К тому времени, когда я пришла в кают-компанию, Ки заставила Хэвила и Эли передвинуть мебель. Количество мест перед видеоэкраном увеличилось вдвое, а отдельные кресла, которые мы обычно использовали, заменили на диваны и кушетки из других частей помещения.

Когда я подняла бровь, Ки невинно улыбнулась. Я ей ни на миг не поверила.

Я почувствовала, как сзади подошел Торран, словно мне на спину водрузили тяжкий груз. Когда я оставила валовца на мостике, тайком убедившись, что все терминалы как следует заблокированы, он не выразил желания присоединиться к просмотру. Я освободила проход, и Торран вошел в кают-компанию следом за мной.

Недолго понаблюдав за тем, как Ки всеми командует, он тихонько спросил:

– Она всегда добивается своего?

Я усмехнулась.

– В общем-то, да.

Ки притягивала людей, как мед притягивает пчел, и мы с Эли не имели от нее иммунитета. Дело было не только в жизнерадостном оптимизме и хрупком телосложении – секрет таился глубже, он заключался в какой-то причуде, которая не поддавалась определению и была присуща ей одной. Стоило Ки захотеть, она могла бы манипулировать практически кем угодно, но ей такое даже в голову не приходило. И в 99,8 % случаев с ней было невероятно легко найти общий язык.

Варро так и остался в незадачливых 0,2 %.

Когда, с точки зрения Ки, подготовка завершилась, она плюхнулась на середину дивана. Похлопала по месту справа от себя, и Хэвил присоединился. Эли хотел было занять место слева, но опоздал – туда проскользнул Варро.

Когда Ки покосилась на него, он ответил дерзким взглядом. Она в отместку улыбнулась до ушей и повернулась спиной, чтобы поболтать с Хэвилом. Варро скрипнул зубами.

Я чуть было не связалась с Ки через коммуникационный имплант, чтобы попросить ее перестать его бесить, но в последний момент передумала. Она имела право злиться. Если он так и не извинится, через несколько дней вмешаюсь ради всеобщего блага, но пока пусть сама разбирается.

Я устроилась на кушетке в заднем ряду, чтобы иметь возможность наблюдать за всеми. Не стоило удивляться, когда Торран сел справа от меня – это, в конце концов, была лучшая тактическая позиция, – но я удивилась.

Видимо, что-то в лице выдало мои чувства, потому что он тихо спросил:

– Предпочитаете, чтобы я сидел в другом месте?

Я покачала головой. Кушетка была небольшая, но полдюжины сантиметров все же разделяли нас. Мне стоило последовать собственному совету и вести себя как взрослый человек, черт побери. Валовцу не нужно искать себе другое место только потому, что я испытывала к нему неуместное влечение.

Эли, Чира и Анья заняли последний диван, и, когда все разместились, Ки включила экран и приглушила свет. Я попыталась расслабиться и резко выпрямилась, недовольно фыркнув. Мне нужно было куда-то деть ноги. Мое обычное кресло откидывалось и имело встроенную подставку для ног.

Слева от меня вне зоны досягаемости обнаружилась скамеечка для ног. Я потянулась к ней, не вставая, и уже почти достала, как вдруг она отодвинулась на несколько сантиметров. Это настолько удивило меня, что я чуть не упала на пол, но меня удержали чужие пальцы, схватив за правую руку.

Когда я оглянулась, Торран напустил на себя серьезный и озабоченный вид, но глаза его блестели от смеха.

Я села обратно, нахохлившись, и прошептала:

– Ну тогда сами ее подвиньте.

Подняла ноги и стала ждать. Пришлось терпеть. Долго! Я уже собиралась сдаться и достать чертову штуку, когда она бесшумно скользнула мне под ноги. Я осторожно опустила их, понимая, что он может оттолкнуть ее так же легко, как притянул.

Скамеечка осталась на месте, и я наконец-то расслабилась, заняв удобное для просмотра положение. Несколько минут не могла выбросить из головы Торрана, а потом «Любовная катастрофа» меня захватила. Я уже знала, что произойдет в первой серии, но все равно удовлетворенно вздохнула, когда главный герой спас главную героиню от разоблачения с помощью изящного маневра, в результате которого они оказались прижатыми к стене и друг к другу.

Ки веселилась, но Варро стал насмехаться:

– Ни один валовец не повел бы себя таким образом.

Изображенный в сериале конфликт опирался на какую-то древнюю войну из истории человечества, а не на конфликт между людьми и валовцами – эта рана была еще слишком свежа. Уже возникли пары, состоящие из представителей разных рас, даже горстка малозначимых знаменитостей, но подобное еще не стало обычным явлением, особенно в секторах, удаленных от Бастиона и Валовии.

