Храм бога мёртвых выглядел так же неуютно, как и в первый приход Рагне. Ветер задувал сквозь круг, выложенный из валунов, заставляя мёрзнуть, а мрачный купол давил на сердце. Или её угнетало то, из-за чего мастер Ортоль вызвал их сюда? Глава их общества стоял на коленях у потайной лестницы, которая вела в полуподвал, и казалось, был занят ритуалом, смысл которого оставался Рагне непонятен.

– Он разговаривает с тёмным повелителем, – пояснил Цифер, сидевший рядом с ней на земле, скрючившись.

– Откуда ты знаешь? И как это возможно? Птички его теперь чирикают под землёй?

– Он шепчет не через воробьёв, не через крыс и не через паучью паутину. И всё же… Посмотри, с каким почтением он стоит. Он разговаривает с ним.

– Пожалуй, – пробормотала Рагне и заходила взад-вперёд, отогревая замёрзшие конечности. Ветер принёс с порта запах рыбы, который Рагне всей душой ненавидела. Наконец она встала у жаровни и вытянула руки над раскалёнными углями.

Внезапно с другой стороны жаровни появился мастер Ортоль. Он очутился там поразительно быстро. Молча оглядел Рагне, затем скользнул взглядом по Циферу. На лице его читалось презрение.

– Приветствую вас, мастер, – осторожно начала Рагне.

– Разве я вас не предупреждал не попадаться на глаза? И разве требовал от вас смерти?!

– Нас никто не видел, мастер, – защищалась Рагне.

– Хорошо, было б оно так! – прошипел тот. – Стража болтает, будто ювелиру перерезал глотку какой-то альв. Ваше счастье, что они взяли двух подозреваемых, которые теперь сидят в темнице. Это, надо надеяться, отвлечёт их на какое-то время. И всё же я всерьёз раздумываю над тем, чтобы выдать вас и вашего слугу, Рагне. В таком случае вас повесят вместе с ларом и его учеником. Но если вы возьмёте себя в руки, я, пожалуй, удовольствуюсь только тем, что брошу на съедение эту мерзость.

Он сделал презрительный жест в сторону альва.

Не успела Рагне ответить, как произошло нечто странное: Цифер выпрямился. Она всегда видела его наполовину скорчившимся, с сутулой спиной и опущенными плечами; теперь же он вытянулся и подступил к мастеру Ортолю. Альв словно вырос, стал на полголовы выше колдуна и глядел на него сверху вниз потемневшими глазами.

– Не забывай, с кем говоришь, человечишка! Я Цифер фон Альмар, принц крыс и повелитель снов! Я тысячи лет брожу по этим мирам и держу ответ лишь перед тёмным повелителем, а он исполнен мне вечной благодарности, которой никогда не забудет. Спроси его, и он подтвердит мои слова, колдун: у тебя нет надо мной власти!

Рагне уставилась на него, разинув рот, мастер отшатнулся. От альва словно исходило бледное сияние.

– Я, я… это была всего лишь шутка, – пролепетал Ортоль.

Ночной альв будто снова уменьшился и стал прежним угрюмым, скрюченным Цифером.

– Хотел бы надеяться, ради твоего же блага, человек.

Рагне была ошеломлена. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, после чего она проговорила:

– Ни нас, ни этих двоих не должны повесить, мастер. Они укажут нам дорогу.

Распахнутые от ужаса глаза Ортоля по-прежнему были прикованы к альву, который теперь, с виду безучастно, сидел на корточках у жаровни, уставившись в пустоту.

– Что?.. А, те оба. Нет, они нам не потребуются. Это другой лар, не тот, который найдёт нам Драконий портал.

– Это мне известно, господин, однако мастер Маберик не покинет город, пока этого лара держат в заключении. Они родственники. Разве воробьи не начирикали вам об этом? И его ученица тоже не оставит своего брата в беде.

– Им нужна драконья пыль, не так ли? – спросил Ортоль.

– Да, но пыль должна быть найдена у ворот. В отличие от нас, они могут найти остальные порталы, господин. И они не так легко жертвуют себе подобными, как это делаем мы.

