Голоса на улице становились всё громче. Айрин на бегу оглянулась: на крыше ювелира появилось двое солдат.

– Туда! – крикнул Барен, взявший командование на себя. Они мчались по крышам, пока дорогу не перегородила поперечная улица. За спиной раздался громкий скрежет и стоны. Айрин снова обернулась. Один из преследователей провалился сквозь черепицу. Он застрял в крыше по грудь в своей тяжёлой броне, и его сослуживец пытался вытащить его или, возможно, хотя бы не дать ему провалиться сильнее.

– Туда! – снова крикнул Барен.

Айрин остановилась. Улица была узкой, не больше четырёх шагов до противоположной крыши, но вниз уходила на несколько локтей.

– Давай, Айрин! Здесь не шире притока Мельничного пруда.

– Но глубже!

Мастер Тимин перепрыгнул на другую сторону. Крыша заскрипела под его весом.

– Я поймаю вас! – крикнул он.

Айрин стиснула зубы и отступила на несколько шагов для разбега. Она заметила, что оба солдата продолжили погоню. Их шлемы уже виднелись за соседней крышей. На улице за ними гнались остальные преследователи, а может, просто зеваки. Она отвернулась, разогналась и прыгнула, приземлилась на другую крышу и покачнулась, бешено размахивая руками и рискуя свалиться. В последний момент лар схватил её за руку.

Брат последовал за ней.

– Вдоль улицы! – крикнул мастер Тимин. – Там они от нас отстанут.

Айрин сначала не поняла его плана, но вскоре увидела, что дома составляют протяжённый квартал. Бегущим внизу придётся сделать крюк, чтобы продолжить погоню. Они помчались вперёд. Солдаты наконец добрались до поперечной улицы, но не отважились прыгать и под громкие проклятия искали путь вниз. Айрин помчалась за своими спутниками. Неподалёку в небе высились мачты множества кораблей. До порта оставалось три-четыре поперечных улицы. Моря она не видела, но одни только мачты уже магически притягивали её.

Она побежала по крышам дальше за остальными, пока они не добрались до длинного дома с большим внутренним двором.

– Похоже на трактир! – воскликнул лар и указал на вывеску на стене дома, на которой был изображён чёрный лебедь. – Скорее, через слуховое окно! Среди кучи гостей, надеюсь, нас не заметят.

Они оказались на чердаке, заваленном разной рухлядью, и, не сговариваясь, решили сперва перевести дух. Айрин вздохнула с облегчением, ощутив ровный пол под ногами. Она понимала, что это ещё не конец их побега.

– Что теперь? – спросила она, запыхавшись и уперев руки в колени. Внизу было слышно, как спорят две визгливые бабы. Но, пожалуй, причиной ссоры были не они.

– Сперва выйти, – с трудом переводя дыхание и промакивая лоб большим платком, ответил мастер рун. – А потом обходными путями до повозки.

– Вам следует оставить плащ здесь. Такой яркий красный цвет слишком бросается в глаза, – заметила Айрин.

– Оставить здесь?

Лар покачал головой, однако плащ снял. Но лишь вывернул его и снова надел. Теперь плащ был чёрного цвета с красными отворотами, что удивило Айрин: похоже, плащ был скроен так, чтобы его можно было носить с обеих сторон.

– Портной в Грамгате сшил его для меня, – объяснил лар и довольно пригладил тёмную ткань. – Бывают случаи, когда лучше одеваться незаметно.

– Вы, вероятно, часто спасаетесь бегством, – пропыхтел Барен.

Лар задумчиво улыбнулся.

– До сих пор лишь раз или два от разгневанных мужей. Того, что было сегодня, со мной ещё не случалось. – Он выпрямился. – Предлагаю покинуть этот дом вместе, но на улице идти на расстоянии друг от друга. Они ищут группу из трёх человек, поодиночке мы вряд ли вызовем подозрения. Пойдёмте.

* * *

Рагне фон Биал лежала на кровати, уставившись в потолок. С каждым часом она всё больше ненавидела трактир. Её сёстры-ведьмы и братья-колдуны, так же как она, обречённые на безделье, беспрестанно спорили в соседних комнатах, и шум мешал ей спать. Тут же были маны, полудикие жители гор, служившие тьме, поскольку желали заполучить славу и часть добычи. Ортоль привёз в Иггебург два десятка манов для помощи, но сейчас они были лишь источником драк и неприятностей.

Всё это лишь усиливало беспокойство, которое и без того чувствовала Рагне. Встреча с ювелиром прошла впустую. Они ничего не узнали, а мастер Ортоль, глава их союза, сам надзирал за мастером рун, поэтому делать им было нечего.

В её комнату вошёл Цифер. На плече у него сидела крыса.

– Где ты был? – прикрикнула она на него. – Заводил новых друзей в сточных канавах?

– Дружить приятно, Рагне, тебе тоже стоит разок попробовать, – ответил альв. – У меня новости, причём захватывающие.

Рагне села.

– У ювелира были гости, – прошептал Цифер. – Не догадаешься кто.

– Близнецы?

– С ещё одним мастером рун, но это был другой, не тот, кого они называют Маберик. Этот моложе, сочнее. – Он облизал губы.

– Твои друзья присматривали за домом? Почему я сама не догадалась?

– Потому что ты ведьма, человеческое существо, легко падаешь духом и редко смотришь далеко вперёд.

– Что им было нужно? У них было с собой кольцо?

Альв ответил нерешительно:

– Сложно сказать. Крысы не разбираются в подобных вещах.

Рагне встала.

– Что ты мелешь? Этим глупым созданиям не нужно понимать. Достаточно того, что ты, мастер, воспринимаешь слова. Что ты скрываешь от меня, Цифер?

Альв уставился в пол, затем, скрежеща зубами, сказал:

– Кое-что произошло. В ту ночь. Он проснулся – тот, чьи сны я подслушивал. Видимо, его мучала боль, ведь я залез довольно глубоко. Его шея свела знакомство с моим ножом.

Ведьма в ярости подступила к ночному альву. Она была готова вцепиться ему в глотку и лишь в последнюю секунду сдержалась.

