Луна заливала Авельстон тусклым серым светом. Из труб то и дело вырывались клубы дыма, но в большинстве печей огонь к этому времени уже погас. Кендрик вылетел на Бэббфорд-стрит и завис, покачиваясь в воздухе возле дома с террасой мисс Уинтерботтом. Он пытался восстановить в памяти планировку. От входной двери идёт коридор. До самого туалета.

Несколько раз взмахнув крыльями, он поднялся над крышей и перелетел на задний двор. К мощёной дорожке примыкала цветочная клумба, засаженная ранними цветами, которая окружала деревянную садовую беседку, увитую розами. Пока это были лишь колючие заросли, но летом зрелище наверняка будет великолепное.

Кендрик свернул за угол и подлетел к узкому окну в задней части дома. Он хотел было приземлиться, но не нашёл карниза. Это не слишком облегчало ситуацию. Ну что ж. Нет ничего невозможного! Он взмахнул крыльями, рванулся вперёд и ударил клювом по раме. Окно приоткрылось, но, к сожалению, недостаточно широко. Кендрик снова ударил по раме.

Ещё раз.

И ещё…

Окно наконец поддалось и распахнулось внутрь. Раздался тихий скрежет, когда рама столкнула что-то с подоконника.

Кендрик стремительно влетел в дом, затормозил и снизился. Он сменил облик быстрее, чем когда-либо прежде, вытянул крыло – нет, руку! – подхватывая то, что смахнул рамой с подоконника, и шлёпнулся на пол между ванной и унитазом.

Его сердце бешено колотилось. И всё же он крепко сжимал в руке ароматическую керамическую свечу, которая недавно стояла на окне. Кендрик прислушался, не идёт ли кто. Приземлился он не слишком тихо!

Секунда.

Две.

Три.

Он медленно выдохнул. Мисс Уинтерботтом, похоже, спала крепко.

Кендрик поставил ароматическую свечу на место. Потом снова замер, прислушиваясь и привыкая к звукам, раздававшимся в доме: в гостиной тикали большие часы, на кухне гудел холодильник. Что-то хрустнуло, но это всего лишь трещали ступеньки, словно потягиваясь и расправляя деревянные кости, натрудившись за день.

Кендрик открыл дверь ванной и выскользнул в коридор. Только лунный свет из окна за спиной указывал ему путь. Впереди всё тонуло в темноте.

Шаг за шагом он двигался вдоль стены, пока не нащупал вешалку для одежды. Пройдя мимо, он потянулся к панели с ключами и провёл по ней ладонью. Большинство ключей Кендрик исключил сразу. Слишком новые. Два ключа вселили в него некоторые надежды, но один висел на шнурке или бечёвке, а второй – на пластмассовой ленте.

Кендрик снова ощупал доску. Нет. Всё не то. Должно быть, мисс Уинтерботтом держит ключ ближе к сердцу, чем он думал.

Кендрик взглянул на лестницу.

Одно дело – вломиться к учительнице в дом, другое – пробраться в её спальню. К сожалению, другого выхода не было.

Кендрик поднимался по краю ступенек, чтобы какая-нибудь случайно не скрипнула. Поднявшись на второй этаж, он обнаружил, что дверь в спальню приоткрыта. Дюйм за дюймом он открывал её шире, пока наконец не просунул голову.

Внутри было так темно, что он почти ничего не мог различить. Наконец он различил мисс Уинтерботтом! Кендрик едва удержался, чтобы не развернуться и не убежать. Вместо этого он внимательно осмотрел прикроватную тумбочку. Похоже, на ней не было ничего, кроме старомодного тикающего будильника и книги. Но с уверенностью сказать об этом он мог, только рассмотрев всё поближе.

Затаив дыхание, Кендрик на цыпочках пересёк комнату. Он не ошибся. К сожалению. Похоже, мисс Уинтерботтом хранит этот чёртов ключ в потайном месте… Стоп! Не было никакого потайного места! Она просто не снимала его с шеи!

