему? Как это могло случиться?» – его душу пронзило горе, словно острым ножом.

– Мама! Моя мама!

Он горько пожалел о том, что не успел сделать для нее больше.

– Мне так жаль… Я никогда не был хорошим сыном.

Сердце разрывалось от острой боли и сожаления.

– Я так и не успел показать вам, каким может быть достойный сын.

В эпоху запрета на браки он лишь делал вид, что готовится к экзаменам, но так и не занял достойного положения, не привел в дом хорошую невесту, которая могла бы порадовать мать, не подарил ей внуков…

«За тридцать с лишним лет своей жизни я ничего для нее не сделал», – думал Тосок, тяжело ударяя себя в грудь.

– Прости меня, прости… Ты так долго хотела, чтобы я женился…

Позади него стояли Докхун и Ванбэ, молча поддерживая его в этом тяжелом горе.

– Тосок, сейчас не время сидеть сложа руки.

Не успев прийти в себя от удара, он как старший сын должен был заняться подготовкой к похоронам.

Тосок облачился в грубую одежду из мешковины, как того требовали традиции. Он не мог перестать думать о том, что никогда не был хорошим сыном для своей матери, и все время, пока он готовился к похоронам, слезы сами собой наворачивались на глаза.

Тем временем Докхун и Ванбэ помогали рассылать сообщения друзьям и близким. В какой-то момент Докхун, бросая осторожные взгляды на Тосока, неуверенно спросил:

– Может, сообщим и госпоже Хэён?

Было логично оповестить всех близких, но Докхун беспокоился, что встреча с госпожой Хэён может окончательно сломить и без того подавленного Тосока.

Немного подумав, Тосок с выражением безмерного отчаяния покачал головой.

– Не хочу ее видеть.

Не хочет видеть? Госпожу Хэён?

Докхун и Ванбэ удивленно переглянулись.

– Кажется, только сейчас я смогу ее забыть. После всего этого.

Неужели Тосок решил оставить свои чувства к госпоже Хэён в прошлом?

– Я ненавижу себя за то, что так долго был одержим ею. Не хочу видеть себя прежнего.

Тосок принял решение. Теперь он был готов окончательно отпустить свои чувства к Хэён. Ее безразличие к нему всегда приносило только боль. Хэён не сделала ничего плохого, отказав Тосоку, но теперь, потеряв свою мать, он осознал, что дальше так продолжаться не может.

– Когда все закончится, я присоединюсь к вашей организации. – Слова Тосока стали полной неожиданностью для Докхуна и Ванбэ, и они взглянули на него с изумлением.

– Правда?

– Я отдам все свои книги. Забирайте их, ни одной не оставлю.

Если он действительно так поступит…

– И вы правы, в конце концов. Указ о запрете на браки привел страну к такому состоянию! Из-за него появились похитители невест, из-за которых пострадала моя мать! Как только указ будет отменен, эти преступления прекратятся. Я, по крайней мере, присоединюсь к этой борьбе.

Тосок был полон решимости. Да, указ о запрете на браки должен быть отменен как можно скорее. Нельзя больше сидеть сложа руки. Даже обычные люди, такие как он, должны начать бороться за свою свободу. А значит, король должен немедленно выбрать новую королеву и спасти страну.

* * *

Король сидел в зале для совещаний и вместе с главным советником пытался придумать, как лучше поступить. Они пришли к выводу, что первым делом нужно, чтобы Соран ожидала наследника, и объявить об этом народу. Быть может, тогда народ поддержит ее восхождение на трон.

В истории были случаи, когда наложницы становились матерями наследников и тем самым укрепляли свои позиции. Это могло бы стать шагом к отмене указа о запрете на браки и стабилизации ситуации в стране.

«Да, таким образом мы сможем положить конец указу. Но действовать нужно как можно скорее», – размышлял Хон. Он понимал, что, как и сказал советник, народ не будет ждать вечно.

И когда он окончательно решил, что приложит все усилия для рождения наследника, главный евнух сообщил неожиданную новость:

– Сегодня ночью Соран будет ждать Его Величество в «Арымдавоне».

