Когда вернулась в коридор, Шамика уже не было.

На том месте, где его оставила, ожидал Нувиан. Он стоял навытяжку, с бесстрастным выражением лица, готовый ко всему.

– Здесь был человек, – без вступления начала я, приближаясь к стражу. Рана на плече пульсировала болью. – Где он?

Нувиан смотрел прямо перед собой. Его светлая коса блестела в свете дня, и, в отличие от Языка, он выглядел еще более совершенным. Его кожа мерцала.

– Его отвели на кухню, – ответил Нувиан. Я ждала продолжения, но его не последовало.

– Ему собираются причинить вред? – надавила я. Как и сказал Шамик, я у него в долгу. Не хотелось расплатиться с ним пытками фейри.

– Я не знаю, леди. Я просто страж.

– Нет, ты правая рука, – возразила я. Он лгал, когда пытался принизить себя. Ведь все фейри высокомерны. Но я уже сказала Лори, что готова играть в их игру, и я не отступлюсь. – Довольно бесполезная, насколько вижу.

Его серые глаза сверкнули. Значит, не такой он и безучастный.

– Что прикажете делать, леди? – напряженно спросил Нувиан. «Кому-то не по вкусу собственное лекарство».

– Отведи меня обратно в покои Коллифа, потом найди Шамика. Приведи его ко мне или предложи защиту, пока не разберусь, как его отсюда вывести. Он не должен быть наказан за помощь во время испытания. А теперь, пожалуйста, поторопись.

Нувиан склонил голову в молчаливом согласии, а затем жестом пригласил меня идти впереди. Мне не нравилось, что он будет у меня за спиной, но других вариантов не было, так что подчинилась. Возможно, я завела нового врага. Но с моим быстро растущим списком это не так уж важно.

Когда Неблагой Двор поглотил нас, я не позволила себе оглянуться. Не позволила задуматься, что, вероятно, в последний раз видела солнце.

Как и после прошлого испытания, на меня накатила волна усталости. Хотя бы рана перестала кровоточить. Возможно, скоро смогу вытащить нож. Я старалась быть начеку, оглядываясь в поисках вендиго, Джассина или другого врага, стремящегося меня убить. Но все было тихо.

Когда мы добрались до двери Коллифа – у нее стоял незнакомый страж, – Нувиан повернулся ко мне. Сейчас мне хотелось лишь промыть и перевязать рану и рухнуть на огромную королевскую кровать. Но я не пошевелилась. Должна была убедиться, что он направится в сторону кухни. Какое-то время мы с Нувианом сверлили друг друга взглядами.

– Ну же? Шамик? – наконец напомнила я, чувствуя, что проиграла.

Фейри моргнул. Я обратила внимание на его неуместно длинные ресницы. У всех фейри такие?

– Обещал королю защищать покои. Я следую его приказам… и приказам королевы. Но королевы не вижу, – добавил Нувиан. Он изогнул бровь, будто говоря: «Ну и что ты теперь сделаешь?»

С меня достаточно.

Из моего горла вырвался дикий крик. Несмотря на внешнюю готовность, Нувиан не ожидал, что я рванусь вперед и хлопну его по лбу. Второй страж тоже не успел среагировать. Нувиан попытался отшатнуться, но я двинулась за ним, и когда фейри уперся спиной в стену, я прижалась к нему всем телом. Член Нувиана затвердел, но дыхание, вырывающееся из его легких, выдавало скорее волнение, чем страсть. Фейри даже не догадывался, что его страхи уже мои. От них голова кружилась похлеще, чем от выпивки или наркотиков. Нувиан, правая рука короля, смертельно боялся вервольфов.

– К счастью для меня, вы, фейри, постоянно забываете, кто я, – прошипела. Второй страж двинулся вперед, положив руку на меч, но я едва удостоила его взглядом. – Вмешаешься – прикончу на месте.

Он замер. Бегло оглядев его, поняла, что он моложе большинства фейри – меч держал неуверенно и смотрел на меня с плохо скрываемым страхом. Убедившись, что он не вмешается, сосредоточилась на Нувиане.

