Адлет. Гибрид человека, волка и медведя.
Покрыт рыжеватым мехом, бегает с невероятной скоростью.
Нервы были на пределе, я вытерла потные ладошки о свои бедра, затянутые в слишком узкие черные брюки, и продолжила с опаской следить за битвой на арене: студента третьего курса семимильными шагами настигала орда адлетов. Эти твари – последнее приобретение Ямамото, представляют собой что-то среднее между волком, медведем и человеком. Причем носятся они с такой скоростью, что их движения почти невозможно отследить. Толпа экзорцистов на трибуне разочарованно застонала, когда парень влетел в стену, а затем на него набросились адлеты и начали втаптывать в песок. Брызнула кровь, а зрители на трибунах орали, словно смотрели бои без правил.
– Как настрой?
От голоса по моему позвоночнику пробежала дрожь. Фалько незаметно вышел из дверного проема за моей спиной и мимолетно коснулся кончиками пальцев моих. Я ответила тем же жестом, стараясь не забывать, что у Темпест глаза повсюду, и она наверняка наблюдает за нами даже сейчас. Я заставила себя улыбнуться, пока зубы других экзорцистов разлетались по арене, как только что приготовленный попкорн.
– Академия предоставляет бесплатное протезирование зубов? – поинтересовалась я у Фалько, недовольно морщась от зрелища, как два взрослых экзорциста оттаскивают адлетов от студентов. – Зачем мне в этом участвовать? Я и так еду на Игры, почему я должна проходить это ужасное испытание?
Из всех в этом помещении я – самый неподготовленный человек, и все это понимали куда лучше меня самой.
– Первый семестр подходит к концу, Лиф. Ты должна сдать практический экзамен для продолжения обучения. Ты участвуешь в Играх, но кроме этого тебе нужно получить хорошие оценки и показать, чему ты научилась.
– Да на фиг оценки! Я не пойду в это месиво, – заявила я, и экзорцист посмотрел на меня строгим учительским взглядом.
– Лиф, ты не можешь струсить. У меня вообще был к тебе вопрос: какого черта ты выбрала экзамен некромантов? Почему не синтоистов? – со вздохом спросил он. Его длинные темные волосы были собраны в свободный хвост на затылке, из которого выбилась прядка прямо ему на лоб. Я подавила желание заправить ее назад.
– Фалько, единственный раз, когда я смогла отбиться от лорда-демона, закончился тем, что я оказалась одержима. Я ценю твою веру в меня, но лорд-демон надерет мне зад быстрее, чем я успею чихнуть. Я провалила все практические экзамены по Искусству борьбы с призраками, и я предпочту жрать песок, чем связываться с адлетом. Так что выбора нет. Придется вырвать пару зубов у вампиров, чтобы потом вставить вместо потерянных.
Экзорцист наклонил голову вбок и слабо улыбнулся.
– Не следовало мне оставлять тебя тренироваться с Крэйном.
– Лучше вампиры, чем вот это вот, – повторила я, указывая на студента, которого за ноги вытащили с арены. А с трибун продолжали нестись крики и свист.
Я попробовала успокоиться с помощью дыхательной гимнастики, наивно утешая себя тем, что даже если и сбегу, то Фалько притащит мою задницу обратно.
– Расслабься, – жаркое дыхание коснулось моего уха. Он сжал мое плечо, и я почувствовала тепло его кожи, а вокруг нас витал сладкий аромат его парфюма. Желудок беспокойно сжался, но я молчала. Я выкачала из Фалько столько, что он почти не приходил в сознание. Он все еще выглядел немного бледным и уставшим, но меня хотя бы не мучил непереносимый голод. – Мы тренировались для этого. Ты тренировалась. Ты справишься, Лиф.
Я сдержанно улыбнулась. Не важно, справлюсь я тут или нет, мою тушку все равно притащат в Лондон. Вопрос только, в каком виде.
Тренировочную арену расчистили от демонов под громкие крики. Мой взгляд упал на песок, в который впиталось огромное количество молодой крови. Затем на трибуне я увидела директора Гейла в разноцветном пушистом одеянии и комиссию, сидящую по обе стороны от него. Ямамото был в их числе и аккуратно поглаживал Спиритуса на плече. Словно почувствовав, он улыбнулся мне, но улыбка была такой же напряженной, как и моя.