– Ты убил его?!

– А должен был оставить звать на помощь?

– Значит, ты убил его не потому, что тебе это доставляет удовольствие?

Он поднял руки в извиняющемся жесте.

– Немного того и другого, возможно.

– Бестолочь! – прошипела она. – Теперь мы никогда не узнаем, что он знал о близнецах и их матери.

– Возможно, всё же узнаем, – проговорил альв, и брови его дрогнули. – Их заметили. Увидели, как они втроём врываются в мастерскую. А теперь они бегут через город как предполагаемые убийцы.

– Это ещё хуже. Если их поймают, то они отправятся на эшафот!

Взгляд альва потемнел, и он медленно проговорил:

– Тогда все вопросы и загадки будут решены одним махом. Всё равно, что с ними затевали боги или хелия – их судьба будет решена.

Рагне схватила альва за воротник:

– Если только я не расскажу мастеру Ортолю или тану этого города, кто на самом деле убил ювелира!

– Ты не посмеешь! – прошипел альв. – В таком случае ты сама подставишь свою шею палачу.

– О, я умею выпутываться из таких историй, мой друг. Но альв, присвоивший ненастоящую человеческую личину, под топором палача? Весь город захочет на это посмотреть.

– Проклятая ведьма! – снова прошипел альв и вырвался.

Рагне припёрла его к стенке:

– Где они? Их уже схватили? Близнецы не должны умереть! Думаешь, мастер рун продолжит искать Драконьи врата, если его подопечным грозит смерть? Скажи мне, где они, Цифер, или, клянусь чёрным богом царства теней, я брошу тебя на съедение мастеру Ортолю!

Он отпрянул и, поглядев на неё с ненавистью, прорычал:

– Они бегут по крышам в нашу сторону! Мои крысы потеряли их из виду, ведь у них нет крыльев.

– Они поблизости? Тогда поспешим! – Она накинула плащ. – Мы должны уберечь их от топора палача или, – тут по её губам скользнула улыбка, – ещё лучше – заполучить их в свои руки.

* * *

Ещё на чердаке лар Тимин придумал план идти по одному, что звучало неплохо, но теперь на улице, в толпе людей и средь бела дня, показалось Айрин неудачным. Она постоянно теряла Барена и мастера рун из виду, к тому же лар без конца петлял. Он что-то говорил об обходных путях, но то, что он делал, казалось ей слишком хлопотным и бросающимся в глаза. Мастер Тимин шагал быстро, постоянно оборачивался и слишком часто сворачивал в крохотные улочки. Добром это не кончится.

Едва она об этом подумала, как из переулка вышел отряд из четырёх солдат.

Лар перешёл на другую сторону и быстро свернул. Барен последовал его примеру, но более незаметно. По-видимому, солдаты тоже собирались повернуть на ту улицу и оказались между Айрин и её спутниками. Она замедлила шаг. Сердце заколотилось, но она заставила себя успокоиться. Дошла до угла. Судя по всему, солдаты не торопились. Они скорее плелись, чем маршировали, а затем и вовсе остановились, чтобы задержать спешащую с какими-то поручениями служанку. Солдаты сделали бедной девушке несколько двусмысленных намёков, чем совершенно смутили её.

Айрин сделала шаг в сторону переулка. Один из солдат заметил её и ухмыльнулся. Айрин хотелось высказаться по поводу их поведения, но сейчас это, конечно, было невозможно. Она остановилась. Барен ждал впереди, на другом конце переулка.

Солдат нахмурился. Он позвал сослуживца, и вдруг четыре пары глаз устремились на Айрин, которая развернулась на каблуках и с деланым спокойствием повернула за угол. Айрин ускорила шаг. Один из солдат окликнул её, но она не хотела делать им одолжения, подобрала подол длинного платья и побежала.

Девушка надеялась, что солдаты отстанут, но вскоре услышала топот сапог и бряцание брони. Солдаты догоняли её! Айрин свернула на ближайшую улицу, затем снова за угол. Шаги становились всё ближе. Улицы были оживлённее, и многие прохожие таращились на неё, но Айрин заметила, что все они молчат – никто не говорил стражникам, куда она побежала. Это дало ей надежду. Солдаты в их тяжёлых доспехах не смогут долго её преследовать.

Она сделала несколько поворотов и в удачный момент спряталась за бочками. Солдаты промчались мимо, спросили на бегу, не видел ли кто девушки, и, не получив ответа, поспешили дальше, сыпя проклятиями. Вскоре их шаги затихли.

Айрин прислушивалась к звукам, пока не почувствовала себя мало-мальски в безопасности. Лишь потом она покинула своё укрытие. Она не имела ни малейшего представления, куда её занесло. Твёрдо решив не унывать, девушка опять поспешила к условленному месту. Она попыталась отыскать глазами высокую башню, которую лар назвал указателем дороги на всякий случай, но на узких улочках её видно не было. Айрин свернула на поперечную улицу – она показалась ей знакомой. Не на этой ли улице у постоялого двора они прятались? Да, вот и вывеска с чёрным лебедем!

Едва убедившись в своём предположении, она в ужасе оцепенела. Перед ней по мостовой спешили две фигуры, которые она слишком хорошо знала. Рагне фон Биал и её зловещий слуга. Слуга остановился и поднял нос кверху, будто что-то учуял.

Айрин не стала их дожидаться, развернулась и, опустив голову, нырнула в одну из бесчисленных улочек Иггебурга. Она пошла быстрее, нисколько не заботясь о том, что выделяется в толпе. Улица вела на маленький рынок, где продавались всевозможные виды рыб. Заметил ли её альв? Девушка повернулась, медленно пошла назад, не упуская из виду улицу. Тут появились две тени – но они принадлежали двум безобидным иггебуржцам.

Айрин облегчённо вздохнула.

И вдруг кто-то схватил её за шиворот и грубо потащил в сторону.

– Неужели это наша сорока-воровка? Что вы думаете, Гренер Стаак?

Айрин обернулась и, разинув рот, уставилась в мрачное лицо вахмистра Хуфтинга и распухшие от алкоголя черты дядюшки.

