Вырваться из Чертогов Вечного Пира оказалось проще, чем попасть в них. Сестра Солнца взмахнула рукой, и пространство ее «сада» расплылось, как акварель под дождем. Через мгновение мы с Винсентом уже стояли у входа на янтарную лестницу, но изнутри больше не доносились звуки бесконечного пиршества — только негромкий шелест листьев. Врата, украшенные золотыми барельефами в виде цветов и солнц, сомкнулись с тихим звоном — аудиенция была закончена.

Серый туман в глазах Винсента медленно рассеивался. Поддерживая его, я пошел к ближайшему месту отдыха у водопадов — нужно было слегка прийти в себя.

Итак, главное сделано — рикс освобожден. А вот остальное… в голове огненным набатом бились последние фразы Сестры Солнца и мерцала улыбка Хитрейшего. Недаром Хранитель Вечности носил свое имя — он не просто так подстроил похищение Винсента, а разыграл партию с самой Сестрой Солнца, снова использовав меня как фигуру на доске. Несомненно, это было послание — предложение мира, союза, нейтралитета — с отсылкой на неизвестные мне обстоятельства. И, судя по реакции небесной Восходящей, она его приняла.

Герой и торговец. Королева молний. Сестра Солнца — продано!

— Лед видит, партия в сферы может стать началом или концом союза, — задумчиво произнес Кейнор, — Сферы — это не просто игра. Слова лгут, ходы в сферах — никогда. Клятву можно нарушить или обойти, характер, показанный в игре — не изменишь. Запомни, Сигурд…

Он замолчал, будто подбирая слова.

— Лед слышит, когда тебе предлагают сыграть в сферы — тебя хотят узнать по-настоящему.

Страшно подумать, что произошло бы, будь ее ответ отрицательным. Похоже, у Залии действительно появился бы новый «цветочек», а может — и не один. Судя по обращению с золотым Предметом, своими же слугами и всем остальным, Хранители в пределах Вечности ощущали себя полновластными хозяевами…

И еще она недвусмысленно предложила разделить сферы влияния.

«Нам нужен Исток, вам — Единство. Пусть так и будет».

Вернее, даже не предложила — мнения фигур никто не спрашивал. Хранители Вечности договорились — и решили именно так. Золотые Варвары не будут вмешиваться в дела Единства. Но что это означает для нас, землян? И почему, черт побери, почему все они говорят об этом именно со мной, будто Сигурд Морозов лицо, которое единолично представляет землян и распоряжается этим несуществующим Истоком?

Ответ был один — они знают будущее. Или, наоборот, хорошо помнят прошлое?

Я взглянул на новую золотую Руну в своей Скрижали. Дар Сестры Солнца был Сагой…

Тем-Чей-Ранг-Неизвестен

Руна-Сага

Качество: золото

Активация: 120 капель Звездной Крови

Описание отсутствовало — такое бывало в случае созданных вручную Саг, которые Восходящий не пожелал подписывать. Такой же безымянный подарок на свадьбу преподнес мне Эйрик.

Несмотря на предупреждение Морвейн, отвергать дар Сестры Солнца было бы глупо и опасно. К тому же он мог пролить свет на тайны моего прошлого, ведь Хранительница сказала, что он содержит «частицу того, кем ты был. И кем, быть может, станешь вновь».

— Сигурд? — Винсент, наконец, окончательно пришел в себя. — Это ты?

— Да, черт побери! Это я, Винс. Ты в порядке?

— Кажется, да… Где мы, буря?

— У логова Золотых Варваров, — я кивнул на огромный Чертог. — Помнишь, как тебя туда затащили?

— Я вошел в Фонтан Грез, — сказал Винсент чуть отстраненно. — А дальше… Это была ошибка, доннерветтер! Минос послал за мной? Сколько прошло времени?

— Примерно сутки. Зачем ты полез сюда? Я же предупреждал…

Я не смог сдержать раздражение, и в глазах обновленного рикса полыхнул гнев. Крутой мужик — и он не привык, чтобы ему читали нотации.

— Послушай-ка, Сигурд, — тяжело произнес Кассиди. — Я рикс, а не собачка на привязи, буря! Я всегда шел первым — в Порталы, Домены, Вечность! Кто, если не я? Те… кто за тобой, могут быть… не совсем честны, доннерветтер! Почему мы должны их слушать? В Единстве никто и ничего не приносит на блюдечке. Свое надо брать самим! Нашему Народу нужны знания — но не те, что нам скормят, как подачку, а добытые, буря, из независимых источников!

