К тому времени, когда я потянулась и с трудом встала, в зале сделалось оживленно. Чира в шортах и маечке была на беговой дорожке. В свете ламп бледная кожа валовки почти светилась, серебристые волосы она собрала в хвостик. Двигалась в ровном темпе, дышала глубоко и размеренно.

Эли прорабатывал верхнюю часть тела в жиме лежа и наконец-то начал потеть. Взглянув на настройки тренажера, я поняла, что он выжимает гораздо больше, чем вешу я сама.

Мой взгляд задержался на Торране, который занимался на гребном тренажере. Его нагрузка тоже была невероятно высокой, но не это привлекло мое внимание.

А то, как напрягались мышцы его спины и плеч при каждом рывке.

Они были отлично видны, поскольку майка без рукавов облегала, как вторая кожа.

Я уделила время тому, чтобы оценить красоту всех этих мышц, работающих в унисон. Гребля – тренировка для всего тела, и для того, чтобы она выглядела так непринужденно, требовалась практика. Торран ни разу не сбился с ритма, даже когда я перевела взгляд на зеркало и поняла, что он наблюдал за моим отражением.

Я не знала, как давно валовский генерал обнаружил, что я его разглядываю, – выражение его лица осталось непостижимым, – но кровь прилила к моим щекам. Торран окинул меня взглядом, и я понадеялась, что не выгляжу мокрой курицей, пусть даже чувствую себя соответственно.

Впрочем, зеркало разрушило мои надежды. Я раскраснелась и вспотела, мой хвост распушился и стал похож на хвост Луны. Бурбу выглядела очаровательно, а я… не очень.

Нужно в душ и позавтракать. Возможно, наоборот.

Когда я начала разворачивать бинты на руках, Торран перестал грести и подошел. Вид спереди был столь же прекрасен: под майкой вырисовывался достойный любования узор мышц груди и пресса. Валовец кивнул на мои бинты.

– Нужен партнер?

При мысли о спарринге с Торраном по коже пробежали мурашки, и я покачала головой.

– Нет. Эли уже надрал мне задницу рано утром. Я только собиралась с силами, чтобы снять бинты и подняться к себе.

Торран нахмурился.

– Вам больно?

– Нет, просто устала. – Я медленно разматывала бинты, понимая, до чего же это правда. Я некоторое время халтурила на тренировках и теперь пожинала плоды. – Если соперник нужен вам, Эли, скорее всего, с удовольствием померяется силами. Он хороший партнер для тех, кто не оскорбляет близких ему людей.

Я повесила бинты на крючок на стене. Они еще не были достаточно грязными, чтобы стирать, но я не хотела класть их обратно в корзину для чистых вещей. Завтра снова ими воспользуюсь. Мне нужно вернуться к привычному распорядку.

– Я закончил, – сказал Торран. – Провожу вас наверх.

Я взглянула на валовского генерала.

– Вы действительно закончили или просто волнуетесь, что я упаду лицом вниз? Мне не нужна нянька.

– Я не нянька, я защищаю свои инвестиции. Если вы станете нетрудоспособной, ваш экипаж не отправится в Валовию без вас, а у меня нет времени нанимать другой.

Я сомневалась, что такое объяснение лучше, но какая разница. Я была его ключом к возвращению семейной реликвии, а он – гарантом моего жалования. Мы договорились о простой сделке, по-деловому. Надо об этом помнить.

И если уж он считает меня инвестицией, тогда план по обеспечению того, чтобы меня и команду признали незаменимыми еще до прибытия на Валовию, начал успешно реализовываться.

Ни малейшего повода для разочарования.

Следующие несколько дней прошли спокойно: оба экипажа влились в привычный ритм жизни «Тени звездного света». Ссор больше не было, и через три дня после инцидента с оскорблением Ки простила Варро. Она не держала зла, поэтому относилась к нему как ко всем остальным, шутила с ним как ни в чем не бывало. Если он и вел себя с ней довольно сдержанно, она делала вид, что не замечает.

