На следующее утро я просыпаюсь очень рано и лежу в кровати, уставясь в потолок и обдумывая, как признаться Джоне. Мне этого немного страшно, как в то утро перед тестом. Я не знаю, чем это обернётся: так же, как тогда, сегодняшнее утро решает мою судьбу. Я хочу стать частью их мира, и надо поступить правильно.

– Больше никакой лжи, Холлис, – говорю я себе.

Я одеваюсь в тишине и укутываюсь, просовываю ноги в ботинки. Я хочу поймать Джону до утреннего заседания совета. Что-то мне подсказывает, что с этим нельзя тянуть. Мне нужно как можно скорее поговорить с Джоной.

Я поспешно миную коридор, направляюсь к металлической лестнице и спускаюсь в общую комнату.

Тут шумно. Меня встречает гул множества голосов, и оглядываясь, я замечаю, что вокруг суетятся толпы людей. Почему они все уже на ногах? Ведь ещё раннее утро.

Я спрыгиваю с последней ступеньки и крадусь вдоль стены, чтобы никому не попасться на глаза. Большая группа проносится мимо меня, быстро переговариваясь о чём-то, я оборачиваюсь через плечо, чтобы послушать – и тут же врезаюсь в Розали. Она вскрикивает, и мы обе валимся на пол.

– П-прости, – заикаюсь я. – Задумалась.

– Да ладно, Холлис, всё в порядке. – Она вскакивает на ноги, слегка покачиваясь, и протягивает мне руку. Я хватаюсь за неё, и она с неожиданной силой поднимает меня.

– Что происходит? – спрашиваю я.

– Мы обнаружили кого-то, – объясняет она. – Те электрические шторма в Зоне 2 – это кто-то со способностью. Спасательная команда уже готова выдвинуться. Прости, я должна спешить.

– А-а-а. – Внутри у меня всё похолодело. – А где Джона?

– На тренировочной платформе. – Она указывает мне за спину и поспешно уходит.

– Спасибо.

Через минуту, едва переводя дух, я уже там. Тиффани и Джона стоят друг напротив друга, а вокруг разбросаны мелкие бумажки. Тиффани исчезает – и появляется рядом с Джоной.

– Хорошо, – говорит он. – Теперь запомни: ты должна сосредоточиться на количестве людей, которых перемещаешь.

– Естественно, – кивает она.

– Теперь я хочу, чтобы ты телепортировалась вместе со мной. Целься в бумажку у дальнего угла.

Тиффани берёт его за руку, и они оба исчезают – и появляются в указанном месте.

– Хорошо. У тебя улучшился контроль, – говорит Джона. – Что ж, ты готова. Мне нужно размять Пирси, и можем отправляться.

– Да, сэр, – говорит она, спрыгивая с платформы и едва не сбивая меня с ног. – О, привет, Холлис. Извини. – И она проносится мимо меня, на ходу закручивая волосы в неаккуратный узел.

– Привет, – рассеянно говорю я, хватаюсь за край платформы и, подтянувшись наверх, подхожу к Джоне.

– Джона, можно с вами поговорить? – Я стараюсь, чтобы голос у меня звучал ровно.

– Холлис, боюсь, что сейчас неудачное время, – говорит он, собирая по платформе обрывки бумаги и засовывая их в карман. – Можем поговорить позже? Я не знаю, слышала ли ты, но мы нашли кого-то нового, и спасательная команда скоро отправляется за ним.

Я киваю, сглатывая комок в горле:

– Конечно, я подожду.

– Спасибо, Холлис. – Он отворачивается от меня и продолжает собирать бумажки.

Я ухожу с платформы, сажусь за ближайший столик и, чтобы успокоиться, считаю стулья.

Не помогает. Я на грани. Сердце колотится, разум в потёмках. Жуткое ощущение в желудке не проходит. Что скажет Джона, когда я признаюсь ему? Найдётся ли после этого здесь для меня место?

Я выскальзываю из-за стола, иду через обеденную зону, скользя ладонью по спинкам стульев. Меня пугает предстоящий разговор. Голова кружится, и колени подгибаются.

Я продолжаю бесцельно слоняться по комнате. Быстрая ходьба помогает мне больше, чем счёт.

Впереди раздаётся знакомый насмешливый голос, и я замираю. Прямо за мной, склоняясь над диваном, стоит Эштон. Внутри, сжавшись в комок и прикрывшись книгой, сидит Вианн Эволет. По столу разбросаны бумаги. Я подкрадываюсь ближе.