— Много слов, Винс, — я предупреждающе положил руку ему на плечо. — Я понял. И тем не менее — ты едва не оставил нас без вождя.

— На этот счет переживать не стоит. Знаешь, как говорят в Единстве? Пустой трон зовет быстрее рога войны! — мрачно усмехнулся Кассиди. — И потом, все шло нормально, пока я не залез в этот чертов Фонтан… Ладно, буря! Как тебе удалось меня вытащить?

— Триста Монет, — сказал я.

— Что, буря?

— Твое освобождение, отец моей жены, стоило триста Звездных Монет, — спокойно ответил я. — Мне пришлось заложить Небесный Ястреб.

— Доннерветтер! — после небольшой паузы мрачно промолвил рикс. — У меня столько нет, Сигурд.

— Твои Руны целы?

Я прекрасно знал (из дневника Миноса), что рикс взял с собой пятнадцать Рун для продажи — из числа трофеев и тех, что были изготовлены с помощью Скрипторума и помечены Морвейн как потенциально опасные. Но до Контракции он так и не добрался. Выручить за земные Руны можно было немало, плюс Винсент распоряжался всей звездной казной фригольда. В ином случае мне придется просто потерять триста Монет за «прокат» Аграфа Стойкого Разума — а эту Руну стоило оставить себе. Сестра Солнца явно узнала артефакт и сказала что-то про «личные запасы Хитрейшего». Очень любопытное украшение! Да, Стойкий Разум не помог против неба, однако в иных обстоятельствах он мог быть просто бесценным. За последнее время мне пришлось пережить две смертельно опасных ментальных атаки — Вершителя и Найтфир, — не говоря о том, что обитатели Вечности обожали покопаться в чужих мозгах…

А для рикса эта плата пусть послужит уроком — что дерзкие вылазки в Вечность отнюдь не бесплатны… Разговоры и упреки бессмысленны, может, хоть это удержит его от новых приключений? Хотя, зная авантюрную натуру Винсента и его легендарное упрямство, очень вряд ли…

— Да, с Рунами все… в порядке, — по молниеносному жесту рикса я понял, что он проверил Скрижаль. — Ястреб нужно вернуть… Триста Монет, говоришь… Как так вышло, Сигурд?

Врать я не собирался, и в нескольких фразах обрисовал ситуацию с золотым Предметом, защищающим разум, залоговым обязательством и ценой, назначенной контракториями. Глаза Кассиди блеснули:

— Артефакт Стойкого Разума, говоришь? Можешь показать?

Увидев Аграф, он мрачно засопел, а потом рубанул ладонью воздух:

— Ничего себе! Ладно, доннерветтер, долги нужно возвращать! Поможешь разобраться с торговлей? И вообще — какие планы? Возвращаемся домой?

— Мне нужно дождаться Морвейн, — сказал я, открывая Астральный Компас с картой Золотого Города. — Предлагаю сначала разобраться с деньгами. А потом ты расскажешь мне, нашел ли то, что искал…

Я показал Кассиди Контракцию — вернее, один из ее филиалов в Золотых Аркадах. И объяснил, как получить у изваяния Хитрейшего временный Навык Искусства Торговли, а затем — как воспользоваться торговыми механизмами Вечности. Это заняло время, но оно все равно было, и потом — я хотел, чтобы рикс все сделал сам — показывать, что я уже владею Искусством Торговли не стоило. Зачем лишний раз вызывать подозрения? Пусть убедится, что его никто не обманывает и сам проведет несколько торговых операций, избавляясь от ненужных Рун. Благодаря Скай я примерно представлял, что у него там и сколько это стоит, плюс дотошная нейросеть рассчитала, что за половину цикла фригольдеры уже выполнили немало заданий Наблюдателя, а это означало, что в мошне главы колонии имеется не менее сотни-другой Звездных Монет. Так что разорение нам точно не грозило — Дикая Охота была весьма щедрым сезоном.

— Есть, — наконец очнулся Винсент. — Это просто… буря! Вот твои триста. Выкупай, золото нам пригодится. Благодарю, что рискнул и выручил! Молодец…

Он коротко, но крепко обнял меня. Странное ощущение. Отражение, что создал рикс, до боли походило на Мрака — такой же типаж, шевелюра, подбородок и изгиб губ, — и было до боли трудно видеть в нем друга и союзника… но в Кассиди-младшем всегда ощущалось что-то диковато-варварское, готовое вырваться наружу, а молодой Винс… ну как молодой, аватару лет тридцать на вид, и его легко было представить в армейском кидо с плазменной винтовкой наперевес, ведущим штурмовой отряд сквозь джунгли Пацифики или искромсанную городскую застройку. Чистый боевик, причем непростой, профи. Интересно, какова вообще была его специализация в проекте «Космо»?

