С самого начала было понятно, что простой задача не будет. Тот уровень взаимного «доверия» и «уважения» который между нами с Акио постепенно взращивался на протяжении почти пяти лет, можно было описать двумя простыми словами — ненависть и презрение. Новый глава Хэй старался всеми силами удержать пост, который получил во время переворота, и если бы не совет старейшин — он не за что бы не отправился в Дом света. Но мы просто не оставили ему выбора.

Несколько старейшин получили письма с приглашением на дружеский прием. Другие — требование переговоров по судьбе Хэй Лин. Третьи, самые малочисленные — приглашение от самой девушки, с целью поддержки ее притязаний на трон. Как бы то ни было, за несколько дней мы сумели в умах старейшин продавить идею что новый глава Хэй, если он хочет оставаться таковым, обязан отправится вместе с посольством в Дом света.

Еще почти неделя понадобилась Акио, чтобы смириться с этой мыслью, собрать верных воинов и героев, не забыв оставить людей на ответственных постах, и наконец — выдвинуться в длительное, через пол острова, путешествие. Которое даже у черепахи вряд ли заняло бы больше двадцати часов. Но нет, он с помощниками умудрился растянуть это дело на двое суток.

Первые патрули дозорных сообщили о обнаруженной процессии за несколько часов до появления их на горизонте. Городская стража — спустя три часа. А разведчики все это время пасли их с безопасного расстояния. От самого выхода — и до прибытия в Дом света, которое я попытался обставить как можно более скромно.

Юн проследила чтобы служащие нам зазывалы отрабатывали монету на другом конце быстро разрастающегося города, а людей Хэй встречало только огромное количество воинов, стражи, солдат и даже героев. Конечно, того количества что требовалось для представления у меня просто не осталось, и пришлось использовать раненых, способных ровно стоять на стене, но в целом Акио был мрачнее тучи, когда подходил к воротам со стражей из доверенных людей.

— Сколько его мариновать? — спросила девушка в алом кимоно, в последнее время похорошевшая и значительно повеселевшая. Невооруженным взглядом было видно, что интриги доставляют ей истинное удовольствие. — До недержания? Утомления или ярости?

— Так чтобы это не считалось угрозой или оскорблением. — нехотя ответил я. Все же у меня к парню оставалось несколько незакрытых счетов, и я собирался их взыскать. Но не ценой тотальной войны всех со всеми.

— Значит через полчаса он будет в клановом доме. — со вздохом сообщила Юн. — Придется постараться, чтобы соблюсти все формальности.

— Такая уж теперь у нас роль. — кивнул я, одним глазом проверяя, все ли в порядке. Отчеты от всех заместителей и служак сыпались в отдельную выделенную область интерфейса, и я мог одной мысленной командой прокручивать их, постепенно читая. Больше всего отчетов поступало от преподавателей новой академии, но и отчеты дозорных на внешней стене поступали регулярно, и оказались очень интересны.

В лесах соседнего острова — Геге, заметили активные перемещения. Даже со стены можно было различить несколько огней пожарищ, а несколько отрядов наблюдали за крупными схватками горилло-подобных монстров, одетых в доспехи, и привычных нам демонических зверей. Раньше от такой новости у меня волосы встали бы дыбом, но сейчас я лишь усилил охрану, из резерва, и распорядился послать нескольких магов земли для укрепления пострадавшего участка.

— Он здесь, господин. — сказала Юн, отрывая меня от раздумий. — В главном зале.

— Пусть подождет… скажем еще полчаса. По нервничает, прочувствует свой статус и то, что мы нужны ему, а не наоборот. — решил я. — Пусть ему предложат напитки и сообщат, что я занят делами клана, но скоро освобожусь.

— Пусть и формально, по праву сильного, но он глава Хэй. Десяти минут должно быть достаточно, больше — уже оскорбление. — возразила супруга. — Нужно сохранить приличия, если мы не хотим, чтобы он немедля отправился обратно.

— Согласен, удержать его нужно. — согласился я. — Пусть к нему выйдет Куват, как мой заместитель и градоначальник. А я подойду через двадцать минут.