Вот бы Крэйн и Зэро были рядом, но они сами готовились к испытанию. Испытания охотников, в которых каждый отдельно сдавал экзамен, закончились. Некромантов же отправляли на арену для испытания небольшими группками, но действовали они по одиночке. Мы тянули жребий, и мне досталась короткая палка. Значит, я начинаю.
Я натянулась, словно струна, когда увидела, что экзорцисты устанавливают высокие перегородки на песок, сооружая что-то вроде лабиринта.
– В испытании участвуют по четыре некроманта. Каждый из вас начинает из своего угла арены с неравными интервалами. Вам дадут лист бумаги, в котором указано, что вы должны принести в центр лабиринта до истечения времени, – произнес Фалько, указывая подбородком на песочные часы, наполненные ярко-красным песком, стоящие рядом с директором Гейлом. – У тебя есть полчаса. Если не успеешь донести предмет или если тебя обездвижит или вырубит нежить, ты проиграла.
Я поджала губы, но все же спросила:
– А если я не справлюсь?
Фалько мрачно посмотрел на меня. От яркого освещения длинные ресницы отбрасывали тени на его острые скулы.
– Этот экзамен – одна десятая того, с чем ты столкнешься в Лондоне. Если ты не справишься здесь, то там и подавно. Интенданту лично сообщат результаты сегодняшнего экзамена. Так что провал – не твой случай. Только если ты не хочешь лишиться головы, как только мы окажемся в Лондоне.
– Изумительно, – пробубнила я, чувствуя пульс у себя в горле. Последние перегородки опустились на песок, и директор Гейл встал. По случаю радостного события на нем была ярко-желтая шляпа с блестящими фиолетовыми мордашками и настолько же ярко-зеленый жилет, который дополнял красный галстук.
– Думаю, мы готовы. Готовы ли новички? Лиф? Зэро? Крэйн? Ноа? Отлично. Раздайте задания.
Фалько откашлялся и протянул мне что-то.
– Мне правда нужно это взять? – Вместо ответа Фалько всунул мне бумажку чуть ли не в рот. – Ладно, ладно.
Я взяла записку и заглянула в нее. «Принести перо стракса». Полное дерьмо.
– Знаешь, что такое стракс? – спросил меня Фалько, заглядывая в бумажку через мое плечо.
– Птицеподобный демон, который высасывает кровь и питается внутренностями мертвецов, подобно стервятнику, – пробормотала я.
Фалько слабо улыбнулся.
– Верно. С тобой все будет хорошо.
– Хорошо? Как я поймаю то, что летает? – панически вскрикнула я.
– Подпрыгни, – дал «отличный» совет экзорцист, подталкивая меня к арене.
– Начинаем! – громко объявил Гейл. Огромные песочные часы над его головой перевернулись и песчинки посыпались вниз. Прежде чем я успела пискнуть, за моей спиной раздался скрип, и проход закрыли решетчатые ворота. Перегородки лабиринта сделаны из темного дерева и были настолько высокими, что я не видела трибуны, только яркий свет сверху. Я слышала одобрительные возгласы и свист толпы. Больше свиста, чем у предыдущих студентов.
– Перо. Ладно, все не может быть так ужасно, – пробормотала я, в очередной раз посмотрев на листок бумаги со своим приговором. Скомкав его и бросив на песок, я двинулась вперед, стараясь не обращать внимания на шум толпы. Десять шагов прямо, затем пять вправо. Слева и справа было сплошное дерево, исцарапанное не хуже когтеточки в каком-нибудь кото-кафе. Капля пота стекла с моего лба на пол, когда я оглядывалась по сторонам. Позади не было ничего интересного, а вот впереди появилась развилка. Налево или направо? Как только я собралась повернуть направо, что-то с такой силой ударилось о противоположную сторону деревянной стены, что конструкция покачнулась. Шипение, гулкий рев, возгласы зрителей.
Черт, вот черт, вот черт!
Я в шоке отпрыгнула назад, развернулась и рванула влево. Звуки сражений позади меня приобретали ужасающие масштабы. Я как белка в колесе неслась со всех ног, поворот за поворотом. С каждым нервным вздохом я пыталась вспомнить все, что читала о стриксах.
Я их ни разу не видела. Помню, они часть семьи Вриколакс, значит, они не просто лапчатые животные, как драуги. Они достаточно мерзкие на вид и питаются падалью… Уверена, они сами превращают свою еду в падаль. Нужно остерегаться когтей и клюва, а перья вроде ядовиты.