Злиться на Винса было сложно — рикс таков, каков он есть. В мою Скрижаль пролился дождь Звездных Монет, через несколько мгновений перекочевавший в распоряжение Контракции. Ко мне вернулся Небесный Ястреб, а рядом с ним отныне сиял мой Аграф Стойкого Разума — Предмет, что обошелся в астрономическую по меркам фригольда сумму — шестьсот Монет. Стоила ли сделка того? Конечно, стоила — товар всегда стоит ровно столько, сколько за него просят, особенно если это единственное предложение…

— Я взял еще десять серебряных Рун, — сообщил Кассиди. — Нулевок — Матиас сам сделает Развития. И еще… раз время есть, мне нужно кое с кем встретиться. Составишь компанию?

Я поднял бровь — встретиться? Здесь, в Вечности? Однако дальнейший рассказ рикса развеял сомнения — Кассиди, оказывается, все-таки нашел через Грезы знакомого землянина! Как я понял, их контакт произошел во сне, но тем не менее был абсолютно реален, — и Винсент каким-то образом не только убедил товарища в своей подлинности, более того — договорился о встрече.

— Это крайне рискованно, Винс, — сказал я, быстро проконсультировавшись с когитором. — Что, если…

Разыскивая землян, Кассиди ставил под удар не только себя — весь наш замысел. Информация о том, кто мы и каким образом входим в Вечность, могла запросто утечь туда, куда не нужно. Золотые Варвары назвали Винсента марионеткой Истинных и поняли, какой дорогой он пришел. Слава всевышнему, что Сестра Солнца оказалась к нам благосклонна! Но второй раз так могло не повезти — даже учитывая странный пиетет, что питали ко мне Хранители Вечности. Дом Норн не любит, когда нео избирают пути, что им не предназначены… и неосторожное слово могло погубить все.

Все это я попытался донести до Винсента, но рикс лишь упрямо мотал головой:

— Послушай, Сигурд. Я понимаю, что мы тут работаем под прикрытием, но этого человека я знаю. Он был в моем копье. И он умер, буря, у меня на руках! Мы обязаны встретиться, доннерветтер! Ты чего опасаешься? У тебя теперь есть этот камушек, тебя не прочитают, а меня…

На этом месте Винсент мрачно усмехнулся:

— От меня не узнают больше, чем уже узнали. Иначе зачем вообще нужны эти Печати Тайны?

Совершенно неожиданно когитор встала на его сторону:

Скай: Командир, обращаю внимание — наши Печати Тайны не были вскрыты даже в процессе ментального сканирования неопознанного уровня.

У меня возник вопрос, как тогда Сестра Солнца узнала все мои тайны, но когитор спокойно объяснила, что Печати Тайны прикрывают только ключевые моменты, содержащие действительно важные фрагменты воспоминаний. Если бы Хранительница сорвала Печати, активировался бы защитный механизм Печатей Забвения. А раз этого не произошло, выходило, Сестра пробежала по верхам и заглянула в темный, закрытый даже для меня погребок. Как и Ледяному Кузнецу, ей этого оказалось достаточно…

Что, черт побери, такое они там видят?

В общем, Винсент клялся, что человек сверхнадежный, нам ничего не угрожает, и определенные резоны в его замечаниях имелись. Подумав и еще раз обсудив с ним детали, мы выдвинулись на встречу — благо, она была назначена в пределах Золотого Города. Честно — мне не особо нравилась эта идея, однако заставить упершегося Кассиди сделать что-то против его воли сложнее, чем в одиночку сдвинуть гору. Тут поневоле начнешь понимать Азимандию, посадившую его в Колонну Безвременья до лучших времен…

Квартал находился далеко, на одном из нижних ярусов. Роскоши Золотых Аркад тут не имелось, все попроще и поскромнее, будто на другой кошелек, и среди местных я почти не видел Кел — лишь странные создания вперемешку с нео. Некоторых я вообще видел впервые. Одни походили на антропоморфных кошек, другие, наоборот, на худых ящеров вроде той агрессивной твари, что мы прибили в Домене. Вообще разнообразие ксенотипов наводило на мысль, что мы не видели и десятой части чудес Единства. Генетики Кел, вероятно, отличались не очень здоровой фантазией — потому что некоторые выведенные ими разумные выглядели крайне… странно.