Ки и Анья установили новый вычислительный модуль; как и ожидалось, он оказался значительно лучше старого. Когда я восхитилась улучшенным временем обработки навигационной карты, Ки лишь самодовольно улыбнулась и посмотрела на меня – дескать, я же говорила.

В целом путешествие проходило очень гладко, что меня немного настораживало. Я предполагала, что проблем будет куда больше. Мне казалось, я сижу на вершине вулкана, ожидая извержения, и потому было приятно без происшествий миновать последнюю червоточину перед Бастионом. «Лоткез» последовал за нами через несколько минут, и напряжение немного спало. Может, я зря волновалась?

Я оглядела переполненный мостик. Несмотря на то что было уже за полночь, оба экипажа не сомкнули глаз во время перехода. На лицах отражалось облегчение, которое я сама испытывала. Меня червоточины не слишком беспокоили, но валовцы, похоже, чувствовали себя вблизи от них гораздо менее комфортно.

– Всем надо поспать, – сказала я. – Прибытие займет пару часов, а может, и больше, если их портовая администрация опять перегружена. Потом мы быстро пополним запасы, заберем Лекси и, надеюсь, улетим к вечеру.

– Что-нибудь слышно о ней? – спросил Эли.

– Пока нет, но последняя трансляция была вчера утром. В ближайшее время мы должны получить свежие данные со станции.

Связь на дальних расстояниях была в лучшем случае медленной. Коммуникационные дроны пересекали червоточины, передавая сообщения и новости следующей группе дронов и кораблей. В районах с интенсивным движением дроны могли пересекать червоточины шесть-восемь раз в сутки. Здесь это происходило не чаще одного раза, за исключением военных или правительственных сообщений. Станции могли держать полученные письма в режиме ожидания два месяца, поскольку корабли часто пребывали вне зоны доступа.

Срочные известия можно было отправить специальной почтой, дронами с высоким приоритетом, – это было очень быстро и очень дорого.

– Лекси должна была прилететь вчера поздно ночью, – сказала Ки.

– Если я не получу от нее ответа со следующим обновлением, отправлю сообщение утром. Нет смысла будить ее сейчас.

Ки зевнула и потянулась.

– Звучит неплохо. Поведешь корабль сама?

– Да, но сперва постараюсь поспать до разумного времени.

Люди и валовцы медленно покинули мостик, остались только Анья и Торран. Анья задержалась у моего терминала.

– Мне собирать вещи? – тихо спросила она.

– А ты этого хочешь?

– Нет.

Я улыбнулась.

– Я надеялась, что ты это скажешь. Ки уже пригрозила мятежом, если я позволю тебе сойти на Бастионе и ей придется вернуться к работе с Эли.

Анья опустила глаза.

– Я почти ничего не делала. И по механике успела не все, что хотела.

– Ты добилась очень многого. – Так оно и было на самом деле. Всю неделю Анья работала до упаду. Не ее вина, что скопилась целая гора нерешенных проблем. Мое лицо помрачнело. – Мы отправляемся на Валовию, скорее всего, на несколько недель. Надеюсь, ты действительно хочешь принять в этом участие.

Я подняла руку, пресекая ее ответ.

– Я тебя не отговариваю. Всего лишь хочу, чтобы у тебя не осталось сомнений, поэтому сегодня вечером обдумай все как следует.

Анья что-то пробормотала в знак согласия и покинула мостик, оставив меня наедине с Торраном. Луна уехала на импровизированном наплечнике, который для нее смастерила Чира. Похоже, бурбу выбирала нового валовца для каждого перехода, и сегодня победителем стала Чира. Она прижимала к себе Луну, пока мы проходили через червоточину.

Но где бы и с кем ни проводила Луна свой день, каждый вечер я находила ее на своей постели, где она ждала, свернувшись калачиком. Сегодня ей придется ждать долго.

Торран, судя по всему, тоже настроился на долгое ожидание. За последние несколько дней он обосновался за коммуникационным терминалом, как у себя дома.

– Вам не обязательно дежурить, – сказала я.

Валовец взглянул на меня.

– Вам тоже.

Я склонила голову, признавая его правоту.

