Я подавила разочарование и сосредоточилась на возникшей проблеме.

– Что мы упустили? – спросила я, одновременно субвокально и обратившись мыслями к Торрану.

– Так не должно было случиться, – пробормотала Ки. – Мы же видели кого-то на видео. Куда все подевались?

– Нужно проверить туннель, ведущий во дворец, – решила я.

Торран резко повернулся ко мне.

– Нет, ни в коем случае. Если люди императрицы вас схватят там, куда проход запрещен, я буду бессилен.

– Тогда надо позаботиться о том, чтобы нас не схватили.

– Это рискованно, – предупредил Эли. – Мы не знаем, что там внизу.

– Не знаем, но там может быть испуганный ребенок, – возразила я. – Мы обязаны хотя бы ради него проверить.

– Или это может оказаться изначальным планом Мортена, – сказала Лекси. – Дать нам достаточно улик, чтобы все выглядело так, будто Сиен здесь, а потом ждать, пока мы ворвемся во дворец во всеоружии, – и начать новую войну.

Я поморщилась. Она высказала справедливое замечание.

– Думаю, мы должны проверить, – тихо проговорила Анья. – Нам, конечно, нужно соблюдать осторожность, а если возникнут проблемы, как-нибудь выкарабкаемся. Это единственная зацепка, которую мы нашли. Если не проверим, будем теряться в догадках, а возвращаться еще раз опаснее, чем разобраться со всем, пока мы здесь.

Эли и Лекси вздохнули, но не возразили.

Торран должен был слышать наш разговор благодаря своему наушнику, но тоже молчал.

– Моя команда собирается проверить туннель, – сказала я ему. – Можешь оставить своих людей здесь, пока мы будем этим заниматься.

– Слишком опасно, – прозвучал в моей голове голос Торрана.

– До дворца больше километра. Давай проверим хотя бы ближайшую часть туннеля. Если покажется, что там полно имперских гвардейцев, пойдем обратно.

– Тави…

– Пожалуйста, Торран. Твой племянник может быть там внизу.

– Если нас поймают, не двигайся и позволь мне говорить. А если я скажу тебе бежать, беги.

С этим было достаточно легко согласиться, поскольку он не уточнил, в какую сторону бежать. Значит, я могу подбежать к нему и потащить его за собой.

После заключительной паузы Торран подвел нас к единственной двери, которую мы не открыли. Как и предыдущие, она не была заперта, и я задалась вопросом о безопасности дворца. Кто-то знал о существовании этого туннеля. Возможно, императрице следовало бы больше беспокоиться о таких вещах.

Я открыла дверь, и Торран шагнул первым. Я увидела – как и там, где мы вошли, – короткий коридор, в другом конце которого виднелась еще одна дверь, открывающаяся внутрь. Прежде чем и ее открыть, я проверила свою команду.

Торран без лишних слов исчез в дверном проеме. Я последовала за ним и оказалась в широком туннеле с сечением в виде полукруга. Стены и потолок были изогнутыми, а пол – ровным. Ширина его составляла больше трех метров, что позволило команде рассредоточиться.

Через некоторое время наш путь преградила стена с большой двустворчатой дверью. Мы осторожно приблизились и выяснили, что она, в отличие от предыдущих, заперта.

– Ки, Лекси, подъем, – сказала я субвокально.

Вдвоем они принялись трудиться над электронным замком. Через минуту я услышала, как отодвинулась защелка, – звук в тишине туннеля показался невероятно громким.

Торран потянул дверь на себя и застыл.

– Свет, – сказал он телепатически.

Я передала эту новость своей команде, а затем выглянула за порог. И действительно, в некотором отдалении виднелся дверной проем, а ближайшая к нему часть туннеля была освещена.

Между нами и новым препятствием имелось ровно ноль укрытий.

За освещенным проемом я увидела еще одну дверь в стене, расположенной поперек туннеля и преграждающей обзор. Я бросила взгляд в ту сторону, откуда мы пришли. До бункера метров триста – значит, не одолели и половины пути до дворца.

Не имея под рукой чертежа, мы понятия не имели, что находится за дверью и к чему там освещение. Но я сама, проектируя убежище для защиты от вторжения, разместила бы на всем его протяжении опорные пункты для оборонительных отрядов.