Встреча была назначена в заведении с названием «Песчинка Вечности», где все состояло из хрупкого, пластичного, принимающего любую форму песка — и гость мог создать обстановку на свой вкус. Заказы принимала призрачная женщина с глазами из янтаря, а разносили их безликие песчаные гомункулы. К счастью, нам ничего не пришлось выбирать — тот, кто нас ждал, уже все сделал сам.

А был он высокий и худощавый, в длинном кожаном плаще с серебряной перевязью-патронташем и чем-то вроде знакомого кел-разрывателя за спиной. Стопроцентный моно — ежик коротких темных волос, умное и тонкое лицо и глаза — светло-голубые, колючие и недоверчиво-внимательные. Серебряный фрейм Восхождения, но имя, титул, Народ — скрыты.

— Микки, — сказал Винсент, останавливаясь в двух шагах от столика, созданного в уютном песчаном гроте. — Ну, здравствуй, Ангел…

Ангел. Сперва я подумал, что рикс шутит, но потом вспомнил, яркой вспышкой — длинный стакан с любимым коктейлем Травинки — голубой, с кубиками льда и долькой лимона. «Удар Кассиди», «Кричащий Эйрик», «Рэйчел Смит» — напитки в баре «Виски» называли именами знаменитых колонистов, и среди них имелся «Полет Ангела»… Неужели передо мной одна из легенд фригольда⁈

— Доннерветтер, твою мать! — прищурившись, процедил темноволосый. — Это правда ты, что ли?

— Правда. Я же сказал — достану тебя и на том свете. Помнишь, буря?

— Помню.

Они обнялись — крепко — и стояли так с минуту. Затем Микки отпустил Винсента и взглянул на меня:

— С тобой? Тоже наш?

— Да. Сигурд. Он… — Винсент усмехнулся. — Муж моей дочери.

— У тебя родилась дочь? — медленно спросил Ангел, протягивая мне руку. — Давно? Ну и дела, мать твою! Садитесь… Я до последнего не верил, когда ты мне приснился! Как? Когда? Значит, вы… тоже? И как вам удалось так быстро миновать Туман?

Мы сели. Песчаная арка замкнулась призрачной завесой. В пластичной столешнице торчала дымящаяся склянка с жидкостью, которая меняла цвет, и плошки с чем-то вроде сердец из алого сахара, усыпанных лепестками роз.

— Для начала, Мик, возьми вот это, — на ладони рикса появилось два серебряных глифа, в которых я узнал Навыки Тайны и Забвения, а наш импровизированный столик окутала Сфера Тишины. — Знаешь, что это? Помнишь, что я тебе рассказывал? О других гвоздях?

— Ага, — встряхнул головой Микки-Ангел, пристально взглянув на него. — Значит… вот так?

— Да. И все, буря, о чем мы будем говорить, ты должен будешь скрыть. И забыть, если придется. От момента, когда я тебе приснился, и до момента, когда мы выйдем отсюда. Понимаешь, Мик?

— Я никогда не был глупцом, — медленно ответил Ангел. — Тем более здесь. Это правильная предосторожность, Винс. Она… подсказала?

— Нет. И если уж на то пошло — ее со мной больше нет. Это, буря, одна из причин, почему я здесь появился. Но не главная!

— Принял, — кивнул Ангел, небрежно наливая в круглые плошки чуть дымящуюся жидкость. — Пробуйте. Это «Последняя Иллюзия» — принимает вкус того, чего ты хочешь…

Я осторожно пригубил нежно-розовый, пахнущий поцелуями Травинки чай. Чаша Кассиди была полна кипящего огня, а у Ангела — казалась наполненной звездным небом. Никакой опасности рунный напиток не представлял — обычная вкусовая развлекаловка, наверняка играющая с восприятием…

— Дай для начала новостей. Как вы там?

— В той битве, где ты… — Винсент запнулся. — Мы победили.

— Это я знаю. Три цикла приходил в Чертоги Ожидания. Почему ты не навещал?

— Потому что, доннерветтер! — коротко ответил Винсент, опустив глаза. — Новости… дай подумать, ведь двадцать циклов прошло, верно? По твоей роже не скажешь, буря!

