Вернувшись к ребятам, мы рассказали о принятом решении.

– Хрен нам, а не Ориноко, – дополнил я сказанное Чернухой.

– Барракуда его дери! – пробурчал Бодрый.

Ругательство ему явно понравилось, что не удивительно. Мне, впрочем, тоже.

– И что будем делать? – спросила Чернуха.

– Уходить без меня, – спокойно ответила Ксюша.

– Это исключено! – Чучундра сказал, как отрезал.

– Ни фига это не исключено! – возразила Ксюша. – Это вообще ничего не меняет. Вы уйдете, я останусь. Они что, меня убьют? Дудки. Им это незачем. Затем вы претворите план в жизнь, опресните залив, доберетесь до программаторов платформ, запросите десант, и этим долбанутым амазонкам незачем станет держать меня в заложниках.

Ей никто не ответил. Все задумались.

– Давайте на борт, – приказал Чучундра. – Там прослушка не действует, реликт ничего не пропустит наружу. И мне под броней спокойнее, даже с учетом наличия минерала.

Стоило мне услышать про минерал и реликт, меня словно громом поразило. В моей голове возникла столь чудовищная мысль, что заотелось ее тут же высказать, но я сдержался. Лишь когда мы все оказались в коридоре батиплана и задраили шлюз, я сказал:

– Мы не сможем опреснить залив, это точно.

– Какая муха тебя укусила? – поинтересовался Чучундра.

– Да подумайте сами! – Я обвел всех взглядом. – Вообще удивительно, как мы это сразу не поняли. На момент противостояния на острове была база, тут были военные, в задачу которых входило остановить миграцию экзотов с материка. Военные каким-то образом перегородили северный рукав дельты Ориноко, чтобы пресная вода перестала поступать в залив Пария. Когда вода стала соленой, они запустили в залив биотехов. А теперь внимание! Экзоты в это время где находились?

– На материке, ну и что? – спросил Бодрый.

– Да то! – раздраженно произнес я. – Если там, на материке, стоит шлюз, который можно открыть, что мешало его открыть экзотам и провернуть то, что мы сейчас собираемся провернуть? Экзотам достаточно было открыть шлюз, опреснить залив, биотехи в нем сдохли бы, затем экзоты спокойно могли форсировать водную преграду любым способом, занять остров и всех тут перебить. Если они этого не сделали, что это означает?

– Воду пустить не получится, – ответил Чучундра. – Там нет шлюза. Русло или взорвано, или необратимо повреждено другим способом. Долговязый прав. Если бы он был не прав, экзоты бы уничтожили базу.

Мы перебрались в рубку, девчонки заняли места в креслах, Чучундра на откидном стульчике, а мы с Бодрым уселись на палубу.

– Жаль. – с сокрушенным видом сказала Чернуха. – Какой изящный был план!

Но тут Ксюша подняла голову и сказала:

– Я была экзотом и считала себя неуязвимой. Но всего пять человек с копьями лишили меня этой иллюзии. Потому что когда ты экзот, а к тебе приближается минерал, это больно так, что словами не описать. То, что экзоты не смогли открыть шлюз, не значит, что его нет. Просто военные, ограничив сток пресной воды в залив, наверняка защитили подходы к шлюзу чем-то вроде мин, кусочками закопанного минера, а может даже залитого строительным композитом.

Мы переглянулись. Это прозвучало очень убедительно, особенно из уст Ксюши.

– Но тогда, в любом случае, мы не сможем подойти к шлюзу на «Толстозадом», – прикинул Чучундра. – Броня из реликта с минералом не совместима.

– Пешочком пройдете, – съязвила Ксюша. – Ноги не отвалятся.

– Тебя мы все равно не оставим! – заявила Чернуха.

– По этому поводу я уже все сказала. – Ксюша отмахнулась.

– Ты сказала, а мы не послушали. – Чернуха показала Ксюше язык.

– Погодите! – остановил я их.

В моей голове сначала возникла совершенно безумная мысль, затем она начала вызревать в какое-то подобие стройного плана.

– Мне кажется, есть способ, как уйти вместе со Змейкой, – произнес я и принялся излагать посетившую меня идею.

Выслушали меня с большим интересом, и хотя идея была на грани безумного бреда, а то и за гранью, яростных возражений никто не привел. Самой же Ксюше идея явно понравилась.

– Гениально! – произнесла она. – Комар носа не подточит!

