Рагне фон Биал невидящим взглядом уставилась на огонь в камине. В комнате было тепло – почти единственное достоинство этого ночлега. Мастер Ортоль отправил её на мрачный постоялый двор с названием «У чёрного лебедя», где ведьмы и колдуны ожидали его приказов.

– Хотелось бы знать, что он задумал, запирая ваших под одной крышей, – проворчал Цифер, сидевший на полу.

– Может, он надеется, что мы перегрызём друг другу глотки, чтобы позднее разделить славу с оставшимися?

– Какую славу, ведьма?

– Хороший вопрос.

Рагне выпустила одного из своих маленьких любимцев поползать по руке и задумчиво наблюдала за ним.

– В городе хотя бы много крыс, – пробурчал Цифер.

– Какая удача, – с сарказмом заметила Рагне. Затем тихим шёпотом подозвала паука обратно в рукав и встала. – Пора, Цифер.

Альв с сомнением оглядел её. Он сделал ей одолжение – не стал расспрашивать, для чего пора.

Она накинула чёрный плащ.

– Ты идёшь?

– Куда? – наконец спросил он, вздёрнув брови.

Рагне пошарила в кармане и выудила украденное письмо:

– Думаю, нам стоит поговорить с человеком, который больше знает о близнецах.

Альв медленно поднялся.

– И ты думаешь, мастер Ортоль одобрит, если мы будем действовать самовольно и делать то, что не связано с большим планом? Что, если он неожиданно позовёт нас?

– Тогда он отправит за нами своих воробьёв. – Она открыла дверь. – Напомни мне, чтобы по дороге мы избегали воробьиных стай. И кто сказал, что письмо не имеет отношения к таинственному плану нашего повелителя?

Цифер, бурча, зашаркал вслед за Рагне.

Рагне спросила у первого встречного иггебуржца дорогу на улицу Ювелиров – она заключила, что мастер Лигтер занимается именно этим ремеслом. Улочка пролегала в самом центре города, недалеко от порта. Прибыв туда, она быстро поняла, что её предположения подтвердились: у мастера Лигтера в конце узкой улицы была своя лавка.

– Поздно, – заметил альв, – его мастерская уже закрыта.

– Я уговорю его открыть. И пожалуй, будет лучше, если я поговорю с ним одна.

– Конечно, – сердито пробурчал альв.

– Люди предпочитают говорить с женщиной без спутника-мужчины.

– Как скажешь, – снова буркнул альв. – Но потом не жалуйся, если без меня ничего не выяснишь.

– Иди и играй со своими крысами, мой друг.

Рагне постучалась в дверь, и ночной альв скрылся в тени.

Через какое-то время с той стороны ворот кто-то зашаркал.

– Кто беспокоит в столь поздний час? – спросил слабый голос.

– Пожалуйста, откройте, мастер Лигтер. Срочное дело.

– Пришли попрошайничать?

– Я пришла, потому что только вы можете мне помочь. Речь идёт о сделанном вами украшении.

Наконец, засовы задвигались, замки открылись. Рагне приготовила свою приветливую улыбку.

Дверь приотворилась.

– Кто вы, чёрт возьми, такая?

– Отчаявшаяся душа, которая надеется на вашу помощь. – Она держала письмо высоко в руке.

Ворота открылись.

– Письмо? Его я точно не писал. Это золотых дел мастерская. – Мастер Лигтер поднял фонарь повыше и посветил Рагне в лицо. Она с мольбой взглянула на него. Он был на полголовы ниже её и одет в полосатую ночную рубашку. – Заходите, пожалуйста, если хотите, но денег вы не получите.

– Я здесь не ради денег, мастер, – пропела сладким голоском Рагне и нежным жестом положила руку ему на грудь.

Он не заметил, что она натянула свои нити, чтобы оплести его, и, ворча, пригласил её пройти в мастерскую. Здесь он зажёг ещё один фонарь.

– Ну, и что это за письмо, которым вы махали у меня перед носом?

Рагне вздохнула:

– Лучше прочитайте его сами.

Ювелир кончиками пальцев взял листок из её руки. Прочитал, и на лбу его залегли глубокие складки.

– Айрин и Барен? Исчезли из Земель Бурь? И я должен ответить этим детям на все их вопросы? Кто это написал? И какое вам до этого дело?

Он опустил листок. Если он лжёт, подумала Рагне, то делает это на удивление ловко. Она слегка подалась вперёд и ласково коснулась своими тонкими пальцами его руки.

– Бедные дети, добрый человек, сидят в темнице. Их обвиняют в неуплате долгов.