– Что ж, похоже, Бен и Кэндис теперь пара, – говорит Эштон. – К твоему огорчению, Эволет.

Девушка отрывает взгляд от книги и фыркает:

– А мне-то что? Никогда не любила Бена.

Эштон смеётся:

– Ну конечно. Да ты же натыкалась на него при каждом удобном случае. Жалкое зрелище, если честно.

Вианн всё больше спускается на диване, отводя глаза. Она пристально смотрит на бумаги, но потом снова выпрямляется и смотрит на Эштона:

– А тебе не пора идти? Разве ты не в спасательной команде?

– Ой, какая жалость! – продолжает издеваться он, не отвечая на вопрос. – Ты в него влюбилась, а он гуляет с другой девчонкой. Не повезло тебе.

– Я не влюблялась в него.

– Врёшь.

– Может, оставишь меня в покое?

Она придвигает к себе бумаги и опять берётся за книгу. Эштон разворачивает ближайший стул и садится на него верхом. По его надменному лицу расползается насмешливая ухмылка.

– Что читаешь?

– Не твоё дело. – Её волосы мерцают, приобретая светло-голубой оттенок.

– И что значит этот цвет? Любовную тоску? – Эштон тянется через спинку стула, в упор глядя на девушку. – Ну же, Эволет. Что ты читаешь?

– Я уже сказала: не твоё…

Эштон выхватывает книгу у неё из рук – и у меня отвисает челюсть. Я делаю ещё пару шагов, не зная, как поступить.

– Эй! Отдай немедленно! – Вианн тянется через стол, но Эштон быстро листает книгу и начинает гоготать.

– Так ты, оказывается, художник. Как трогательно, Эволет, – издевательски тянет он. – Ты только взгляни на это.

– Я сказала: верни! – рявкает она, и её волосы становятся ослепительно-белыми.

– Дерзкий цвет.

Вианн поднимается, и бумаги разлетаются по полу. Она пытается выхватить книгу, но Эштон легко уворачивается от неё.

– Да ладно тебе, Эволет. Я всего лишь хочу насладиться твоими художествами.

– Отдай сейчас же.

Она выходит из-за стола, но Эштон убегает к соседнему, пролистывая страницы.

– Ну почему же ты не хочешь, чтобы я это видел? – подначивает он. – Наверняка тут куча рисунков Бена.

– Эштон, отдай…

– Спорим, что ты написала ваши имена внутри сердечка?

Вианн пытается выхватить у него книгу, но Эштон стремительно ускользает – и снова их разделяет другой стол.

– Уверен, ты целуешь его рисунки! – гогочет он.

Волосы Вианн становятся кроваво-красными, и её пылающие щёки почти сливаются с ними.

– Ты мерзок, – холодно говорит она. – И задираешь меня только потому, что знаешь: иначе я не стану разговаривать с тобой. Ну почему ты такой кретин? Потому что только так можешь привлечь внимание девушки?

У Эштон вытягивается лицо.

– Тебя никто не спрашивал, – мрачно отвечает он. – Глупенький мелкий метаморф.

Бум!

Руки Вианн стремительно взмывают вверх, и она выпускает плотное облако фиолетового дыма. Ахнув, я хватаюсь за ближайший стул.

Внешность Эштон меняется. Его алого цвета нос расползается по всему лицу. Вывернутые наизнанку губы буквально выпирают из лица. Оранжевые волосы спадают на спину. Жёлтые зубы торчат под странными углами из перекошенного рта. Похоже, Вианн превратила его в увечного пса.

Взвыв от боли, Эштон роняет книгу и хватается за лицо. Вианн поднимает её и отступает. Я с облегчением выдыхаю. По крайней мере, Вианн может постоять за себя, хотя способ весьма сомнительный.

– Ах ты дрянь. – Эштон угрожающе наступает на неё, и она, сделав шаг назад, спотыкается о стул и роняет книгу на пол. – Я знаю, кто ты и что ты скрываешь за этой твой тупой способностью.

Эштон беспорядочно машет руками, его внешность становится прежней, а лицо Вианн покрывается несколькими устрашающими шрамами, тянущимися до самой шеи.

Вианн быстро ныряет под стол, прижимая руки к лицу. Она хнычет, пытаясь повыше натянуть свитер.

– Видишь? – рычит Эштон, подойдя совсем близко и тыча в неё пальцем. – Вот кто ты есть. Вот что ты скрываешь. Без своей способности ты омерзительная и жалкая, и никто в целом мире не захочет быть с тобой.