— О таком варианте я не подумала. Конечно, любимый, как скажешь. — улыбнулась Юн, и что-то щелкнуло у меня в голове. Она вела себя чуть по-другому. Более расслабленно чем обычно, а раз так… нет, рано делать выводы. Позже мы сможем обо всем поговорить, сейчас нужно сосредоточится на встрече.

Двадцать минут — это крохотный отрезок, если ты занят важным или любимым делом, и огромный, если ты чего-то ждешь. Куват не обладал красноречием, необходимым для дипломата, и сам это прекрасно понимал, стараясь по меньше говорить. При соблюдении статуса — он лучше всего подходил для того, чтобы заставить Акио неуютно себя чувствовать. Другое дело — переговоры со мной.

Едва раскидав дела на заместителей, я поднялся из медитативной стойки, и позволив одеть на себя торжественное золотое одеяние владыки, вышел из кабинета в главный зал. Я молод, и, хотя уже знаменит, мне приходилось постоянно поддерживать свой высокий статус. И если для воина — это доспехи, то для владыки — одеяние пяти поясов.

Конечно, я не был одет только в полоски с золотыми нитями, на мне был длинный, в пол, белый кафтан, украшенный узорами клана — восходящим солнцем. Рукава, сходящиеся вместе отвороты, низ и ворот наряда — украшали золотые полосы. Те самые заслуженные пояса, от неофита до героя. А последний пояс — самый широкий, в две ладони толщиной, обозначал мой статус как Владыки — медный.

Все это было условностью. Я сам прекрасно понимал, что еще даже не перешагнул в каждом из путей ранг серебряного героя, и только грамотное владение Жизнью, Душой и Кровью, на одинаковом уровне, позволяли мне на равных сражаться с владыками, имеющими два ядра и столетние навыки. Да еще и тот «странник», сражение с которым чуть не стоило мне жизни, и это при том что он не бился в полную силу.

И все же… Каждая условность, каждый подчеркнутый жест или подтверждение высокого статуса, сейчас были крайне важны. Они словно гвозди в крышку гроба били по самолюбию угрюмого Акио, старающегося уверенно держаться, но не обладающего даже десятой доли того могущества, которое, по его мнению, было у меня. Игры разума, к которым молодой, принятый старейшинами, глава Хэй оказался не готов.

— А, господин Хэй Акио. — улыбнулся я, садясь на трон, и даже в таком положении возвышаясь над ним на целый метр. — Мне говорили, что вы прибыли, но к сожалению, я был занят делами клана. Извиняюсь за это. Можете подойти и сесть. — указал я, на принесенный крохотный помост, который должен был возвысить Акио среди окружающих. Вот только это «возвысить» даже близко нас не уравнивало. Так — сантиметров двадцать.

Щеки героя побелели от ярости, но всего на мгновение. Позади него — два десятка старейшин, многие из которых мне были смутно знакомы по академии. Бывшие преподаватели и послы. Даже пара одноклассников встретилась. Но я с ними почти не общался, так что повлиять на них не мог.

С моей стороны представителей тоже было достаточно. Только в свитах Юн и Аи — по девятке воительниц и героинь. Куват с супругой Ионой и пятеркой советников. Ичиро и Айаме — его девушка, отсутствовали, но вместо них сидели десяток героев от бронзы до золота. Клан Гуанг действительно возвысился, хотя скорее возник на пустом месте, словно столб дыма, а затем остался стоять скалой.

— Спасибо за приглашение в ваш чудесный дом. — чуть поклонившись сказал Акио, пересев на предложенное место, я заметил, как его к этому подталкивали несколько старейшин. А вот сам поклон был куда меньше, чем должен быть по этикету, да и в голосе его не было ни капли смирения. На его счастье высота моего трона позволяла этого не заметить. Сверху даже те, кто сидел прямо — казались чуть наклоненными.

— Я не мог отказать себе в удовольствии встретиться с вами. Врата академии открыты для новых учеников, из любых кланов, включая Хэй, и мне показалось несправедливым, если дети из ваших семей не получат возможности расти и становиться воинами, а может и героями, в нашем новом городе. — сказал я, с приличествующей слабой улыбкой. — Если кто-то из ваших людей хочет остаться и преподавать, в нашей академии найдется место.

