Соран спокойно приводила в порядок свои мысли. Она готовилась оставить все, что было связано с дворцом. Но, как и следовало ожидать, труднее всего было отпустить свои чувства к Ли Хону.

Во время вечерней прогулки короля Соран была мрачнее тучи. Наверное, потому, что в ее сердце все сильнее пускало корни слово «прощание».

– Не кажется ли тебе, что Его Величество в последнее время стал еще привлекательнее? – тихо шепнула ей госпожа Чхве.

В последнее время во дворце все только и делали, что обсуждали, как хорошеет король. Обычно главная придворная дама Чхве строго пресекала подобные разговоры, однако после того, как ей воочию довелось увидеть лицо короля Ли Хона, она могла лишь молча кивать.

– Думаю, этого достаточно, правда?

– Что?

Да, этого достаточно. Раньше король Ли Хон напоминал куклу, лишенную души, но теперь он выглядел здоровым и полным жизни.

Соран решила, что ее задача во дворце выполнена. Видя, как он изменился к лучшему, она могла покинуть дворец с облегчением.

Какое счастье, что все так сложилось.

– Соран, подойди-ка сюда.

Слова, которые она услышала от Ли Хона, удивили ее:

– Резиденция в Оньяне?

– За последнее время и тебе, и мне пришлось через многое пройти. Самое время смыть всю усталость в горячих источниках.

– Я тоже должна поехать?

– Конечно. Или ты думаешь, что я сам себе буду расстилать постель?

– Но ведь есть другие служанки.

– Хм. В незнакомом месте я тем более не смогу заснуть, если тебя не будет рядом.

На самом деле, последнее время Ли Хон действительно плохо спал. Не так, как раньше, когда его мучили кошмары, из-за которых он просыпался посреди ночи. Теперь он просто долго не мог заснуть, и Соран нередко видела, как он ворочался в постели. Более того, часто случалось так, что, ожидая, пока король уснет, Соран засыпала первой.

– В любом случае поездка предназначена для отдыха. Так что не волнуйся и постарайся расслабиться.

– Хорошо, Ваше Величество, – ответила Соран, но без особого воодушевления.

«Неужели она не хочет ехать? А я заставляю ее?» В последнее время король Ли Хон ловил себя на том, что придает значение даже мельчайшим изменениям в выражении ее лица или голосе.

«Что, если я не смогу признаться в своих чувствах?»

Погруженный в свои тревоги, король почувствовал, как от волнения у него пересыхают губы. Он исподтишка бросал на Соран робкие взгляды, стараясь понять, что творится у нее в душе.

* * *

– Ах, зря они связались с моим семейством! – воскликнула госпожа Со, сжимая кулаки от ярости.

Дело происходило в темной таверне, где она тайно встретилась с магистратом.

Госпожа Со кипела от гнева, понимая, что из-за расследования петля на ее шее стягивается все сильнее. Появились доказательства того, что драгоценности, найденные у лже-принцессы, купила именно госпожа Со. Она попыталась выкрутиться, заявив, что у нее дома якобы побывал вор и унес все ценное, но подозрения Тайного совета в ее адрес только усиливались.

В конце концов, весь ее гнев обрушился на Ли Син-вона.

– Этот человек, говорят, ведет расследование с поразительной дотошностью!

Но дело было не только в расследовании. Каждый раз, когда госпожа Со пыталась устранить Е Хёнсон, Синвон каким-то чудесным образом спасал ее. Если бы не он, Хёнсон давно бы уже исчезла.

– Его нужно убрать в первую очередь! Сколько людей потребуется, чтобы убить капитана шестого ранга?

Магистрат кивнул. Он тоже хотел смерти Ли Синвона, который своим расследованием связал похитителей по рукам и ногам, не давая им никакой возможности действовать.

Даже находясь преимущественно во дворце, Ли Синвон вел расследование с такой точностью, что был близок к тому, чтобы добраться до организаторов заговора.

Теперь даже разбойники отвернулись от магистрата и больше не помогали похитителям невест, отчего Ли Синвон стал для него настоящим бельмом на глазу.