Ей подумалось, что это не так уж далеко от правды. Разве мальчишка не говорил о том, что хочет отдать за себя выкуп? И чем убедительнее звучала история, тем меньше магической силы использовалось, чтобы развязать мастеру язык.

– К сожалению, судье замка Грюнварт этого письма недостаточно для выяснения обстоятельств их рождения.

Она погладила мужчину по руке. Он отшатнулся.

– Кольцо, – произнёс он, – здесь говорится о каком-то кольце.

– Оно, к сожалению, пропало, – вздохнула Рагне. – И поэтому я здесь, мастер Лигтер. Вы – последняя надежда бедных сирот. Вы должны рассказать, кто их мать.

– Я?

– Из письма ясно, что вы это знаете.

– Я прочёл его, но это бессмыслица. Я не знаю никакой Айрин и никакого Барена. Я даже не знаю, где находится этот Хальмат!

– В Хорнтале, если это поможем вашей памяти.

Мужчина покачал головой:

– Не помогает! И какое вам до них дело? Кто вы вообще такая? Откуда у вас письмо? Какое вы имеете ко всему этому отношение?

На это у Рагне была готова только половина ответа. Она огорчённо вздохнула, чтобы выиграть время, и прошептала:

– С давних пор я ищу свою сестру. И думаю, мать детей и есть моя сестра.

Отчасти это было правдой: когда-то у Рагне была старшая сестра, в её родной деревне в Биале. Однажды сестра бесследно исчезла, и маленькая Рагне не знала что и думать, пока однажды провидица в деревне не пришла в дом её родителей и не сообщила, что младшая дочь тоже родилась ведьмой. Тогда состоялось торжественное шествие, в котором участвовала вся деревня. Закончилось оно тем, что Рагне, которой не было и семи лет, попытались утопить в пруду. Лишь внезапная гроза, удар молнии и невероятное везение помогли ей избежать злого рока. Но Рагне успела увидеть в воде кости своих предшественниц и теперь знала, какая судьба постигла её сестру. Ей вдруг стало неловко, что она использовала память об умершей для лжи.

– Кажется, это очень огорчает вас, дорогая фройляйн, – дрогнувшим голосом проговорил ювелир.

Рагне растерянно посмотрела на него. Да, иногда старые воспоминания могут нахлынуть с чудовищной силой. Но не они были причиной её визита.

– Посмотрите, мастер Лигтер, здесь написано ваше имя. Поэтому я прошу вас, скажите мне хотя бы имя этой женщины. Это бы ответило на много вопросов мне и этим детям, тётей которых я, возможно, являюсь.

Она взяла мужчину за руки и одарила таким взглядом, от которого камень бы, пожалуй, расплавился в масло.

– Я… я с радостью бы помог вам, благородная фройляйн, но, к сожалению, не понимаю, как моё имя оказалось в этом письме.

Рагне медленно закипала. Тем не менее она состроила улыбку, очень печальную, и вновь опутала мужчину воркующим голоском и томными взглядами.

– Вы же мне скажете, правда?

Её правая рука переместилась ему на плечо, застыла там и растёрла толику чёрной серы.

– Пожалуйста, – выдохнула она.

Мужчина сглотнул – она заметила, что у него глаза на мокром месте.

– Мне от всего сердца жаль, но я не знаю ни этой женщины, ни этих детей, ни кольца или чего-либо из того, о чём здесь написано.

Рука Рагне застыла у его воротника. Она готова была крепко схватить и бросить этого тощего человечишку в стену. С трудом ведьма овладела собой, сделала вид, что смахивает слезу, и, всхлипнув: «Я понимаю», собралась идти. Проснувшейся заботы ремесленника было трудно избежать. Он несколько раз упрашивал её остаться и подробнее рассказать о своей беде, но, как только она подумала, что придётся задействовать ещё немного магии, он наконец отпустил её.

Рагне заковыляла из мастерской и, когда ювелир снова закрыл дверь, почувствовала себя на свободе.

– Как прошло? – спросил голос из тени.

– Не очень, Цифер. Или он никогда ничего не знал, или же всё забыл.

– Колдовство?

– Вероятно.

Казалось, альв чего-то выжидал. Рагне чувствовала, даже не видя его лица, как он упивается своей победой.

– Хорошо, – вымолвила она наконец, – я прошу тебя помочь.

– Ах, теперь тебе нужна помощь этого глупого альва?

– Я не называла тебя глупым и не утверждала, что не нуждаюсь в тебе. Я лишь хотела попытаться сделать всё своим способом.

– И провалилась, – упрекнул альв.

И тихо захихикал.

– Неизвестно, добьёшься ли ты больших успехов, Цифер.

Он презрительно засопел.

– Ты ничего не узнала, а это легко превзойти.