Ки обернулась к Варро, ее глаза вспыхнули.

– Да что с тобой такое?

– Со мной ровным счетом ничего.

Она надулась.

– А по дрыну в заднице и не скажешь.

Видимо, это оскорбление попало в цель, потому что Варро сузил глаза.

Прежде чем он успел что-либо сказать, Ки опять перевела взгляд на видеоэкран.

– Жалко тратить на тебя время, – пренебрежительно заявила она. – Если не нравится сериал, убирайся.

Варро открыл рот и тут же закрыл. Его плечи напряглись. Я взглянула на Торрана, чтобы узнать, что он думает об этой перепалке, но его взгляд был устремлен на Варро, и выражение лица было отстраненным.

Может, мне и не придется вмешиваться.

Вторая серия оказалась ничуть не хуже, и не успели мы опомниться, как Ки включила третью. Даже напряженная поза Варро переменилась, когда сериал увлек его по-настоящему. История была милая, смешная и романтичная, актеры играли великолепно. Одна из лучших находок Ки.

Я поднялась на ноги прежде, чем она успела запустить четвертую серию.

– Уже поздно, и я случайно узнала, что у всех на завтрашнее утро запланирована уборка. – Я проверила время и уточнила: – Сегодняшнее.

Эли открыл общий канал связи со мной и Ки.

– Будем дежурить по очереди?

– Нет. Включу детекторы движения, и система безопасности предупредит меня, если кто-то покинет отсек с каютами. Поспите, пока есть возможность – я думаю, что мы проведем некоторое время на Валовии, и там уж будет не до отдыха.

Они кивнули и отключились.

Я отозвала Хэвила в сторону, когда комната начала пустеть.

– Ты в порядке?

Он кивнул.

– Полностью пришел в себя.

– Рада слышать. – Я сглотнула и встретила его взгляд. – Спасибо, что вылечил меня. Если я могу чем-то отблагодарить, дай знать.

Его улыбка была такой же доброй, как и глаза.

– Не за что. Я рад, что смог помочь. Мы друг другу ничем не обязаны.

– Ты исцелил боль, с которой я жила пять лет. Кое-какой долг имеется, определенно.

Он покачал головой.

– Мой дар предназначен для того, чтобы помогать другим, а не чтобы копить одолжения.

– Как же ты выжил на войне? – пробормотала я себе под нос, но Хэвил услышал и помрачнел.

– Мне повезло, что я попал к Торрану.

То есть он не угодил на передовую и избежал самых жутких страданий. Но если целительство и эмпатия были валовскими способностями, то не повезло кому-то другому. В самые тяжелые годы мне и собственных ощущений было многовато. Если бы пришлось еще и постоянно разделять чужую боль… Я с содроганием отбросила эту мысль. Мне бы не хватило сил.

– Прости. Я не хотела лезть не в свое дело. Если что-нибудь понадобится, пока ты здесь, не молчи. – Я махнула рукой, когда он снова запротестовал. – Речь не о долге, а о благодарности.

Он улыбнулся.

– Ладно. Я дам знать, но пообещайте, что скажете мне, если колено опять начнет беспокоить.

По лицу Хэвила я поняла, что никакие доводы его не переубедят, поэтому сдалась.

– Договорились. Спокойной ночи.

– И вам того же. – Он слегка поклонился и повернулся к двери.

Комната опустела, остался лишь Торран, прислонившийся к стене рядом с дверью. Хэвил кивнул ему и вышел. Мы с генералом Флетчером были наедине.

Он обратил все внимание на меня, и по моей коже пробежали мурашки.

– Вам что-то нужно, генерал? – спросила я, приближаясь. – Или просто хотели убедиться, что я не съем вашего медика на десерт?

На его устах промелькнула улыбка.

– Сомневаюсь, что он вкусный.

Ловкий уход от ответа заставил меня рассмеяться.

– Да уж.

Лицо Торрана ненадолго потеплело, а затем вновь сделалось вежливо-отстраненным.

– Я приказал Варро держаться подальше от Ки.

Я вскинула брови.

– Все, что ему нужно сделать, – это извиниться, причем всерьез, и она его простит. Но если он не может, тогда, полагаю, соблюдать дистанцию – годный вариант номер два. Я планировала вмешаться, если через несколько дней они не помирятся. Вы знаете, что он ей сказал?

Торран покачал головой.

– Кажется, случайно намекнул, что она неумная.

– Как можно случайно назвать кого-то тупым? – изумилась я, снова и снова возмущаясь из-за того, что произошло с Ки. Неудивительно, что Эли пришел в ярость.

– Я не знаю. Он не уточнил.

Я выдохнула.

– Он всегда такой мудак?