Торран, видимо, подумал о том же, поскольку двинулся вперед так быстро, что мне пришлось догонять его бегом, чтобы не отстать. Мы были метрах в десяти от двери, когда она открылась, впустив в туннель еще больше света.

Торран бесшумно остановился, и я чуть не врезалась ему в спину.

– Я проверю, – громко проворчал мужчина на всеобщем языке, а потом прибавил, понизив голос: – Вам, ленивым говнюкам, только бы штаны протирать.

На этом солдате, вышедшем в туннель, был бронежилет из тех, какие предпочитали бойцы ФЧП, но не было шлема. Плазменные винтовки относительно тихие, но выстрел так близко к двери переполошит остальных. Тем не менее, если его не пристрелить, он поднимет тревогу.

Я вскинула винтовку, но не успела прицелиться, как голова солдата повернулась на сто восемьдесят градусов. Его тело плавно опустилось на пол, и тут я поняла, что произошло.

Я сглотнула, радуясь, что Торран на нашей стороне.

– Ки, можешь дать мне визуальные данные по этой комнате? – спросила я.

Она достала планшет и несколько раз постучала по нему.

– Только если найду проводную линию связи. Здесь нет беспроводной сети.

Выходит, придется идти вслепую.

– План? – спросила я Торрана.

– Тот же, что и раньше. Очистить каждую комнату и найти Сиена. Я не чувствую людей даже отсюда – значит, внутри как минимум один-два валовца.

– Мы спровоцируем войну, если убьем их?

Торран покачал головой.

– Они перешли на сторону врага.

Я проинформировала свою команду, и мы двинулись ближе к двери. Присутствие Торрана в моем разуме становилось все ощутимее, и я подумала, не усилил ли он мою защиту, но спрашивать было некогда.

Дверь открылась, мы вошли в освещенное помещение. Шлем приспособился к свету, и я увидела, что это вестибюль с комнатами справа и слева. Впереди был коридор, ведущий в зал побольше.

– Уже вернулся? – раздался слева грубоватый мужской голос.

– Наверное, пистолет забыл, – со смехом заметила какая-то женщина.

Мы хлынули в комнату, как будто проработали вместе не несколько часов, а несколько недель. Это было помещение для отдыха, с диваном и креслами перед видеоэкраном. Мужчина и женщина, оба люди, сидели спиной к двери – тактическая ошибка, учитывая, что они были на дежурстве.

Мы с Торраном двинулись направо. Я выстрелила в женщину прежде, чем она успела поднять оружие. Позади меня сработал чей-то плазменный пистолет, и мужчина упал замертво.

– Кто бы ни прикрывал их, он узнает, что мы здесь, – сказал Торран. – Не останавливаемся.

Помещение по другую сторону от входа оказалось пустым, поэтому мы двинулись по коридору к главной комнате. Здесь тоже стояли диваны и кресла перед видеоэкраном, и опять пустые. Повсюду виднелись другие дверные проемы. Слева было что-то вроде кухни.

Я услышала слабый свист как раз перед тем, как нимтовиадву Торрана метнулся, заслоняя меня. Через мгновение в него врезалось что-то тяжелое и металлическое, и Торран хмыкнул.

– Телекинетик, – предупредил он напряженным мысленным голосом. – Сильный.

Я передала предупреждение. Никогда не видела, как дерутся два телекинетика, и надеялась, что не увижу. Я осмотрела ту часть комнаты, которая находилась в поле зрения, ища цель, но никого не обнаружила.

– Где? – спросила я.

– Справа, в отдалении, – процедил Торран.

Я сосредоточилась на указанном месте, не обращая внимания на мгновенно вспыхнувшую головную боль. Я не видела телекинетика, но заметила край ярко-оранжевой валовской ауры, выглядывающей из коридора в глубине комнаты.

Я вскинула винтовку и попыталась прицелиться во врага, оставаясь за прикрытием, которое обеспечивал Торран. Вместо этого винтовка рванулась вперед и благодаря перевязи потащила меня за собой.

Торран попытался меня схватить, но опоздал. Кто-то телекинезом заблокировал мои доспехи и поднял меня в воздух. Я почувствовала, что меня держит рука гиганта, пальцы которой сжимают мое тело. Я выругалась и попыталась пошевелиться, но ничего не вышло. По крайней мере, я могла дышать… пока еще могла.

На общем канале связи раздались крики моей команды. Мелодичный незнакомый голос сказал что-то по-валовски.