— По твоей тоже… Давай выпьем для начала.

Затем они начали говорить. Мелькали места, имена и события, большей частью незнакомые, но были и те, что я хорошо знал, — Эйрик, Гай Флоу, Вероника Максвелл, Ветер Равнин, Говорящая-с-Травами, Люди Трав и Люди Теней… Ангел, как я уже понял, был одним из первых колонистов и вдобавок приближенным Винса — одним из тех, с кем он когда-то ходил в одном копье. Как я с Толей, Динамитом, близнецами-азио… Удержался бы я от разговора с кем-то из них на «том свете», не дай бог появилась бы такая возможность? Да вряд ли — Винсента можно было понять. Все это, конечно, выглядело сюрреалистично — дружеская беседа с мертвецом в фэнтезийной забегаловке, но происходило в самый что ни на есть реальности. Или нет? Сверхпродвинутая симуляция? Мне было интересно мнение Скай, и когитор ответила:

Скай: Командир, анализ показывает, что Вечность представляет собой субквантовую структуру, возможно, созданную искусственно с помощью невероятного количества Звездной Крови. Материя и энергия здесь вторичны и существуют согласно алгоритмам преобразования Звездной Крови в любые формы и состояния. С высокой вероятностью это программируемая реальность, где базовым «кодом» служит Кровь Истока. Сознания функционируют как самостоятельные энио-структуры, не привязанные к конкретным материальным носителям. По сути, перед нами реализация «цифрового бессмертия» с возможностями, превосходящими земные технологии на порядки. Технически это не загробная жизнь, а перенос личности в иную квантовую среду с дополнительными возможностями. Рекомендую воспринимать Вечность как полноценную реальность со своими правилами.

Я понимал, о чем говорит когитор, но как подобная структура могла существовать без материального воплощения — некоего ядра, сервера, порта приема-передачи, где и производится вся масса вычислений, необходимых для поддержки этого невероятного массива данных? Неужели Небесный Трон, скрытый в оке черной дыры, им и является?

Скай: Материя и информация — две стороны одной медали, командир. Небесный Трон не содержит Вечность, он и есть Вечность. Каждая частица Звездной Крови в этой структуре одновременно является носителем данных и исполнителем команд. Это не виртуальная реальность в привычном смысле — это реальность, переведенная в энергоинформационный формат и обратно материализованная. Также с высокой долей вероятности Небесный Трон это «железо», на котором работает Вечность. Самый мощный квантовый компьютер во вселенной, использующий Звездную Кровь как универсальный интерфейс между материей и информацией.

Слова прозвучали. А я наконец понял, какую засаду подстроил Хранителям Искуснейший, отключивший штепсель этого суперкомпьютера от бесконечного Истока. Расценивать это можно было по-разному, но факт — Вечность обречена на медленную деградацию, даже высасывая Звездную Кровь из Единства, потому что ее общее количество в дайсон-сфере все равно конечно.

Похоже, что Хранители — в отчаянии. У них тупо нет важнейшего ресурса. Хитрейший сказал, что они исчерпали даже возможные броски Руны Хронос. Может, врал, может, нет, но не с этим ли связаны танцы вокруг «предтеч» и меня лично? Да — любого, кто как-то связан с созданием Истока, стоит беречь как зеницу ока…

— Значит, получается, — Ангел задумчиво ерошил шевелюру, — ты можешь вернуться обратно? Но как, черт возьми, как⁈ И он… тоже? Может?

Микки цепко взглянул на меня, но я лишь улыбнулся и пожал плечами.

— Это ты сказал, — ухмыльнулся Винсент. — Наливай еще, забирает! И давай о тебе. О наших. Почему я не могу достучаться до них? И где остальные земляне? Почему не добрались до Золотого Города? Почему не организовались?

— Хах! Винс, представь, что я в Нео-Арке. А ты… на Марсе. Представил? И между нами океан. Вот в этот океан я в Нео-Арке каждый цикл выпускаю… тонну рыбы. Сколько ты поймаешь с марсианского пирса через тридцать циклов?

— Ясно, — после недолгого молчания сказал Кассиди. — Но ты-то ведь добрался… Что с остальными нашими? Знаешь о ком-нибудь?

— Ну… Чертоги Ожидания огромны, даже там встретиться сложно, если не дожидаться тинга… Но некоторых я видел. Ты знаешь, я три цикла ждал Рэйчел, еще встретил Марса и Лионеля. Марс ушел раньше… а Лионель продался, примкнул к союзам туманников! А Рэйчел… ее я потерял. Уже после.