Эмоции эмоциями, но лично я видел в своем плане как минимум одну пока нерешенную проблему, и на ее решение у нас было всего несколько часов. Озвучивать проблему я никому не стал, потому что ткни я всех в нее носом, разумность плана могли поставить под сомнение, а другого у меня не было. Этот родился – и то большая удача.

Мне понравилось, что в этом плане соединилось все, что мы поняли за последние дни – и Ориноко с ее притоком, и шлюз, и программаторы в теле платформ, и переселение аборигенов на материк, и сброс десанта охотников. В теории это было настолько круто, что у всех глаза загорелись, и мне не хотелось их гасить. Поговорить следовало только с Ксюшей, потому что именно ее и только ее касалась замеченная мною проблема.

Я предложил всем разойтись по боевым постам и как следует погонять в режиме симуляции, чтобы пробудить рефлексы и навыки, до предела их накрутить перед сложнейшей миссией, которая нам предстояла. На самом же деле это было предлогом, мне просто надо было остаться наедине с Ксюшей в стрелковом комплексе.

Пропустив ее в отсек, я задраил шлюз.

– Долговязый, погоди! – остановила она меня. – Пожалуйста, прослушай!

– Да не собираюсь я тебя трогать, расслабься! – Я отмахнулся и плюхнулся в кресло. – Я все понимаю, у тебя сложный период, и все такое. Не дрейфь, я не буду претендовать на твое тело.

– Спасибо. Для меня это важно. Ты лучший.

– Садись и послушай меня, это гораздо важнее, чем наши с тобой сексуальные отношения, точнее их предстоящее отсутствие. Это касается моего плана.

– Хорошо! – Ксюша с готовностью уселась в кресло.

Такой мне ее видеть не приходилось. Какие угодно в ней качества я замечал, но не покорность. Тем более мне. Ну, ладно. В одну реку не входят дважды.

– В моем плане есть один серьезный изъян, – начал я. – Проблема, для которой я пока не нашел решения. Это касается тебя и только тебя.

– Хорошо, слушаю. – Она кивнула.

– Смотри. Ты не можешь вместе с нами отправиться на батиплане, тебя аборигены не отпустят. Это значит, что когда мы покинем бухту и выйдем в океан, ты должна быть на виду. Ну, условно говоря, махать нам платочком с пирса.

– Да, это понятно.

– При этом твоих передвижений никто не ограничивает, и когда мы выйдем в океан, ты вообще перестанешь кого-то интересовать и можешь пойти прогуляться.

– Ну, да. Мы же это обговорили, – с нетерпением произнесла Ксюша. – Проблема в чем?

– Дослушай. Попасть на батиплан ты можешь только одним образом. Ну, типа пройти прогуляться, а затем рвануть вперед через остров, а мы тебя подберем на берегу. В этом суть плана. А теперь о проблеме. Мы не сможем тебя подобрать на берегу.

– Почему?

– Да потому, что ты до берега не доберешься, тебя убьют земноводные. Все привыкли к твоей неуязвимости, и упусти из виду эту важную деталь. Ты теперь уязвима, при попытке приблизиться к берегу десятки, даже сотни патрульников рванут тебе на перехват и не дадут добраться до воды.

– Ну а прикрыть из пулемета? – прикинула Ксюша.

– Прикрыть из пулемета, это значит молотить в гущу патрульников со стороны океана, в сторону джунглей. А в джунглях ты.

– Напиши боевой профиль, чтобы пулемет не стрелял по линии, на которой находится человек.

– Напишу, безусловно, но это мало что изменит. Это помогло бы против нескольких десятков тварей. Но вспомни, сколько их ломанулось, когда пытались сбросить нам груз? Там были сотни, лазерные пушки с их безумной скорострельностью едва справлялись, а ты хочешь, чтобы пулемету огня хватило. Не хватит ему огня.

– Не хватит, – согласилась Ксюша. – Блин. И что делать?

– Решение есть. Я его изначально держал в голове. Нужно взять под контроль донную платформу и перевести ее боевое охранение в режим пассивного патрулирования, без возможности нападать на людей. Тогда ты пройдешь мимо патрульников, они тебя не тронут.

– Дичь! – Ксюша поежилась. – Я думала, что это у меня чердак потек основательно. Ты уверен, что это вообще возможно? Может у платформ так мозги заклинило, что они уже не могут не нападать на людей?

– Уверен. Программатор – это простой нейроконтроллер. Это не мозг, это пульт управления мозгом. Ну, по аналогии с программатором торпеды.

– Во-во, уже начались аналогии, – пробурчала Ксюша.