– Им обоим следовало бы ответить за свои глупости. Вы хотите, чтобы их освободили? Хотите занять их место?

– Я хочу расспросить их, господин. Быть может, мне удастся выяснить, как они собираются найти Драконьи врата. Если нет, мы отпустим их и проследим за ними, как планировалось изначально. Будет лучше, если вы сейчас же пойдёте к великому тану и добьётесь разрешения для обоих случаев.

– После случая с ювелиром великий тан плохого мнения о нас. Если мы теперь потребуем больших уступок, это может нарушить наш союз. Он боится альвов, их тёмной силы и не хочет, чтобы они были в его городе.

– Ты найдёшь способ его убедить, колдун, – снова взял слово Цифер. – Если он не подчинится, скажи ему, что мои крысы только того и ждут, чтобы разнести чуму по его дворцу.

Мастер хотел было возразить, но, пробормотав под нос проклятие, развернулся и скрылся из виду.

Рагне смотрела ему вслед, пока очертания по ту сторону круга не растворились в темноте ночи, затем снова протянула руки к горячим углям.

– Впечатляюще, Цифер.

Альв не ответил.

– Целыми неделями я чиню тебе разные трудности, но ещё никогда ты не накидывался на меня так, как на нашего мастера.

– Это твой мастер, не мой, ведьма.

– И всё же – почему ты сносишь все мои наглые выходки, обладая такой силой?

– У меня есть на то причины. Одна из них – после многих столетий меня не заботит, когда один недолговечный человечишка пытается меня задеть.

– А другие?

Альв, скорчившись, сидел на земле. Он поднял на неё взгляд:

– Это из-за того, что произошло, и из-за того, что произойдёт.

– Что это значит?

– Лучше тебе этого не знать, ведьма.

Он запрокинул голову и во весь голос рассмеялся блеющим смехом, который ещё долго отдавался эхом в куполе.

Близилась полночь, когда Рагне вошла в городскую темницу. Капитан в явно дурном настроении поприветствовал её и проводил в подземелье. Они дошли до перехода с четырьмя массивными дверными решётками.

– Как по мне, вас бы тоже не помешало заключить под стражу, – пробурчал капитан. – Мне хорошо известно, кто вы такая.

Вместо ответа она одарила его улыбкой и попросила оставить её наедине с заключённым.

– Ваше желание я не исполню, ведьма.

Она подошла ближе к капитану и, положив руку на его закованную в доспехи грудь, медленно распахивая глаза, произнесла:

– Даже если я скажу вам, что вы обяжете меня этим к глубокой благодарности?

Кончиками пальцев она растёрла на его доспехах немного чёрной серы, чтобы усилить действие колдовства. Капитан оторопел, помотал головой, растерянно кивнув, повернулся и исчез из перехода. Маленького паука-скакуна, ползущего по его плечу, он не заметил.

Рагне подошла к зарешечённой двери. В темноте с трудом можно было различить пару заключённых.

– Надеюсь, вы удобно устроились?

– Осторожно, мастер Тимин, это та ведьма, о которой я рассказывал!

– А вы тот юноша, которому я так щедро давала чаевые, не так ли?

– Фальшивые деньги, вы хотели сказать, ведьма! Вы меня обманули!

В тени что-то зашевелилось, и к решётке подошёл мастер в длинном плаще.

– Не позволяйте ей прикоснуться к вам, мастер, – предостерёг юноша.

– Что вам угодно, ведьма? Ещё одно убийство или даже два? – резко спросил лар.

– Я и пальцем не тронула ювелира, как вы, вероятно, знаете. Нет, я здесь, чтобы посмотреть, смогу ли я вызволить вас из этой тюрьмы.

На миг на той стороне стало тихо. Затем лар спросил:

– Что вы хотите за это?

– Только то, чтобы ваши сведения о некоем несчастном случае в одной ювелирной мастерской не были выболтаны дальше.

– Я должен замолчать убийство?

– Всё равно доказательств у вас нет. Клянусь богами, подойдите чуть ближе, чтобы я могла видеть вас. Я не кусаюсь.