– Ни наемники, ни поссамщики, которых мы привлекали, не справились. Что же нам теперь делать? – с беспокойством спросила госпожа Со.

Магистрат, стараясь говорить как можно спокойнее, ответил:

– Чтобы убить кого-то издалека, нужен лук, но вблизи достаточно одной отравленной иглы.

– Что?

– На этот раз я намерен использовать тех, кому он больше всего доверяет. Так мы сможем ослабить его бдительность.

– Вы имеете в виду…

– Его Величество планирует отправиться в Хэнгун. Ли Синвон непременно будет его сопровождать. На этот раз я подкуплю королевских стражников, чтобы они устранили его.

– Разве это не слишком рискованно? – спросила госпожа Со, нервно кусая ногти.

– Не беспокойтесь. Оньян станет могилой для Ли Синвона.

* * *

В зале для аудиенций, под предлогом обсуждения государственных дел, Хон и Ким Сольрок вели разговор совершенно иного рода, темой которого было… признание в любви.

– Ваше Величество, нужно приложить усилия, чтобы завоевать сердце женщины.

– Цветы, песни, стихи и письма? – предположил Хон и сразу покраснел.

«Это слишком… неловко».

– Да ну, мы ведь видимся каждый день! Будет странно, если я внезапно преподнесу ей цветы.

– Не бывает женщин, которые не любят цветы.

– Может, просто поговорить с ней? Убедить словами в своих чувствах?

– Вы уверены, что сможете?

Соперничать с Соран в красноречии? Король Хон и сам понимал, что шансов у него немного.

– Эх, женское сердце понять невозможно, – с философским видом заметил Ким Сольрок.

– Что есть, то есть.

– Поэтому скажите мне, кто она. Что она любит, какая она. Нужно собрать информацию, чтобы увеличить шансы на успех.

– Не хочу поручать другим такие вещи. В прошлый раз главный евнух и госпожа Чхве пытались нас свести, но только все испортили.

В памяти короля Хона всплыли воспоминания о том, как разговоры о свадьбе дошли до ушей Синвона, и он утащил Соран подальше. Сейчас король решил держать все в строжайшей тайне.

– Если вы так решили, то ничего не поделаешь.

Ким Сольрок передал Хону свиток.

– Вот список служанок, которых вы приказали отпустить из дворца.

– Правда?

Читая список, Хон внезапно застыл.

– Почему здесь имя Соран? Она же всего ничего во дворце!

– Она не соответствует статусу официальной придворной дамы, поэтому было решено ее отпустить. К тому же мы спросили мнение каждой служанки.

– И Соран тоже?

– Да, она сама выразила желание покинуть дворец.

Хон не мог поверить в происходящее. Если имя Соран оказалось в списке тех, кто покидает дворец не по своей воле, это можно было бы исправить. Но если она сама изъявила желание уйти, все становилось куда серьезнее. Пока он готовился признаться Соран в своих чувствах, та, похоже, готовилась уйти от него навсегда.

– Я не могу утвердить этот список.

– Что?

– Женщина, которой я хочу признаться…

Король Хон замолчал, не закончив фразу, но по выражению его лица советник уже все понял.

– Это Соран?

Король больше не мог сидеть на месте. Вскочив, он стремительно направился к покоям Соран.

– Что случилось на этот раз? – не оборачиваясь, спросила Соран, услышав, как дверь с грохотом распахнулась. Она думала, что пришел Синвон. Она как раз собирала вещи.

– Что ты делаешь?

Этот голос… Повернувшись, Соран увидела перед собой короля Ли Хона, который был вне себя от гнева.

– Я спросил, что ты делаешь! – Его голос, полный негодования, эхом разнесся по комнате.

– Собираю вещи.

– Почему?

– Разве не вы говорили о поездке в Оньян?

В ее голосе звучала обида.

– Почему вы так внезапно сердитесь?

Соран понимала, что короля тянуло к ней желание, а не искренние чувства. Но она надеялась. Надеялась, что он полюбит ее по-настоящему, что его чувства станут настоящими.

Но кто станет кричать на женщину, к которой испытывает искренние чувства? Соран решила, что теперь все окончательно прояснилось: в сердце Хона для нее нет места.