Я напряглась, вспоминая уроки на борту «Тени звездного света». Может, они меня и не спасут, но я сумею отвлечь телекинетика, чтобы кто-то другой его прикончил.

Броня плотнее стиснула мое тело, и я застонала. Дышать становилось все тяжелее. Я с трудом делала неглубокие вдохи, воздуха не хватало. Немыслимо! Я пережила десять лет войны, чтобы умереть в подземном бункере на Валовии.

У вселенной явная склонность к черному юмору.

В комнате подо мной рикошетили плазменные импульсы. Один ударил в потолок, и посыпалась мелкая пыль. Дышать с трудом было неприятно, но не иметь возможности видеть, что происходит, оказалось еще хуже.

Я продолжала сопротивляться захвату, пока мышцы не задрожали. Если мне предстоит умереть, я буду бороться до конца.

Я почувствовала хлопок, а затем упала. Торран успел меня подхватить одной рукой и не дал грохнуться на пол, помог вновь обрести равновесие. Я чувствовала, что покрылась синяками с головы до ног, но винтовку не потеряла и подняла ее, пытаясь найти цель. В противоположной стороне помещения на полу лежал солдат в полной броне ФЧП. Рядом с ним – мертвец в валовских доспехах без шлема.

Телекинетический захват лишил меня сосредоточенности, и я перестала видеть валовские ауры.

– Телекинетик мертв?

Торран покачал головой.

– Я вырвал тебя из ее лап, и она отступила, но всего лишь зализывает раны и готовится к новой схватке.

Его голос звучал очень устало, чего я никогда раньше не слышала.

– Как ты?

Он чуть опустил голову.

– Я буду защищать тебя.

Я спрашивала не об этом, но сейчас было не время спорить.

– Ты чувствуешь Сиена?

– Нет.

Углубляться в неизведанные коридоры и комнаты, рискуя в любой момент наткнуться на телекинетика, – что-то из области ночных кошмаров, однако я собрала всю свою решимость и глубоко вдохнула, радуясь, что могу дышать. После того как телекинетическое давление исчезло, моя броня приняла прежнюю форму. Без нее я была бы мертва.

Эта мысль отрезвляла. Мне уже приходилось оказываться лицом к лицу со смертью, но легче от этого не стало. Я позволила адреналину заглушить ужас и дала сигнал своей команде: двигаемся влево. Нам придется следить за главной комнатой, иначе похитители ускользнут, пока мы будем зачищать остальную часть бункера.

Если только они уже не воспользовались запасным выходом.

В отличие от прочих членов отряда, Ки носила только винтовку, другого оружия у нее не было. Вместо пистолета или клинка к одной ее ноге был пристегнут планшет, а к другой – небольшой чехол с приспособлениями, которые, по ее мнению, могли пригодиться. На внутренней стороне ее левого предплечья находился миниатюрный экран, на который в режиме реального времени выводились данные с планшета. Варро, Найло и Лекси охраняли ее, пока Ки доставала из чехла пару крошечных дронов.

Она раскрыла малюток, активировала – и те зависли в воздухе, ожидая команды.

– Куда их направить? – спросила Ки через коммуникационный имплант, возвращая закрытый чехол на прежнее место.

Предположительно телекинетик отступила вправо, поэтому я махнула рукой влево. Ки постучала по дисплею на предплечье, и дроны с жужжанием умчались обшаривать местность.

Дроны были оснащены крошечными камерами, но летали так быстро, что видео вызывало тошноту. Вместо этого Ки полагалась на программное обеспечение, которое отмечало потенциальных врагов, используя комбинацию тепловых сигнатур, звуков и визуального распознавания.

С точки зрения эффективности поиска малютки были не так хороши, как люди, но действовали намного быстрее. Конечно, они также выдавали сами себя, но, как говорится, снявши голову, по волосам не плачут.

В ожидании, пока дроны закончат облет, мы разделились на группы и заняли оборонительные позиции в уже проверенных помещениях. Мы с Торраном находились на кухне – безликой комнате, предназначенной для питания солдат, а не для участия в конкурсах дизайна интерьера.

Телекинетик не возвращалась, и с каждой секундой становилось все тревожнее. Сбежала ли она? Племянник Торрана в опасности? Подготовил ли враг засаду?