– Нет, – медленно произнес Торран. – Иногда грубоват, но не склонен к жестокости.

– Он извинится, искренне, до того, как мы доберемся до Бастиона, или покинет мой корабль. Вы найдете кого-нибудь другого на замену.

Торран долго смотрел на меня, затем склонил голову.

– Договорились.

Утро наступило слишком быстро. На протяжении короткой ночи трижды раздавался сигнал тревоги. Первый раз – сразу после того, как мы с Торраном вернулись в каюты. Валовский генерал вышел из своих апартаментов и обошел «Тень звездного света». Он не пытался проникнуть на мостик.

Позже Чира встала посреди ночи, чтобы навестить сад. Я задремала в ожидании ее ухода, но детекторы больше не срабатывали, и я решила, что валовка спит в беседке из жимолости.

А несколько минут назад Варро направился на камбуз.

Мой день начинался рано, но не в такой безбожный час. До звонка будильника оставалось еще сорок пять минут, однако я проснулась окончательно. Что ж, пришлось заставить себя выбраться из постели.

Недовольная Луна фыркнула и поглубже зарылась в одеяло, прикрыв нос хвостом.

Я усмехнулась и натянула спортивную одежду. Собрала волосы в длинный хвост. Пока зал пуст, можно немного размяться.

По пути вниз заглянула на камбуз. Варро сидел за столом, уставившись в пустоту. Услышав меня, он встрепенулся.

– Доброе утро, – сказала я, стараясь сохранять нейтральный тон.

– Доброе. Я вас разбудил?

Я покачала головой.

– Иду в спортзал. Просто зашла взять воду.

У нас был общий запас многоразовых бутылок; я достала одну из шкафа и наполнила ее холодной водой из-под крана. Варро молчал у меня за спиной.

Я закрыла бутылку и двинулась к выходу из комнаты. В нескольких шагах от двери голос валовца остановил меня.

– Капитан Зарола, вы позволите?..

Я снова повернулась к спецу по оружию.

– Да.

Он сглотнул.

– Как люди извиняются за слова, которые причинили боль?

– Сказать, что сожалеешь, – хороший первый шаг. Возьми на себя ответственность за свои действия и обещай поработать над тем, чтобы измениться к лучшему.

– А если этого окажется недостаточно?

Я села на стул напротив него.

– Ты говоришь о Ки?

Он кивнул.

– Ты сказал «извини» или попытался выкрутиться?

– Я сказал, что не хотел ее оскорбить. – Варро с тоскливым видом провел рукой по волосам, взъерошивая кудри. Они смягчали суровые черты его лица. – Она по-прежнему сердится.

Я вздохнула.

– Может, ты и не хотел ее оскорбить, но все равно оскорбил. Ты ранил ее чувства. Ты должен признать это. Как бы ты извинился перед другим валовцем?

– Я бы сказал «лота чил ветли» и, если оскорбление серьезное, принес восдодит – подарок с извинениями.

– Тебе жаль, что ты задел чувства Ки, или ты просто пытаешься извиниться, потому что генерал Флетчер приказал?

Варро отвел взгляд.

– Я не хотел ее обидеть, – чопорно сказал он. – Мне не приказывали извиняться. – Он помедлил. – Мне приказали держаться от нее подальше.

Ему было неловко, но он говорил искренне.

– Ладно, вот как ты поступишь. Во-первых, скажешь ей, что сожалеешь и не собираешься уклоняться от ответственности. Если нужно, скажи по-валовски, она все поймет. Далее, ты преподнесешь ей подарок с извинениями, как сделал бы для другого валовца. Печенье – вот что она любит. Пойдем, покажу рецепт. Тебе повезло, что мы только что пополнили запасы продуктов.

Я нашла на терминале камбуза рецепт сникердудля.

– Умеешь печь?

Варро кивнул, а затем добавил:

– Вы уверены, что еда – подходящее извинение?

– Есть предложение получше?

– На Валовии мы обычно дарим либо то, чего очень хочет получатель, либо что-то ценное, с чем трудно расстаться.

– Поверь мне, Ки очень любит печенье. – Я указала на экран. – Испеки, подари, искренне извинись за то, что обидел ее, пообещай исправиться, а потом уходи. Она может не простить тебя сразу, и это ее право. Не говори ерунды типа: «Мне жаль, что я тебя обидел». Понятно?

Он снова кивнул, с чуть озадаченным видом. Я понадеялась, что бедолага разберется по ходу дела. И, если не облажается по полной программе, Ки простит его за старания.

Я оставила Варро наедине с самим собой и спустилась на среднюю палубу. В тренажерном зале царила благословенная пустота, поэтому я включила плейлист с четким ритмом и приступила. Моя тренировка щадила колени и включала умеренную кардионагрузку вместе с силовыми упражнениями на все тело. Как бы там ни было, обычно я ощущала боль и напряжение, хотя бы чуть-чуть.