Автопилот будет вести нас большую часть пути, поэтому я проверила настройки, а затем откинулась на спинку кресла и забросила ноги на терминал. Я уставилась на главный экран и дала волю собственным мыслям. Я прорабатывала уже третий запасной план на случай, если дела на Валовии пойдут плохо, как вдруг Торран заговорил:

– Я полагал, вы попытаетесь задержаться на Бастионе.

– Вы платите за мое время, и чем быстрее мы доберемся до Валовии, тем быстрее сможем начать охоту, – сказала я. Это также означало, что мы сможем быстрее покинуть Валовию – и, надеюсь, покинуть ее богатыми людьми.

Торран хмыкнул в знак согласия.

– К тому же Бастион стоит дорого. У них есть своя ниша на рынке, и они это знают. – Я уставилась на паутину звезд на экране. – Смогу ли я купить припасы в валовском космосе?

– Да, но только если я буду торговаться вместо вас. – В ответ на мой скептический взгляд он пояснил: – Вы человек, и, что еще хуже, печально известный. Вам никто ничего не продаст. Может, продадут кому-то из вашей команды, но это все равно будет дорого.

Узелок на память: запастись продуктами на три месяца. Конечно, питаться рисом и безвкусным белком так долго никому не понравится, но зато выживем, если придется в спешке покидать Валовию и добираться домой окольными путями.

Упираясь затылком в подголовник, я повернула голову, чтобы увидеть Торрана.

– Почему же вы хотите работать со мной?

Любопытство взяло надо мной верх.

– Вы хорошо известны и в других кругах. Те, кому приходилось с вами работать, говорят, что вы честны и придерживаетесь договоренностей. И что вы умеете находить потерянные вещи.

К сожалению, этой славы оказалось недостаточно, чтобы удержать нас на плаву. Я была разборчива в выборе заданий, и те, за которые платили больше всего, часто оказывались самыми сомнительными.

Вот, например: мы летели туда, где меня хотели убить.

– Вы искали именно меня?

Его губы сжались в ровную линию.

– Вы были первой мало-мальски квалифицированной командой, которую я нашел. У меня не было времени искать дальше.

Я фыркнула.

– Иногда вы ведете себя как настоящий говнюк… и прекрасно об этом знаете, да?

Он бросил на меня непостижимый взгляд.

– Вы не первая, кто так меня называет.

– Уверена, что и не последняя, – пробормотала я себе под нос.

Рано утром следующего дня я потащилась на камбуз, чтобы получить столь необходимую дозу кофеина. Наше прибытие на Бастион задержалось более чем на час, так что ночь выдалась короткая, и моя голова болела от недосыпа.

Я хмуро смотрела на кофе, безмолвно призывая стимулятор действовать быстрее. Когда в комнату впорхнула Ки, сияющая и энергичная, я перевела взгляд на нее.

Она сочувственно поморщилась.

– Не выспалась?

– Спала три часа. Бастион дерет за швартовку целое состояние. Чем быстрее мы отчалим, тем лучше.

– Я видела, что Лекси ответила. Ты связалась с ней, дала знать, что мы здесь?

Я кивнула.

– Отправила ей несколько минут назад сообщение с нашими координатами, так что она должна появиться позже. Мне также нужно приобрести еще немного припасов, потому что генерал Флетчер говорит, что мы, возможно, не сможем ничего купить в валовском космосе.

Ки нахмурилась.

– Он не собирается кормить нас, когда мы окажемся на планете?

– Я не знаю, но лучше приготовиться к худшему.

Ки бросила взгляд в сторону двери, затем наклонилась и прошептала:

– Кстати, раз уж мы приблизились к границе: я проверила, как обстоят дела с валовским вознаграждением за твою голову. Его действие приостановлено на неопределенный период.

Не так хорошо, как полная отмена вознаграждения, но лучше, чем ничего. Все равно придется соблюдать осторожность, как только мы войдем в валовский космос, потому что не слишком благонадежные охотники за головами все равно нападут, если представится такая возможность – вдруг объявление опять сделается действительным?