По крайней мере одно из этих утверждений несомненно было правдой. Мне хотелось идти вперед, но делать это, не зная, появятся ли у нас за спиной вражеские бойцы, означало пойти на верную смерть, поэтому я рассматривала тот фрагмент главной комнаты, который могла видеть, и внушала себе не рыпаться.

– С этой стороны все чисто, – сказала Ки через несколько минут. – Проверяем другую.

Дроны разделились, и каждый полетел по одному из коридоров на противоположной стороне комнаты. Первый быстро вернулся и направился по проходу, который и выбрала телекинетик.

– Передняя часть пуста, – сказала Ки. – Остался только один коридор.

Мы с Торраном вышли из укрытия. Группа, следуя за нами по пятам, направилась к двери в глубине помещения.

Когда мы уже были в проеме, Ки застонала.

– Первый дрон сбит. Он обнаружил троих, прежде чем его уничтожили, но их может быть больше.

– Ты получила карту?

Она подошла ближе и протянула руку с прицепленным экраном. Чтение карт, составленных дронами, требовало изрядного мастерства, но, к счастью, у меня был немалый опыт. Благодаря сканерам дроны создавали приблизительный план местности по ходу движения, однако он часто оказывался неполным.

Для удобства Торрана Ки отметила большую комнату, в которой пересекались несколько линий.

– Мы здесь, а дрон погиб здесь. – Она указала на помещение, где заканчивалась одна из линий. Оно находилось в конце главного коридора, и на карту попала лишь ближайшая часть, поэтому я не знала, насколько велико это пространство. У нас будет единственный угол для укрытия, довольно далеко от входа, и на этом все.

Второй дрон заполнил несколько пропущенных мест, но до укрытия с беглецами не добрался.

– Сможешь как-нибудь провести второй дрон через эту комнату? Хочу понять, нет ли там другого выхода.

Ки хмыкнула и постучала по экрану.

– Я попробую, но сомневаюсь, учитывая, как быстро они расправились с первым. Телекинетик, скорее всего, засел там.

Я подавила страх. Нападение на занявшего укрепленную позицию телекинетика было бы самоубийством без помощи Торрана. Но раз он собирается идти первым, наверняка знает, что делает.

Мы вошли в коридор, следуя за нимтовиадву Торрана. Штуковина казалась слабой защитой, но лучше так, чем никакой. Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

Мы прошли всего несколько метров, когда Ки снова выругалась.

– Второй дрон не работает. Он засек четверых, прежде чем выйти из строя.

Четыре солдата, вероятно, могут удерживать помещение, особенно если у них есть прикрытие. Но что это – просто выигрыш времени для бегства остального отряда или борьба не на жизнь, а на смерть? Первое означало, что они удерут от сильного натиска, но второе – что будут стоять до конца.

На последнем повороте Торран приостановился и заглянул за край стены. Я уже привыкла к прохладному прикосновению его сознания, но тут температура упала настолько, что мне показалось, будто у меня в мозгу сосулька. Торран отпрянул, и мимо него пронесся плазменный импульс, с шипением ударился о противоположную сторону коридора.

– Выходите, генерал, и ведите с собой людей, – крикнула телекинетик на всеобщем языке с сильным акцентом. Ребенок вскрикнул от боли. – Если не хотите, чтобы мальчик умер.

– Сколько ты видел? – спросила я, направляя свои мысли к нему.

– Телекинетика, двух человек и Сиена.

Крик Сиена оборвался, и Торран сжал кулаки.

– Сиди тут, – приказал он и скрылся за углом, а нимтовиадву поплыл впереди.

Вот дерьмо.

Я не могла позволить ему встретиться с врагом в одиночку. Я пробормотала несколько ругательств и двинулась за ним. Остальные члены группы последовали моему примеру. Я не хотела давать телекинетику еще один шанс схватить меня, поэтому держалась позади Торрана, прикрывая его слева своей винтовкой. Его широкие плечи закрывали мне почти весь обзор, но я все же быстро выглянула наружу – и пожалела об этом.

Телекинетик была в полном комплекте валовской брони, скрывающей лицо. Рядом стояли два солдата в человеческих доспехах с плазменными винтовками, направленными на Сиена. Судя по росту и плотному телосложению, они, скорее всего, были мужчинами.