Мастер рун подошёл ближе к решётке, несмотря на настойчивые предостережения Барена. Наконец, Рагне смогла рассмотреть его лицо – оно показалось ей приятным.

– Пожалуй, это было бы бессмысленно, ведь вы, очевидно, находитесь под защитой великого тана, – сухо сказал он. – Хорошо, мы будем молчать. Если это всё, что вы хотите, можете позвать того недовольного капитана, чтобы он нас отпустил.

Тимин был совсем близко к решётке, и у Рагне начала болеть голова. Лар был защищён руной? Если так, то, вероятно, он носит её на теле или руна нанесена на кожу – его же должны были обыскать. Да, несомненно, она столкнулась с руной не слишком сильной, но достаточно мощной, чтобы убедить лара обычными средствами было трудно. Это усложняло дело, но не делало его невозможным.

– У меня был ещё вопрос, – улыбаясь, проговорила Рагне. Она разбудила трёх пауков, которые проворно выползли из рукавов и в темноте перебежали в камеру.

– Что вы хотите знать, ведьма?

– Совсем немного. Скажите мне, откуда вы знаете, что скоро здесь поблизости откроются Драконьи врата?

В слабом огне факелов Рагне увидела, как сильно озадачил его этот вопрос.

– Вы вправду думаете, что я вам отвечу? Тогда вы глупее, чем я счёл возможным, ведьма.

– Это бы в два счёта освободило вас из тюрьмы.

– А, так вы меняете условия нашего освобождения? Хотя меня это не удивляет. Я вам ничего скажу. Солома и вправду удобная, и нам ничего не стоит провести здесь ещё одну ночь, правда, Барен?

– Конечно, – прозвучал голос из темноты.

– Может случиться так, что вы выйдете отсюда лишь тогда, когда ворота снова исчезнут, – улыбнулась Рагне.

– Значит, так тому и быть, – улыбнулся в ответ лар. – Существуют другие порталы, и я сумею их отыскать. А теперь извините меня, почтенная ведьма. Я очень занят.

На этом он скрылся в полумраке камеры.

– Вы ещё пожалеете об этом, лар, – ответила Рагне, кипя от гнева, и стрелой вылетела из подземелья.

Капитан ждал у двери в переход. Казалось, он чрезвычайно обрадовался, увидев Рагне, и хотел под руку сопроводить её. Но ведьма и не думала уходить. Она попросила оставить её одну. Нехотя он уступил её просьбе. Рагне уселась на старую скамеечку и внимательно прислушалась, что сообщат её пауки.

Прошло немного времени, прежде чем ведьма различила голос Барена Сына Ворона:

– Меня это, конечно, тоже интересует, мастер. Откуда вы знаете о вратах и том, где они покажутся?

– Оттуда же, откуда это известно вам. Я спросил у звёзд.

– Вы тоже звездочёт?

– Ах, так далеко я не ушёл, – ответил лар с напускной скромностью. – Я лишь подумал, что лучше самому выяснить, где откроется следующий портал, чем всякий раз платить за сведения звездочётам, которых в Землях Бурь осталось совсем немного.

– Значит, мы действительно можем просто ждать? Раз уж вы сами отыщете ближайшие врата.

Мастер рун вздохнул:

– К сожалению, нет. Чтобы найти Драконьи врата, помимо серпа Луны нужно созвездие Охотника. А он появляется лишь в зимнем полугодии. Если мы упустим эти врата, нам придётся ждать месяцы, прежде чем найдутся следующие. Это серьёзнее, чем мне хотелось бы признать, ведь мой запас драконьей пыли на исходе.

– Значит, нам нужно успеть выбраться отсюда?

– Надеюсь, стражники скоро поймут, что поймали не тех.

– Они показались мне не слишком умными.

Лар снова вздохнул:

– Если честно, я рассчитываю на моего дядю. Он что-нибудь придумает.

Они ещё какое-то время говорили о ларе Маберике и Айрин. По-видимому, они уже знали о её освобождении.

