Лицо главного городского инженера Итона на экране было белым как мел.

— Никто не может меня винить, — сказал он. — Откуда я мог знать…

— Ваш офис провел изыскания и дал зеленый свет на строительство, — орал мэр Догерти.

— Все, что было указано на старых геодезических картах это "Зона захоронения отходов", — развел руками Итон. — Я предположил…

— Как городскому инженеру, вам платят не за то, чтобы вы делали предположения! Десять минут исследования показали бы, что это зона категории "Y"!

— Что означает категория "Y"? — Спросил Мэйфилд у Рейнольдса. Они стояли у полевого коммуникационного центра, прислушиваясь к спору. Неподалеку жужжали установленные на стреле трехмерные камеры, фиксируя продвижение огромной машины, ее главная башня возвышалась на сорок пять футов, она медленно двигалась по ровной поверхности в сторону города, волоча за собой гирлянду из искореженного арматурного железа, покрытого крошками бетона.

— Период полураспада больше ста лет, — коротко ответил Рейнольдс. — Последняя стычка войны произошла неподалеку отсюда. Очевидно, именно здесь они закопали радиоактивное оборудование, оставшееся после битвы.

— Но какого черта, это было семьдесят лет назад…

— Остаточной радиации все еще достаточно, чтобы заразить все в радиусе четверти мили.

— Должно быть, они использовали какую-то адскую дрянь. — Мэйфилд уставился на тусклое сияние в полумиле от него.

— Рейнольдс, как ты собираешься остановить эту штуку? — Мэр повернулся к инженеру управления порта.

— Я остановлю это? Вы видели, что это сделало с моими самыми тяжелыми установками: расплющило их, как блины. Вам придется вызвать военных, господин мэр.

— Вызвать силы Федерации? Пусть они вмешиваются в гражданские дела?

— Станция всего в шестидесяти пяти милях отсюда. Думаю, вам лучше вызвать их побыстрее. Он движется всего лишь со скоростью около трех миль в час, но достигнет южного края торгового центра через сорок пять минут.

— Вы не можете его заминировать? Взорвать что-нибудь у него на пути?

— Вы сами видели, как он пробивался вверх с глубины в шестьсот футов. Я проверил характеристики, он проходил по старому туннелю, проложенному при раскопках. Туннель был заполнен щебнем и покрыт двадцатидюймовым слоем прессованного бетона.

— Это невероятно, — сказал Итон с экрана. — Вся машина была заключена в десятифутовую оболочку из усиленного железобетона. Ей пришлось вырваться из нее, прежде чем она смогла сдвинуться с места!

— Это был просто радиационный щит; он не был предназначен для сдерживания боевого подразделения Боло.

— Так почему же, могу я поинтересоваться? — Мэр переводил взгляд с одного лица на другое.

— Установки были деактивированы перед захоронением, — заговорил Итон, как будто ему не терпелось поговорить. — Их цепи были расплавлены. Все это есть в отчете…

—…который вам следовало прочитать немного раньше! — отрезал мэр.

— Что-что запустило его? — Мэйфилд выглядел озадаченным. — Семьдесят лет он там пролежал, и ничего не происходило!

— Наш взрыв, должно быть, что-то потревожил, — коротко сказал Рейнольдс. — Возможно, замкнуло реле, которое запустило схему боевого рефлекса.

— Вы что-нибудь знаете об этих машинах? — Мэр нахмурил брови, глядя на него.

— Я немного читал.

— Тогда говори громче, приятель. Я позвоню на станцию, если сочтете нужным. Какие меры мне следует запросить?

— Я не знаю, господин мэр. Насколько мне известно, ничто на Нью-Девоне не может остановить эту машину.

Мэр открыл и закрыл рот. Он повернулся к экрану, убрал с экрана страдающее лицо Итона и набрал код станции Федерации. — Полковник Брэнд! — выпалил он, когда на экране появилось суровое лицо. — У нас чрезвычайная ситуация! Мне понадобится все, что у вас есть! Ситуация такова…