И вот мы уже в лесу, вокруг – мрачные деревья и движущиеся тени. Над нами луна, огромная и круглая, как в сказке. Прежде чем Нувиан успел что-то сказать, воздух наполнил вой. Он множился и приближался. Каждая тень могла оказаться пугающим зверем.

Нувиан потянулся за мечом, но его не было. Его драгоценная броня тоже пропала.

– Ты слышишь? – прошептала я. Он поежился. – Кажется, они голодные, да?

Надо отдать Нувиану должное, он не издал ни звука. Обычно мои жертвы начинали кричать или плакать. Я сделала несколько шагов назад, чтобы насладиться результатом своего труда. Нувиан описывал круги, его грудь тяжело вздымалась. В темноте загорелись глаза. Синие, золотые, зеленые. Спокойствие лесной поляны разорвал низкий рык.

– Что ты знаешь о волках, Нувиан? – поинтересовалась я.

Он перевел на меня взгляд, и я увидела в его глазах ненависть. На его лбу вспухла вена.

– Выпусти меня отсюда, Мара.

Я прислонилась к дереву, с трудом скрыв гримасу боли. Вокруг загорались новые взгляды.

– Волки обычно питаются теми, кто уязвим. Кто слаб. Это называется «выбраковка». Ты не кажешься слабым, но у тебя нет стаи, а значит, они сочтут, что ты слаб. Кстати, если тебе интересен сам… ну, не знаю, процесс поедания? Между охотами зачастую проходит по нескольку дней, так что аппетит они нагулять успевают. Кстати, забавный факт: они не славятся тем, что быстро приканчивают жертву. Не слишком хорошая новость для тебя, но так увлекательно, верно?

В лунном свете появился вервольф.

Он был огромен – куда крупнее, чем те, которых мне доводилось видеть наяву. Лапы такие, что казалось, ими можно убить с одного удара. Густой мех, отливающий серебром. В глазах, устремленных на Нувиана, светились ум и ярость. Правая рука короля издал странный, придушенный звук. Он стоял ко мне спиной, так что лица я не видела, но то, что могла себе представить, заставило уголки моих губ приподняться в улыбке. Зверь обнажил зубы. Его мышцы напряглись, готовые совершить рывок в сторону жертвы.

Я ожидала, что Нувиан примет боевую стойку. Но он упал на колени и закрыл голову руками, словно ребенок, прячущийся от чудовища в шкафу. Он что-то говорил, но слова звучали глухо. Я расслышала только «остановись» и «прошу».

Вервольф наклонил огромную голову и понюхал Нувиана, который лишь затрясся в ответ. Я пожала плечами, почувствовав, как царапает спину кора.

– Ты можешь прекратить это в любой момент. Мне нужно лишь, чтоб ты поклялся защитить Шамика.

– Согласен, – пробормотал Нувиан, не поднимая головы.

Вервольф уперся когтями в землю. Он мог прыгнуть в любой момент.

– Прости, но должна услышать от тебя клятву.

Нувиан так резко рванулся ко мне, что коса ударила его по щеке. Сверкнув глазами, он выпалил:

– Клянусь защищать человека по имени Шамик.

– Прекрасно.

Я щелкнула пальцами, пусть это было и не обязательно, чтобы прервать иллюзию, и мы вернулись в коридор возле комнаты Коллифа. Нувиан отшатнулся от меня, потянувшись к красивому мечу. Я подняла брови. С трудом сохраняя самообладание, фейри прошел мимо. Как и обещал, он поспешил в сторону кухни, сжимая рукоять меча побелевшими пальцами.

Я успела увидеть ужас на его лице. Ужас… и, возможно, немного уважения. «Вот так, козел», – подумала, глядя ему вслед. Вены гудели после использования способностей. Я уже не чувствовала раны в плече. На периферии сознания возникло чувство вины, готовое поглотить меня. Родители учили нас не стыдиться того, кто мы есть. А еще – пользоваться силами лишь при необходимости. Думаю, папа бы гордился, узнав, что я сражалась за человеческую жизнь.