Мысли Кендрика заметались. Видимо, слишком громко. Мисс Уинтерботтом вздохнула и перевернулась. От пальцев Кендрика по всему телу пробежало покалывание, точка чуть ниже пупка завибрировала от напряжения, вся кровь едва не вопила, требуя изменить облик.

Мисс Уинтерботтом перевернулась на бок, лицом к нему. Цепочка скользнула по ночной рубашке, и ключ упал на матрас, на расстоянии вытянутой руки от Кендрика.

Вот он, шанс! Но почему так дрожат руки? Господи, да он так трясётся, что сейчас разбудит мисс Уинтерботтом!

Стараясь дышать как можно тише, только носом, Кендрик медленно потянул цепочку через голову учительницы. Ещё немного и… Мисс Уинтерботтом застонала и перевернулась на спину. Её веки дрогнули. Кендрик застыл, сжимая ключ в руке и ожидая, что его вот-вот обнаружат и с криком атакуют.

Однако веки снова замерли, и мисс Уинтерботтом не проснулась. Кендрик аккуратно спрятал цепочку и ключ в кулаке, чтобы они не звенели и не тренькали, как браслеты мисс Пигглз. Он попятился от кровати. Выйдя наконец из спальни, Кендрик притворил дверь, оставив её приоткрытой, как раньше. Ну всё! Больше он ни за что на свете сюда не явится!

Завтра мисс Уинтерботтом найдёт ключ там, где, как предполагал Кендрик, ему и следовало находиться. В коридоре, на панели для ключей. Дело сделано. А пока ключ полежит у него в кармане. Кончики пальцев по-прежнему покалывало. Он позволил этому чувству распространиться. Через две секунды уже в облике сокола Кендрик слетел вниз по лестнице, сделал резкий поворот у первой ступеньки и направился к яркому прямоугольнику лунного света в самом конце коридора.

– Тс-с, сюда!

В человеческом облике Кендрик покачал бы головой. Он давно заметил Коула. Ничего сложного, как бы старательно тот ни прятался в зарослях плюща. Хорошо, что по ночам выпускники обходили дозором только замок. Кендрик приземлился перед входом в Бердшир-холл и сменил облик. Не двигаясь с места, он ждал, когда Коул бросится к нему, хрустя по гравию.

– Ну как, достал? – спросил кудрявый красавчик.

С каждым словом из его рта вырывались белые облачка пара.

Кендрик досадливо закатил глаза.

– Конечно.

Он потянулся в карман и вытащил ключ. Ключ болтался между ним и Коулом, как толстая черная кость, на цепочке, сверкавшей в лунном свете.

– Тогда вперёд. И так уже долго ждали, – объявил Коул.

Кендрик придержал его за плечо. Пришло время кое-что прояснить.

– Я пойду. А ты стой на страже и предупреди меня, если кто-то появится.

Коул покачал головой.

– Ошибаешься. – Судя по голосу, шутить он был не намерен. – Мне поручено не спускать с тебя глаз. Кто знает, что там, за дверью.

В животе у Кендрика медленно завязывался тугой узел. Он даже не попытался скрыть раздражения. Что ж, придётся ещё раз повторить то, что уже было сказано:

– Как один из ав и наследник графини, я попросил помощи Ордена. И теперь я приказываю…

– Это мы уже проходили, забыл? – бесстрастно оборвал его Коул. – Ты себя вообще слышишь? Я, я, я. Забыл, что пережила бабушка Элеонора? Это наше общее дело. Ты утверждаешь, что способен отыскать ответы на вопросы в секретном отделе библиотеки. У меня на этот счёт есть сомнения. Неважно. Моё мнение никого не интересует. Главное – покончить с чудовищем раз и навсегда. Всё дело в причине. И бабушка по наивности считает, что ты играешь в этой пьесе какую-то роль. Вот почему я не могу остаться здесь. И вот почему…

– …ты потащишься за мной, так или иначе. Понял.

Коул всё объяснил предельно ясно. И всё же командует операцией не он! Кендрик стремительно прошагал мимо кудрявого красавчика. На пороге он достал из кармана отцовский ключ и отпёр дверь. Вместе с Коулом они проскользнули в библиотеку.

Их сразу же окутал аромат старого дерева и бумаги.