Свернув за угол, я подняла голову до боли в позвонках, рассматривая потолок над собой, но свет ослеплял. Я прищурилась, заставила себя притормозить и изучить обстановку. Шум толпы стал похож на звук морских волн, разбивающихся не о скалы, а о мою голову. Я почувствовала запах дерева, сыпучий песок под ногами и пузырек с экзогеном – галлюциногенным тоником для некромантов. Серп неприятно впивался в лопатки. Может, стоило все-таки выбрать огнестрельное оружие? Но серп был единственным предметом, который я хотя бы держала в руках.
Я попыталась прислушаться и отыскать других экзорцистов, но стало тихо. Ладно, чего тянуть. Трясущимися руками я поднесла бутылочку с экзогеном к губам и одним глотком выпила. Горло обожгло, как от шота текилы. Через секунду желудок наполнился, а позвоночник, кончики пальцев на руках и ногах начало покалывать, словно я чувствовала слишком много и мало всего одновременно. Поле зрения сузилось, в ушах зазвенело. Послышались одобрительные возгласы толпы. Я осмотрелась, пока не заметила над собой тень, что стало единственным предупреждением перед тем, как на меня набросилась стрикс. Но чего я не ожидала, так это удара ладоней по спине, и я свалилась лицом в песок. Уперевшись ладонями о колючую поверхность, я обернулась и удивленно вскрикнула, вызывая у толпы стон. Что это за херня?
С тяжелым вздохом я встала на ноги, стряхивая песок с лица, обернулась и услышала веселый смех. Подняв голову, я увидела женщину. Может, у меня уже начались галлюцинации от экзогена, но вместо птицеподобного существа надо мной сидела бледная женщина. Черные волнистые волосы струились по ее спине, лицо было почти до боли идеальным: полные губы, огромные темные глаза, выделяющиеся скулы. Она с насмешливым видом сидела на краю одной из перегородок, размахивая коричневыми крыльями.
– Ты не птица! – прохрипела я, и стрикс скривила губы в улыбке, обнажив два острых клыка.
– А ты не экзорцист, – парировала она.
Мой мозг заныл от недостатка информации, пока я пыталась срочно произвести ревизию знаний в голове. Все стало складываться в единую картинку, и я осознала, почему передо мной не животное и не сумасшедшая курица. Это же крылатый вампир! И мне надо было добыть перо у этого?
Стрикс наклонила голову и весело посмотрела на меня, размахивая крыльями. Ветерок, который они создавали, сдувал мои волосы от лица. Я услышала тихий звон. Мой взгляд упал на ее босые ноги, а затем и на левую лодыжку, и я заметила это: железную цепь. Значит, диапазон ее полета ограничен. Вопрос – насколько.
Я застонала и поднялась на ноги, чувствуя ужасное головокружение от экзогена, который влила в себя.
– Ну вооот, – протянула разочарованно стрикс, вставая на тонкую деревянную перегородку, словно птичка на жердочку. Ветер, создаваемый ее крыльями, усилился, и песок стал разлетаться во все стороны. – Давай покончим с этим.
После этих слов, она взлетела. Казалось, что кожа на ее костях натянулась, она издала крик, от которого у меня похолодела кровь. Ее зубы оскалились, и она пулей бросилась ко мне. Схватив за шиворот, стрикс потащила меня за собой и швырнула о ближайшую перегородку так, что дерево треснуло.
Боль взорвалась в моей голове. Вдали послышались крики и свист с трибун. Свист ножами вонзался в мой мозг, который отчаянно пытался разобраться во всем. В следующее мгновение стрикс рассмеялась мне в ухо горловым голосом и подбросила меня в воздух. Мое сердце осталось внизу, а тело полетело вверх, я закричала и попыталась хоть как-то предотвратить эти «американские горки». В воздухе я взглянула на арену. Десятки лиц смотрели на меня широкими глазами, они хлопали в ладоши. На краткий миг я увидела центр лабиринта: узкая площадь с каменной чашей в центре.
Недалеко от него я разглядела какое-то движение, вспышку зеленых волос. Крэйн!
Следующий крик застрял в моем горле, когда стрикс подхватила меня в воздухе. Ее острые когти впились мне в спину, она схватила меня, словно футбольный мяч, и подняла до стеклянного купола арены.