Мальчик парил перед ними, раскинув руки и ноги, как будто телекинетик пыталась разорвать его на части. Одежда Сиена была грязной, темные волосы – всклокоченными, спутанными. Голова болталась, как будто он был без сознания, но я видела, как блестят слезы на щеках.

Ко всему прочему, его тельце обтягивал жилет, начиненный взрывчаткой.

Мое сердце едва не разорвалось, когда спина мальчика выгнулась дугой и он опять закричал, но в тот момент я не могла его спасти, поэтому заставила себя переключить внимание на комнату. Она была меньше той, где мы сразились с телекинетиком, но имела столько же выходов. С обеих сторон – коридоры, а на дальней стене – массивная укрепленная дверь.

Само помещение смахивало на зал заседаний – длинные столы, экраны на стенах, – но всю мебель сдвинули к краям. Выход из нашего коридора забаррикадировали с помощью одного из столов, перевернув его на бок. Он должен был замедлить наше продвижение, но вместе с тем обеспечивал небольшое прикрытие. Импульс плазмы не остановит, однако лучше, чем ничего.

Совсем чуть-чуть.

Как только Торран подошел к столу, телекинетик заговорила. Броня усиливала ее голос.

– Хватит, генерал, ближе не надо. Любой фокус с вашей стороны, и эти люди убьют мальчика – если взрывчатка не прикончит его раньше. Я контролирую взрыватель. Если вы меня убьете, ваш племянник тоже погибнет.

Двое мужчин рядом с ней сосредоточились на ребенке. Они были по меньшей мере умелыми наемниками, если не обученными солдатами. Тело Сиена не закрывало их полностью, поэтому я могла нанести им смертельный удар, не задев ребенка, но нужно было сохранить жизнь телекинетику достаточно долго, чтобы вытащить Сиена из жилета. Я не могла сделать и то и другое одновременно, поэтому не торопилась, отбраковывая варианты с той же скоростью, с какой они приходили на ум.

– Немедленно отпустите ребенка, и я сохраню вам жизнь, – сказал Торран опасным тоном.

Доспехи также усиливали его голос. Это был отличный трюк, о котором полезно знать.

Телекинетик рассмеялась.

– Вам придется сохранить мне жизнь, если не хотите, чтобы ребенок погиб.

Я постучала по спине Торрана и направила свои мысли на него.

– Ты можешь разорвать ее захват?

– Не без риска для Сиена.

– Ки, ты можешь заглушить сигнал, который запускает взрыв?

– Я занимаюсь этим, – сказала она, – но это будет в лучшем случае временная мера.

Торран покачал головой.

– Триггер должен быть где-то на жилете. Возможно, существует и дистанционный детонатор, но как только она перестанет воздействовать на взрыватель телекинезом, устройство сработает.

– Найди его, – сказала я Торрану, а затем передала информацию Ки.

– Чего ты хочешь? – спросил Торран вслух. – Почему работаешь с людьми?

– А вы, генерал? – спросила она, проигнорировав первый вопрос.

– Они помогают мне вернуть украденное.

– Какая сентиментальность, совсем не в вашем духе, – насмешливо ответила она. – А может быть, вам просто наплевать на всех, кроме себя.

Горькие слова намекали на потаенную обиду, но тут телекинетик взяла себя в руки, и ее тон стал таким же насмешливым, как раньше.

– Если согласитесь сотрудничать, то через некоторое время сможете забрать ребенка. Он нам больше не нужен.

М-да, зловещее заявление.

– Где остальные? – резко спросил Торран.

Телекинетик наклонила голову.

– Какие «остальные»? – невинно спросила она.

– Они оставили ее с двумя шестерками и ребенком, – сказала Лекси. – Почему? И зачем она тянет время?

– Ждет, пока остальные сбегут, – пробормотала я.

– Или ждет, когда появится кто-то еще, – предположил Эли.

– Или и то и другое, – проворчала Лекси.

Она всегда была оптимисткой, наша Лекси.

Телекинетик заговорила:

– У вас есть то, что нужно мне. У меня есть то, что нужно вам. Давайте обменяемся.

– Нет, – категорично заявил Торран.

– Не будьте так поспешны, генерал. Я не прошу ничего такого, с чем вы не готовы расстаться. Отдайте мне людей – и я верну вам Сиена в целости и сохранности.

Торран помолчал немного, потом пожал плечами.

– Договорились.

Телекинетическая сила окутала меня, и мои ноги оторвались от пола.