– Не понимаю, почему они всё ещё держат нас за решёткой, – пробурчал лар.

– Я тоже, но я рад, что моя сестра не сидит в темнице. Солома пахнет гнилью, повсюду крысы и насекомые.

– Да, и даже поесть не дают.

– А драконья игла? – неожиданно спросил Барен.

Рагне навострила уши.

– А что с ней?

– Как она связана с вратами? Вы намекнули, что она нужна нам для поиска.

– Да, её для этого и сделали. Кстати, из костей черепа дракона, если ты не знал. Эти иглы – очень редкий товар, их трудно купить. Вряд ли в Землях Бурь найдётся больше трёх-четырёх обладателей этого ценного предмета, и я один из них.

Рагне покачала головой. Этот лар был мелким хвастунишкой, но ей это было только на руку. Драконья игла – вот, кажется, где ключ. Она прислушалась затаив дыхание.

– Дядя Маби использует их лишь для того, чтобы искать врата. Не думаю, что ему пришла бы в голову идея с руническим мешком, который привёл нас к ювелиру.

– И в тюрьму, – сухо заметил Барен Сын Ворона. – Скажите, мастер, в каждой тюрьме обитают такие нахальные крысы?

– Что?.. А ведь и правда, эта ведёт себя странно. Наполовину заплесневевший хлеб, который нам дал караульный, похоже, её не интересует. И запах…

– Гнилой соломы?

– Нет, под ней, едва уловимый, не чуешь? Это сера! Кажется, здесь приложил руку враг…

Лар замолк, затем Рагне услышала пронзительный писк и слабый грохот.

– Вы промахнулись, мастер, она убежала.

– Почти попал. А теперь давай лучше молчать. Боюсь, в этой темнице не только у крыс есть уши.

Рагне выругалась. Крысы Цифера всё испортили. Разве она не говорила ему держаться подальше? Рагне окликнула капитана.

– Предполагаю, у заключённых отобрали всё, что было у них при себе? Я хочу на это посмотреть.

Капитан отвёл её в комнату, в которой на удивление бережно хранились вещи арестованных.

– В этой тюрьме так мало заключённых? – поразилась Рагне.

Капитан покачал головой.

– Мы храним вещи до вынесения приговора. Затем мы их продаём или же отдаём обратно – в том редком случае, когда кого-то выпускают на свободу.

– Понимаю, – пробормотала Рагне. Ей не пришлось спрашивать о ящике с вещами лара, потому что она ясно чувствовала силу рун. Как только капитан открыл крышку, голову Рагне пронзила боль.

– Эта иголка вон там. Отрежьте мешок, который на ней висит! – потребовала она. Капитан нерешительно послушался. Рагне надела перчатки, собирая всё своё мужество. – Дайте её мне.

Офицер, пожав плечами, положил иголку в её раскрытую ладонь. Она ожидала, что рука вспыхнет пламенем, но ничего не произошло. Правда, она почувствовала усиливающееся жжение, как от крапивы.

– У вас есть чистый платок, в который я могла бы её завернуть?

Капитан дал ей зимний шарф, мимоходом заметив, что это его личный предмет. Ведьма любезно поблагодарила. Затем попросила его не говорить лару ни слова об игле и наконец распрощалась. Было уже поздно, а ей ещё предстояло много дел.

Некоторое время спустя она снова была в храме. Бог мёртвых Форбас взирал на неё с каменным лицом. Рагне сделала несколько шагов влево, затем вправо – взгляд бога следовал за ней.

– Постой же, наконец, женщина, – проворчал Цифер.

– Не знаю, зачем было так спешить, если мне опять приходится ждать великого мастера, – пробормотала Рагне. Уже светало. Она чувствовала усталость и продрогла насквозь, но была так напряжена, что едва это замечала.

Наконец среди валунов показалась фигура мастера. Казалось, он был не в духе.

– А, тут, значит, оба возмутителя спокойствия, – поприветствовал он. – Знаете, сколько сил мне потребовалось, чтобы разгладить волны, поднятые вами, Рагне?

Она пожала плечами.

Лицо мастера Ортоля потемнело.