– Да нет же! – Я был уверен, что прав. – Пульт необходим. С него, наверняка, можно заблокировать ракетные шахты, или ввести координаты для пуска, или ввести характеристики целей, по которым можно стрелять, а по каким нет. И наверняка есть функции управления боевым охранением, хотя бы самые простейшие, вроде перевода в пассивный режим или выбор целей из банка.

– Это предположения! – резонно заметила Ксюша.

– Но ты ничем не рискуешь! – ответил я. – Изначально ты вообще собиралась остаться на базе и подождать нашей победы, после которой десант охотников тебя вызволит. Не так разве?

– Ну, так.

– Если мои предположения не верны, ты останешься на базе, мы претворим в жизнь наш план, обеспечим высадку десанта, и тебя освободим. Если же они верны, то я возьму под контроль платформу, и пальну ракетой в небо, что станет для тебя знаком, мол, путь свободен.

– Ну ты рисковый, барракуда тебя дери!

Я рассмеялся и произнес:

– Классное ругательство получилось. Это я придумал, не Бодрый.

– Серьезно? Ну, да, прикольно. Так, по пиратски. Ладно, по сути ты прав. Или получится, или не получится. Я либо зайду на борт «Толстозадого» и мы вместе отправимся в дельту Ориноко, либо останусь на базе, буду ждать освобождения, как принцесса, заточенная в замке драконом. Но для тебя это чудовищный риск. Платформу даже убить сложно, не то что к ней подобраться.

– А, ты же не знаешь про импульсар! Это изобретение местных. Мы на две минуты можем парализовать платформу вместе с боевым охранением. Испытано на прошлой платформе.

Пришлось подробно рассказать ей об импульсарах и о том, как мы собирались уничтожить платформы.

– Импульсары под контролем островитянок, – произнесла Ксюша. – Ты же сам сказал, что личинки с прицепленными импульсарами уже плавают у двух намеченных платформ к востоку от острова. Их не направят к другим платформам по твоей просьбе.

– На это расчета не было, – с усмешкой ответил я. – Но если бы у меня не было импульсара, я бы не стал придумывать этот план. Дело в том, что мы недавно разрабатывали несколько тактических схем по штурму сложной ракетной платформы, которая растет в заливе Пария. Мы не хотели атаковать ее с севера, потому что тогда пришлось бы переть на батиплане через узкий мелководный пролив, кишащий тварями. С юга тоже обходить не хотелось, во первых, там тоже пролив, во вторых, далеко, много боеприпасов уйдет. И мы разработали план с использованием гравилета. Типа, парализуем платформу, затем быстро летим на гравилете в течение отпущенных двух минут, пока платформа нас не собьет, достигаем огневой позиции, и, не давая платформе очухаться, снова парализуем ее, на это раз выстрелом из ружья снарядом, в котором еще один импульсар. И когда она отключится, пускаем гарпуны и улепетываем.

– Хорошая схема, – оценила Ксюша.

– Ну, мы ее придумали на всякий случай, но подготовку начали, и заказали под тяжелое ружье снаряд с импульсаром внутри. Нам его сделали, и он лежит в арсенале.

– Барракуда дери! – воскликнула Ксюша. – Вот это номер!

– Этот номер я и намерен использовать. Но есть проблема, о которой я хотел рассказать.

– Еще одна? – Ксюша вздернула брови.

– Нет, то все не проблемы, то я объяснял план. Проблема в другом. Понимаешь, нам нужно взять под контроль не любую платформу, а только платформу в южной части острова, чтобы высадить десант. Но ты не сможешь пешком быстро добраться от базы до южной части острова.

– Зачем брать под контроль платформу? Убить ее, и все.

– Нет. Если мы убьем платформу, это откроет небо, даст возможность сбросить десант. Но земноводные никуда не денутся. Их тут так до фига, что именно они станут представлять самую большую опасность для десантников после высадки. Потери будут чудовищными, а скорее всего десант вообще уничтожат. Платформу придется брать под контроль, и именно в южной части острова. Ближе к базе нет смысла, так как лазерные пушки базы лупят километров на тридцать и не дадут никому приземлиться.

– Ну, тогда на самый юг переться нет смысла. Можно просто выйти за пределы действия лазерной батареи, это достаточно.

– Да. – Я кивнул.

– То есть, мне надо пешком преодолеть тридцать километров по джунглям? – уточнила Ксюша.

– Лучше сорок, для гарантии.

– Так. Если не спать, не есть и не писать под кустиками, то сорок километров, это десять часов непрерывного марш-броска.