– О, это она, воровка и ведьма, подменившая моё серебро на паутину! Поздравляю вас, вы вправду разыскали её, капитан.

Ошеломлённо Айрин таращилась то на одного, то на другого. Она спит? Грезит наяву? Она только что ускользнула от преследователей великого тана, ведьмы и ночного альва, чтобы попасться в руки двум тупицам из Хальмата? Не может быть!

– Что вы здесь делаете? – вырвалось у неё.

– О! Она ещё спрашивает, что мы здесь делаем, мастер Стаак! Ну, что касается моей персоны, хочу сказать, что проскакал много миль, чтобы по высочайшему поручению положить конец преступлениям воровки.

– Я не воровка! Что, видят боги, я могла украсть?

– Серебро нашего почтенного хозяина трактира, к тому же моё сердце и в какой-то степени саму себя, фройляйн Айрин. Вы должны выплатить долг, и сумма ещё не уплачена.

– Это всё неправда! Дядюшка получил много серебра, когда взял нас! Спросите его, что он с ним сделал!

– Враньё, – прорычал Гренер Стаак.

– Это всего лишь третий пункт жалобы. Второй пункт – личное дело, его можно обсудить позже, но главное – первый пункт, касающийся серебра, которое вы, предположительно с помощью колдовства, подменили на бесполезную, легкоиспаряющуюся ткань и похитили.

– Но это была ведьма Рагне фон Биал! Она тоже здесь! И если вы меня сейчас же не отпустите, вахмистр, она найдёт и убьёт меня!

– Ах, приведённые вами аргументы изобличает их чрезвычайная смехотворность. Как, по-вашему, ведьма, которую разыскивают в Хорнтале, добралась до Иггебурга?

– Так же, как вы и я, дурачьё! – в отчаянии воскликнула Айрин. Она попыталась вырваться, но у вахмистра была на удивление крепкая хватка.

– Что здесь происходит? – прогремел чей-то голос.

Он принадлежал одному из двух солдат, которые теперь пробирались сквозь небольшую толпу, образовавшуюся вокруг Айрин и двух хальматцев.

Вахмистр отдал честь:

– Ах, какое приятное подкрепление. Имею честь, капитан Хуфтинг из стражи Хальмата, и я здесь, чтобы задержать эту воровку, которая тоже оттуда родом.

– Воровку, говорите?

– Это всё неправда, господа! – с мольбой в голосе прокричала Айрин. – Вахмистр просто обижен, что я не приняла его нелепые ухаживания, а этот человек присвоил себе деньги, которые у меня нашёл, когда меня подкинули на порог его дома!

– Я понимаю лишь половину из сказанного, но всё звучит в высшей степени подозрительно, – задумался солдат. – Лучше мы вас отведём в караул, чтобы разобраться с этой историей. Или у вас есть возражения, капитан?

Солдат произнёс последнее слово с издёвкой, отчего несколько стоявших вокруг засмеялись. Но Айрин было не до смеха. В памяти всплыли слова лара Тимина о стражах закона, и она знала, что попала в серьёзную переделку.

Солдаты крепко взяли её под руки и повели по улицам, казавшимся Айрин знакомыми. Затем свернули на широкую улицу, в конце которой находилось огромное здание.

– Это замок Иггебурга? – спросила она, на миг забыв о том отчаянном положении, в котором оказалась.

– Замок, крепость и тюрьма, – ответил солдат. – Отгадайте, с какой из частей вы познакомитесь ближе.

Мужество покинуло Айрин. Чем ближе они подходили, тем больше бросалась в глаза необычность постройки. В центре громадного здания высокие колонны держали широкую крышу, из которой выступал массивный купол. Айрин показалось, что это похоже на вход в храм или дворец. Но справа и слева от него в вечерних сумерках высились простые и приземистые башни. Вид у них был мрачный и отталкивающий, они возвышались над городской стеной, находящейся прямо за замком. Перед замком раскинулась широкая площадь, напоминающая учебный плац замка Грюнварт. С одной стороны располагались грубо сколоченные бараки, перед ними в ряды выстроились грубые столы и скамьи. Солдаты слонялись взад-вперёд без дела, пили и, по-видимому, убивали время за игрой в кости.

Стражники отвели Айрин, к её сожалению, не к роскошным колоннам, а левее. Чёрные ворота в одной из мрачных башен не предвещали ничего хорошего. Путь вёл мимо скучавших солдат.

Кто-то засвистел и стал кричать. Один заговорил о хорошем, хотя и скромном улове. Айрин стыдливо опустила взгляд. Вдруг кто-то встал перед небольшой процессией.

– Куда путь держим, приятели? – спросил голос, который она знала слишком хорошо. Айрин подняла взгляд и готова была провалиться на месте. Перед ними стоял Бо Теган.

– Не знал, что это вас касается, – буркнул один из солдат.

– Она воровка, беглая служанка, и я выследил её!

– Хуфтинг? Стаак? Что вы делаете в такой дали от Хальмата?

– Всё, чего мы хотим, лейтенант, – это чтобы эта неблагодарная получила справедливое наказание, – пробурчал дядюшка. – И это то, что вам не удалось сделать.

– Боюсь, я не могу этого допустить. – Лейтенант обратился к обоим солдатам: – Послушайте, друзья, я знаю эту девушку и знаю, что она не воровка.

– Возможно, вы знаете её, но я не знаю вас. Всё должен прояснить командир или же судья, если она переживёт допрос.

Бо Теган опустил руку на меч и выпрямился:

– Я лейтенант и приказываю вам отпустить эту юную госпожу.

– Может, вы и лейтенант, но не в городской страже Иггебурга. Нам вы ничего приказывать не можете. А теперь отойдите в сторону, если не хотите тоже надеть кандалы!

Рука Тегана судорожно вцепилась в рукоять меча, но Айрин бросила ему предостерегающий взгляд.

– Уйди же с дороги, Теган, – прошипел дядюшка и угрожающе двинулся на него.

– Я сообщу об этом тану Грюнварта, если вы сейчас же не уберётесь! – взвизгнул Хуфтинг.