Альв вышел на свет луны и приготовился залезть на стену дома.

Рагне удержала его:

– Подожди, пока он уснёт.

Ночной альв недовольно выругался, но подчинился.

Они укрылись в тёмном углу, дожидаясь подходящего момента. Наконец в доме ювелира погасили свет, и ночной альв забрался на крышу. Не знай Рагне, что он там, не увидела бы его. Бесшумно альв прокрался по черепице и исчез.

В Рагне нарастало беспокойство. Возможно, отпускать Цифера одного было ошибкой, ведь он непредсказуем. Она вздохнула, разбудила одного из своих любимцев и отправила паука-волка вслед за ночным альвом. Ведьма направила свои мысли на восьминогого помощника и вместе с ним заползла в темноту. Паук взобрался по стене и сквозь щель между брусом и черепицей заполз в дом. Рагне осторожно направляла его: на балку на крыше, затем вниз. Грубые доски, тёмный коридор. Дверь была открыта. Рагне, нет, паук поспешил на своих восьми ногах вперёд. До её слуха донёсся тихий шёпот. Паук-волк заполз на порог, перебрался на стену наверх. Да, это была спальня. И там, на кровати, сидел Цифер, нависая над мужчиной, который с жалобными стонами ворочался с боку на бок, очевидно мучимый каким-то кошмаром.

Альв пробормотал заклинание на своём языке. Рагне не поняла ни слова. Подгоняемый духом ведьмы, паук подполз ближе. Мужчина в кровати корчился, страдал, бормотал обрывки слов. «Кольцо», разобрала Рагне, и «женщина». Но им нужно было имя. Она подвинула своего восьминогого слугу ещё ближе. Потом Рагне заметила, что альв замолк. Она направила взгляд на Цифера, взглянула в его лицо с кустистыми бровями. Он заметил её! Альв вплотную подошёл к пауку, прижавшемуся к стене. Склонил голову набок, словно рассматривая его, – и ладонью раздавил паука-волка.

Рагне, вскрикнув, отпрянула. Она отшатнулась от стены, поддерживая своё ноющее тело.

Прошло ещё какое-то время, прежде чем на крыше послышался шум: ночной альв возвращался. Он бесшумно опустился на улицу и наконец, усмехаясь, присоединился к ней.

– Что ты узнал? – нетерпеливо спросила Рагне.

Альв приблизился к ней вплотную:

– А разве ты не знаешь? Ты была там, шпионила за мной, ведьма.

Она проглотила свою злость.

– Я бы не спросила, если бы что-то услышала, Цифер.

– Я причинил тебе боль? Это может повториться, если ты будешь вынюхивать за мной.

– Ты же знаешь… – начала она, но помотала головой. – Было неприятно, не больше. Теперь ты расскажешь мне, что узнал?

Альв повернулся вполоборота, опустил голову.

– Я кое-что видел, – прошептал он, – тень во снах, похожую на могилу. Эта тайна зарыта глубоко. Конечно, не он сам её спрятал. Кто-то заставил его забыть, кто-то из таких, как ты.

– Значит, это действительно была ведьма. Она взяла у него воспоминание?

– Не взяла, а спрятала. Трудно найти, оно охраняется страхом и опасениями.

– Но ты нашёл его.

Альв неспешно покачал головой.

– Обломки, остатки, обрывки. Она была добросовестной, твоя сестричка-ведьма. Я видел два кольца. Оба выковал он, почти одинаковые. Одно осталось у ювелира, другое она взяла с собой. Однако лица её я не смог разглядеть, и своё имя она не назвала. Или же оно запрятано среди тех обломков, которые я не нашёл.

– Тогда мы ничего не узнали.

Ночной альв внимательно посмотрел на неё.

– Это так, – наконец он сказал.

– А если тебе попробовать ещё раз, может, завтра?

Альв покачал головой.

– Я слишком глубоко зарылся в его мысли. Там нет ничего, что я мог бы вытащить.

– Но как знать, может…

– Я же сказал, там больше ничего нет, ведьма! – напустился на неё альв.

Рагне отшатнулась, нахмурилась и спросила:

– Что ты сделал, Цифер?

– То, что ты от меня хотела.

– Ты… убил его?

– Я и пальцем его не тронул, – пробурчал альв. – А теперь пойдём. Скоро рассветёт.

И с этими словами заковылял прочь.

Рагне невольно посмотрела на небо. Серп луны был отчётливо виден, светили звёзды, до начала дня ещё было далеко. Что-то было не так. Рагне пошла за альвом, и её подозрение, что он в чём-то обманул её, становилось только сильнее.

* * *

Утром сонная Айрин вышла из повозки и увидела, что лары всё ещё сидят у костра.