– Налегке, – уточнил я. – Взять можно только пару картриджей «лимонада», все остальное привлечет внимание.

– Хорошо, налегке. Допустим, пары картриджей «лимонада» мне хватит, чтобы не загнуться от жажды и не получить тепловой удар в течение десяти, а то и пятнадцати часов. Допустим, я буду держаться подальше от берега, куда земноводные не добираются. Ориентироваться можно по солнцу, с учетом его смещения на пятнадцать градусов в час. Допустим, за мной не отправят погоню.

– Многовато «допустим», – согласился я.

– Но на базе «Донузлав», по степи, мы делали марш-броски с оружием на шестьдесят километров, и укладывались за двадцать часов. Значит, без оружия за тринадцать часов по степи я бы сорок километров сделала. Джунгли не степь. Но наверняка тут есть остатки дорог…

– Я бы на это не очень рассчитывал. Во время экспедиции в баллистический порт приходилось прорубаться.

– Ясно.

– Плюс местность очень пересеченная. Холмы, даже горы.

– Горы? – заинтересовалась Ксюша. – Но это же меняет дело в лучшую сторону!

– Как?

– Ну, смотри. Почему мне надо преодолеть сорок километров? Потому что лазерная батарея лупит на тридцать, и надо выйти за эту дистанцию. Но если тут горы, да пусть даже холмы, мне достаточно обогнуть ближайшую складку местности, прикрыться ей от лазеров, они же только по прямой лупят, и выйти к берегу. Получается, тебе надо взять под контроль ближайшую платформу у западного берега, дезактивировать ее земноводные патрули, и все. Мне при этом нужно преодолеть не сорок километров, а максимум десять, это же вообще ни о чем. При таких раскладах я могу даже взять легкий карабин на всякий случай, если вы припрячете его для меня в кустах возле бревна, где мы ели рыбу.

– Не-не! – Я покачал головой. – Речь же не только о тебе, но и о высадке десанта. На земле ты можешь прикрыться складками местностями, но когда сбросят десант в десяти километрах от базы, их покрошат лазерами.

– Ты тупишь, Долговязый! – Ксюша рассмеялась. – Зачем вообще нужно сбрасывать десант на остров, если вы собираетесь опреснить весь пролив Пария? Десант можно сбросить на материк, вообще хоть до баллистического порта их доставить, потом сюда на бронированных амфибиях. И они, через опресненный залив, в котором не останется биотехов, без всякого труда переберутся на остров. Не пешочком, а на боевых машинах.

Я аж из кресла вскочил, представив эту картину. Это меняло все! Абсолютно. Это вообще избавляло нас от необходимости брать под контроль несколько платформ, на что у нас не было при себе достаточного количества импульсаров. Нам достаточно взять под контроль одну, и на это импульсар у нас есть. Всего одну платформу, только чтобы взять на борт Ксюшу, и в полном составе рвануть в дельту Ориноко. Там найти шлюз, если он есть, опреснить залив, и вызвать десант на материк, а не на остров. Если же шлюза нет, связаться с Хаем и вместе разработать дальнейший план на основе полной информации.

– Вот барракуда! – воскликнул я. – Это же реальный отрыв башки! Надо рассказать ребятам!

Первым побуждением было включить общую связь и всех оповестить, но Ксюша меня остановила. Мы же не вникали в устройство электронных средств корабля, возможно, даже внутренняя связь дублировалась на какой-то из радиочастот, а нам совершенно ни к чему было делиться информацией с аборигенами. Пришлось перебраться в рубку и рассказать все живьем. Ребята восприняли это с воодушевлением.

Бодрый похвастался, что сделал страховочные элементы в арсенале, и теперь там на любых виражах заряжающий в безопасности. Осталось лишь припрятать для Ксюши карабин на нашем месте, но это вообще не представляло трудности, если замаскировать поход под очередную рыбалку к ужину. Кто там будет считать, три карабина мы взяли, или четыре?

В общем, мы были полны решимости и всецело готовы к претворению в жизнь нашего плана, который уже не казался мне столь безумным, как вначале. От масштаба предстоящих последствий голова шла кругом. Если нас ждет успех, это кардинально изменит расклад сил в регионе между людьми и тварями, сместив его в пользу людей. Мы освободим от биотехов огромную акваторию, весь залив Пария, и не в море, а в океане, да еще получим огромный остров с инфраструктурой. Это уже действительно можно было назвать штурмом бездны. Это вам не селедку веслом глушить, барракуда ее дери!