– Вы хотя бы что-то узнали у заключённых?

– Звёзды, точнее, созвездие Охотника вместе с серпом Луны указывает мастерам рун дорогу к скрытым порталам.

Мастер ведьм на миг уставился на неё.

– Возможно, это будет полезно, – нерешительно протянул он, затем добавил: – Но, если нам удастся освободить повелителя, это будет ни к чему. Полученные вами сведения не так уж полезны. Больше ничего?

Рагне быстро переглянулась с Цифером. Значит, вот какой был план? Она знала слухи с постоялого двора, но впервые Ортоль ясно и чётко заявил: они хотят освободить повелителя ведьм, освободить от заклятья, связывающего его с крепостью.

– Расскажи ему про иглу, – шепнул альв.

Рагне послала ему ядовитый взгляд.

– Что за игла? – встрепенулся мастер.

Нехотя Рагне вытащила иглу.

– Видимо, звёзд и месяца недостаточно для определения точного места. Поэтому мастера рун используют эту вещицу.

Она вытащила из кармана платок с драконьей иглой и развернула его.

– Что это? – спросил мастер, подошёл ближе и выхватил иглу… и вдруг, вскрикнув, выронил её. – Проклятье! Ты хочешь меня убить, стерва?!

– Я как раз хотела объяснить вам, что для нас лучше прикасаться к игле в перчатках, – усмехнулась Рагне. – Иначе ощущения не из приятных. Полагаю, это связано с остатками драконьей пыли на игле. И видите эту нитку? За неё держат, когда хотят узнать направление.

Мастер потёр ноющую руку.

– Покажи мне, ведьма!

Рагне, вздохнув, склонилась, взялась за нитку и подняла иглу. Та медленно завращалась, однако не показывая конкретного направления.

– Она не действует! – разгневался Ортоль.

– Ещё нет, мастер. Это означает, что врата ещё не открылись.

– Не жди похвалы за эту находку, ведьма. Нам эта вещь не нужна, мы должны идти за ларами! Они сами укажут нам путь.

– А если они оторвутся от нас? – спросила Рагне.

Ортоль рассмеялся.

– Мы повелеваем многими помощниками и услужливыми духами – на земле, в воде и даже в воздухе. Они от нас не сбегут.

– Но это лары, они обладают сильными рунами, господин. Что, если они догадаются о наших планах и предпочтут отказаться от драконьей пыли, нежели привести нас к ней? Что, если они с помощью своих рун закроют нам проход? Я на собственной шкуре узнала, насколько могущественны знаки мастера Маберика. С помощью этой иглы мы могли бы опередить их, найти портал и помешать им войти. Я уверена, что наш повелитель сумел бы оценить эту вещь по достоинству.

Надменная улыбка Ортоля исчезла. Он отвернулся, словно размышляя, но, возможно, лишь шептал молитву богу мёртвых – Рагне показалось, что она слышит что-то похожее. Он покачивал головой и, казалось, наконец принял решение.

– Если эта вещица укажет нам дорогу, возможно, и вправду лучше избавиться от этих двоих в тюрьме, пока они не натворили бед. Я назначу для этого нескольких манов. Они подстерегут ларов у входа в город и убьют их и их спутников. А теперь идите и готовьтесь. Я чувствую, что исход близок. Совсем скоро наш повелитель будет свободен – и тогда Земли Бурь снова будут принадлежать нам.

– Глупая идея глупого человечишки, – сказал альв, ковыляя рядом с Рагне по улицам.

Совсем рассвело, и утреннее солнце нарумянило верхушки самых высоких башен.

– Мне она тоже не нравится, Цифер. Меня не покидает чувство, что близнецам отведена особая роль. Мне кажется, что… убивать их неправильно, но я не могу сказать почему.

Альв немного помолчал, в конце концов остановился и проговорил:

– Я мог бы тебе сказать, Рагне.

Она тоже остановилась. Они были одни на какой-то безымянной улочке.

– Что ты знаешь о них, что неизвестно мне, Цифер? Наконец хочешь рассказать?