Я барахталась, кричала, визжала, пытаясь руками достать серп за спиной, но услышала лишь веселый возглас стрикс:
– Счастливого полета!
И меня отпустили. Я падала вниз, ветер хлестал меня по лицу, в желудке болтался завтрак. По арене звучали возбужденные крики, источник которых я не могла определить. Может, это были зрители, а может, и я сама. Земля приближалась с невероятной скоростью, и я попыталась вспомнить приемы, которым меня обучил Ямамото за последние месяцы. Как перекатываться, группироваться, отпрыгивать… но адреналин и паника бурлили в моей голове.
Я упала.
Пыль и песок разлетелись во все стороны, будто на землю бросили мешок с цементом. Заболела грудная клетка, я громко закашлялась, во рту был соленый и одновременно сладкий вкус. Толпа кричала, пока я держалась из последних сил, чтобы не потерять сознание. Тьма тянула к себе, вниз, чернота заволокла мое поле зрения, кровь подступила ко рту.
Все, это конец. У меня нет и шанса. Так и должно было произойти, разве нет? Экзорцисты делали все, чтобы я сдохла раньше срока. Они делали из меня пример, как не надо делать, и чем кровавее будет исход, тем лучше. Мысли куда-то улетели, и я погрузилась во тьму. Я как раз собиралась расслабиться и утонуть, как вдруг почувствовала крепкую хватку на своей руке. Я подняла голову и увидела себя. Я, но с черными, как у демона, глазами. Источник всех кошмаров держал меня. Сколько раз я не решалась закрыть глаза хоть на пару минут, ведь стоило мне хоть на секунду потерять контроль, как она появлялась.
Вот она я.
Вот он демон внутри меня.
И с каждым днем сила ее росла.
И она была этому очень счастлива.
– Что ты делаешь? – прошипела она.
– У меня нет шансов против стрикс, – ответила я, отмечая, как эхо моего голоса разносилось по сознанию.
Демон от отвращения скривила губы и рывком притянула меня к себе сквозь густую тьму, словно мы плавали в смоляной реке.
– Выпусти меня, и я помогу нам.
Я вздрогнула, чувствуя дежавю. Сколько раз Лор предлагал мне то же самое? И что из этого выходило?
– Нет.
– Не будь так упряма, – огрызнулась она. – Стрикс – никто по сравнению с нами.
– Нет никаких «нас». Есть только я. Ты – просто Q-ген, который пытается вырваться наружу. Ты – вирус, – выпалила я, и демонесса широко улыбнулась.
– Я – богиня.
– Даже не надейся. Я не собираюсь становиться монстром, – пробормотала я, а демон притянул меня еще ближе к себе, пока наши носы не соприкоснулись.
– Я – твое будущее. Я неизбежна. Беги и прячься сколько угодно, но очень скоро я стану сильнее тебя. Будет куда проще для нас обеих, если мы будем работать друг с другом, а не против друг друга.
Холодная дрожь пробежала по спине, заставляя отвернуться от настойчивого взгляда, но я выдержала.
– Нет, – кратко ответила я, и ее глаза сверкнули гневом. Она сильнее сжала мою руку, и я почувствовала странную боль – словно кто-то сжимал мой разум, как змея. – Но если ты хочешь заработать хоть каплю моего доверия, то помоги мне победить стрикс, иначе нас ждет безрадостное будущее.
Она раздраженно фыркнула.
– Я готова помочь, только если ты позволишь.
– Хорошо.
– Отлично. – Демонесса щелкнула пальцами, и нити дыма вырвались наружу, обхватывая мои руки и ноги, как марионетку.
Я пришла в себя.
В тот же миг стрикс бросилась ко мне, вытянув ноги, чтобы оторвать голову. Что-то мне подсказывало, что никто из экзорцистов не остановит ее. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, где я и что происходит. Внезапно я услышала в голове резкую команду:
– Уворачивайся!
Я молниеносно перекатилась, и стрикс влетела в землю. Поднялся столб пыли и песка, а вампирша раздраженно закричала.
– Хватай! – прорычал голос, и мои руки и ноги задвигались, словно кто-то управлял ими с помощью невидимых нитей. Я уверена, мое тело никогда не умело так быстро реагировать. Легким прыжком я бросилась на нежить, увернулась от взмаха ее крыльев, выхватила серп, опустилась на колени и с размаху перерезала ей сухожилия.
Очередной крик стрикс. Ее лицо сузилось и заострилось от боли. Теряя первоначальный человеческий облик, она упала на колени.