– Да? В таком случае я отправлюсь туда, – ответил король Хон, и на его лице засияла радостная улыбка.

Соран, которая еще недавно находилась под влиянием плохого сна, казалась готовой пойти ему навстречу. Это было для него настоящим подарком.

Завершив свои дела, король Хон поспешил в «Арымдавон». Солнце уже клонилось к закату.

«Она ждет меня здесь?»

Одна эта мысль наполняла сердце восторгом.

Стоило войти в оранжерею, как его окружили распустившиеся розы, которые, казалось, заманивали его своим ароматом.

Ли Хон искал самую прекрасную розу в этом саду.

– Соран, где ты?

Он обошел весь розовый сад, но ее нигде не было видно.

Может быть, она уже внутри? В тайной опочивальне?

Король Хон подошел к небольшой деревянной двери и с трепетом открыл ее.

На мгновение ему показалось, что он слышит небесную музыку. Яркий свет слепил, и, прищурившись, он увидел Соран. Она стояла там в белом нижнем наряде, с распущенными волосами, спадающими на плечи. Сердце короля Хона пропустило удар.

Соран была столь прекрасна, что казалась богиней, сошедшей с небес.

Оглядев комнату, он заметил, что постель, на которой они провели ночь, была щедро усыпана алыми лепестками роз.

– Соран, когда ты успела все это подготовить?

Если король придумал само место, то Соран вложила не меньше усилий в его украшение. Лепестки роз добавляли комнате ярко-алый оттенок.

Король Хон шагнул к Соран.

– Долго ждала?

На улице было все еще светло, но время больше не имело значения.

«Сегодня мы будем вместе всю ночь, до самого рассвета. Мы заполним ее беседами, как звездами, и никто не сможет нас потревожить».

– Я скучала по вам, Ваше Величество.

– И я по тебе скучал.

Они провели порознь всего несколько часов, однако король Хон уже тосковал по ее объятиям. Стоило ему оказаться рядом с Соран, как его волной накрыли воспоминания о прошлой ночи, и внутри вновь разгорелся огненный столп желания.

«Да, Соран родит мне наследника, который станет будущим правителем этой страны», – с новой решимостью подумал король Хон.

– Ваше Величество, позвольте мне обтереть вас влажным полотенцем.

В то время как короля Хона переполняла страсть, Соран оставалась спокойной, даже холодной. Казалось, тень вчерашнего беспокойства все еще не рассеялась.

– Ты говорила, что видела плохой сон. Теперь тебе лучше?

– Да, теперь все хорошо.

– Что же тебе снилось?

Ее губы слегка дрогнули, но ответа не последовало. Как и прошлой ночью, она не спешила рассказывать.

– Сон, в котором мы с вами расстаемся, пугает меня больше всего, Ваше Величество.

Голос Соран звучал глубже и взрослее, чем обычно. Это был голос не игривой девушки, а зрелой женщины.

– Не беспокойся. Теперь мы никогда не расстанемся, – сказал Ли Хон, крепко обнимая ее. После того как их тела слились и они стали единым целым, он поклялся, что их ничто не сможет разлучить.

«Никогда не расстанемся».

Но, несмотря на его уверенность, выражение лица Соран оставалось сложным и загадочным. Она вела себя не так, как обычно, и Ли Хон внимательно посмотрел в ее глаза.

На самом деле мысли Соран были заняты другим. Она думала о сообщении, которое получила сегодня от Хэён.

«Кэи серьезно болен и сейчас находится у лекаря Пака». Эта короткая записка не раскрывала никаких подробностей. Конечно, Кэи уже достиг того возраста, когда болезни начинают давать о себе знать, но чтобы дело дошло до того, что он упал без сил? Что именно произошло? Почему он дошел до такого состояния? Соран терялась в догадках и все больше волновалась. Эти мысли мешали ей сосредоточиться, даже несмотря на решение провести этот вечер с королем Хоном.

Насколько серьезно он болен? Что могло случиться?