Монстр во мне просыпается. Резкое покалывание охватывает всё моё тело, и я, словно прорвавшаяся плотина, кидаюсь вперёд с невероятным приступом силы. Каждое сухожилие внутри меня наэлектризовано так, что руки, действуя сами по себе, хватают парня в жёсткие тиски.

Эштон вопит.

Я движением руки разворачиваю его к себе и заставляю опуститься на колени. Я сгибаю указательный палец – и Эштон поднимает голову. Я нависаю над ним, тёмная ярость переполняет меня через край.

– Зря ты это сказал, – шиплю я.

Сущность внутри одолевает меня, и я становлюсь нечувствительной ко всему остальному. Мои руки движутся расчётливо и уверенно. Зловещий голос моей способности становится слышимым впервые с центра тестирования.

Этот мальчишка. Его яд. Неприкрытая ненависть, которую он демонстрирует.

Кончики моих пальцев вытягиваются, и у Эштона глаза лезут из орбит, а из носа течёт кровь. Я стою перед ним в неописуемой ярости.

– Холлис! – визжит Вианн, подскакивая ко мне и хватая меня за руку. – Остановись. Ему больно.

Моя способность взрывается, отшвыривая девчонку в сторону, и она с грохотом валится на столы и без сознания оседает на пол. Я не свожу глаз с Эштона.

Мерзкий, злобный мальчишка, твердит голос.

Меня колотит, сила буквально исходит из меня – живая и бодрящая. Эштон кричит.

Заставь его страдать.

Кровь у него из носа бежит ручьём. Мои руки двигаются, синхронно нанося Эштону удары, и в глазах у него признаки агонии. Никогда ещё я не испытывала такой дикой ненависти. Демон внутри меня пробудился, чтобы излить свой гнев, а я всего лишь послушный исполнитель, творящий справедливость.

Прикончи его. Он это заслужил.

Я слышу отдалённый голос на задворках сознания, тихий и неразборчивый, но настоящий… Холлис, прекрати. Ты делаешь ему больно. Остановись. Холлис, ты должна остановиться. Это не ты. Не делай этого. Борись. Ты должна бороться… Мой собственный голос, вступивший в схватку с существом, которое завладело мной.

Моя способность рычит на него, отгоняя прочь, и снова поглощает меня. Она подавила меня и полностью подчинила себе.

Ты знаешь, что обязана это сделать, рычит мрак. Прикончи его.

Вопли. Все кричат на меня. Со всех сторон. У меня в голове и в ушах. Люди столпились вокруг меня, вопя изо всех сил. Шум повсюду, но почему-то до меня он доходит приглушённо. Я не испытываю ничего, кроме ярости и прилива сил. Нет ничего, кроме дикого остервенения.

Добей его, Холлис.

Трепет внутри меня резко прекращается, и сила покидает их. Моя способность исторгнута из меня, и едва дышащий Джона стоит рядом. Его руки тянутся ко мне, рассекая воздух. Он только что подавил мою способность.

Освобождённый Эштон валится на пол, его тошнит. Его грудь залита кровью, и тело обмякло. Он стоит на четвереньках, хрипит и, держась за грудь, судорожно хватает ртом воздух. Он вытирает кровь с лица, и его трясёт.

– Она демон! Монстр!

Я смотрю на свои руки, выходя из состояния транса, и ко мне возвращаются мои чувства. Я делаю вдох, как будто вынырнула из глубины. Я вернулась, и теперь озираюсь по сторонам.

Кит. Кэндис. Бен. Одри. Даррен. Розали. Тиффани. Джона.

У них у всех одинаковое выражение лица. То же выражение я видела у медсестры и у мужчины, которого я швырнула в колонну, и во время игры в марблс. Страх.

Я смотрю на свои руки, и меня колотит крупная дрожь. Что я натворила?! Я часто дышу, и сердце готово выпрыгнуть из груди. Я потеряла контроль. Я причинила им боль. Адреналин переполняет меня, и звёзды пляшут перед глазами.

Меня сейчас стошнит. Глаза слезятся. Я отворачиваюсь и бегу к металлической лестнице, взлетаю наверх и, промчавшись по бетонному коридору, врываюсь в свою комнату и тут же сползаю по бетонной стене, заливаясь слезами.

Мне нечем дышать, я словно тону. Обхватив колени, я раскачиваюсь из стороны в сторону и, жадно хватая ртом воздух, стараюсь найти что-то твёрдое, на что можно опереться.

Что со мной случилось? Почему я не могла остановиться?