– Посторонитесь, лейтенант, – попросила Айрин. – Не создавайте себе трудностей из-за меня.

– Но я должен что-то сделать для вас! Вы можете быть кем угодно, но точно не воровкой, Айрин Дочь Ворона.

– Скажите это мастеру Маберику. Вы найдёте его на площади магов. Может быть, он сможет что-то сделать, – тихо ответила она.

Лейтенант медленно отошёл на полшага в сторону.

– Я советую вам обращаться с ней хорошо. А вы, Айрин, не теряйте мужества, я поручусь за вас перед судом.

Солдаты грубо подтолкнули Айрин вперёд. Другие солдаты подтянулись к ним от чёрных ворот. Они не дали Тегану пойти дальше, а дядюшка и Хуфтинг как обвинители смогли пройти дальше в темницу.

Тёмные ворота бесшумно открылись. За ними зияла чернота. Ни за что на свете Айрин бы не сделала и шага дальше, но караульные подтолкнули её через пустынный проход, освещаемый лишь закоптелыми факелами. Один из солдат провёл Айрин в серую комнату, где их встретил капитан. Он сидел за чересчур большим столом и царапал пером по пергаменту. Капитан поднял руку, давая понять, чтобы ему не мешали, написал ещё несколько строк, затем отложил перо в сторону, откинулся на спинку стула и спросил:

– Ну, что за птичку мы поймали?

– Сбежавшая служанка, у которой долги перед хозяином, и воровка, господин! – воскликнул дядюшка.

– Это я задержал её! – гордо сообщил Хуфтинг.

Один из солдат подошёл к столу и шёпотом доложил капитану. Тот так же шёпотом отдал приказ, отослал солдата и задумчиво поглядел на Айрин:

– Скажите, вы сегодня, случайно, не были на улице Ювелиров?

– Я не отсюда, господин, – сказала Айрин. – И не знаю улиц этого города.

– Не отсюда? А вы, случаем, не разъезжаете в обществе молодого господина в красном плаще?

Айрин покачала головой:

– Я езжу с мастером Мабериком, мастером рун. Я, правда, не знаю, сколько ему лет, но он точно не молод. И красного плаща у него тоже нет. Вы можете спросить моих обвинителей, господин.

На вопросительный взгляд капитана вахмистр Хуфтинг откашлялся и сказал:

– Конечно, он уже не молод, этот мастер. И я видел его в плаще то ли зелёного, то ли коричневого цвета, во всяком случае, старом и почти выцветшем.

Вид у капитана был разочарованный.

– Мы здесь не по этому делу, Хуфтинг, дубовая ты голова! – вскричал дядюшка. – Она воровка, ведьма и вероломная служанка, не расплатившаяся с долгами, господин! Она обокрала меня!

– Правда? Это серьёзные обвинения.

– И они ложные! – воскликнула Айрин. Она рассказала о тяжёлом кошеле, который передала их матушка трактирщику, и о ведьме Рагне, расплатившейся фальшивым серебром.

– Не верьте ни единому её слову! – горячился трактирщик. – Отъявленная лгунья – вот она кто, господин! Она разбила сердце лживыми обещаниями этому почтенному воину. Теперь я хочу спросить у вас: что делают в Иггебурге со служанками-должницами, сбежавшими от своих хозяев?

– Я никогда не была такой служанкой, господин, хотя этот человек и заставлял меня верить в это долгие годы. Спросите лейтенанта Тегана, который ждёт моего освобождения перед этим ужасным зданием.

– Она вскружила ему голову! Этот глупый мальчишка что угодно для неё скажет. При этом он едва с ней знаком! – воскликнул трактирщик.

Капитан задумчиво кивнул.

– У вас честное лицо, Айрин Дочь Ворона, и я бы охотно поверил вам, но, к сожалению, вынужден сказать, что это ваше дело – доказать вашу невиновность. Далее я вынужден заключить, что пока, учитывая число ваших свидетелей, два против одного не в вашу пользу, если упомянутый лейтенант вообще существует.

– Мастер Маберик за меня поручится! И мой брат, разъезжающий с ним, тоже. Они подтвердят мои слова.

– О, тогда будет три против двух в вашу пользу, барышня Айрин.

– Постойте! – крикнул Хуфтинг. – Скажите, Дочь Ворона, разве ваш брат не был выкуплен мастером Мабериком?

– Да, но только…

– Вот, убедительное доказательство! Не будь долговой кабалы, мастер бы не стал платить!

Айрин пришлось признать, что аргумент весомый. С каких это пор Хуфтингу приходят толковые идеи? Она готова была его придушить.

Капитан серьёзно кивнул:

– Если судья подтвердит это, то я вижу плохой исход в вашем случае, и ещё хуже для вас, Айрин Дочь Ворона. Сбежавшая служанка карается в Иггебурге отсечением руки или ноги или же, если её хозяин откажется её принять, продаётся в бордель. Иногда и то и другое – зависит от тяжести преступления.

– Так где были совершены эти преступления? – спросил знакомый Айрин голос. Она обернулась. В дверях стоял другой солдат, по пышности доспехов не уступающий капитану. Она прищурилась. Это был… Нет, это невозможно!

Капитан встал:

– О месте мы ещё не говорили, командир.

– Ну? – Командир направил вопрос обоим обвинителям.

– В Хальмате это было, где ещё. И мы, само собой разумеется, оттуда родом, – объяснил Хуфтинг, глядя на офицера с неприкрытым недоверием.

– Это место находится в Хорнтале, не так ли?

– Самой собой разумеется, оно ещё находилось там, когда мы уехали, и я предполагаю, что вряд ли за это время пустилось странствовать, – проговорил вахмистр, по привычке обстоятельно.

– Тогда это нас не касается, не так ли, капитан? Законы Хальмата в Иггебурге не действуют.

– Но она сбежавшая служанка, которая должна ему денег! – вскричал Хуфтинг.

– Здесь это не имеет значения, как я уже сказал, – объяснил командир.

– Разве здесь нет законов? – процедил трактирщик.

Командир подошёл к нему:

– Имеются в полной мере. И тот, кто хочет арестовать человека без всякой причины, может с ними познакомиться.