– Вставай! – приказал голос. Мне казалось, что в таком состоянии я способна только лежать, но вдруг мои колени напряглись, я встала и вытерла кровь с губ. Сломанные ребра заныли. При других обстоятельствах я бы и на колени встать не могла, но темные нити удерживали меня, несмотря на ужасную боль.
– Ты! – процедила сквозь зубы стрикс и начала хлопать крыльями, разгоняя ветер, от которого затряслись перегородки. Она вновь взлетела и пулей понеслась в мою сторону.
Места, чтобы уклониться, было слишком мало, и меня вновь пригвоздили к перегородке. Серп должен был выпасть из руки, но я держала его так крепко, что единственный способ вырвать его из моей хватки был отрубить руку. Очередное ребро с треском сломалось. Боль красными и черными всплесками танцевала в моих глазах. Я кашляла и сплевывала кровь.
Я не могу…
– Бей! – крикнул голос, и я сделала единственное, что могла. Махом вонзила серп стрикс в живот. Оружие легко прорезало кожу и мышцы. Стрикс подняла голову и оскалила зубы. На клыках блестела кровь.
– Ты… – с оскалом сказала нежить, а затем ухмыльнулась. – Промахнулась!
Я со страхом попыталась вырвать оружие, но оно зацепилось за ее грудную клетку. Стрикс с силой сжала мое горло. В висках запульсировало, язык онемел, а демон в голове недовольно рычал.
Я не могу ничего сделать, только…
– Съешь! – прошипел демон, и я почувствовала, как желудок сжало от голода. – Возьми ее Арканум и выпей до последней капли.
Инстинктивно я нащупала Арканум стрикс и оскалилась, когда увидела в ее груди нечто мерзкое, темное, остатки гнилой души. От одного только вида меня затошнило.
Словно почуяв неладное, стрикс ослабила хватку.
– Ты что делаешь?
Демон продолжал рычать.
– Выпей, выпей все, и мы избавимся от нее.
На моем лбу выступили капли пота. Если я выпью эту испачканную дрянь сейчас, то стану крайне несчастной, но самое главное…
Мой взгляд устремился вверх, где стояли песочные часы. Рядом с ними сидел Примус. Прошло уже больше половины времени. Сотни экзорцистов следят за каждым моим шагом. Если я высосу Арканум стрикс, то станет ясно, что я демон, и меня сразу обезглавят. Ну, зато в Лондон не поеду.
Нет. Я не могу. Не здесь. Не сейчас.
Стрикс почувствовала, как я отпустила ее Арканум, оскалилась и собралась перекусить мне шею, как вдруг кто-то схватил ее за волосы и дернул назад с такой силой, что она врезалась в перегородку. По трибунам пронесся крик, и я с облегчением упала на землю. Передо мной стоял Крэйн, его зрачки были уже игольного ушка от экзогена.
– Фух, это было близко. Я думал, уже не найду тебя, – сказал экзорцист, протягивая мне руку. – Вставай. Нам нужно валить, иначе не уложимся в отведенное время.
– Что ты творишь? Они дисквалифицируют нас за жульничество, – нервно вздохнула я и помогла себе встать. Сломанные кости в эту же секунду напомнили о себе.
– Никто не запрещал работать в команде, – подмигнул Крэйн, развернулся и как раз собрался бежать, но тут же перед нами возникла стрикс, рыча, как кошка, и вонзая когти глубоко в песок. Мой серп все еще торчал у нее в животе.
Крэйн резко затормозил, взмахнул лезвием серпа и кинул его в сторону нежити, вбивая ее в противоположную перегородку. Спотыкаясь, я побежала за ним, чувствуя, как демон под моей кожей шевелится, словно паразит.
В данный момент я не знала, двигаюсь сама или она управляет мной. В легких хрипело, в горле стоял привкус крови. В ушах стоял гул, конечности онемели. Крэйн быстро тащил нас через лабиринт, а стрикс летела за нами, поднимая в воздух песчинки.
– Что тебе нужно? – крикнул мне экзорцист, сворачивая в очередной проход лабиринта.
– Перо! – громко ответила я, врезаясь плечом в угол перегородки.
– А мне еще один зуб. Я сто лет искал тебя здесь.
– А как же Зэро? А Ной?
– Обоим надо было добыть кость кракруха. Зэро уже прошел, а Ной получил серьезную травму и выбыл. Остались ты да я.
