– Твоя сексуальная маленькая подружка тебя бросила. Поэтому ты начал трахать эту гребаную фригидную лесбиянку и не смог от нее избавиться... – Затем, внезапно вдохновленный чем-то, что он видит в глазах Леннокса, Гиллман продолжает: – Нет, подожди, она тебя отшила! Пожалела, что вообще с тобой связалась!
К очевидному изумлению Гиллмана, Леннокс громко смеется.
– Почти так и было. Надо доверять своей интуиции.
– Я именно так и делаю, – парирует Гиллман, когда Леннокс поворачивается, чтобы уйти. – Ты с ней поосторожней, – кричит он вслед, и сам уходит прочь, как призрак, исчезая в тумане, стелющемся по парку.
Через несколько минут, идя по улице в поисках такси, Рэй Леннокс, видит то, что задевает его за живое. Он отворачивается, чтобы не быть узнанным проходящей парой. Отступает с дорожки в тень и позволяет им пройти, хотя они его и так не замечают. Хочет их окрикнуть, но слова исчезают у него в горле, как капли воды на песке пустыни. Он смотрит, как они поворачивают за угол.
Труди... пусть тебе на этот раз больше повезет.
38
Салли прочищает горло глотком воды. Скрещивает свои длинные ноги в чулках с красными швами и туфлях на высоком каблуке. Она очаровательна; просто завораживает. Ее сила была отточена профессией, но создана была как раз для этой мести. Это делает ее еще более разрушительной.
– Мне было восемнадцать, и я работала в Валь-д'Изере в горном ресторане под названием "La Folie Douce". Персонал был классный, в основном, ребята из Британии. Я работала там барменшей с Хлоей, девушкой из Ипсвича, с которой я подружилась, и Норри, парнем из Глазго, который постоянно шутил. Он общался с местным жителем, который управлял подъемниками для горнолыжников. Однажды вечером пьяный мистер Шутник неуклюже подкатил ко мне; я сказала, что мне это неинтересно. Он вроде понял. Это был Норман Эрскин.
У группы "Wigan's Ovation" была кавер-версия "Skiing in the Snow", хита "Northern Soul". Она была популярна среди определенной группы богатых туристов. Некоторые из них были вполне приятными людьми и давали большие чаевые. Один был особенно милый; у него были красивые голубые глаза и приятные шутки. Звали его Пиггот-Уилкинс. Он все звал меня покататься на лыжах с ним и его друзьями в один из моих выходных. В конце концов, я согласилась. Оказалось, что друг у него был только один, молодой человек из Шотландии по имени Ричи Галливер, который был неплохим лыжником. После катания мы пошли на вечеринку. Это был запоминающийся день: бары, кокаин, алкоголь. Я была молода и наивна, но чувствовала растущее напряжение по мере того, как приближалось время возвращаться. Народу становилось все меньше. Все мои друзья уже уехали на лыжах обратно вниз. Галливер все говорил, что мы слишком пьяны, чтобы ехать обратно на лыжах. Это казалось разумным, но на самом деле только я была действительно пьяна. Уже потом я поняла, что они что-то мне подмешали.
Поэтому мы вызвали вагончик канатной дороги и уселись в него. Он был рассчитан на восемь человек, но нас было всего трое, потому что все остальные уже уехали вниз.
Пока мы спускались, Галливер говорил по телефону, а Пиггот-Уилкинс как-то странно на меня смотрел. Со временем я научилась распознавать такой взгляд у мужчин. Потом гондола вдруг остановилась. Галливер отложил телефон и улыбнулся: "Ох, вот незадача... Похоже нам придется как-то себя развлекать, пока они починят двигатель".
Тогда-то это и случилось.
Когда вагончик снова тронулся, они быстро оделись. А я сидела там голая. Вагончик остановился на базе курорта, и они вышли, смеясь. Было так холодно. Я вся закоченела и еле смогла одеться. Я видела, как они шутили с оператором канатки и его другом барменом Норманом Эрскином, временно безработным актером. Мне кажется, что я видела, как им передали деньги.
Когда я проходила мимо них, Эрскин злорадно ухмыльнулся мне. "Таким тупым шлюхам, как ты, нужно преподать урок".
Я пошла в свой коттедж, заперла дверь и заснула, а на следующее утро уехала с курорта.
Салли остается невозмутимой, но ее глаза, пожалуй, остекленели больше обычного.
– Спасибо, что позволил мне выговориться, Викрам. Это очень помогает.
Я киваю, думая о Ройе. О том, как она никогда не могла заставить себя говорить. Но теперь правосудие восторжествует от ее имени и от имени всех женщин, которых мы любим и которые не могут высказаться.