Я съёживаюсь на полу, придавленная тяжестью того, что только что сделала. Я чуть не убила Эштона Тила. Кажется, что грудь вот-вот взорвётся. Я закрываю глаза, стараясь заставить сердце биться медленнее.

От резкого стука в дверь я вскакиваю на ноги, трясясь всем телом:

– К-к-кто там…

Дверь распахивается, с громким стуком грохнувшись о стену. Растрёпанная Тиффани закрывает её за собой, и мы смотрим друг на друга.

– Что, чёрт возьми, это было?! – требовательно спрашивает она.

Я не могу говорить. Я безвольно стою на холодном камне, не в силах пошевелиться. Мой потаённый страх дал о себе знать. Я утратила контроль, и этот момент решил мою судьбу. Мне нужно действовать. Прямо сейчас.

Необычайное спокойствие снисходит на меня, и я чувствую цель и осознаю, куда двигаться.

– Тиффани, – говорю я. – Послушай меня. Тебе нужно телепортировать меня назад в центр тестирования.

– Что?! – Она не верит своим ушам.

– Телепортируй меня назад в центр тестирования, – повторяю я.

Она смотрит на меня как на сумасшедшую:

– Холлис, ты в своём уме?!

Я сжимаю руки в кулаки:

– Выслушай меня. Есть шанс, что они мне помогут. Помогут излечиться.

– Нет, – возражает Тиффани. – Они убьют тебя.

– Тиффани, секретное оружие существует, – говорю я на повышенных тонах. – Это правда. Джейкоб видел его, и оно сможет лишить меня силы. Ты понимаешь? Своей способностью я причиняю людям боль. Я потеряла контроль.

– Холлис, – говорит Тиффани, – это был несчастный случай. Мы разберёмся с этим. Джона сможет помочь.

Я мотаю головой:

– Но это не несчастный случай. Моя способность взяла надо мной верх! Она вынудила меня причинить боль Эштону, так же как и всем этим людям в центре тестирования. Только на этот раз она требовала, чтобы я убила его! Она хотела, чтобы я убила Эштона. Моя способность стала ещё сильнее!

– Джона поможет тебе, – говорит Тиффани.

– Нет. Я не могу оставаться здесь. – Перед глазами у меня всё плывёт. – Ты что, не понимаешь? Я не просила об этом. Я больше не хочу её. Я потеряла контроль. Я обязана вернуться в центр тестирования. Должна увидеть всё своими глазами. Если это оружие способно избавить меня от этого проклятия, то ради всех остальных я обязана покончить с этим. Я опасна, Тиффани. Моя сила слишком агрессивна.

– Нет, Холлис, – твёрдо говорит она и отворачивается от меня, прижавшись к двери. – Если ты вернёшься туда, то погибнешь. Разве ты не понимаешь? Они считают тебя прокажённой. Они убьют тебя. Ты завалила тест. У тебя есть биомаркер.

– Тиффани…

– Я не буду этого делать.

Во мне всё замирает. Как глупо с моей стороны верить, что я смогу одолеть эту способность. Как глупо верить, что я смогу влиться в их мир. Моя сила в итоге доказала, что она именно то, чего я боялась, и единственный способ остановить её – это избавиться от неё. Я не могу подвергать риску остальных.

– Холлис, ты не можешь уйти.

Я смотрю на неё и чувствую глубокое отчаяние.

– Я не просила об этом. – Я щёлкаю пальцами – и Тиффани застывает, полностью подчинённая мне. Её лицо искажается от ужаса.

– Холлис, послушай меня, – умоляет она. – Мы всё исправим. Ещё не поздно. Ты не должна уходить. Прошу, не делай этого. – Тиффани дрожит. Она борется со мной. Я чувствую это кончиками пальцев. Я делаю глубокий вдох, направляя на неё свою способность и подавляя сопротивление. Она снова полностью в моей власти. – Холлис, прошу, – чуть не плача говорит Тиффани. – Ты не можешь уйти. Они убьют тебя.

– У меня нет выбора.

Тиффани начинает кричать. Я вскидываю руку ладонью вперёд и сжимаю кулак. Она резко замолкает и только единственная слезинка катится по её щеке.

– Прости, – шепчу я.

Я отворачиваюсь от неё, впуская в себя способность. Я делаю равнодушное лицо, снова становясь членом общества, каким меня воспитывали. В центре тестирования нужен полный контроль. Всё должно идти по плану.

– Телепортируй меня в центр тестирования, – приказываю я.

Я чувствую её руку на спине и погружаюсь в полную темноту.