— Очень великодушно с вашей стороны. — позволил себе улыбнуться в ответ Акио. — Но разве вы уже не набрали преподавателей для всех факультетов?

— Совершенно верно, сейчас у нас полностью укомплектован штат. Сотни учителей, воспитателей и суровых стражей. Приверженцы всех существующих путей, как старых, так и новых. — согласился я. — Возможно впервые в истории Чщаси появилась такая возможность для роста. Подумать только — даже старые адепты оказались способны к новым принципам обучения.

— Вы говорите о?.. — нахмурился Акио, а затем коротко обернулся на старейшин. — Разве это разумно, позволять вчерашним врагам учиться военному ремеслу? Что если завтра они вновь восстанут и пойдут войной на все кланы, начиная с вашего?

— Думаете у меня недостаточно осторожности? — усмехнулся я, показывая, что его сомнения могут быть восприняты как оскорбление старшему. Именно старшему, без всякой недосказанности. Он сам это признал, согласившись занять предложенное место, да и ранее, на переговорах у плотины. И судя по лицам старейшин нравилось это далеко не всем.

— Я не это имел ввиду. Прошу прощения, не хотел проявить неуважение. — едва заметно поморщившись сказал Акио. — Если вы сочли это нужным, значит имели на то свои причины, надеюсь только вы нас в них посвятите.

— Очень разумный подход. — с удовольствием ответил я, поймав себя на мысли что хочу повторить движение Гуань-Юнь и ударить себя по колену кулаком. Это что, такой характерный для всех владык крови жест? Нет, мы как-нибудь без него обойдемся. — Все довольно просто, и я не делаю из своих планов секрета. Вы видели к чему они приводят. Открытый Шунюанем прорыв в хаос — прекрасный тому пример.

Нас окружает тьма, ужас и демонические твари, готовые сожрать любого. Моря и океан полны чудовищ, от которых бегут даже закаленные в глубинных войнах наги. Впрочем, об этом вы знаете не хуже меня, но и на суше дела обстоят не лучше. Мы защищены от наружного мира только стеной, которую пробивают каждый год, и небольшим перешейком, переставшим быть проблемой для монстров. Если мы не изменим наше общество — в скором времени погибнем.

— Чщаси простоял на протяжении десяти тысяч лет, и выстоит еще столько же. — убежденно сказал временный глава Хэй.

— Не сомневаюсь. Вот только выстоял он благодаря тому, что все народы острова бились вместе, на одной стороне. Пусть клановые войны никогда не прекращались, они же при первой опасности объединяли силы. Учились, тренировались ели и спали вместе. Не смотря на некоторую напряженность в наших отношениях — у нас общий долг — защита острова. Надеюсь с этим никто из присутствующих не будет спорить?

— Наша родина, едина для всех. — горячо согласился Акио, выпрямив спину.

— В таком случае я рад что ученики из Хэй смогут получить необходимые для жизни навыки в стенах нашего города. Ни к кому у нас не будет предвзятого отношения, и каждый получит ровно столько знаний — сколько сможет впитать. — кивнув пообещал я. — Надеюсь вас не смутит цена такого обучения, полностью равная аналогичному в старой академии.

— Мы пришлем учеников, но прежде нам необходимо разрешить один крайне щекотливый вопрос. — подал голос самый важны из старейшин Хэй.

Словно готовясь стать владыкой, он был наряжен в синие цвета платье, с золотой окантовкой, но хоть постеснялся пояс цеплять, обойдясь пуговицами. Золотой герой, вечный претендент во владыки. Судя по возрасту ему было не меньше двухсот лет, а значит на следующую ступень ему не перейти никогда — тело уже не выдержит. Все это выпячивание статуса и роли в совете старейшин, только усугубило оскорбление, которое он только что нанес главе клана — перебив наш диалог. Вот только Акио смолчал.

— Как только вы будете готовы говорить, о конкретике, я сс удовольствием вас выслушаю, господин Хэй Акио. Или же вы хотите, чтобы наши слуги решили этот вопрос?