Кровать манила меня. Господи, как же долго здесь тянутся дни. Уже собираясь толкнуть дверь, я вспомнила о втором страже и со вздохом повернулась к нему. Он стоял в тени, белки его глаз мерцали.

– Как твое имя? – поинтересовалась я.

– Омар, миледи, – ответил он дрожащим голосом.

Он больше никогда не совершит ошибки, забыв, кто я такая. Возможно, это можно обратить себе на пользу.

– Я пришла за братом, Омар. Он – моя семья. Все, что у меня осталось. И сделаю все, чтобы спасти его, а значит, стану королевой. Ты можешь позаботиться о своем будущем заранее, послужив мне, или стать одним из тех фейри, кого я уничтожу. Выбирай сам.

Он не ответил, продолжая таращиться на меня с глупым выражением испуганного оленя. Подавила вздох и наконец вошла в покои Коллифа.

Захлопнув дверь, обнаружила готовую ванну. Рядом находились шампунь, гель для душа и мочалка на серебряном подносе. Я испытала огромное облегчение. «Спасибо», – мысленно поблагодарила трех женщин, которые наполнили ванну. Может, и остальное они принесли. Я скинула одежду и забралась в воду. Не позволяя себе задуматься, выдернула нож из раны. Зашипев, бросила его на пол и промокнула кровь мочалкой.

Через минуту опустилась в воду поглубже. Вода согревала ноющую спину, на которой наверняка остались ссадины после столкновения со стеной. Подождала еще минуту, потом стиснула зубы и изучила рану. Выглядело не так уж плохо. Надеюсь, чтобы избежать инфекции, достаточно промыть ее.

Опасаясь появления короля, я не стала мешкать. Резким движением выбралась из воды и натянула ночную рубашку, которая лежала неподалеку. Наконец я отправилась в постель. Матрас обнял меня, будто старый друг. Чуть не разревелась, осознав, что все кончилось. Я пережила второе испытание.

Осталось справиться с третьим.

Бывает, что когда очень хочешь спать, сон шутит над тобой. Ускользает, дразнит или вообще исчезает.

«Если не отведешь меня к Оливеру, – пробормотала сквозь зубы, – я доберусь до него иначе».

Наверное, это мой счастливый день, поскольку через несколько минут вокруг меня сомкнулась благословенная тьма.

Я открывала глаза, не зная, что увижу. За эти годы Оливеру не раз удавалось почувствовать, что происходило со мной в реальном мире. Знал ли он, что делал со мной Коллиф в той ванной? Ощутил ли он мой ужас во время битвы с вендиго?

Судя по всему, Оливер был спокоен – луг радовал безмятежностью. Горизонт подсвечивали розовые тени. В траве шелестел легкий ветерок. Яркие цветы красовались в лучах заходящего солнца. Мой лучший друг сидел, прислонившись спиной к дереву. Мимо пролетела бабочка, но он не заметил ее, увлекшись рисунком.

– Привет, незнакомец, – мягко поздоровалась я.

Оливер поднял голову, и на его красивом лице расцвела улыбка. При виде нее на душе потеплело. Он закрыл альбом, спрятав от меня, и похлопал по земле рядом с собой.

– Ну привет. Чем хочешь сегодня заняться?

Все еще улыбаясь, покачала головой и протянула ему руку. Оливер принял ее и поднялся на ноги.

– Я когда-нибудь учила тебя танцевать вальс? – Вопрос, конечно, был риторическим. Если я умела танцевать вальс, то человек, живущий в моей голове, и подавно.

– Если честно… предпочитаю медленные танцы, – Оливер взял меня за руки и завел их себе за шею. А затем положил ладони мне на талию и притянул ближе. Мы начали покачиваться. Музыки не звучало, но нам было все равно. Я прижалась щекой к груди Оливера, наблюдая, как поблескивают светлые волоски на его руке в свете солнца. Как жидкое золото. Он и пах иначе, чем остальные люди. Не духами и не одеколоном. Нет, Оливер пах длинными вечерами, проведенными за рисованием, часами плавания в соленых водах, вольным ветром. Он пах свободой.