– Я просил тебя не покидать меня. Просил не предавать. Почему же ты вдруг решила уйти из дворца? – Его гнев, казалось, достигал небес. Как она смеет пытаться уйти? – Разве я не говорил, что ты принадлежишь мне как королю?

– Вы хотите, чтобы я осталась рядом с вами против своей воли? – ответила Соран ему в тон. – Все, что вам нужно, – это мое присутствие? Мои чувства ничего не значат, лишь бы мое тело оставалось рядом с вами? Вы хотите от меня только того, чтобы я произвела вам наследника?

– Разве до сих пор ты была здесь против своей воли?

– Раньше – нет. А теперь я хочу уйти. У меня нет причин оставаться во дворце.

– Ты забыла свой долг придворной служанки? Ты должна служить мне.

– Вы и сами знаете, что я не подхожу на роль придворной служанки.

– Значит, ты больше не будешь служить мне?

Его голос дрожал от эмоций.

– Ты действительно намерена уйти? Вне дворца опасно. Ты не раз оказывалась на грани смерти.

– Оставаться здесь тоже небезопасно, – парировала Соран.

– У тебя нет права сознательно подвергать себя опасности.

Хон крепко схватил Соран за запястье.

– Я не отпущу тебя.

Соран попыталась вырваться, показывая, что не хочет даже краткого прикосновения.

Голос Хона наполнился болью:

– Почему ты не можешь дать мне немного времени? Почему не можешь чуть-чуть подождать?

– Чем больше вы настаиваете, тем меньше мне этого хочется.

Взгляды Хона и Соран встретились, напряженные и решительные. Между ними росла пропасть непонимания, которая угрожала стать непреодолимой.

* * *

Король Хон, который еще недавно был воодушевлен мыслью о признании Соран, теперь направлялся к дворцу в Оньяне с тяжелым сердцем.

Изначально поездка не предполагала такого настроения, и с каждой минутой король становился мрачнее. Ему казалось, что Соран следует за ним только потому, что у нее не осталось другого выбора. Это чувство еще сильнее сдавливало его грудь.

Прибыв во дворец, король Хон первым делом направился в сад, известный как «Чондавон». Это место хранило множество воспоминаний о его детстве. В прошлом, приезжая сюда с королевой-матерью, он сам сажал цветы и ухаживал за деревьями. Несмотря на то что теперь о саде заботились садовники, королю было сложно увидеть в нем прежние черты.

– Я ведь собирался признаться ей именно здесь, – пробормотал Хон, ломая сухие ветки.

Он хотел добавить к счастливым воспоминаниям об этом месте еще одно, но теперь, когда Соран упрямо настаивала на своем желании покинуть дворец, он чувствовал лишь пустоту и бессмысленность этого путешествия.

Когда Хон принялся вырывать сорняки, главный евнух попытался его остановить:

– Ваше Величество, позвольте, я все сделаю!

– Нет. Я сам, – отрезал король Хон.

Засучив рукава, он с яростью принялся за работу. Каждый сорняк был вырван с корнем, и благодаря усилиям короля заросший сад постепенно обретал свой прежний вид.

Вскоре появился Ким Сольрок с охапкой цветов.

– Ваше Величество, как насчет того, чтобы украсить это место цветами? Это создаст романтическую атмосферу для вашего признания.

Однако король Хон с печалью ответил:

– Это все ни к чему. Скорее всего, никакого признания не будет.

– Почему вы так говорите? Я же изменил список служанок, покидающих дворец.

– Если она хочет уйти от меня, что толку удерживать ее силой?

– Просто она еще не знает ваших истинных чувств. Разве не для этого вы приехали сюда? Чтобы открыть ей свое сердце?

После ссоры с Соран все стало казаться Хону мрачным и безнадежным. Он был уверен, что его искренние чувства отвергнуты. Ее решительный отказ заставлял его думать, что никакие сладкие речи не изменят ее решения.

Положив цветы на землю, Ким Сольрок задумчиво сказал:

– Вы знаете причину, по которой она хочет покинуть дворец?