Он скривился и облокотил голову на руку, сразу будто постарев на двадцать лет.

— Потерял? Здесь? — спросил Винсент.

— Да, так тоже бывает. Святое дерьмо! Этот мир, Винс, если ты еще не понял, вообще не то, чем кажется. Да это и не мир вообще, а хрен его знает что…

— Рассказывай, — велел Винсент. — С самого начала, буря! Представь, что я вообще не в курсе…

— Ну, с чего начать… Место, где мы находимся — что-то вроде столицы. Хаб вселенского колеса. Дверей много, но попасть нелегко…

— Почему нелегко?

— Вечность… многослойна. Это сложно объяснить, Винс. Один из слоев — копия Единства, но не нашего, а того, чем оно было раньше. Солнце-то видел? Здесь нет тьмы и тени и много вещей, которых давно нет у нас… но это… лишь один слой. Есть много Врат в другие миры. Они могут увести неведомо куда, мир за миром, и каждый — огромен! Многие, знаешь, там и остались. Странствуют, навсегда осели или не могут выбраться. О Золотом Городе все знают, но… короткая дорога сюда выпадает не всем.

— Но ты добрался, — повторил Винсент.

— Ты меня знаешь. Мне ведь всегда везло… — чуть усмехнулся Ангел, но эта улыбка выглядела горькой иронией. — И у меня была цель! Я торопился, думал, что найду здесь кого-то или что-то, что поможет вытащить Рэйчел. Знаешь, дважды участвовал в Играх… Дурак.

— Давай лучше с начала.

— Да. Сначала… Чертоги Ожидания и Встреч, — он блаженно зажмурился, словно вспоминая. — Туда попадают все души, чей гвоздь принесли в Храм… Это… хорошее место. Я провел там три цикла, некоторые остаются гораздо дольше. Там то, что показывают при установке стигмата, — подобие райских кущ после смерти. Как это называется на Земле… промоушен. Рекламная картинка!

Он коротко, зло рассмеялся.

— Много огороженных октагонов. Говорят, целая спираль. Разных. Для таких как мы — изумрудные, это означает условную землеподобность. Леса, горы, реки, подходящая атмосфера… Есть и другие. Разные. Для крылатых, подземников, водяных. Полно всяких тварей, некоторые и на людей не похожи вообще… Есть еда, охота, развлечения на любой вкус.

Мы молчали, не прерывая рассказ, а Ангел продолжал:

— Да. Там можно жить, но Звездной Крови, Рун и Славы особо не заработаешь, а попадаешь туда ты практически голым. Хочешь большего — нужно идти дальше. Это место придумал чертов гений, не подкопаешься. Все устроено так, что долго там сидеть не получится. Но после пересечения границы ты уже не можешь вернуться в Чертоги и теряешь связь с Единством. Навсегда.

Он испытующе посмотрел на нас.

— Нео ведь не дураки, даже после смерти. Некоторые дожидаются родных и идут дальше вместе. Другие ждут соплеменников. Третьи объединяются в союзы. Все равно! Дальше, за Чертой, начинаются Чертоги Испытаний. Тоже целые октагоны, устроены вроде… террас или лабиринтов. Тоже разные. Там… трудно и опасно, но и их можно пройти, потому что там только энно и другие нео. Мне и Рэйчел понадобился всего цикл. А вот дальше…

— Подожди, друг, — нахмурился Винсент. — Для чего нужны эти испытания? И в чем они состоят?

— Доказать, что ты достоин Вечности. И набрать силы. Там устроено все так, что выживает сильнейший или хитрейший. Это крысиная гонка между своими, где заставляют выбирать — ты или я? Заставляют проявить суть. Много испытаний, разных для каждого. Там распадаются союзы, а друзья становятся врагами. Кел… знают в этом толк. Чертоги Испытаний — плохое место, но дальше еще хуже.

— Что там?

— Туманные октагоны. Формально это уже Вечность, но по факту нет, — ухмыльнулся он. — Вот там творится полное дерьмо. В общем… это такие места, где пируют стервятники. Туда слетаются кел и нео-прихвостни, ловят и убивают всех, кто выходит из Чертогов Испытаний. Там… вы не представляете, а я не опишу словами. В общем… они знают там все — Бассейны Душ, Врата Миров, контролируют ближайшие октагоны… от них не скрыться. Куча ловушек, ложных порталов, врат в кривые миры. Большинство нео, вышедших из Чертогов, там снова теряют все. Многие навсегда лишаются свободы, становятся Рунами или приносят глупые Клятвы, лишь бы вырваться из этой мясорубки. Многих там стирают или… переделывают. Я оставил там… не меньше тысячи жизней.