Кендрик провёл Коула вдоль длинных рядов полок, заставленных книгами. Даже днём здесь горели только тусклые лампы, а ночью было и вправду очень страшно. Как на заброшенной игровой площадке. Кендрик сглотнул подступивший к горлу ком. Вперёд! Ещё немного.

Он остановился перед потайной дверью. Лицо Коула, на котором застыло вопросительное выражение, ясно виднелось даже в рассеянных сумерках. Кендрик указал на бронзовые птичьи головы.

– Это… вот это да, – запнувшись, выговорил Коул. – Ещё минуту назад их там не было. Честное слово! Появились, только когда ты на них указал.

Может быть, дверную ручку что-то скрывало от слишком любопытных человеческих глаз? Вполне возможно. Но какая сейчас разница?

Коул осмотрел искусно выполненные головы.

– Вот здесь перо закрывает замочную скважину.

Мог и не говорить. Умник вознамерился показать, что вносит существенный вклад в общее дело, а не просто посетил туалетную комнату в доме мисс Уинтерботтом.

Кендрик шагнул вперёд.

– Пропусти-ка. – Он вставил ключ в замочную скважину, повернул его… и ключ застрял. Кендрик надавил сильнее, но ничего не изменилось.

– В чём дело? – спросил Коул.

– Ключ слегка застрял. Может, заржавел.

Это была чепуха, Кендрик и сам это знал. Тайной комнатой пользовались каждый день, если верить Сиенне, которая утверждала, что Айви ходит этим путём. Но что же было не так?

– Ты взял не тот ключ? – спросил Коул, выдавая самые страшные опасения Кендрика.

Кендрику не хотелось драться. Но он вполне мог передумать, если кудрявый красавчик не прекратит нести чушь. Пусть Коул сам проберётся в спальню мисс Уинтерботтом, если думает, что сможет всё исправить!

– Нет, ключ тот самый.

С чего бы иначе мисс Уинтерботтом носила его на цепочке на шее?

– Тогда попробуй ещё раз, – посоветовал Коул.

– А я что, по-твоему, делаю? – огрызнулся Кендрик.

Он снова сильно надавил на ключ и дёрнул. Бесполезно. Потряс ключ в скважине. Сильнее.

– Сломаешь! – предупредил Коул.

Кендрик обернулся.

– Ты уж реши, чего хочешь! Или мне поворачивать ключ, или… – Он осёкся.

– В чем дело? – спросил Коул.

Пожалуй, слишком громко спросил. Кендрик ткнул его локтем в бок и кивнул на тёмный проход между стеллажами. Или, может быть, шёпот доносился с другой стороны? Откуда взялся ветерок, вдруг пролетевший по библиотеке? Или это ветер принёс те слова?

Нет, не так.

Шёпот звучал внутри Кендрика!

Стих ветер, а с ним пропал и шёпот. С новым свежим дуновением Кендрик вновь услышал слова, которые, в сущности, и не были словами. Там, где ветер касался его кожи, возникал новый звук.

Снова не то.

Звуки просто были. Всегда. Ветер уносил те, что успевал подхватить. Тайные слова Кендрик носил глубоко в себе. Как археолог с помощью кисточки извлекает из песка сокровища, так и ветер высветил то, что было спрятано у Кендрика внутри.

Кендрик сосредоточился.

Коул смотрел на него широко раскрытыми глазами, не издавая ни звука, а в голове Кендрика не умолкал шёпот. И не только в голове! Слова поднимались в груди Кендрика, его волосы гудели от них, слова доносились отовсюду, каждая косточка в нём, казалось, хотела что-то сказать.

Наконец таинственные слова соединились, завладели его гортанью, покорили голосовые связки и заставили их вибрировать. Они принудили двигаться его язык и губы.

Кендрик полностью покорился их воле.

Он велел двери открыться и впустить его и понял смысл просьбы сразу же, как только звуки вылетели из его рта. Кендрик наклонился к замочной скважине и снова выдохнул приказ. Ветерок подхватил слова и понёс в замочную скважину. Ключ дёрнулся, повернулся и встал на место. Дверь со щелчком открылась.