Дядюшка изменился в лице, но Хуфтинг, ещё не осознавший всей серьёзности положения, упрямо продолжал:

– Значит, в Иггебурге разрешены воровство и вероломство?

Командир повернулся к нему и улыбнулся так любезно, что даже Айрин испугалась.

– Вы не слышали, что я только что сказал?

Вахмистр затряс головой и попытался возразить снова, но трактирщик схватил его за руку:

– Пойдёмте же, Хуфтинг. Здесь мы правды не найдём. Последнее слово ещё не сказано, Айрин!

И с этими словами потащил несообразительного вахмистра к выходу из пустой комнаты.

Командир сделал знак капитану, и тот тоже покинул комнату. Айрин осталась со своим спасителем наедине.

– Так, значит, вы командир, – начала она. – Вы совсем не похожи на того заключённого, которому я дала глоток воды, Хельварт из Винда. Разве не вы говорили, что отец прикажет казнить вас за все ваши преступления?

Командир пожал плечами:

– Чума на севере унесла двух моих братьев. И хотя я всего лишь бастард, отец боится остаться без сыновей. – Его лицо помрачнело. – Вы и представить себе не можете, что значит спастись ценой смерти своих братьев.

– Но что с теми преступлениями, которые вы совершили в Серогорье?

– Как я только что сказал, они не караются в Иггебурге. Это, скажем так, новое толкование права, которое действует во всех Землях Бурь. Это придумал мой отец, чтобы спасти мою голову и при этом соблюсти внешние приличия. Вы тоже должны быть благодарны ему, ведь он дал возможность спасти вас, Айрин Дочь Ворона.

В комнату вошёл солдат и что-то шепнул командиру. Тот кивнул и попросил:

– А теперь расскажите мне, что вам известно о смерти на улице Ювелиров.

Айрин тяжело вздохнула.

– Я никого не убивала, – осторожно ответила она.

– Этого я не спрашивал. Но ваш уклончивый ответ подтверждает мои догадки. Вы были в том доме. Не отрицайте, у нас есть довольно точное описание подозреваемых.

– Описание?

– Двое мужчин, молодая девушка в деревенской одежде, стройная, красивая…

Айрин покраснела, как маленькая девочка, и тут же рассердилась на себя за это. Командир улыбнулся и продолжил:

– Я не могу себе представить, что вы способны на убийство, Дочь Ворона, но в столь серьёзном деле не могу полагаться только на свои чувства, особенно если дело дойдёт до присяги у судьи. Вам что-то известно, это видно. Кого вы защищаете? Лара Тимина с рынка магов? Вашего брата?

Айрин ошеломлённо взглянула на него. Командир был на удивление хорошо осведомлён.

– Они тоже никого не убивали, господин.

Командир вздохнул, положил ей руку на плечо и посмотрел в глаза.

– Рассказывайте, вы можете мне доверять. Или вы не хотите отвести подозрения от тех двоих?

Айрин не забыла, что совсем недавно этот человек был разбойником, и вспоминала, что говорил мастер Маберик об этом городе и его правителях.

– Говорят, ваш отец заключил сделку с повелителем ведьм, господин, – нерешительно начала она.

Он нахмурился:

– Это сделала ведьма?

Айрин покачала головой:

– Спутник ведьмы по имени Рагне фон Биал. Он был с ней в Хальмате. Мастер Тимин говорит, это ночной альв. Лар нарисовал руну, и она разоблачила это.

Командир выпрямился.

– Альв? В нашем городе? Вы уверены? – Он принялся ходить взад-вперёд по комнате. – Это всё меняет, – пробормотал он. Затем обернулся к Айрин: – Это правда, что мой отец заключил договор с тёмными силами севера. Хотя из-за колдовской чумы он потерял двух сыновей, он всё ещё надеется с помощью договора уберечь город от дальнейшего несчастья. Но соглашение лишь оговаривает, что к слугам повелителя ведьм в Иггебурге относятся так же, как и к остальным жителям. Если они совершают преступления, они должны за них платить. По меньшей мере так должно быть. Вы знаете, почему этот альв убил ювелира?

Однако Айрин не настолько доверяла командиру, чтобы рассказать ему всю историю, и ответила, что не знает.

– А почему вы оказались там? – Теперь тяжёлый взгляд офицера был устремлён на неё.

Она ответила уклончиво:

– Моя матушка, которую я не знала, оставила мне кольцо. Возможно, оно было изготовлено тем кузнецом. Я хотела спросить его.

Командир, погрузившись в раздумья, кивнул.

– Всё же что-то вы умалчиваете, Айрин Дочь Ворона. Тем не менее я предположу, что речь идёт о семейном деле, которое меня сейчас не касается. Возможно, всё изменится, когда мне удастся выяснить больше.

– Вы арестуете альва, господин?

Он вздохнул:

– Посмотрим, разрешит ли отец. Во всяком случае, вы мне пока не нужны. – На его лице вдруг появилась улыбка. – А теперь вам пора идти, Дочь Ворона. Это большая тюрьма, и есть другие заключённые, которые нуждаются в моём внимании.

Не успел он договорить, как кто-то громко и настойчиво постучал. И не успел командир сказать «войдите», как дверь распахнулась. Лейтенан Теган твёрдым шагом зашёл в комнату, держа руку на мече, и потребовал:

– Вы должны немедленно освободить её! Она невиновна, и я могу доказать это. Если она была долговой служанкой, как утверждает Гренер Стаак, должен быть соответствующий документ. Но могу поспорить, что трактирщик не сможет его предоставить!

– Опасный спор, – сказал командир, забавляясь. – Но мы ещё не дошли до того, чтобы спрашивать документы, потому что дело улажено другим образом. Ваша подруга может идти.

– Улажено? Но… – начал было лейтенант.

Айрин схватила его за руку:

– Пойдёмте, пока он не передумал.

И, сказав командиру «благодарю вас», она вместе с капитаном вышла из комнаты.

– Что это значит? – спросила она, быстро идя с ним по коридору.

– Я здесь, чтобы вызволить вас.