Спустя миг окружающий мир померк. Мы с Оливером обожали ночь – дневной свет гас, и на небо высыпали звезды. Я запрокинула голову, глядя вверх.

Ощутила взгляд Оливера.

– Поскольку ты здесь, полагаю, второе испытание прошло успешно?

Прямо на моих глазах одна из звезд сорвалась с небосвода и покатилась вниз. Я притворилась, что наблюдаю за ее движением, пытаясь придумать лучший способ рассказать об испытании. «Я заставила человека помочь мне, и он чуть не погиб. Теперь, вероятно, его пытают и все равно убьют за то, что вмешался». Яркая искорка быстро померкла.

– Ну… – начала. Но в этот момент мир дрогнул. Кто-то звал меня. Голос казался знакомым, и судя по выражению лица Оливера, он тоже угадал, кто это. – Ай!

Оливер нахмурился и отстранился.

– Что случилось?

– Меня укусила чертова бабочка, – я зарычала, наблюдая, как крошечное создание удаляется.

– Что? Ты уверена?

Я показала ему красноватый след. Оливер замолчал, взял мою руку и тщательно осмотрел ее. Спустя миг он наклонился и запечатлел легкий, словно перышко, поцелуй на отметине. Стало легче. Прохладнее.

Коллиф вновь повторил мое имя. «Фортуна, проснись».

Сон начал таять. Какое-то время я могла сопротивляться, но реальность всегда побеждала. Грустно улыбнулась Оливеру, жалея, что мы так мало потанцевали. А может, сейчас мы видимся в последний раз.

Раствориться прямо в его объятиях было бы слишком жестоко, поэтому я шагнула назад. Мой друг остался стоять под деревом, в окружении звезд, более крупных и ярких, чем настоящие. Но даже их красота не могла скрыть тоску в его взгляде.

Его шепот летел за мной, пока я уходила туда, куда ему дороги не было.

– Пока, Фортуна.

Коллиф выглядел мрачнее обычного.

Причина, почему он разбудил меня, прозвучала загадочно. Любопытство победило, так что я неохотно сбросила одеяло, поднялась и оделась. Зара приходила, пока я спала. Рана выглядела старой, боль ушла.

– И сколько она берет за свои услуги? – поинтересовалась я у Коллифа, направляясь за ним к двери. – Просто хочу подсчитать, сколько уже должна.

– Не переживай на этот счет. Она на жалованье у короны.

– Сколько, Коллиф?

Возможно, обращение по имени помогло мне добиться ответа. Король остановился возле двери.

– Обычно она берет драгоценностями или услугами, – сообщил он. У меня отвисла челюсть. О господи, я никогда с ней не расплачусь. У меня нет бриллиантов, а оказывать фейри услуги не намерена.

Коллиф вздохнул при виде моего изменившегося лица и подхватил меня под локоть.

– Послушай, сейчас это наименьшая из наших проблем. Если ты настаиваешь, чтобы заплатить ей, придумаем что-нибудь потом.

Я позволила ему утащить меня в коридор, где Коллиф отпустил меня. Нас ожидали стражи, которых я видела впервые. Две женщины, одна из них – очень крупная, с коротко остриженными жирными волосами, а вторая – высокая, тонкая и лысая.

– А как стражи проводят время, когда не стоят у тебя под дверью и не ходят за тобой по пятам? – ворчливо спросила я. Их броня тихо лязгала позади нас. В ответ Коллиф предложил мне руку. Этот жест меня удивил. Я неуверенно смотрела на нее, а затем приняла.

Коллиф накрыл мою ладонь своей, не обращая внимания на мою реакцию, и внезапно ответил на вопрос, пока мы шли дальше.