– А, знаменитая Айрин Дочь Ворона, – поприветствовал её лар Тимин. – Где ваш брат?

– Я не знаменитая, а брат ещё спит.

Мастер Маберик встал.

– Будет, пожалуй, лучше, если ты его разбудишь. У нас много дел.

Айрин предстояло попотеть, чтобы разбудить брата, но после некоторых усилий ей это удалось. Близнецы вышли из повозки, и мастер тут же нагрузил их разными заданиями: почистить лошадей, вымыть повозку – как снаружи, так и внутри, – задать корм курам.

– Почему мы должны чистить повозку, мастер? – спросила Айрин. Голова её была забита совсем другими вещами. Вчера произошло столько всего, что она очень хотела обсудить! К тому же ей не терпелось увидеть море и город.

– Потому что за время поездки мы её совсем запустили. Посмотрите на неё! На ней же слои дорожной пыли! А я хочу, чтоб к моему возвращению она сияла.

– Возвращению откуда? – насторожилась Айрин.

– Мне нужно получить некоторые сведения, – уклончиво ответил он. И не успела Айрин раскрыть рта, чтобы переспросить, как он поднял руку и сказал: – Нет, больше я тебе ничего не скажу. А теперь принимайся за работу. Это, надеюсь, отвлечёт тебя от глупых мыслей.

Со вздохом Айрин посмотрела вслед мастеру, умчавшемуся в своём тёплом плаще.

– Он по-прежнему из всего делает тайну, а? – вздохнул лар Тимин.

– О да! Мастер, вы, случайно, не знаете, что он задумал? – спросила Айрин и пошла набрать воды.

Лар пошёл с ней, не спросясь.

– Ох, не называйте меня так. Иначе я чувствую себя таким же старым, как мой дядя. Зовите меня Тимин или Тим, как вам угодно, Айрин. Но я знаю, куда он направился. Он собирается на рынок, купить припасы и послушать, что говорят люди. – Заметив вопросительный взгляд Айрин, лар продолжил: – Он хочет разузнать о ювелирах и золотых дел мастерах, у которых хватило бы умения изготовить кольцо с половиной руны.

– Он рассказал вам о нём?

Они дошли до колодца, и Айрин опустила ведро.

– Мы долго разговаривали и, конечно, об этом тоже. Скажите, вы, случайно, не носите его с собой?

– Я оставила его в повозке, – ответила Айрин, подняла полное ведро и потащила обратно. Лар не выразил никакого рвения ей помочь. Он даже остановился на середине пути и, казалось, полностью погрузился в свои мысли.

Айрин оставила его. У неё было много дел, и было ясно, что от лара Тимина помощи не дождёшься. Она принялась драить стены повозки. Вдруг рядом с ней возник мастер рун и, засунув руки в карманы плаща, взглянул на девушку.

– Вы можете его принести?

– Кольцо? Сейчас? – спросила она, не прерывая работу.

– Да, сейчас. У меня, кажется, есть одна идея. Скорее, пока я её не забыл!

Айрин со вздохом бросила щётки в холодную воду и вошла внутрь повозки.

Не успела она выйти из дверей, как лар буквально вырвал кольцо у неё из рук и посмотрел на него против солнца.

– Необыкновенно, – пробормотал он. – Идите за мной!

Он повернулся на каблуках и ринулся к своей повозке.

– Эй, а кольцо! – крикнула Айрин и побежала за ним.

Её брат занимался лошадьми и вопросительно посмотрел в их сторону.

– Вы тоже, Барен Сын Ворона! Это касается и вас!

Барен перелез через забор.

– Что происходит?

– У него наше кольцо! – воскликнула Айрин.

– Лишь одолжил, мои друзья, для одного эксперимента! – объяснил лар и исчез в недрах своей красной повозки.

Айрин пошла за ним. Повозка была меньше, чем у мастера Маберика, но внутри выглядела просторнее. Здесь тоже было множество выдвижных ящиков, но коридор был шире, а потолки – выше. Задняя часть показалась Айрин необычно высокой. Лестница вела в спальню, расположенную над передним проходом, так же как и в повозке мастера Маберика. Приставная лестница в задней части вела к люку на крыше. Лар убрал засов и легко и изящно отодвинул боковую стену. В повозку задул холодный ветер.

– Немного света нам не помешает.

– Она ещё и так умеет, – пробормотал Барен, догнавший сестру и с интересом изучающий механизм, который превращал стену в окно. При этом он наткнулся на открытый ящик, в котором хранились разные металлические предметы. – Что это? – спросил он, вытаскивая странный шар.