Сегодня не было ни того ни другого.

Я заканчивала последний подход на гребном тренажере, когда вошел Эли в свободных шортах и обтягивающей майке, сама бодрость и свежесть. По моему лицу текли ручейки пота, майка прилипла к спине. Ну ничего, он во время тренировки сделается таким же грязным.

Эли выключил музыку и сказал:

– Что-то ты рано встала.

Я помрачнела.

– Увы.

Закончила подход и сделала паузу, чтобы перевести дух.

– Потренируемся? – Эли кивком указал на маты для спарринга.

– Тебе просто нужен повод поколотить меня, потому что я вчера испортила тебе веселье, – сказала я беззлобно.

Мимолетная ухмылка Эли была проницательной.

– Варро быстрый, как черт, – признался он. – Мы друг друга стоим. – Ухмылка исчезла без следа. – Но жаль, что так вышло. – Эли посмотрел на меня. – Ты знаешь, что он готовит печенье с извинениями?

Я закатила глаза.

– Как ты думаешь, откуда у него эта идея? Похоже, он искренне сожалеет. Если нет, Ки сотрет его в порошок. В любом случае, ей достанется печенье.

Эли протянул мне руку и легко поднял на ноги.

– Ты чересчур мягкая. Давай сделаем тебя пожестче.

– С удовольствием запихну эти слова тебе в глотку, Брук, даже если я уже натренировалась, пока ты дрых без задних ног.

Он усмехнулся и бросил мне спортивные бинты. Я поймала их на лету и с легкостью, которая приходит с опытом, обмотала руки. Нанесла прямой удар в корпус воображаемому противнику, проверяя мышцы. Утром мне пришлось изрядно потрудиться, и я устала. Если я позволю Эли приблизиться, от меня останутся рожки да ножки.

Я сняла кроссовки и носки, ступила на маты. Эли был выше меня почти на двадцать сантиметров, с куда более длинными руками. А еще сильнее и проворнее, чего не ждешь от мускулистого громилы.

Короче, он был худшим из противников и идеально подходил для тренировки.

Я стукнула обмотанными костяшками пальцев по его костяшкам, а затем плавно покинула зону досягаемости. Нужно было все время двигаться. Стоит ему повалить меня на пол, и все закончится до безобразия быстро.

Эли сделал ложный выпад, я увернулась и ответила быстрым ударом в бок.

– Становишься медлительным, дедуля, – поддразнила я.

– На себя посмотри, дряхлая ты развалина, – парировал он.

Я рассмеялась. Старпом был всего на два месяца моложе меня.

– Не забудь всем рассказать, что тебя отдубасила старая карга, – сказала я, прошмыгнув под его защиту, и нанесла легкий удар в живот. Мы не пытались причинить друг другу боль, поэтому силы удара хватало ровно на то, чтобы партнер его почувствовал.

Он задел мое плечо, когда я недостаточно быстро отскочила, и усмехнулся.

– Ну и кто тут медлительный?

Мы продолжали кружить, в равной степени обмениваясь колкостями и ударами. Я неплохо владела рукопашным боем, но в реальной драке Эли разбил бы меня в пух и прах. Однако благодаря нашим совместным тренировкам я узнала, как справиться с гораздо более сильным противником, и это не раз спасало мне жизнь.

Через пятнадцать минут я рухнула на пол и капитулировала. Мышцы тряслись мелкой дрожью, я дышала со свистом.

– Ты выиграл этот раунд, Брук. Но не зазнавайся.

Он ухмыльнулся, почти не запыхавшись.

– Я всегда выигрываю.

Я попыталась сбить его с ног, но он со смехом отпрыгнул.

– Баю-бай. Кое-кому, знаешь ли, пора на тренировку.

– Хоть бы помог подняться, чудище! – прорычала я ему в спину. – Уважай старших!

– Сама упала, сама поднимайся.

Я уставилась в потолок и попыталась выровнять дыхание. Я действительно буду ковылять, как старушка, когда начнут болеть мышцы, но, по крайней мере, в мыслях царил полный порядок.

Мы направлялись на Валовию и, похоже, могли задержаться там надолго. Союзников мало, они далеко. Нужно убедиться, что Торран и его команда считают нас незаменимыми, еще до того, как мы приземлимся. И нужно укрепить связи между командами.

Итак, вот что мне надлежало сделать: самой преодолеть последствия десятилетней войны и связанное с нею недоверие, а потом убедить два экипажа, людской и валовский, последовать моему примеру. И все это за неделю.

Я тяжело вздохнула. Да запросто, какие проблемы.