– С рукой на мече? Вы собирались взять тюрьму штурмом в одиночку?

– Что? Конечно, нет. Вы же слышали. У меня есть одно – как его называет тан на переговорах в замке Грюнварт? – возражение! У меня есть одно возражение!

– А если бы его было недостаточно?

– Я бы что-нибудь придумал.

– А, и для этого случая был приготовлен меч? – усмехнулась Айрин. – Как может мужчина поступать так легкомысленно и безрассудно?

Они дошли до выхода. Солдат, зевая, пропустил их.

Айрин спешно вышла, лейтенант за ней.

– С вами нелегко, Айрин Дочь Ворона.

– Меня выпустили без вашего участия, лейтенант. Вы хотите, чтобы всё было ещё легче?

Он раскрыл рот, но подходящего ответа не нашёл.

Вдруг дорогу Айрин преградили двое мужчин.

– И снова она, – прошипел дядюшка.

Айрин отскочила на шаг назад, лейтенант встал между ней и кипящим от гнева трактирщиком.

– Как я только что узнал, дело закрыто. Вам лучше уйти отсюда.

И он снова схватился за меч.

Гренер Стаак выхватил из-за пояса нож, но вахмистр Хуфтинг положил руку ему на плечо:

– Оставьте, мастер Стаак. Она не стоит того, чтобы отправляться из-за неё в тюрьму. – Затем обернулся к Бо Тегану: – Вы, вероятно, неправильно поняли ситуацию, что, возможно, объясняется вашей молодостью, если бы не противоречило вашему званию. Дело решено, пока эта сбежавшая служанка находится в Иггебурге. Что касается истолкования наших древних законов, должен, между прочим, заявить, что от гнева к моим глазам подступают слёзы. И уже поэтому я это дело так просто не оставлю! За пределами стен этого негостеприимного города дело выглядит совершенно иначе, не правда ли, фройляйн Айрин? Однажды вам придётся покинуть город.

На лейтенанта речи Хуфтинга не возымели действия.

– Мы по-прежнему в Иггебурге, если меня не подводят глаза. Поэтому лучше уйдите прочь с дороги, пока мой меч не напомнил вам, где вы находитесь.

Дядюшка всё ещё держал руку на оружии, но Хуфтинг не отпускал его.

– Идёмте, друг мой, на сегодня мы возвращаемся обратно. Но будьте уверены, Айрин Дочь Ворона, не в последний раз мы говорим о нашем деле!

И с этим словами поволок за собой противящегося дядюшку.

– На этот раз вы могли бы спокойно вытащить меч, – вздохнула Айрин. Воодушевление после неожиданного освобождения будто испарилось.

– Я не вхожу в местную стражу, потому лучше держать оружие за поясом. В конце концов, я не собираюсь закончить свои дни в темнице.

– В той самой, которую вы собирались взять штурмом?

Он закатил глаза:

– Я вовсе не хотел её…

Она положила правую руку ему на плечо:

– Всё хорошо, Ботарик. Мне стоит поблагодарить вас. Сейчас вы действительно спасли меня.

– Временно, – пробормотал лейтенант. – Что он имел в виду, сказав, что дело решено лишь в Иггебурге?

Айрин коротко пояснила.

– Этот Хельварт очень хитрый, – с одобрением сказал Бо Теган. – Но, пожалуй, от головореза и грабителя другого и не ждёшь. И всё же мне кажется, что ваша проблема не решена, а отсрочена. Они оба явно что-то замышляют.

– Вы всё ещё здесь? – прозвучал голос с лестницы перед тюрьмой. Это был командир.

– Нас задержали, – раздосадованно произнёс Теган.

Хельварт из Винда улыбнулся:

– Вы очень разочарованы, что не видите меня на виселице, лейтенант?

– Чего не сделала весна, закончит лето, как говорят в Хорнтале.

– Вы хотите оставаться в Иггебурге так долго? – усмехнулся командир.

– Точно нет. Мы ждём только важных писем, которые ваш отец намеревался передать нашему тану. Но, кажется, он не торопится их писать.

– Я попрошу его поторопиться и не буду скучать по вам, лейтенант. А что касается вашей чрезвычайно приятной спутницы, мне бы больше пришлось по сердцу, если бы кто-то проводил её до рынка магов. Мы же не хотим, чтобы с ней что-то стряслось по дороге.

– Я не исполняю ваших приказов, – резко сказал Бо Теган, но, искоса посмотрев на возмущённую Айрин, исправился: – Я в любом случае собирался предложить ей мою защиту. Город, в котором оболтус может вознестись до командира, кажется мне очень опасным.

– Прежде всего для тех, кто говорит не думая, – ответил Хельварт из Винда. Затем кивнул Айрин, постучал по шлему на прощание и вернулся в темницу.

– Трудно примириться с тем, что этот убийца и вор за все свои злодеяния ещё и вознаграждён, – кипел лейтенант, едва ворота за командиром закрылись.

– Я немного знаю о его преступлениях, лейтенант, но я должна его отблагодарить. Не будь его, я бы уже сидела в тюрьме или того хуже…

– Ещё одна причина как можно скорее уехать из этого города. Меня мутит, когда я вижу стены темницы и вспоминаю, кто здесь отдаёт приказы. – Он вздохнул и спросил: – Надеюсь, вы не против, если я провожу вас до мастера Маберика?

– С большим удовольствием, то есть в виде исключения. И ничего себе не воображайте.

– Даже не посмею, – улыбнулся лейтенант.

В глубине души Айрин была очень довольна, что у неё появился спутник. Было темно, и город казался ей враждебным и полным опасных теней. Она также помнила, что где-то поблизости бродят ведьма Рагне и её жуткий слуга.

– Вы знаете дорогу к рынку магов, лейтенант?

– Нет, но могу расспросить местных.

Теган предложил Айрин руку, но она заверила, что может спокойно идти сама.

* * *

Вернувшись на магический рынок и найдя обе повозки пустыми, мастер Маберик поначалу заволновался. Он спросил у ясновидца, скучающего возле своей каморки, не знает ли он, куда запропастились его племянник и близнецы, но тот потребовал за ответ один обол, а мастер Маберик был слишком жаден.