39
Рэй Леннокс не ожидал увидеть Труди Лоу, свою недавнюю невесту, прогуливающейся со своим новым мужчиной. И все же он больше не в силах пылать ненавистью к мистеру Дину на "БМВ". Замотанный, сломленный и бесполезный, он хочет поехать домой, смотреть порно и нюхать кокаин. А причина, по которым эти пороки так быстро находят его, в том, что всегда лучше отсрочить день расплаты. Он решает снова поехать к Леоноре. Понимает, что правильно сделал, поскольку на его "iPhone" появляется сообщение от Джеки:
Ты с ним еще связывался? Ты что сейчас делаешь? Перезвони мне,Рэй, прошу! Я с ума схожу, что ему может грозить опасность.
А что ты, бля, делаешь, в своей гребаной жизни? Не удивительно, что бедняга сам не знает, кто он, нахуй, такой! Отвали и иди отлижи своей подружке!
Затем приходит сообщение от Скотта Маккоркела, что Фрейзер и Леонора переписывались с Гейлом в "Твиттере". Он приложил скриншот:
@killergayle
Просто скажи мне, где ты. Я могу тебе помочь. Я за тебя беспокоюсь.
@five-one
Не сомневаюсь.
@killergayle
Прекрати, это еще что значит?
@five-one
Это значит: отвали нахуй. Не хочу иметь с тобой ничего общего.
@sladest
Я тоже. Оставь нас в покое!
Не Фрейзера тебе надо искать, а Гейла, этого здоровенного тупого ублюдка. С самого начала он был замешан! Даже в госпитале с Лорен!
На квартире его ждет очередное разочарование. Там по-прежнему никого. Леннокс чувствует, как опускаются руки. Но когда он идет по Николсон-стрит, пустынной в этот поздний час, ему навстречу попадается Леонора Слейд, разговаривающая по телефону. Когда она видит его, ее глаза расширяются от ужаса. Она отключает звонок и оглядывается, будто собирается бежать. Но все же решает этого не делать.
Леннокс серьезен, и выражение лица Леоноры становится печальным.
– Ты идешь со мной, – говорит он ей. – либо обратно к тебе домой, либо в полицейский участок в Сент-Леонарде. Решай сама.
– Идем ко мне, – говорит она еле слышно.
Когда они возвращаются в квартиру, Леонора предлагает ему кофе. Он отказывается.
– Нет времени на глупости. Ты должна заговорить. Ты. Здесь дело не в мужчинах, женщинах и трансах-хуянсах. Просто надо быть человеком, а других людей уберегать от опасности. Поняла?
Она медленно кивает.
– Я встречалась с Гейлом... с Гэри. Но перестала, потому что подумала, что он хотел навредить Лорен.
– Почему?
– Лорен готовила речь к выступлению Галливера в университете Стерлинга. Она, очевидно, хотела осудить трансфобов, но речь также шла о тех, кто использовал движение трансгендеров для своих целей. Гэри принял это близко к сердцу... – Она начинает всхлипывать. – Я думаю, что Гэри... Гейл... был в ярости и отнес это на свой счет. Он говорил о том, что Лорен надо убить.
Леннокс собирается согласиться, но что-то его останавливает. Телосложение, одежда и парик были похожи, но вот глаза... Он все еще не уверен насчет глаз. Он вспоминает человека за рулем фургона возле "Савоя".
– А как насчет моего племянника? Что насчет Фрейзера?
– Вы же знаете, что она прячется, она вам сказала. Сначала она была на квартире у друзей.
– У кого?
– У Линси, потом у Дэна, я же вам говорила.
– Мы этого Дэна Хопкинса так и не смогли найти. В университете и дома говорят, что он ушел в поход, и они не знают, куда именно.
– Дэн такой, хватает рюкзак и сваливает. Думаю, это в нем Фрейзеру нравится. Я не знаю, где сейчас Фрейзер, она не говорит. "То, чего ты не знаешь, они из тебя не смогут выбить", – вот что она сказала мне вчера, когда мы разговаривали.
– Ты думаешь, что он с Дэном?
– Они хорошие друзья, это вполне возможно.
– От чего Фрейзер прячется? Кого он боится?
– Гейла, – Нижняя губа Леоноры дрожит. – Она ему не уступала. Гейл собирался ее убить. Он знает, где живет Фрейзер. Гейл сказал, что убьет семью Фрейзера и дом сожгет.
Леннокс смотрит на нее. Контраст между этой тонкой фигуркой и здоровенным Гэри Николсоном беспокоит его.
– Ты все еще занимаешься сексом с этим гребаным психом... этим Гэри... Гейлом?
Леонора отводит взгляд.
– Он мне звонит. Он меня пугает, я вынуждена с ним встречаться, – Она начинает плакать. – Не могу больше. Умереть хочу!
– Посмотри на меня, – твердо говорит Леннокс, наблюдая, как она медленно поднимает голову. – По меньшей мере, он принуждает тебя к отношениям. Так продолжаться не может. В следующий раз, когда он тебе позвонит, ты должна...