– Их задачи похожи на работу полицейских или детективов в человеческом мире. – Мы миновали группу хихикающих молодых фейри, и Коллиф царственно им кивнул. Вероятно, здесь он считался самым завидным холостяком на планете. – Расследуют преступления, которые могут быть совершены фейри, а также улаживают конфликты, возникающие за пределами Двора. Помимо всего прочего, разумеется.

Я хотела еще кое-что спросить, но Коллиф повернул направо. Мы прошли мимо двери, украшенной резными змеями. Образ вызвал воспоминание: мы шли к тронному залу. Ужас впился в мое сердце своими зазубренными когтями. Что такого важного могло случиться, что он ведет меня туда в ночь перед последним испытанием?

Мы оказались на месте, две крошечные фигурки в зале, украшенном фресками. Боже, как ненавидела я этот зал. Я разглядывала исполненные боли изображения, пока Коллиф вел меня к двойным дверям.

В тронном зале было не так много народу, как во время трибунала, но фейри сновали туда-сюда. Слышались разговоры и смех. Группа красных колпаков – фейри, известных своим пристрастием к сырому мясу, в том числе человеческому, – окружила стол. Дерево, пол и их пальцы были заляпаны кровью.

– Зачем мы здесь? – выдохнула я, мечтая вернуться в постель.

Король не ответил. Я раздраженно взглянула на него и заметила, что он смотрит на окровавленный стол. Очевидно, он хотел, чтобы я обратила внимание на красных колпаков. Может, если повиноваться, меня быстрее отпустят, и я смогу провести время с Оливером. Я неохотно заставила себя сосредоточиться на деталях. На каменных плитах лежали кишки, желтоватые зубы фейри поблескивали в свете факелов, зияли неровные края вскрытой грудной клетки.

Внезапно один из пирующих повернулся, позволив мне разглядеть лицо их жертвы. Глаза вырваны, но черты, пусть и искаженные ужасом, были узнаваемы.

«О господи. Нет». Во рту появился кислый привкус желчи. Я вцепилась в Коллифа, зная, что иначе меня стошнит на пол.

Шамик.

На его шее висел деревянный знак. Или на том, что от нее осталось. На небольшой табличке вырезано единственное слово: «Предатель».

Внезапно изо всех звуков осталось лишь чавканье жадных ртов. Звук становился все громче и наконец полностью окружил меня. Людоеды были так заняты, что даже не поняли, когда у них появились зрители.

– З-зачем ты показал мне это? – проскрипела я, с трудом сдерживая тошноту. Но зная, что за мной будет убирать какой-нибудь несчастный человек, я крепилась. Наверняка Коллифу причиняла боль моя хватка, но он даже не поморщился.

– Потому что знаю, что это принесет противоположный эффект тому, что они ожидали, – кратко ответил он. По нашей связи струились эмоции, но я была так поражена, что не осознавала даже собственные.

У меня не осталось сил смотреть на это.

– Почему ты их не остановил? – прошептала я, глядя на Коллифа и отметив, что он все еще держит меня за руку.

Я уже достаточно хорошо изучила короля, чтобы знать – его отсутствующее выражение лица означает, что ему тоже не по себе. Слава богу.

– Не здесь, Фортуна.

Я пыталась сосредоточиться и понять логику творящегося ужаса. Кто-то хотел испугать меня. Они надеялись, что я утрачу контроль. Неважно, умер Шамик из-за попытки отравить фейри или за помощь в моем испытании. Его смерть – не моя, а их вина. Я намеревалась уничтожить Двор изнутри. И сделаю это, нося корону, которую они на меня наденут.

– Он протянул гораздо дольше, чем думала, – раздался голос. Древний, женский и знакомый.

Аркайна.

Весь ее облик дышал изяществом, силой и хладнокровием. Черные волосы заплетены в длинную косу. Объемное платье, качающееся над полом, будто колокол. Того же цвета, что и человеческая кровь, заляпавшая рты красных колпаков. Ее темные глаза впились в мое лицо, а на идеальных губах играла полуулыбка. Несмотря на годы, ее кожа была нежной и гладкой. Теперь, не будучи в ее власти, я разглядела больше деталей – например, небольшую родинку под левым глазом.