– Небесная сфера, – объяснил лар, бросив на него косой взгляд. – Положите его, пожалуйста, на место. Она очень хрупкая, и замену ей трудно купить.

– А это что? – поинтересовался Барен, сменивший шар на длинную палку.

– Всего лишь гномон. Для солнечных часов, – сухо пояснил мастер Тимин, выдвигая разные ящики.

Барен внимательно осмотрел палку и маленькие деления на ней, поставил на место и взял диск, образующий четверть круга.

– А это?

– Для наблюдений за звёздами.

Лар Тимин задвинул ящик, хлопнул себя по лбу – видно, вспомнил, куда он спрятал то, что искал. Открыл сундук и вытащил мешок из тонкого сукна. Затем распахнул спрятанный в полу ящик и достал пергамент, перо и чернила.

– Ну, сейчас мы узнаем.

– Что именно? – недоверчиво спросила Айрин.

– Действует ли игла так, как я себе это представлял.

Он вытащил столешницу из стены, расправил на ней пергамент и сел на скамеечку. Затем вынул из кармана кошель и достал из него ягоды.

– Да, их хватит…

– Для чего?

Лар кинул ягоды в рот и скривился, раскусив их.

– Ведьмины ягоды, очень помогают. – Заметив недоумевающие взгляды близнецов, лар пояснил: – Мастер наверняка уже рассказывал вам о правильном дыхании? Как вы должны освободить ваш дух от чрезмерной концентрации на задаче, чтобы решить её?

Айрин покачала головой.

– Значит, он скоро этим займётся. Это правда, что ваш дух должен достичь определённой свободы, чтобы суметь изготовить действующие руны. Дядя Маби говорит, это возможно лишь путём многолетних упражнений и овладения дыханием. Очень утомительно. Но существуют также ведьмины ягоды. Немного кисловаты, но крайне полезны в нашей работе. – Он рыгнул, подержал ладонь у рта и глубоко вдохнул. – А теперь тише, пожалуйста.

Лар Тимин обмакнул перо в чернила, поставил его на маленький кусок пергамента и за считаные секунды провёл жирную линию и много изящных штрихов. Затем быстро нарисовал вторую руну, третью и связал их между собой. Лишь после этого он выдохнул. Близнецы, затаившие дыхание вместе с ним, тоже выдохнули.

– Что это за руны? – полюбопытствовала Айрин.

Лар захихикал, глаза его странно поблёскивали.

– Они находят потерянное или, если быть точным, помогают ищущему его найти.

Он развернул пергамент и вместе с кольцом положил его в тонкотканный мешок, залез в шкатулку, растёр немного светло-серой пыли над мешком и завязал его.

– Пыль дракона? – с благоговением спросила Айрин.

– Вы знаете уже многое, при том, что вы – сколько? – всего лишь три недели у него в учениках.

– Что такое драконья пыль? – тихо поинтересовался Барен.

– Она необходима нам для магии, – коротко объяснила Айрин. Поскольку лар уже выболтал все возможные тайны их искусства, она не видела причины утаивать это от брата.

– Её можно найти лишь у Драконьих врат. Поэтому мы и приехали сюда. Мы войдём в пещеру и возьмём пыль.

– Вот так просто? – наморщив лоб, спросил Барен.

Лар снова рыгнул.

– Точно. Хотя это чаще всего не так легко, как про это говорят. Зачастую появляется та или иная маленькая загвоздка. – Он рыгнул в третий раз. – Но мы собрались здесь не поэтому, – прищурился он.

Он что, пьян? Айрин показалось, что лар с трудом ворочает языком.

Мастер Тимин вытащил из ящика ещё одну шкатулку, открыл её и вынул тусклый, оправленный серебром предмет. В длину он был где-то с пядь, спереди тонкий, как игла, сзади – толщиной с палец и ребристый. Где-то посередине было просверлено ушко – там лар мог держать его за нить. Он был отлично сбалансирован и вращался до тех пор, пока скрученная нить не выпрямилась.

– Что это? – спросил Барен и внимательно оглядел вещицу с близкого расстояния.

– Это, мой друг, драконья игла, создана для того, чтобы искать скрытые врата. Но думаю, с помощью трёх рун, которые я написал, мы можем узнать и происхождение нашего кольца.

Барен посмотрел на него с явным сомнением.

– Эта игла показывает лишь направление. Кольцо могло быть изготовлено всюду. Кто сказал, что нам не придётся пройти тысячу миль, чтобы добраться туда?

Лар вздохнул и рассеянно взглянул на потолок.