– Как-нибудь найдутся, – пробурчал он и занялся книгами.

Сейчас возможность снова поработать без всяких помех показалась ему приятной. Мастер почти забыл, что раньше любил покой, – так он привык к постоянному присутствию близнецов. Но время шло, а от них не было ни слуху ни духу, и вскоре он всерьёз забеспокоился.

Наступил вечер. По-прежнему было спокойно – слишком спокойно, как казалось мастеру. Книги, которым он радовался, лежали нетронутыми на столе, а он сидел у костра возле повозки и задавался вопросом, что же могло произойти.

Потом мастер наконец услышал, как его зовёт знакомый голос, и, подняв взгляд, увидел Айрин со спутником. Он вскочил и пошёл им навстречу. Не обращая внимания на лейтенанта, Маберик закричал:

– Куда ты, клянусь руной палача, запропастилась? И где твой брат и мой племянник? Тимин впутал вас в неприятности? Пусть боги смилостивятся над ним, если этот глупец…

– Разве они ещё не вернулись? – перебила его Айрин.

Только теперь мастер заметил её необычную бледность. И тут из неё ручьём полился рассказ – вся эта история с кольцом, ювелиром, руной, альвом, дядюшкой и тюрьмой. Девушка тараторила без остановки, и он видел, как сильно она беспокоится о брате и Тимине.

Лейтенант – Маберик тут же узнал его – просто стоял рядом и, по-видимому, хотел вставить слово, но не мог.

– Значит, тут не обошлось без альва. Тревожная новость, – пробормотал Маберик, когда Айрин закончила.

– И вы ничего не слышали о моём брате? И о племяннике?

Он помотал головой.

– Не волнуйся. Они оба не промах и сумеют о себе позаботиться.

– Разве нет руны, с помощью которой мы могли бы их найти? Может, с той иглой, которую лар Тимин…

– Ещё рано обращаться к магии, – прервал её мастер. – Сперва успокойся, Айрин. Вот увидишь, скоро они будут стоять перед нами живые и невредимые.

– Откуда вы это знаете? – напустилась она на него.

Он вскинул брови.

– Я бы почувствовал, будь оно иначе, – заверил он. Затем обратился к лейтенанту: – Я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы проводили Айрин, хотя и не совсем понимаю, какую роль вы сыграли во всей этой истории.

– О, я случайно оказался рядом и не хотел отпускать её одну без защиты.

– Случайно? – повторил мастер.

Он оглядел молодого человека, затем свою ученицу. Айрин извелась от беспокойства о брате, но когда её взгляд падал на лейтенанта, в груди на миг вспыхивало нечто другое.

В какой-то момент лар рун понял, что девушка влюблена в молодого лейтенанта, но что хуже – не признавалась в этом даже самой себе. Мастер Маберик почесал седую бородку. Прошло много времени с тех пор, когда он имел дело с такого рода чувствами.

– Для этого руны нет, – пробормотал он.

– Для чего? – удивилась Айрин.

– Ах, ничего. Будь так добра, отыщи для меня книжку в комнате. Возможно, она нам пригодится. Называется «Йотуна» и рассказывает о великанах, которые когда-то обитали на одноимённых холмах Иггебурга.

– Сейчас?

– Да, сейчас. Или ты хочешь просто болтаться без дела и бить баклуши, пока твой брат не объявится?

Айрин странно на него посмотрела, но ушла к повозке. Тем самым, надеялся мастер, заняла себя на какое-то время.

– Она могла хотя бы попрощаться, – проворчал лейтенант.

– О, она рассчитывает, что вы ещё какое-то время составите нам компанию, лейтенант.

– Компанию?

Мастер вздохнул. Вероятно, Айрин не привыкла к проявлениям симпатии, потому была так строптива при встрече с этим молодым человеком. Лейтенант, напротив, был, пожалуй, идиотом, как и многие мужчины, к тому же многовато о себе мнил. Лар Маберик легко мог представить, как женщины млели от красивой улыбки и золотистых локонов лейтенанта, но, возможно, тот был не так неотразим, как думал. Маберик задался вопросом, касается ли его вообще это дело. Вероятно, было бы разумнее держаться от него подальше. С другой стороны, зов рун, настигший Айрин, не оставлял места для любовных волнений: они лишь отвлекали и приносили хлопоты. И даже если не мешать их отношениям, она в любом случае заслужила кого-то лучше, чем этот светловолосый красавчик. Маберик из Хагедорна знал, что должен делать.

– Надеюсь, вам известно, что вам не удастся её заполучить?

– Кого? Айрин? Почему вы думаете, что я хотел бы её заполучить?

– Вы довольно часто случайно оказываетесь рядом.

– Лучше я буду сражаться с драконами, чем изо дня в день скрещивать свой клинок с её острым языком!

– О, тогда я спокоен. К тому же это принесло бы лишь хлопоты и страдания.

– Но я… Что вы имели в виду, говоря, что я не смогу заполучить её?

– Она следует дорогой рун. Это подразумевает отречение, лейтенант, и как раз в делах сердечных. Лучше не играйте с её чувствами и проявите уважение. Не усложняйте ей дело ещё больше. Возьмите свои кудри и привлекательную улыбочку и разбивайте сердца в другом месте. Хотя что я говорю? Как я только что услышал, мои заботы беспричинны.

– Отречение? – Лейтенант скрестил руки на груди. – Это закон вашего странного братства?

– Вообще-то нет, скорее то, что постепенно случается само собой. Руны много дают, но так же много требуют взамен. Скоро Айрин будет ставить любовь к вам выше всего остального.

– Ну, во-первых, она, наверное, сама решит, что и куда ставить, а во-вторых, могу вас успокоить: она не выказывает мне ни малейшей симпатии, поверьте, я уже повидал достаточно таких знаков.

– Правда? В случае Айрин, мне кажется, вы слепы. Как думаете, почему она так любит возражать вам? Она не хочет впустить зарождающиеся чувства в своё сердце.

– Чувства?