Я не стала спрашивать, откуда он все это знает. Мне кажется, и Зэро, и Крэйн всегда знали, чем занят другой.
Пока мы бежали, я постаралась вспомнить, что знаю о кракрухах. Смутно помню, что это скелет, который можно уничтожить только сожжением.
– У нас есть план? – из последних сил спросила я, ожидая, что в любой момент упаду и никогда не встану.
Крэйн поднял голову и посмотрел вверх. Стрикс нигде не было, и у меня появилось дурное предчувствие, будто она подстерегала нас, как ястреб полевых мышек.
– Так, план Б, – уверенно произнес экзорцист, резко остановившись.
Я врезалась в него и выдохнула.
– Какой?
– Закопай меня!
– Что?
– Не спрашивай, просто закопай! – приказал он мне и плюхнулся на колени. Словно собака, он стал копать яму в песке. Несколько секунд я смотрела на него, пока тоже не упала на колени и не принялась помогать ему. А потом засыпала его песком.
– А лицо? – спросила я, не успевая делать глубокие вдохи.
– И его присыпь.
– Но…
– Засыпь, – сказал экзорцист. Кровь капала с моих губ на песок, я смотрела на него. Крэйн спокойно подмигнул мне. – Мы справимся.
Я кивнула и высыпала песок ему на лицо. Через несколько секунд он полностью был скрыт слоем песка, а я сидела на корточках напротив него и напряженно смотрела по сторонам. Шум с арены звучал где-то вдалеке, словно мы с Крэйном были далеко от суматохи.
Секунду спустя надо мной повисла тень. Стрикс аккуратно приземлилась на одну из перегородок и наклонилась в мою сторону. Казалось, раны на ее теле затянулись, хотя одна на животе еще кровоточила. В руке ее был мой серп.
– Знаешь, а я ведь могла облегчить тебе задачу. Я тут не по своей воле, у меня выхода не было. А то пришлось бы еще год провести в камере. Тем более директор Гейл пообещал мне, что меня освободят, если никого тут не убью, но это… – стрикс указала на живот, – это больно. Мне не понравилось. Поэтому я тебя убью. Мне просто добавят еще пятьдесят лет к сроку, но я буду наслаждаться каждым днем.
Зубы стучали друг о друга, я нервно облизала губы, почувствовав песчинки и вкус собственного пота и крови.
– Попробуй.
Стрикс расхохоталась и бросилась ко мне.
– В сторону! – скомандовал демон внутри меня, и я среагировала быстрее, чем когда-либо раньше. Стрикс промахнулась, врезаясь на полной скорости в перегородку и вонзая туда серп. Из песка выскочил Крэйн, схватил нежить за волосы и одним плавным движением отрубил ей голову. Кровь полосой брызнула на песок, и послышались громкие возгласы толпы.
Экзорцист откашливался от песка, а тело стрикс оставалось недвижимым несколько секунд, затем крылья ослабли, и она рухнула.
– Я чуть не задохнулся.
– Это было… – начала я, желая схватить экзорциста и поддержать его, как вдруг послышался мощный голос, подозрительно похожий на голос Фалько.
– У вас осталась минута! Бегите!
В тревоге я взглянула на часы – почти весь песок оказался в нижней части конструкции. Крэйн выругался, вырвал перо из переливающегося оперенья нежити и сунул мне в руку.
– Бежим! – крикнул он, всовывая голову стрикс под мышку.
Куда?
Я понятия не имела, но времени было в обрез. В панике мы оба побежали сквозь зигзаги лабиринта. Впервые я поняла, что шесть месяцев бесконечных утренних пробежек принесли свои плоды. В начале года я бы ни за что столько не пробежала после этих испытаний, так что мысленно я заготовила несколько вариантов извинений перед Фалько за то, что называла его засранцем и садистом по время тренировок.
Внезапно Крэйн остановился. Развилка.
Мы уставились друг на друга.
– И что нам делать?
– Разделимся. Ты – налево, я – направо.
Я набрала воздух в легкие, которые сразу стало покалывать.
– Что ж, тогда увидимся в центре, – я подмигнула.
Экзорцист улыбнулся мне, и мы побежали. Песок взлетал из-под ног, они казались неподъемными и неповоротливыми, как будто под ногами вдруг оказалась тина. Вот уже падали последние песчинки в часах, но я увидела его.