– Это опять-таки говорит нам разум. Полруны, выгравированные на кольце, изображены там способом, который используется лишь в Землях Бурь. Кузнец с таким умением вряд ли поместит свою наковальню в каком-нибудь захолустье. Нет, он скорее родом из большого города, где живут люди, умеющие по достоинству оценить его искусство, а точнее, заплатить за него. Поэтому я утверждаю, что он живёт или в нашей достославной столице Грамгате, или в Иггебурге. Если обдумать слух о том, что ваша мать была сторонницей тёмного договора, остаётся, собственно говоря, лишь Иггебург, – заключил он с самодовольной улыбкой.

– А если наша мама не была ведьмой? Если кузнец всё же живёт в Грамгате?

Мастер опять рыгнул.

– Тогда, друг Барен, нам придётся пройти ещё тысячу миль.

Лар Тимин взял мешок с руной и осторожно прикрепил его другой ниткой к ушку драконьей иглы. Игла задрожала, слегка повернулась в одну, в другую сторону и наконец указала прямо на запад.

– В Грамгат она не ведёт, друзья, – довольно решил мастер рун. – Идите за мной!

– Но… не лучше ли дождаться мастера Маберика, предупредить его? – неуверенно спросила Айрин.

– Он и глазом моргнуть не успеет, как мы вернёмся. Вот увидите!

Лар закрыл боковую стенку повозки и выдвинул её из двери. Затем поднял иглу – она показывала то же направление.

– Она ведёт нас в квартал ремесленников. И правда, куда же ещё?

И он большими шагами пошёл вперёд.

Близнецы обеспокоенно переглянулись, но поспешили за ним.

– Лишь бы обошлось! – пробормотала Айрин.

Вскоре она забыла про свои сомнения – незнакомый город очаровал её новыми запахами и новыми домами. Через несколько улиц Айрин спросила:

– Мы пройдём мимо моря, мастер Тимин?

– В порт, ты имеешь в виду? Нет, вообще нет.

– Может, сделаем крюк? Я никогда не видела море…

Лар продолжал идти большими шагами.

– На обратном пути, может быть, – обнадёжил её он.

На этот раз Айрин осталась довольна ответом.

– Мы идём в обход, мастер Тимин, – высказался чуть позже Барен.

– Не называйте меня мастером, друзья, и да, это небольшой обходной путь. Я хотел бы избежать рыночной площади, чтобы не попасться на глаза моему дядюшке. У него известное мнение по поводу такого рода авантюр.

– Далеко ещё? – спросила Айрин, которую всё больше мучило недоброе предчувствие. А ещё ей надоело, что на неё постоянно глазеют незнакомцы, потому что она бежит за мужчиной в красном плаще, который несёт перед собой иголку на нитке. Драконья игла поворачивалась на юг. Лар Тимин свернул в ближайшую улочку.

– Улица Ювелиров, я мог бы догадаться, – пробормотал он.

Лар зашагал быстрее, близнецы едва поспевали за ним. Игла вдруг резко качнулась на восток. Мастер остановился.

– Здесь! – воскликнул он.

Айрин, запыхавшись, остановилась.

Барен, тяжело дыша, спросил:

– Вы уверены, мастер?

Тимин пожал плечами:

– Кажется, здесь действуют руны.

Он постучал в ворота.

Айрин прочла на вывеске над дверью: «Мастер Х. Лигтер – изделия из золота – кольца – украшения». Сверху было нарисовано кольцо.

Лар постучал вновь. На той стороне царила тишина.

– Странно… Дверь заперта, ставни закрыты, а ведь сейчас лучшее время для торговли.

Айрин огляделась. Дома теснились друг к другу. Они были чуть выше домов на других улицах, но всем видом указывали на определённый достаток их владельцев. На улицах попадались лишь одинокие прохожие, но она чувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.

– Кажется, там никого нет, мастер Тимин. Идёмте обратно.

– Ерунда! Барен, друг мой, подойдите поближе, нет, спиной к двери, и скажите, если кто-то посмотрит на нас.

Лар залез в карман плаща и вытащил что-то похожее на ключ.

– Это я приобрёл у одного человека из Оссии. Открывает любой замок.

– Вы хотите взломать дверь? – ужаснулась Айрин.

– Скорее, проследить за порядком, – ответил лар. – Пожалуйста, не шумите. Иначе остальные тоже подумают невесть что.

Он ловко орудовал инструментом, и действительно, через короткое время раздался громкий щелчок: замок открылся.

– А теперь засов, – пробормотал мастер и извлёк из кармана другой инструмент – широкий металлический предмет, тоньше ножа. Просунул его в дверную щель, быстро нашёл два засова и отпер их.

Айрин беспокойно оглянулась. Двое прохожих прогуливались мимо, занятые разговором. Кажется, беседа на секунду прервалась? Нет, они шли дальше, словно не замечали происходящего у ворот.