Альв присел.

– Сказать ей или не сказать? – пробормотал он. – Повелителю это не понравится. А если он будет недоволен, то, наверное, не позволит мне вернуться домой…

Рагне наклонилась к нему и дружески положила руку ему на плечо.

– Что бы ты ни раскрыл, Цифер, я никому этого не выдам.

Он яростно стряхнул её руку и резко взглянул на неё:

– Не пытайся использовать свои уловки на мне, ведьма!

– Я вовсе не собиралась…

– Да, даже ты не так бестолкова, – оборвал её он. – Хотя и доказала свою глупость – или, вернее, слепоту.

Она со вздохом встала, посмотрела сверху вниз на альва, который будто вёл внутреннюю борьбу.

– Когда закончишь оскорблять меня, скажи, что ты утаиваешь.

– Я подозревал это ещё в Хорнтале. И с каждой милей всё сильнее, – начал он. – А потом в снах ювелира я увидел это.

– Видят боги, что же? – напустилась на него Рагне, когда он умолк.

– Знаешь, как повелитель достиг бессмертия? – неожиданно спросил он.

– Предполагаю, с помощью магии. – Рагне ничего не понимала. – Что он?..

– Это магия альвов, – оборвал её альв. – Я научил его ей триста лет назад, потому что он обещал открыть мне дорогу домой. До сих пор он не сдержал своё обещание.

– И что он?..

– Это колдовство мы называем хугрмаром, кошмаром души. Мы владеем им с давних пор. В древние времена оно позволяло альвам завладеть телом человека. Так мы могли незаметно слоняться между ними, не надевая поддельной кожи. Но хугр, что на вашем языке означает душу и дух, мог находиться в чужой оболочке лишь одну ночь и один день, не дольше, иначе его собственное тело умирало.

– Я, собственно, не понимаю, что…

– Проклятье, женщина, замолчи же наконец и послушай! – зашипел на неё альв. – Сейчас ты всё узнаешь. Тёмный повелитель прознал про это колдовство и попросил меня обучить его. Я сделал это. И как же изобретателен оказался наш повелитель! Он научился пребывать в чужих телах не только несколько часов, но лет и десятков лет! Старые оболочки, которые он оставлял умирать, его не волновали. И к душам, которые он при этом подчинял себе и уничтожал, он был безразличен.

Альв замолчал, а Рагне старалась осознать услышанное.

– Это значит, его дух и душа триста лет кочуют из тела в тело? Тогда бессмертен только его дух, но не тело? – спросила Рагне.

– Хотя бы это ты поняла! Его хугр менял тело уже семь раз. Но такой способ бессмертия имеет свою цену. С каждым перемещением он становится слабее, и новое тело не способно служить ему так, как служило своему прежнему владельцу. Так, он не может произвести на свет детей, но это необходимо, ведь сказано, что лишь его собственная плоть и кровь смогут освободить его из заточения.

– Получается, выбрав этот путь, он навеки отказался от свободы?

– Не совсем, ведьма, не совсем. На слияние тела и хугра требуется время, происходит борьба, во время которой старый и новый хозяин сражаются за тело. Борьба длится всего несколько дней, но в каждом ещё остаётся немного мужской силы, позволяющей произвести потомство. Он пытался сделать это семь раз и семь раз терпел неудачу – так мы думали.

У Рагне возникло странное чувство в животе – чувство, что эта история затрагивает её саму. Но она ещё не понимала, каким образом.

Альв продолжил:

– Каждый раз, присваивая новое тело, повелитель заманивал девушек в свою постель обещаниями власти и богатства, и многие ведьмы поддавались соблазну, хотя молва о цене за неудачу быстро разнеслась по округе. Шесть раз повелитель обрывал жизнь девушек, которые не оправдали его надежд, которые его разочаровали. Минуло около восемнадцати лет с тех пор, как молодая ведьма, прекрасная, как свежее утро, приехала из чужих краёв в Долину Теней. Она стремилась к власти и влюбилась в одного молодого тёмного волшебника. К их несчастью, влюблённые привлекли внимание нашего повелителя. Он воспользовался ими, украл тело колдуна для своего хугра и присвоил себе молодую ведьму – в этот раз лишь её одну.