— И как же ты вырвался?

— Как все — когда небесные господа отвлеклись на распрю. Они там и друг друга убивают, туманные октагоны — кормушка многих Домов, которые соперничают. Когда новая порция свежего мяса прорывается из Чертогов или кел начинают убивать друг друга, есть ненулевые шансы убраться подальше. Но и потом не особо легко — дальше лишь октагоны, где тебя тоже никто не ждет с распростертыми объятиями, или Врата, ведущие в другие миры, где затеряться — раз плюнуть. Но там хотя бы можно найти Звездную Кровь и безопасное убежище. Если повезет.

— А Рэйчел? Что с ней?

— Знаешь, Винс, о моих приключениях можно книжку написать, — вздохнул Ангел. — Там столько всего было, святое дерьмо! Особенно в Тумане. Лионель нас сдал — он всегда ее хотел, на этом и поймали. Я сумел вырваться, но позже и без нее. Я поклялся вернуться, найти и отомстить. И вернусь…

— Дерьмо случается, — тяжело сказал Винсент. — Доннерветтер! Значит, здесь никакой не рай? Что же такое Вечность?

— Крысиный рай, — глаза говорящего зло блеснули. — Позолоченный, но внутри гнилой. Здесь все так же, как в Единстве, только… выхода нет. Хотя нет… не так же. Гораздо хуже. Есть три сорта разумных, мы — второй. На энно вообще всем плевать, а мы — скот или игрушки, в лучшем случае — слуги. Правят же небесные… твари.

— Но ведь возможности у всех равные.

— Хах! На Земле тоже так говорили. Но какой шанс у рожденного в трущобах против отпрыска старых семей Большой Евразии? Только здесь еще хуже — у бессмертных царьков есть фора в хреналион циклов. И возможности, которые не переплюнуть. Как только союз или отдельный нео становятся действительно опасны… его берут на короткий поводок или…

— Или?

Ангел коротко провел ребром ладони по горлу и снова зло рассмеялся. Напиток в его чаше теперь походил на жидкий пепел, который невесомым облачком заклубился возле губ, когда он опустошил ее.

— А что насчет бессмертия? — спросил я.

— Это скорее проклятие, чем дар. Оно ведь не предполагает неуязвимости. Эти твари научились делать с душами все что угодно — похищать, заточать в Рунах и Предметах, делать из них Монеты, изменять и доводить до безумия… способов тьма тьмущая. Поэтому многие, кто еще помнит Единство, предпочли бы старую добрую смерть.

— Я видел многих, кто кажется счастливым, — задумчиво произнес Кассиди.

— Мы в Золотом Городе. Здесь по большей части кел и те, кто им служат за крошки со стола. Вершина пищевой цепочки. Здесь да, они развлекаются и ни в чем себе не отказывают… И потом, еще… Я ведь нейробиолог, помнишь? Видишь ли… человеческий разум не может долго хранить память. То, что было давно, постепенно забывается… ну, как детство. Есть, конечно, особые Атрибуты, но триста-четыреста циклов — это предел. Иначе безумие! Многие уже забыли Единство и привыкли к этому миру. Выбора-то нет! И, конечно, старые нео просто смирились и живут. Ко всему можно приспособиться…

— Вот как, — после долгого раздумья произнес Винсент. — Буря!

— Ага. Это не рай, а самый настоящий ад. Если у тебя есть возможность — беги отсюда. И никогда не возвращайся, а гвоздь твой… пусть спрячут подальше. Хотя рано или поздно… Эти твари умеют ждать.

— А сам ты? — медленно спросил Кассиди. — Хотел бы сбежать?

— А что, есть такая возможность? — прищурился Ангел. — Ты сейчас говоришь серьезно, Винс?

— Мы, буря, изучаем разные варианты, — буркнул Винс, не обращая внимания на мой предупреждающий взгляд.

— Знаешь, Винс… нет, — чуть помедлив, решительно ответил Ангел. — Сначала я должен вернуть Рэйчел и отдать долги. А потом… Говори, что делать, рикс.