Лар взялся за дверную ручку и повернул её. Дверь со скрипом распахнулась.

– Заходите, – пригласил лар, ухмыльнувшись. Он подтолкнул Барена через порог и затем вошёл сам. – Что с вами, барышня Айрин? Вы идёте?

Она вздохнула, но всё-таки вошла и спешно заперла ворота.

– Есть кто-нибудь дома? Мастер Лигтер?

Айрин прислушалась затаив дыхание – ответа не последовало. В тёмном углу что-то прошмыгнуло – наверное, мышь или крыса.

– Вероятно, его нет дома. Давайте уйдём, – попросила она.

– Чепуха, – пробурчал лар Тимин и указал на гвоздь за прилавком. На нём болталась хорошо различимая в темноте связка ключей. Мастер рун открыл заднюю дверь. В дом хлынул холодный воздух.

– Во дворе и в кузнице его нет, – заключил Тимин, быстро обежав глазами вокруг. Открыл другую дверь – это была кухня, но и там ювелира не было. – Может, наверху, – проговорил мастер и поднялся по старой лестнице.

– Лучше пойдём, – тихо повторила Айрин.

– Перестань, с каких пор ты стала такой трусихой? – хмыкнул Барен и пошёл вслед за ларом.

Качая головой, она отправилась за ними. Недоброе чувство терзало её. Лар вошёл в тёмный коридор, открыл дверь и замер на пороге.

Барен протиснулся мимо него.

– О боги!

Айрин встала на цыпочки и заглянула лару через плечо. У неё вырвался тихий возглас ужаса. Там, на кровати, лежал мужчина. Горло его было перерезано, а простыни насквозь пропитались кровью.

– Так и знал, что здесь что-то неладно, – пробормотал лар, подойдя ближе к умершему и обследуя раны.

– Что вы делаете? – пролепетала Айрин.

Мастер Тимин не ответил.

– След от ножа. По-видимому, он не сопротивлялся. Вероятно, бедняга был убит во сне. Ничего не украдено, иначе ключи были бы в другом месте. Сплошные загадки.

– Нам нужно позвать стражу, – просипела Айрин.

Лар покачал головой:

– Солдаты в этом городе не особо занимаются расследованиями. Им проще арестовать с дюжину подозреваемых, бросить их в темницу и допросить под пытками. Говорят, до сих пор они только так и получают признания. Лучше держать стражу от этого случая подальше. Барен, друг мой, загляните наверх и постарайтесь выяснить, как убийца проник в дом. – Мастер рун порылся в другом кармане и вытащил крохотную чернильницу вместе с пером. – А вы, Айрин, посмотрите, не найдётся ли здесь пергамента. Может, у нас получится разговорить покойника.

– Пытки? – ужаснулась Айрин. Она явно не могла отойти от этого слова так быстро, как лар.

– Успокойтесь. Я позабочусь о том, чтобы мы остались вне подозрений. А теперь, пожалуйста, сделайте то, о чём я вас попросил. Поторопитесь, мёртвые быстро забывают!

– Не могу же я в доме несчастного…

Лар оборвал её:

– Вы хотите выяснить, кто его убил? Тогда ищите!

Айрин подавленно принялась за дело. Всё казалось ей неправильным. Девушка открыла комнату, ей повезло – там находился кабинет ювелира. Дрожащими руками она взяла несколько пустых листов и принесла лару.

– Очень хорошо, – пробормотал тот и расправил пергамент на груди умершего. Айрин отвернулась. Тем временем вернулся Барен.

– Думаю, злодей проник через амбар. Там есть заслонка на крышу, она неплотно закрывается. И наверху носится несколько крыс.

– Странно, что они оставили мертвеца в покое, – проговорил Тимин.

Он взял перо, съел ещё одну ведьмину ягоду и одним росчерком написал руну на пергаменте.

– Ни слова сейчас, – прошептал он.

Только Айрин собиралась спросить, не сложит ли он пергамент, как увидела нечто. Казалось, от кровати поднимаются хрупкие белые хлопья, словно снегопад наоборот. Они медленно плыли вверх, образуя мимолётную картинку: кто-то сидел на кровати, склонившись над ювелиром. Призрачные хлопья окутали безжизненное тело, оно будто зашевелилось, когда сидящий прижал руку к его груди. Затем хлопья превратились в белый дым и рассеялись.

Мастер Тимин подошёл ближе к кровати, взглянул покойному в безжизненные глаза. Вид у него вдруг стал обеспокоенный.

– Это практически невозможно, но я бы сказал, что здесь был альв.

Барен, разинув рот, уставился на последние рассеявшиеся струйки дыма.