Альв закрыл глаза и так рассказывал дальше:

– Ведьма не покорилась. Она бежала из Чёрной Крепости и пропала. Мы искали её, ещё не зная, что она носит ребёнка. Обыскали все Земли Бурь, но она скрылась. Очевидно, она не покинула страну, как все думали, а нашла укрытие получше.

Рагне бросало то в жар, то в холод.

– Письмо! Тогда близнецы – дети этой ведьмы… и нашего повелителя? – прошептала она.

Альв медленно кивнул.

– Я снова увидел её в снах ювелира. Я видел её лицо и думал, что ошибся, поскольку считал мёртвой или пропавшей без вести. Я узнаю её черты в мальчишке, даже больше, чем в девчонке. Но главное, Рагне, в её облике я узнал и твоё лицо. Она твоя сестра, Рагне!

У Рагне перехватило дыхание.

– Это невозможно, – прошептала она. – Они утопили мою сестру – так же, как хотели утопить меня…

– Ты думала так, но сама не видела, правда?

– Нет, этого не может быть, – медленно проговорила Рагне. Но потом, когда искра надежды засияла сильнее, спросила: – Ируна, моя сестра, ещё жива? Она мать близнецов?

Альв презрительно засопел, быть может, от нетерпения.

– Если нет второй женщины с таким именем, которую свели с нашим повелителем, она их мать. Я могу подтвердить, что Ируна – имя ведьмы, которую повелитель заставил разделить с ним постель. Но жива ли она сейчас – другой вопрос.

Рагне показалось, что земля задрожала у неё под ногами. Ей пришлось ухватиться за стену.

– Как давно ты знаешь об этом? – хрипло спросила она.

Альв смущённо почесался и отвернулся.

– Уже какое-то время.

– Как давно?

– О том, что ты сестра Ируны, я знаю с тех пор, как ты впервые появилась в Долине Теней. Тёмный повелитель тоже сразу это почувствовал. Почему, ты думаешь, он сделал меня твоим спутником? Почему послал могущественного принца ночных альвов странствовать с незначительной, глупой ведьмой? Он надеялся, что ты как-нибудь отведёшь меня к своей сестре и выяснишь, родила ли она детей.

– Но… – начала Рагне. В голове роились тысячи вопросов, но она снова умолкла, не зная, с чего начать.

– Кажется, его план сработал, – сказал альв. – Но нужны ли ему дети, чтобы ускользнуть из темницы, или он изобрёл другой способ выйти на свободу? Всё указывает на то. Значит, мы можем спокойно наблюдать, как детей убьют вместе с их учителями – или всё-таки нет?

Рагне села и закрыла лицо руками. На неё нахлынуло слишком много чувств.

Немного погодя она совладала с собой. Опустила руки и поглядела альву прямо в глаза.

– Как, – спросила она, – как Ируне удалось сбежать из Чёрной Крепости? Повелитель наверняка приставил к ней охрану.

– У неё был помощник, – мрачно ответил альв.

Рагне вдруг всё поняла.

– Ты?

Цифер кивнул.

– Она обворожила и обманула меня. Пожаловалась, что не ждёт ребёнка и что умрёт, если повелитель об этом узнает. Даже показала мне лунную кровь. Из жалости я помог ей, помог бежать тайными путями – дорогами альвов. И она исчезла, отреклась от тёмного искусства, как я ей советовал, – так они не могли её найти. Я долгое время верил, что Ируна мертва, разбилась, как любая хрупкая человеческая жизнь. Лишь в той девочке, чьи сны я подслушал ночью у костра на Железной улице, я вновь нашёл её следы. И всё же я долго не желал этого признать.

– Ты помог моей сестре?

– Вместо благодарности она обманула меня, солгала, обвела вокруг пальца. Никогда больше я так не поступлю и ничем не обязан ни ей, ни её детям. И тебе я тоже ничем не обязан!

Проворчав это, альв отвернулся от Рагне.