Авива Халамиш

Палестина была одним из основных мест назначения для евреев, бежавших из нацистской Германии в 1930-х годах. Хотя по сравнению с масштабами кризиса беженцев число иммигрантов и беженцев из стран, находившихся под властью нацистов, которые поселились там в период с 1933 по 1940 год, было невелико, тем не менее по числу иммигрантов как страна убежища (около 60 000 человек) она уступала лишь Соединенным Штатам. Количество еврейских иммигрантов и беженцев из нацистской Германии, нашедших убежище в Палестине, в основном определялось политикой и позицией Великобритании – подмандатной державы, управлявшей страной, – и в гораздо меньшей степени политикой и позицией Сионистской организации, на которую была возложена частичная ответственность за еврейскую иммиграцию в страну. События в Германии были не единственным и даже не главным фактором в формировании этой политики и отношения, которые определялись прежде всего общими соображениями Великобритании, а также уникальным статусом Сионистской организации и сложностью ее обязательств.

Чтобы понять роль Палестины как места назначения для евреев из Третьего рейха, мы должны сначала представить основных действующих лиц на палестинской арене и правила, регулировавшие иммиграцию в страну. Затем в статье будет показана и проанализирована реакция Великобритании и Сионистской организации на ухудшение положения евреев в Германии после 1933 года и в Австрии после 1938 года вплоть до начала Второй мировой войны. Следует иметь в виду, что Палестина не представляла собой типичного места назначения для иммигрантов, поскольку была маленькой, бедной, лишенной природных ресурсов страной, большая часть территории которой не могла быть обработана доступными методами того времени, и арабы, составлявшие большинство ее населения, выступали против еврейской иммиграции.

С другой стороны, ишув (это не название организации, как может показаться из текста. Так называлось до создания Израиля еврейское население Палестины. – Примеч. ред.) был внутренне заинтересован в иммиграции. Ишув – это общество иммигрантов, большинство членов которого сами были иммигрантами в первом поколении. У многих были родственники за границей, которых они стремились вывезти в Палестину. Кроме того, сионистская идеология сформировала у ишува благоприятное отношение к дальнейшей еврейской иммиграции в Палестину и сделала ее неотъемлемым компонентом стиля жизни местных евреев. Идеологическая приверженность и личные обязательства по отношению к иммиграции превалировали даже тогда, когда – по крайней мере, в краткосрочной перспективе – приток новых людей наносил ущерб еврейским «коренным жителям» и противоречил их непосредственным интересам. В отличие от других стран, где во времена экономической депрессии профсоюзы были одной из ведущих «ограничительных» сил, Всеобщая еврейская федерация труда (Гистадрут) выступала за масштабную еврейскую иммиграцию даже при высоком уровне безработицы.

Необходимо также сделать небольшое пояснение по поводу использования терминов «иммигрант» и «беженец». Правила британского мандата, регулирующие иммиграцию в Палестину, предполагали, что все прибывающие евреи (за исключением туристов) являются постоянными «иммигрантами». За несколько месяцев до начала Второй мировой войны была установлена специальная квота для «беженцев», чтобы позволить преследуемым евреям въехать в Палестину в качестве конечного пункта назначения. Иммиграция в Палестину была главной целью сионистской идеологии, и каждый еврей мог поселиться в Палестине независимо от того, как он туда прибыл, с какими мотивами, по какой причине или с какой целью. Как только еврей въезжал в Палестину, он уже не считался беженцем, а становился равноправным членом существующей общины. Более подходящим термином может быть «репатриация», даже если ярлык «беженец» соответствует международному праву и общечеловеческим традициям. Что касается немецких евреев, переехавших в Палестину после прихода Гитлера к власти, то невозможно узнать, был ли этот иммигрант давним сионистом, который в любом случае собирался когда-нибудь переехать в Палестину, а новая ситуация лишь ускорила его отъезд; или же его вынудили покинуть Германию, но как только ему пришлось эмигрировать, Палестина стала его первым выбором; или же Палестина была просто наиболее доступным местом назначения и перевалочным пунктом для первой возможности переехать в другое место. Поэтому если речь не идет о юридическом определении или о случае, в котором однозначно подходит либо термин «иммигрант», либо термин «беженец», эти термины используются как взаимозаменяемые. Наконец, основное внимание в главе уделено сионистской деятельности в связи с иммиграцией евреев из нацистской Германии в Палестину, и именно в этой области глава выдвигает новые эмпирические элементы и интерпретации. Политика, отношение и мотивы британских и немецких властей рассматриваются как важные составляющие представления и анализа проблемы, а также как фон для сионистской политики.