Она до странности походила на мою.

Эта фейри устроила убийство Шамика? Или ее появление – просто совпадение? Я взглянула на стол, а затем снова на нее. В Неблагом Дворе совпадений не бывает. Руки пронзило болью, и я поняла, что сжала кулаки так сильно, что ногти оставили на ладонях кровавые полумесяцы.

– Запомни этот момент. Я – точно запомню, – глухо проговорила я.

Она ухмыльнулась.

– Как занятно. Ты и правда считаешь, что выживешь.

Я не удостоила ее ответом. Зачем спорить с социопаткой? Я повернулась спиной к чудовищной сцене и двинулась к огромным дверям. Коллиф последовал за мной. Когда мы проходили мимо Аркайны, она не пыталась прикоснуться ко мне или зачаровать. Подразумеваю, из-за присутствия другого фейри. Он стоял неподалеку во время нашего разговора и шел рядом, когда я решила уйти. За нами тянулся шлейф парфюма Аркайны, смешанный с запахом крови, и это чуть не свело меня с ума.

Путь назад я не запомнила. Перед глазами стояло изломанное, наполовину съеденное тело Шамика. Дважды бездумно поворачивала не туда, и Коллиф мягко брал меня за локоть и разворачивал в правильную сторону. Он сказал что-то стражам. И в следующую секунду мы стояли в центре его покоев.

Когда мы остались одни, Коллиф заговорил.

– Кто бы ни отдал того человека красным колпакам… – начал он.

– Его звали Шамик.

– Кто бы ни отдал Шамика красным колпакам, он сделал это тихо. Моим стражам не удалось выяснить, кто в ответе за это. Все опрошенные свидетели видели лишь, как его тащат в тронный зал, раненого, но живого, а затем – как его начинают поедать, – Коллиф нахмурился. Он принялся расстегивать тунику резкими, раздраженными движениями. – Конечно, никто не вмешивался. Как ты и сама знаешь, эта группа крайне невежественна и жестока. К тому времени, как я узнал об этом, Шамик был уже мертв.

Я опустилась в кресло и уставилась на танцующее пламя. Ничего похожего на ту неторопливую мягкость, что была у нас с Оливером.

– В этом замешана Аркайна.

Сев на кровать, Коллиф стянул сапоги и вздохнул. Я впервые слышала от него вздох. Впервые с нашей встречи он казался скорее человеком, чем фейри.

– Ты не знаешь этого наверняка, Фортуна, – ответил он. Он поднял голову и взглянул на меня. Его волосы мерцали в отсветах огня.

– Вообще-то знаю. Но сегодня не смогу доказать. Мне нужно поспать перед завтрашним испытанием, – хотя знала, что не усну.

Облаченный лишь в тонкую белую рубашку, Коллиф повернулся к прикроватному столику. На нем стоял бокал. Неужели это тот самый равнодушный король, который всего пару дней назад наблюдал за моей поркой?

– Это поможет, – пробормотал Коллиф, пересекая комнату.

Он опустил бокал, и я увидела, что тот полон до краев. Фейри замер в ожидании. А я ощутила укол недоверия. Колифф предлагает мне возможность забыться, дать отдых измученному рассудку… Но именно он стал причиной моих мучений. Слишком удобно.

Несмотря на мрачные мысли, я опустошила кубок четырьмя глотками. Я готова на все, лишь бы не сидеть без сна, прокручивая в голове жуткие образы. Да и если бы король хотел убить меня, он бы уже много раз это сделал. Вкус был отвратительным, как смесь грязи и опавшей листвы, зато эффект оказался практически мгновенным. Я осела, чувствуя тепло и легкое головокружение, будто всю ночь пила на вечеринке. Коллиф забрал бокал, а затем укрыл меня одеялом. Я слишком устала, чтобы перебираться на кровать.

– Спасибо, – невнятно пробормотала я, снова забыв о мамином правиле о выражении благодарности фейри.

Коллиф коснулся моей щеки.

– Не за что, Фортуна.