– Спасибо за информацию. Дай знать, если что-то изменится по мере приближения к границе. Я разрешила Анье купить кое-что для ремонта, поэтому буду признательна, если ты поможешь ей найти лучшие варианты и позволишь пользоваться нашими средствами – с разумным лимитом. И скажи Эли, чтобы присмотрел за «Тенью звездного света», пока меня не будет.

– Лучше возьми Эли с собой, – посоветовала Ки. – Станция не опасна, но с прошлого раза здесь стало беспокойнее.

– Отправь его с Аньей. Запчасти важнее. Сама оставайся и присматривай за кораблем, а я разберусь.

Торран вошел в камбуз в своей синтетической черной броне, без шлема.

– Я буду сопровождать вас, – сказал он.

– В этом – точно не будете, – парировала я, указывая на его доспехи.

Военные раны Бастиона еще не зажили до конца. Выгодные торговые сделки с валовцами позволили добиться некоторой терпимости, но большинство жителей станции все еще относились к ним с понятной настороженностью и подозрительностью.

Торран опустил взгляд на себя.

– Что не так?

– Всё. Если вы это наденете, то мои покупки будут стоить в три раза дороже, а они и так недешевые.

Он прищурился.

– Я оплачу разницу.

– Или просто оставайтесь здесь, в комфортных условиях, и никому не придется доплачивать. Я вернусь через час-два.

Торран бросил на меня сердитый взгляд.

– Я буду сопровождать вас. Если из-за моего присутствия вы не можете купить припасы, то я оплачу их полностью.

Я ощетинилась от намека на то, что не могу позаботиться о своих людях. На краю поля зрения Ки покачала головой.

– Ой-ой, дружище, это был неправильный ход, – пробормотала она.

– Я сама могу купить себе провиант! – рявкнула я. – Я не нуждаюсь и не желаю вашей помощи, генерал Флетчер. Оставайтесь здесь, не лезьте на рожон и не мешайте.

Я повернулась, чтобы уйти, но Торран преградил путь. Его глаза блестели на свету, а выражение лица говорило о том, что валовец не намерен отступать.

– Я всего лишь защищаю свои инвестиции, капитан, – мягко напомнил он. – Я буду сопровождать вас так или иначе. Вы должны принять мои условия.

Он явно угрожал, и мой гнев раскалился, словно адское пламя.

Ки схватила меня за руку и потащила через комнату, прежде чем я успела дать волю бурным чувствам.

– Он клиент, Тави, – прошептала она тоном, не терпящим возражений. – Может, сейчас тебе и будет приятно выплеснуть свою ярость, но потом ты пожалеешь.

– Вот уж нет, – буркнула я.

– Пусть идет с тобой. – Когда я нахмурилась, она подняла руку и продолжила убеждать. – Выслушай меня. Купи еду, которую хотела, и запчасти для корабля. Купи все, что надо.

Потребовалась секунда, чтобы до меня дошло. Когда это случилось, я вытаращила глаза. Ки лукаво усмехнулась.

– Ты бы и сама поняла, успокоившись, – сказала она. – Я просто ускоряю процесс.

Ки была права. Если бы я не вышла из себя, я бы подумала о том, на что она намекала. Все запчасти в списке для ремонта стоили целое состояние – даже без учета дополнительной наценки из-за того, что он был валовцем. Но Торран предложил компромисс, и я сделаю так, что ему придется сдержать слово.

Рано или поздно он либо перестанет мне угрожать, либо разорится. Меня устроят оба варианта.

– Следи за кораблем, – велела я Ки. – И дай знать, когда прибудет Лекси. Расскажи ей, что я поселила ее в комнате напротив Аньи. Я пробуду здесь пару часов, не меньше, поэтому покорми Луну, когда она забредет. Какие-нибудь пожелания будут?

– Шоколад, – сразу же сказала Ки. – Повкуснее.

Я кивнула и повернулась к Торрану.

– Ладно. Можете сопровождать меня, если заплатите за припасы. Вы готовы идти?