— Нет. Нет, я готов к обсуждению. — оправился юноша, кажется только сейчас поняв, что произошло. — Отец ежегодно платил подать академии рыбой и черной эссенцией. По сто килограмм еды и два ящика элексиров за каждого неофита и адепта. По триста килограмм рыбы и пять ящиков зелий за воинов. В год, естественно.

— Весьма внушительный взнос, и мы готовы принять его в том виде в котором вы привыкли, или можем немного изменить соотношение. — ободряя собеседника улыбнулся я. — В отличие от господина Шен мне не нужна эссенция, у нас ее более чем достаточно. В то же время вызывать дождь для полива полей — несколько проблематично, так что я буду признателен если мы рассмотрим вариант с поставкой еды в большем количестве. Если нет — ничего страшно. У нас найдется кому и на что обменять эссенцию.

— Мы… — начал было тот же старейшина, но Акио резко обернулся, и говоривший мгновенно умолк. Интересно, в каких они отношениях, что старик позволяет себе даже мысль, перебивать главу клана. Уверен, при Хэй Хи такой ерунды не было.

— Мы подумаем над вашим предложением, и примем решение в течении нескольких дней. — чуть откашлявшись сказал, сворачивая всякие обсуждения, временный глава рыбаков. — Но прежде, мы должны решить судьбу моей сестры Лин. Она находится у вас в гостях, я понимаю, но как ее брат я прошу вас организовать нам встречу.

— С большим удовольствием, больше того, я настаиваю на подобной встрече. — поддержал я Акио. — Не дело брату с сестрой ссорится. Однако ради безопасности всех участников, предлагаю, чтобы встреча прошла в присутствии третьей стороны, нас. Чтобы не было никакого недопонимания и риска конфликтов.

— Прошу прощения, но ваше присутствие не слишком желательно. — чуть замявшись ответил он. — Все же, вы можете повлиять на принятые ею решения и слова.

— Совершенно верно, как и на ваши или ваших советников. — не стал я спорить. — Вот только я отвечаю за жизнь и безопасность своих гостей, и не могу допустить чтобы в моем доме пролилась кровь. Это моя обязанность как хозяина, надеюсь вы понимаете.

— Хорошо, я согласен. — помрачнев ответил Акио. — Пора уже поговорить.

— Вот и славно. Аи, дорогая, не могла бы ты пригласить нашу гостью к чаепитию? А Юн пока все подготовит. — приказал я, и обе супруги, в сопровождении свиты исчезли. Остался только отряд Кувата, большая часть старейшин Хэй, и мы с противником, опять попавшим в щекотливое положение.

Я прекрасно понимал задачу Акио. Победа над сестрой, хотя бы дипломатическая, была важнее воздуха. Его генералы и военачальники сомневаются в своем выборе, после проигрыша у плотины. Хорошо еще что там не случилось сражения, хотя я об этом иногда жалел, убить мерзавца и дело с концом. А так — политика. И она требовала нам улыбаться друг другу и расшаркиваться, в то время как наши войска, готовые к бою, стояли на границе территорий. Именно там сейчас находился Ичиро.

А мы беседовали и ждали пока принесут чай. О засухе, о пролившемся дожде, о стремительно отступающих на северные рубежи отступниках. Ни о чем, и обо всем вскользь. Даже его слова о плате за обучение — не более чем уловка чтобы расположить меня, и дать ему больше пространства для маневра. К счастью в эту игру можно играть вдвоем, а в моем случае — вшестером.

Каждое слово я пересылал Аи, Юн, Кувату, Бому и Ичиро. Я не мог охватить всех тем, но так уж вышло что мои советники осваивали разные пути Ци, профессии и даже хобби для развития способностей, что бы не сказал Акио — у меня всегда имелся почти идеальный ответ. А исходя из вопросов уже формировалось мнение о сфере интересов, возможностях и предпосылкам.