– С которыми вы, пожалуй, с радостью поиграете. Но она не из тех наивных служанок, с которыми вы обычно валяетесь на сеновале.

– На сеновале? Нет, полагаю, вы думаете, что она что-то испытывает ко мне? Что-то иное, чем… презрение?

Мастер удивлённо посмотрел на лейтенанта. Зачем же он помогал ей, если не хотел её обольстить? Он неправильно оценил этого молодого мужчину? Ну, это не меняет дела. Айрин сейчас не стоит забивать этим голову. Маберик откашлялся:

– Нет, вы совершенно правы. Без сомнения, вы разбираетесь в женщинах лучше меня. Я ошибся. Презрение – именно это она к вам чувствует. Лучше забудьте, что я сказал ранее. А теперь вам пора возвращаться в свою часть, иначе схлопочете неприятностей.

Лейтенант покачал головой:

– Если ведьма с альвом преследуют Айрин, я не оставлю её одну.

– Не беспокойтесь, повозка защищена рунами. Никакой сторонник тёмного договора не сможет переступить её порог.

– А если они подговорят для этого обычного человека? И что с трактирщиком и Хуфтингом? Нет, я ни на шаг не отойду от Айрин, что бы вы ни говорили, мастер рун!

Лар ошеломлённо заморгал. Молодой человек был упрямее, чем он думал.

– Не отойдёте? Ну, хорошо, тогда проследите за тем, чтобы огонь не потух, пока я помогаю Айрин с поисками.

– Но…

– Это не займёт много времени, молодой человек. А вы можете использовать это время для того, чтобы выбросить её из головы. Это совсем легко – просто не думайте о ней!

Он по-отечески похлопал лейтенанта по плечу, взял книгу о Йотуне из широкого кармана плаща и вошёл внутрь повозки. Там он незаметно положил книгу под приставную лестницу, ведущую в его комнату.

– Ты нашла, Айрин? – прокричал он наверх.

– Нет, мастер! Какого она была цвета? Может, так я быстрее найду её.

– Красный переплёт, если не ошибаюсь.

А если всё же ошибается? Айрин что-то испытывала к лейтенанту, этого нельзя было отрицать. Возможно, он и правда отталкивал её, ведь однажды пытался завербовать её брата. В рассказе Айрин об этом маленьком происшествии он ясно расслышал возмущение. Мастер просунул голову в комнату.

– А ты поблагодарила лейтенанта? – осторожно спросил он.

– Думаю, да, – с отсутствующим видом пробормотала она.

– С его стороны было очень любезно проводить тебя.

– Возможно.

Её взгляд блуждал вдоль полок. Она вытащила какую-то книгу в красном переплёте, но это была не та.

– Возможно, у него будут из-за этого неприятности. Верно, у него есть другие приказы.

Она наконец остановилась.

– Он ничего не говорил о приказах или неприятностях, мастер.

– Конечно нет. Предположу, у него есть намерения, которые для него важнее.

– Намерения?

– Он солдат, много разъезжает, ничем не связан. А за таким тянется определённая слава, как и в Хальмате, думаю.

Она нахмурилась:

– Солдаты известны мне ещё по «Голубому дракону». Уже после двух кувшинов пива им трудно не распускать руки на незамужних девушек и даже на тех, кто замужем. Но самое смелое, на что по пути решился Бо Теган, – это предложить мне свою руку.

– Тогда я спокоен. И никаких красивых фраз? – Мастеру Маберику пришлось изрядно напрячь память, чтобы вспомнить, как он пытался завоевать сердца юных барышень. – Никаких идиотских сравнений с бархатными холмами и плодородными долинами? Ни слова о том, что он сгорает от страсти, изнемогает от любви?

Ученица недоверчиво вытаращилась на него.

– Вероятно, я окатила его ведром воды, чтобы погасить этот нездоровый пожар, но он никогда не говорил подобных глупостей и даже намёка на них не делал.

Она по-прежнему держала в руках красную книгу, которую давно должна была вернуть на полку.

– А он что-то вам…

– Нет, нет, – оборвал её мастер, – ничего подобного! Пожалуй, я лишь превратно истолковал его взгляды.

Он был спокоен. Очевидно, притяжение, которое чувствовалось между ними двумя, он понял неверно. Маберик вздохнул:

– Так даже лучше, ведь, как твой учитель, я, конечно, не могу одобрить нечто подобное.

Наконец Айрин поставила книгу на место.

– Что вы имеете в виду?

– Что ты даёшь себя отвлечь. Руны слишком важны, чтобы забрасывать их ради пустых ухаживаний.

Теперь глаза её сузились:

– Пустых?

– Подумай о подвигах, которые нам предстоят! Я беспокоился, что лейтенант может подтолкнуть тебя к глупым мыслям, а теперь спокоен, что нет ничего, из-за чего стоило бы тревожиться.

В глазах Айрин засверкали искорки гнева.

– Это запрещено?

– Что?

– Повелительнице рун или вашим ученикам запрещено влюбляться?

– Ну, не так категорично, но…

– Тогда я сама решу, что или кого мне забрасывать или нет, мастер Маберик!

Он примирительно поднял руку:

– Да, да. Я лишь спокоен в том, что это не тот солдат.

Он почесал затылок. Сказал будто бы совсем не то, что собирался.

– Лейтенант – достойный человек. Как-никак он проводил меня, невзирая на серьёзные неприятности, которые может схлопотать.

Теперь мастер Маберик понял, что лучше было держать рот на замке. Нужно было заканчивать разговор, пока не натворил ещё бед.

– О, что я вижу? Там внизу книга, которую мы так отчаянно ищем. Видимо, упала.

Мастер Маберик поднял её и смущённо положил на приставную лестницу. Айрин протиснулась мимо него, бросив на мастера гневный взгляд. Она вышла на улицу, чтобы подкинуть в огонь дров. В окно мастер увидел, что Айрин, недолго думая, села рядом с лейтенантом. Они кивнули друг другу и молча уставились на пламя.

– Я прекрасно справился.

Маберик из Хагедорна снова вздохнул. Затем ринулся из повозки и уселся между ними двумя, чтоб помешать дурному.