Когда он еле заметно кивнул, я опустила чашку с кофе в санитайзер, а затем повела валовца в грузовой отсек. Несмотря на ранний час, я оделась для выхода наружу, поэтому под рубашкой на мне была гибкая броня, а при себе – плазменный клинок и пистолет. Я надеялась, что ни то ни другое не понадобится.

Торран, судя по всему, не был вооружен. Впрочем, когда у тебя смертоносный разум, все остальное излишне.

Я загрузила список Аньи на свой персональный коммуникатор. Экран треснул, задняя панель держалась на изоленте, но штуковина работала. Может, если мы найдем пропавший перстень Торрана, я позволю себе перейти на модель, выпущенную где-то в прошлом десятилетии.

А может, продолжу пользоваться этим, пока он не выйдет из строя. У нас не было недостатка в областях, которые требовали денежных вливаний.

Если Торран и заметил состояние моего коммуникатора, то благоразумно промолчал.

Я вывела левтачку из дока и открыла дверь грузового отсека. Никто из команды Торрана к нам не присоединился.

– Ваши люди не сопровождают вас?

Он покачал головой.

– Они останутся на корабле.

– Я удивлена, что они выпустили вас одного. Я полагала, что это ваша служба безопасности.

Мимолетная улыбка коснулась уст Торрана.

– Если на то пошло, это я их служба безопасности.

Как бы в подтверждение его слов, левтачка поднялась над моей головой, сделала бочку и вернулась на обычную высоту полета так мягко и точно, что даже обошлось без корректировки.

Я вытаращила глаза и едва не застыла как столб. В опасной ситуации левтачка могла мгновенно превратиться в снаряд, щит или таран. Не зря во время войны про телекинетиков рассказывали жуткие сказки.

И все же я не могла побороть любопытство. Я никогда раньше не встречала телекинетика – это была одна из причин, по которой мне удалось выжить на войне.

– Как долго вы можете удерживать левтачку в воздухе?

Взгляд Торрана скользнул по моему лицу.

– Зависит от обстоятельств, – медленно произнес он. – Если у вашей задачи простейшие условия, ответ – пока меня не свалит сон. Чтобы телекинетический захват сохранялся, я должен бодрствовать.

По моим рукам побежали мурашки, а по позвоночнику – мороз. Торран был не просто телекинетиком, он был мощным телекинетиком. Если он обратится против меня и я не отреагирую за долю секунды, мне крышка.

Генерал Флетчер наблюдал за мной с непроницаемым лицом.

– Вы бы предпочли, чтобы я не использовал свою способность на борту «Тени звездного света»?

– Нет. Разумеется, я бы предпочла, чтобы на борту вы ни на кого не нападали, но в остальном поступайте как вздумается. – Я прищурилась. После дурацкой шутки со скамеечкой для ног я почти не замечала, чтобы он пользовался телекинезом. Раз его дар так силен, телекинез наверняка вошел в привычку, с которой приходится бороться. – Вы и так себя ограничиваете.

Он коротко кивнул.

– Это обычно вызывает у людей неприятные ощущения.

Он не ошибся. И все же чувство справедливости заставило меня предложить:

– Может быть, не стоит устраивать торнадо из ножей или что-то столь же ужасающее, но не надо себя калечить. Мы привыкнем.

Уголок его рта приподнялся.

– Торнадо из ножей?

– Вы ведь можете, верно? – Когда он неопределенно пожал плечами, я продолжила: – Когда Ки привыкнет к вам, она заставит вас жонглировать полными стаканами воды, а сама будет бросать случайные предметы, чтобы посмотреть, сможете ли вы их поймать.

Ухмылка расцвела, смягчив его суровое лицо.

– Ей бы понравился мой детский наставник.

Трудно было представить Торрана ребенком. Интересно, всегда ли он был таким тихим и серьезным или что-то произошло и послужило толчком к его преображению? Я с трудом сдерживала вопросы, которые хотела задать. Торран был гарантом моего жалования, только и всего. Все прочее слишком опасно.

Не говоря больше ни слова, я вытолкнула левтачку из корабля и спустила по трапу.