— Мы вас обязательно вытащим, — процедил Винсент. — Тебя, Рэйчел, других землян. Но для начала их нужно найти и собрать. Тайно, буря! Ты видел Печати. Я хочу, чтобы ты создал союз нео… назови его, скажем, «Хельга». А потом…

Задумка Винсента и Миноса была проста — найти в Вечности кого-то из бывших друзей и использовать его как якорь в новом мире. А затем построить вокруг этого якоря инфраструктуру — информационный и торговый обмен, трансфер Рун и Существ, а в перспективе — объединение землян в Вечности. Амбициозный план, только держался он на тонкой ниточке, которую могли в любой момент перерезать норны или кто-нибудь другой, заинтересовавшийся нашей активностью. Хозяева Небесного Трона могли отреагировать непредсказуемым образом…

И все-таки в этом что-то было. Белый Дьявол никого не спрашивал, забирая Морвейн из Вечности, и в сущности Кассиди действовал схожим образом, просто не обладал необходимым опытом. Он этого не знал, но, похоже, что нас пока защищала странная договоренность Хранителей — пока им нужен Исток, вряд ли фригольду угрожает серьезная опасность. Любопытно, как со всем этим соотносится грядущее и вроде бы неминуемое нашествие Червей на наш Росток? Семя-то дал Хитрейший, и оно — тоже часть его долгосрочного плана…

Мы расстались с Ангелом спустя пару часов. Винсент выглядел довольным, как сытый слон, а у меня возникло ощущение, что в Вечности появился еще один надежный союзник. Микки «Ангел» показался человеком, на которого можно положиться. Умный, с характером, не потерявший себя и, самое главное, уже хорошо ориентирующийся в Вечности. на самом деле бесценное приобретение. Теперь, пожалуй, я был даже рад, что позволил Винсенту убедить себя.

Затем мы встретились с Морвейн.

Восходящая выглядела очень усталой. Она совсем не удивилась, увидев рядом со мной Винсента, и коротко кивнула нам обоим, совместив в этом жесте приветствие и почтение. И, самое главное, теперь она была не одна — рядом стоял почти невидимый, наполовину призрачный мужчина.

— Все в порядке? — спросил я. — Вижу, ты нашла то, что хотела?

— Слава Семи Древам, нашла, мой господин, — улыбнулась Морвейн. — Я излечила Талара от безумия… Теперь мы снова вместе! Талар… поприветствуй этих господ. Они наши друзья…

— И наши новые хозяева, — произнес призрачный мужчина, без особой приязни рассматривая нас.

Призрак чем-то походил на Морвейн. Черты лица, разрез глаз, волосы — кел-полукровка, такой же высокий и стройный, как сама кель’Талас. Только татуировка, полная раскрытых глаз, оплетала его лоб широкой лентой. Странные полупрозрачные одеяния, что-то вроде мантии, очертания призрачного щита за спиной и оружия на поясе… Благодаря Навыкам я прекрасно видел тончайшую эфирную цепь, что исходила из кроваво-алого сгустка, мерцающего в его груди, и заканчивалась в горловине Воющего Кувшина. Повинуясь резкому жесту Морвейн, призрак сжался, обращаясь сверкающей искрой, и вместе с цепью исчез в Кувшине, который Восходящая через мгновение убрала в свою Скрижаль.

— Прошу прощения за непочтительные слова, — склонилась Восходящая. — Я еще не все объяснила ему. Талар поймет…

— Любопытно, буря! — с интересом произнес Кассиди. — Он ведь тоже нео, живая душа. Ты собираешься забрать его… с собой?

— Уже забрала, — сказала Морвейн без улыбки. — Душа Талара была в моем кувшине с самого начала. Ныне я просто вернула ему свет разума…

— Значит… он стал чем-то вроде Существа… сидящего в Предмете у Существа, — продолжал размышлять Винсент. — И ты, получается, можешь переносить его туда-обратно?

Морвейн внезапно прижала к губам палец, призывая к молчанию. И я прекрасно понял, на что она намекает.

— Не стоит лишний раз говорить о путях, доступных лишь избранным, — сказала Восходящая. — Мое время на исходе… Мой господин, знак не был подан?

Я молча покачал головой — известий от Белого Дьявола пока не приходило. Нам нужно встретиться с Сатори, но где и когда — неизвестно. Видимо, время еще не наступило. Нам предстояло вернуться домой — и это было хорошо, произошло слишком много событий, которые стоит осмыслить.

И, самое главное, посмотреть золотую Сагу Сестры Солнца.