Однако Ли Хон не мог знать, что происходит у нее в душе. Соран старательно скрывала свое волнение.

– Соран, иди сюда, – позвал король Хон.

Он мягко взял ее лицо в свои ладони и снова поцеловал. Как всегда, его поцелуй был полон страсти.

Соран почувствовала, как ее тело откликается на его прикосновения. От желания у нее кружилась голова.

Его тело было горячим. Теперь, когда он твердо знал, чего хочет, он больше не собирался откладывать. Ли Хон решительно встал и потянул Соран на постель. На белоснежном покрывале красные лепестки цветов начали трепетать, как будто от волнения.

– Ты любишь детей?

Неожиданный вопрос заставил Соран удивленно поднять взгляд.

– Конечно, люблю.

Соран обожала все милое, будь то дети или щенки, и не могла пройти мимо, не приласкав. Но почему король Хон спросил ее о детях?

– Сегодня у нас с советником состоялся долгий разговор. Ты говорила, что гадалке нельзя рожать детей для королевской семьи. Если потребуется, мы проведем обряд очищения.

Обряд очищения? Услышав это неожиданное слово, глаза Соран широко раскрылись от удивления.

– Мы пригласим могущественного шамана, который запечатает твой дар. Тогда ты спокойно сможешь стать матерью.

Соран не знала что сказать.

На самом деле все это время она лгала о своих способностях. Ее дар – это умение лгать. Она только притворялась, что умеет вызывать духов и может связаться с душой покойной принцессы. Все это было лишь выдумкой.

Но король Хон принял ее слова всерьез и продумал все до мелочей. Соран испытала волну вины. Сколько времени и сил он потратил, переживая из-за ее слов?

– Поэтому я добьюсь наследника через тебя. Хорошо, что ты любишь детей.

Но вопрос не только в том, любит ли Соран детей или нет. Рождение ребенка – наследника престола в отсутствие королевы – изменит жизнь Соран до неузнаваемости.

– Ты справишься, Соран?

Ее охватили сомнения. Может ли она взять на себя такую ответственность?

– До тех пор, пока это не случится, я не остановлюсь.

Ли Хон дал ясно понять, что будет продолжать, пока она не забеременеет. В этот миг Соран почувствовала, как на ее плечи легла тяжелая ноша.

– Ответь мне.

Не дождавшись ответа, кроль Хон увлек Соран в новый поцелуй. Он понимал, что Соран сомневается, но этим поцелуем он хотел развеять все ее колебания, стереть остатки сомнений, чтобы она могла полностью довериться ему и больше ни о чем не думать.

Поцелуй становился все более настойчивым, не оставляя ей возможности для возражений. Ему хотелось, чтобы она поняла: его желание быть с ней не изменится.

– Ваше Величество…

Соран мягко отстранилась, готовясь произнести то, что хотела сказать весь день.

– Я…

Но не успели слова сорваться с ее губ, как из глаз внезапно хлынули слезы.

– Я должна покинуть дворец.

– Что?

– Я должна отправиться в «Адальтан».

Король Хон замер. Она хочет покинуть дворец? Это прозвучало как гром среди ясного неба. Он был полон решимости не отпускать Соран до тех пор, пока она не забеременеет. И вдруг это шокирующее заявление.

Видя, как его лицо застыло, Соран была на грани рыданий. Ей было невероятно трудно произнести эти слова, но она должна была получить его разрешение.

– Ты хочешь покинуть дворец в такое важное время? Почему?

– Старик Кэи, который мне как родной дед, тяжело болен. Мне сообщили об этом в письме.

Она не смогла продолжить. Казалось, за день она уже выплакала все слезы, но теперь ее глаза вновь увлажнились.

Теперь Ли Хон понял, почему во взгляде Соран застыла грусть. «Почему я не заметил этого раньше?» – подумал Ли Хон, почувствовав, как его сердце холодеет от осознания, что она носила эту боль в себе весь день.

– Но чем он болен?

– В письме сказано только, что его отнесли к лекарю. Никаких подробностей. Именно поэтому я так беспокоюсь.