– Причину? – переспросил Хон.

«Причина… Да, Соран сказала лишь, что хочет уйти, но не объяснила почему. Может, дело вовсе не во мне? Может, ее просто тяготит жизнь во дворце?»

Решив прояснить ситуацию, король Хон оставил сорняки в покое и направился прочь.

– Ваше Величество, куда вы?

– Я должен узнать причину ее желания покинуть дворец.

Король Хон остановился, обернулся и обратился к евнуху:

– На всякий случай высади здесь все цветы, что принес советник.

– Все? – растерянно переспросил евнух.

– Да, все. Укрась сад так, чтобы он выглядел как можно красивее.

«А? Почему вдруг?»

Пока растерявшийся евнух провожал взглядом удаляющегося короля, Ким Сольрок уже начал копать землю. «Надеюсь, его признание увенчается успехом…»

* * *

В тишине ночи Синвон и Соран стояли у горячих источников, окутанных густым туманом. Вокруг простирались горы, реки и деревья, создавая таинственную и чарующую атмосферу.

– Оказалась на свежем воздухе – и стало легче? Ты говорила, что в последнее время чувствуешь себя так, словно задыхаешься, – спросил Синвон.

– Да, намного лучше. И виды здесь красивые.

– Думаю, окончательный список тех, кто покинет дворец, утвержден.

Вот и все. Жизнь во дворце действительно подошла к концу. Мысль о расставании с Хоном наполняла сердце Соран тоской, и слезы подступали к глазам. «Я ведь была рядом с ним не потому, что меня заставляли. Все это время я искренне любила его, но мои чувства стали невыносимыми для меня самой. Поэтому я ухожу». Однако недопонимание уже возникло.

– Чувства смешанные: и радость, и грусть.

Соран попыталась скрыть слезы, натянуто улыбнувшись.

– Я тоже подал в отставку. Думаю, сегодняшний выезд будет моим последним заданием.

«Что? Он серьезно? Даже оставил службу?»

– Я решил быть рядом с тобой, независимо от того, кем мы будем друг для друга. Теперь я с тобой не по приказу короля, а потому что сам этого хочу.

Его слова прозвучали с неожиданной искренностью и тяжестью. Соран вдруг осознала всю глубину чувств, которые Синвон хранил к ней. Он отказался от всего – от своей должности, от чести своего рода. Все, чтобы быть рядом с ней.

Синвон даже не просил, чтобы она ответила ему взаимностью или вернула ту любовь, которую он ей дарил. Все, чего он хотел, – это просто быть рядом. Как могла существовать такая любовь? Такая чистая, добрая, искренняя?

«Да, теперь моя жизнь будет связана с Синвоном. Какими бы ни были наши отношения, он всегда будет рядом, чтобы защитить меня».

Соран притянула Синвона к себе и легко обняла.

– Не пойми меня неправильно. Просто я чувствую и благодарность, и вину.

Синвон молча положил руки ей на плечи.

«Благодарность и вина… Вот как…» – пронеслось у него в голове.

Дыхание Синвона стало немного неровным. Ему было непросто все время держаться на расстоянии, не позволяя себе большего.

В глазах Соран заблестели слезы и начали одна за другой катиться по ее щекам. Ей стало неловко из-за этой неожиданной слабости, но, вместо того чтобы скрыть слезы, она просто широко улыбнулась.

– Вот и закончилась наша жизнь во дворце.

– Да, – тихо ответил Синвон.

Его голос был тихим и нежным, и в нем звучало обещание всегда быть рядом. Соран ощутила, как от этих простых слов ее сердце вдруг наполнилось теплом. Казалось, Синвон готов принять любой путь, который она выберет. Соран подняла на него глаза. Красивые брови, надежный профиль и взгляд, полный любви, которую он даже не пытался скрыть…

«Быть может, мне нужно взглянуть на Синвона по-новому…»

В глазах Соран мелькнула нерешительность. Но в следующий миг она повернула голову и заметила Ли Хона, стоящего неподалеку у старой сосны.

– Ваше Величество, как… как долго вы здесь?

Сложно было прочесть эмоции на его лице.