Прямо передо мной.
Центр лабиринта. Сердце с волнением заколотилось, и я из последних сил побежала к каменной чаше, бросая туда перо. Там уже лежала окровавленная кость. В следующее мгновение прозвучала сирена.
– Испытание завершено! – проревел голос, вызывая бурные овации.
В глазах потемнело, я уже приготовилась упасть, но две руки подхватили меня за плечи.
– Сделай глубокий вдох. Ты справилась! – радостно крикнул Зэро.
– А Крэйн?.. – Зэро недовольно вздохнул. В ту же секунду я увидела зеленую копну волос, подбегающую к центру лабиринта.
– Слишком поздно, друг мой, – расстроенно сказал Зэро. Крэйн кинул голову на песок, склонился и схватился ладонями за колени. Он тяжело дышал, слюна текла изо рта.
– Не туда, – прохрипел он, и мое сердце сжалось. Крэйн не справился, потому что помогал мне. Он не прошел… Что с ним сделает отец?
Зэро поддерживал меня за плечи, пока я, спотыкаясь, шла к Крэйну.
– Дебил, зачем ты это сделал? Я все равно отправилась бы на Игры, – возмутилась я, пока Крэйн хватался за бок.
– Мне показалось или я не услышал «спасибо»?
Я стиснула зубы.
– Дебил! Что теперь с тобой сделает твой отец?
– Ну, он будет злиться, – только и сказал он. Я посмотрела на голову стрикс. Ее некогда блестящие черные волосы потускнели. Не придумав ничего другого, я бросилась обнимать его, прижавшись носом к его потной шее.
– Придурок! – сказала я, отчего экзорцист задорно рассмеялся, а затем раскашлялся. Обняв меня в ответ, он похлопал по спине.
– Не волнуйся, я справлюсь. Ты молодец, – прошептал он мне на ухо.
– Ты мне должна, – прозвучал шепот демона внутри моей головы и тут же испарился.
Я отпустила Крэйна, и он вытер лицо.
– Не знаю, как вы, а я бы сейчас выпил.
– А я бы сходила к врачу, – честно отреагировала я.
– Ничто не лечит кости быстрее, чем бутылочка крепкого алкоголя и капля самоуверенности, – заявил экзорцист, ударив меня по плечу со всей силы. Я чуть не упала.
Уставшая, я оглядела трибуны в поисках Фалько, однако его нигде не было. Только адский шум вокруг. Одни экзорцисты уже занимались разборкой лабиринта, другие утаскивали тело и голову стрикс.
– Поверить не могу, что ты отрубил ей голову.
Крэйн лишь пожал плечами.
– Она нежить, так что голова отрастет. Трикси и не через такое проходила.
– Трикси?
– Стрикс, – задорно ответил экзорцист, подмигивая мне.
– Ты оторвал голову стрикс, которую зовут Трикси?
– Именно так.
– Откуда ты знаешь ее имя?
Он широко улыбнулся.
– Я посадил ее в тюрьму. Политическая обстановка по отношению к стрикс была несколько напряженной, поэтому ей предложили сделку: шестьдесят лет тюрьмы сократятся до тридцати, если она согласится участвовать в испытаниях на арене. Когда она очнется, советую сыграть с ней в тарокку. Она сумасшедшая.
– Что такое тарокка?
– Что-то между покером и таро.
Я вздохнула, заключив, что слишком трезвая для такого диалога.
– Знаешь, может, и правда лучше что-нибудь выпить?
– Вот это совершенно другой разговор. Пока будем ждать результатов, сможем выпить такое количество водки, от которого любой слон сдохнет.
Бодро развернувшись, раненый экзорцист поковылял с арены, а я обернулась на Зэро, который понимающе смотрел на меня.
– Сильный голод? – поинтересовался беловолосый экзорцист.
– Ты случайно не в курсе, куда пропал Фалько?
– Я видел, как он уходил с арены.
– Он ушел? – спросила я, удивляясь тому, как сильно меня обеспокоил его молчаливый уход. – Он разочаровался во мне.
Зэро помотал головой.
– Я так не думаю. Он не выглядел очень счастливым, когда уходил. Может, у него возникли неотложные дела. Я напишу ему, где он сможет нас найти. До тех пор продержишься?
– Да, напьюсь, пока не вырублюсь, – ответила я. Не успев оглянуться, я почувствовала, как довольный Крэйн потащил меня с арены.