«Он находится в крайне шатком положении». — в конце концов написала Юн. — «Старейшина в золоте, это Хэй Пуанг — его первый наставник и мастер. Как второй отец. Конечно, на встрече глав он себя так вести не должен, но в то же время и перечить ему Акио не может. Выходит именно Пуанг возглавляет блок поддерживающий Акио, и переубедить его, отвратить от ученика, мы не сможем. Предлагаю убить».

«Не в нашем доме, Юн. Даже не думай». — ответил я, мельком взглянув на старика героя. Темные прожилки вен на висках, воспаленные глаза и крайняя сухость. Значит его основной аспект — Юань-ци, а вторичный — Сюэ-ци. Сильный противник, но не выносливый, к тому же мастера крови часто импульсивны, чего нельзя сказать про душу. В целом, я бы не хотел сходиться в поединке с этим мастером, но, если придется — уверен в своей победе, пусть и дорогой ценой.

«Мы входим». — предупредила Аи, и оглянувшись я едва сдержал желание протереть глаза.

Лин затмила собой даже моих супруг. Девушка была одета в платье цвета морской волны, с соответствующими статусу регалиями, клановыми узорами и небольшой брошью с голубым камнем. Из высокой прически выбивались кудри, словно пена прибоя. Но больше всего меня поразил цвет ее волос — фиолетовый, переходящий в розовый. Почти полностю совпадающий с цветом радужки измененной искусством Юань-ци.

— Спасибо что пригласили меня, господин Гуанг Валор. Здравствуй, брат. — поклонилась, как родственнику и мужчине, Лин, но тут же гордо выпрямилась, не позволяя принять этот жест за слабость.

— Приветствую тебя, сестра. — ответил, чуть растерявшись, Акио. — Ты решила избавиться от черной краски? Но почему сейчас, в чужом доме.

— Избавится? — в полголоса спросила севшая по левую руку от меня Аи. — Я думала она подкрасилась.

— Нет, это мой естественный цвет. — улыбнулась Хэй Лин, присаживаясь на точно такой же помост, что и ее брат. Вот только она успела взять подушечку и в результате сравнялась с ним ростом. Теперь родственники смотрели глаза в глаза. — Мне больше нет смысла скрывать своей сути. О нагах, как и о прочих монстрах, знают все. Моя мать была наполовину нагой, внучкой вождя народа, ставшего союзником Хэй в тяжелые времена.

— Получается, что вы дикарка? — мило улыбнулась Юн, отдавая распоряжения служанкам, супруга села по правую руку от меня, чуть позади, но я успел увидеть в ее глазах плохо скрываемый гнев.

— Скорее принцесса. — легко кивнув, будто, не заметив колкости ответила Лин. — У наг сохраняется строгая династическая структура, а некоторые даже ведут свое родовое древо от начала времен.

— Это все очень интересно, но… прошу прощения. — Юн быстро взяла себя в руки. — Дорогой, мои служанки долго готовились к этой церемонии. Будет жаль пропадать такому ароматному букету.

— Если ты так говоришь. — улыбнулся я, поднимая пиалу. — Пусть с чаем не говорят тосты, но я пожелаю всем нам разрешать споры за столом, с чаем в руках, а не на поле брани с оружием.

— Не хотелось бы становиться вашим врагом. — сухо улыбнулся Акио, все еще не пришедший в себя от вида сестры. Следуя моему примеру, он отпил горячего чая, и даже прикрыл глаза от удовольствия. Что не говори — чай, что отравленный, что нет, удавался Юн на удивление хорошо. Даже потрясающе.

Но стоило мне открыть глаза и всякие мысли об удовольствии исчезли. Акио замер, но не от вкусов, его мышцы, все до одной свело, он задрожал и уронил пиалу.

«Это не мы!» — мгновенно поняв ход моих мыслей написала Юн.

— Господин! — вскочило несколько старейшин Хэй со своих мест. — Они отравили господина!

— Назад! — рявкнул я, достав половину глефы. — Аи, вылечи его! Куват, перекрыть все входы из города и дворца. Кто бы это не сделал, я найду виновного.

–\\–

Поддерживать надо автора, поддерживать. Доброе слово и кошке приятно, а уж человеку творческому — еще больше.

Как думаете — кто?