– Разве нельзя послать кого-то, чтобы узнать подробности? Тебе совсем не обязательно самой ехать.

– А если с ним что-то случится, пока я жду?

Услышав о том, что старик Кэи заболел, Соран и так с трудом сдерживала желание сразу же покинуть дворец. Она боялась, что, пока она медлит, его состояние может ухудшиться.

Но ее слова вызвали у короля Хона еще большую растерянность.

– Но ведь это так внезапно…

Он провел весь день, обдумывая их совместное будущее, а теперь она говорит, что хочет покинуть дворец. У него появилось ощущение, будто все рушится.

К тому же он не знал, кого назначить ее охранником. Раньше был Синвон, но теперь некому было поручить ее безопасность.

– Неужто ты забыла, как в прошлый раз стала жертвой похищения?

Именно из-за того случая она больше не могла покидать дворец. Король Хон не мог вынести мысли, что подобное может повториться.

– Но ты все равно настаиваешь на том, чтобы уйти?

Соран с мольбой посмотрела на него и медленно кивнула. Ли Хон понял, что в итоге ему придется ее отпустить.

* * *

Соран была готова покинуть дворец. Стоя у ворот, она крепко прижимала к себе собранные вещи, готовая к отъезду. Король Хон смотрел на нее с тяжелым сердцем.

– Когда ты вернешься? Можешь ли дать мне обещание?

– Я дам знать, как только все улажу.

– Хорошо.

Для него это временное расставание было равносильно прощанию на веки.

– А если я буду слишком скучать?

Он старался казаться сильным, но этот неожиданный вопрос прозвучал как признание. Сейчас он выглядел как ребенок, и его поведение вызвало на лице Соран легкую улыбку.

– Не думайте, что я ухожу далеко, Ваше Величество.

Ее губы улыбались, но глаза уже начинали краснеть.

– Где бы я ни была, я всегда буду думать о вас, Ваше Величество.

В горле встал ком, и Соран потребовалось время, чтобы справиться с эмоциями. Она тоже не хотела расставаться с королем Хоном.

– Мы уже запечатлели наши чувства в сердце друг друга. Это связь, которую невозможно разорвать. Даже если на время мы окажемся врозь, наши души останутся рядом.

– Да, ты права.

– Я улажу все дела и вернусь.

Если состояние старика Кэи ухудшится, то придется закрыть «Адальтан». Соран было сложно наведываться туда часто, а без Кэи управлять чайным домиком будет невозможно.

– Я обещаю вернуться благополучно, так что не беспокойтесь.

– Помни об одном: я доверяю тебе больше, чем ты думаешь.

Для Ли Хона любовь и доверие были неразделимы. Он доверял, потому что любил, и любил, потому что доверял. Взяв Соран за подбородок, он нежно поцеловал ее, ощущая, как его сердце наполняется трепетом и заботой.

Соран положила голову на его плечо и подумала: «Придет ли день, когда я смогу рассказать ему всю правду?»

– Эти люди будут твоей охраной, – сказал Ли Хон, указывая на двух стражей, стоявших позади.

– Они еще молоды, но быстры и ловки, как никто другой. Я лично их обучил, так что можешь быть уверена: с тобой ничего не случится.

Двое воинов, которые выглядели совсем юными, сделали шаг вперед.

– Приветствуем вас! Я Чхве Сонхек, а это Чи Хваль.

Их голоса звучали уверенно и решительно. Соран слегка удивилась их появлению.

– Не стоило так утруждаться, Ваше Величество.

– Мне так спокойнее, – ответил Ли Хон. – Что бы ни случилось, не отходи от них далеко.

– Хорошо.

Наконец настало время покидать дворец. Соран низко поклонилась королю, развернулась и направилась к выходу. Она знала, что они расстаются лишь на время, однако на сердце у нее было тяжело.

Король Хон приказал не закрывать двери, пока Соран не исчезнет из виду, и долго смотрел ей вслед. Соран села на лошадь, которую вел Сонхек, и, в сопровождении двух стражников, направилась к дому лекаря, где находился старик Кэи.