Он замолкает, видя, что ей кто-то звонит. Они смотрят друг на друга, и она протягивает ему телефон, на экране которого высвечивается имя звонящего: ГЕЙЛ.
40
"А эта телка ничего", думает полицейский, увидев эту женщину у стойки бара. У нее длинные светлые волосы и челка. Что-то в ней притягивает и тревожит одновременно. Она проститутка? Да нет, это было бы слишком явно для этого бара в понтовом отеле. Акцент, с которым она заказывает у бармена коктейль "Космополитен", – местный, но образованный. Женщина такого класса предлагала бы свои эскорт-услуги онлайн, а не снималась в барах отелей. Он подходит к ней с тупой, ленивой властностью, присущей стражам закона.
– Как дела?
– Неплохо, – Она поднимает бровь. – А у тебя?
– Хорошо.
Коп оглядывается по сторонам. Продолжает пить в отчаянной надежде и ядовитом возбуждении. Он сюда часто приходит. Это популярное место встреч для тех, кто предпочитает драму и эмоции реальной жизни надоевшей безличности "Tinder".
Они завязывают небольшой спор о свиданиях и мужественности. Она утверждает, что он, кажется, консерватор.
– Консерватор, а что это значит? – спрашивает он. Прежде чем она успевает ответить, он продолжает: – Это как с футболом: каждый год они говорят, что надо развиваться и быть менее консервативными, как будто это может что-то изменить. Нихуя это не изменит. Мы останемся теми, кто мы есть.
Она пристально смотрит на него одним глазом. Другой, слегка слезящийся, кажется, смотрит на что-то позади него или, возможно, просто куда-то в пространство.
– О, мы все можем измениться, – возражает она, прежде чем предложить: – Поедем ко мне?
– Давай.
Этот коп не на дежурстве очень доволен. Да, это женщина не его уровня, но это всегда так было. И, несмотря на растущий живот и редеющие волосы, его самомнение не становится меньше. Иногда и этого достаточно.
Женщина говорит, что ее квартира всего в нескольких минутах ходьбы, в Брантсфилде. Когда они проходят мимо нависающего замка и направляются к Толлкроссу, сквозь облака мерцает луна, и в ее прерывистом свете он разглядывает ее фигуру. Она хорошенькая, но более того, она готова поразвлечься, а это главное. Романтика его меньше всего интересует.
Ее квартира находится на втором этаже многоквартирного дома в викторианском стиле. В ней доминирует большая гостиная с эркерным окном. Внутри все обставлено удобной мебелью, хотя не чувствуется никакой индивидуальности. Она подходит к бару и наливает им выпить.
Он потягивает водку с тоником, пока они сидят близко друг к другу на диване. Их колени почти соприкасаются. Они продолжают разговор, который становится более личным и провокационным. Затем она говорит что-то, что выводит его из себя:
– О да, ты именно так и сделал...
...но его самоуверенность не позволяет ему заподозрить, что эта ситуация может выйти из-под его контроля. Вдруг он понимает, что вспотел, а сердце бьется неровно. Смотрит на женщину со злым, насмешливым выражением, понимая, что здесь что-то не так и ему нужно валить отсюда... Встает и, пошатываясь, направляется к двери. Ноги у него подкашиваются, когда он берется за ручку двери. Его рука соскальзывает, и вот он уже смотрит на дверь с пола.
Внезапно в комнате раздается другой голос, приглушенный, но более низкий и грубый.
– Ну вот ты и попался.
Потом Дуги Гиллман уже ничего не слышит.
41
По асфальту стучат капли дождя. Улицы опустели, если не считать прохожих, застрявших в дверях магазинов. Несмотря на то, что он просто сидит в припаркованной "Альфа-Ромео", Леннокс включает дворники. Потирает уставшие глаза: еще одна ночь прошла без сна. Его машина замусорена обертками, картонными коробками и банками из-под газировки, напоминающими о плохом образе жизни, как и очередная порция еды с высоким содержанием углеводов, бурлящая в его желудке.
В такие мрачные дни в Эдинбурге он в мыслях возвращается в Майами. Яркие пастельные тона, разделенные черными линиями, прочерчивающими небо, и сочно-прохладные здания в стиле ар-деко. Бритто16 удачно воспользовался образами этого города, чтобы стать самым модным попсовым художником в мире. Какой контраст с многочисленными оттенками серого в Эдинбурге, с его угрожающим небом, которое, кажется, выплюнуло из себя эти темные многоквартирные дома под ним. Тем не менее, перед мысленным взором Леннокса они окружены сияющими белыми линиями, подобными той, что серебрится в верхней части приборной панели перед ним. Да, этот свет будет терзать и разрушать его мозг, но в то же время наполнять его ощущением непобедимости.
Приходит электронное письмо от его старого знакомого, журналиста Себастиана Тейлора:
Кому: RLennox@policescot.co.uk