– Я не до конца понимаю, что здесь произошло, но разве ты не узнала его, Айрин?

– Узнала? Кого?

– Слугу ведьмы, который был с ней в Хальмате! Кустистые брови, сутулая спина, это наверняка он!

– Картинка была нечёткая, – возразила она робко.

– Эта ведьма разъезжает в обществе ночного альва? Очень необычно.

– Я думал, альвы существуют только в легендах, – сказал Барен.

– Нет, они враждовали с драконами и украдкой через портал проникли в наш мир. Большая часть из них погибла или исчезла во время Драконьей войны, но осталась горстка, которая, по рассказам, продолжает бесчинствовать в нашем мире.

– Как по мне, слуга был похож на человека, безобразного, ведущего себя странно, но человека. У него не было ничего общего с теми бледными похитителями детей, которыми нас раньше запугивала крёстная.

– Это был он, – настаивал Барен. – Хотя я видел его лишь однажды, но сразу же узнал.

– Значит, они могут скрываться под личиной человека, нося её так же, как мы носим плащ, – решил лар, продолжая пристально смотреть на мертвеца.

Айрин вдруг почувствовала себя очень неуютно.

– Что нам теперь делать, мастер Тимин? Пойти к страже и рассказать, что мы здесь нашли?

– Лучше нет. У нас нет ни убийцы, ни веских доказательств. Да и боюсь, нас самих скорее посадят в тюрьму, чем поверят в присутствие альва в городе.

– Тогда нам нужно найти и схватить его, – потребовала Айрин, – ещё и потому, что это наше дело тоже. Этот альв и его ведьма… Настоящее письмо нашей матушки должно быть у них. Мне они оставили фальшивку, которая рассыпалась, едва я хотела показать её мастеру Маберику. Вероятно, в строках нашей матушки есть что-то, что объясняет эту смерть. Будь у нас на руках письмо, мы бы уличили обоих в убийстве.

– Смело придумано, – медленно проговорил лар, глядя на неё с сомнением и в то же время с уважением.

– Теперь всё ясно, – кивнул Барен. – И если эта ведьма сейчас в городе, я бы хотел с ней поквитаться.

– Вам лучше быть очень осторожными, – предостерёг мастер рун.

– Вы боитесь, лар Тимин? – спросила Айрин, подступив к нему ближе.

Лар отошёл на шаг в сторону.

– Боюсь? Отнюдь! Но всё же вы не понимаете опасностей, с которыми мы столкнулись. В этом городе ведьм не выгоняют, как в остальных землях. А альв – действительно опасный, почти непобедимый противник.

– Значит, вы всё-таки боитесь, – заключила Айрин.

– Наверное, немного, и по весомой причине. Предлагаю для начала посоветоваться с дядей Маби. Вы сразу поймёте, насколько серьёзно наше положение, если именно я предложу обсудить это с ним. К тому же… – Он не договорил, поднял руку, и они замолкли.

* * *

Голоса были слышны какое-то время, но лишь теперь Айрин поняла, что у дома ювелира стоят прохожие и громко разговаривают. Она прислушалась и различила слова:

– А вы уверены? Ставни закрыты. Быть может, его попросту нет дома, – сказал один вполголоса.

– Нет, там были двое мужчин и одна юная барышня, и они пытались открыть замок, – ответил второй. – Видят боги, дверь открыта!

Айрин замерла. Тут Барен ткнул её.

– Скорее, к амбару! – прошипел он.

– Тихо, – предупредил лар Тимин, который побледнел как смерть и теперь спешил, обгоняя их. Они прокрались к лестнице и поднялись наверх. Несколько крыс с любопытством оглядели их. Барен открыл заслонку, ведущую на крышу. Внизу в доме звали ювелира. По лестнице громыхали сапоги.

Барен помог Айрин залезть на крышу и побежал за ней. Было светло, что сбило её с толку после долгого сидения в полутьме дома. Лар стоял, уперев руки в бока и задыхаясь.

У дома было слышно множество голосов. Казалось, собралась настоящая толпа, но, к счастью, улочка была узкая, а дом достаточно высок, чтобы прохожие их не заметили. Тимин медлил, не зная, что делать, но Барен кивком указал на соседнюю крышу. Пригнувшись, они ощупью пробрались на неё. В доме кто-то завопил от ужаса.

– Убийство! – послышался крик. – Они убили мастера Лигтера!

Троица добралась до соседней крыши. Она была несколько выше, и Барен помог Айрин залезть наверх. В этот миг у них из-под ног упала черепица. Айрин попыталась поймать её, но черепица соскользнула в жёлоб и исчезла в глубине.

– На крыше! – прокричали внизу. – Убийцы бегут по крыше!