Сейчас или никогда.

Тавза была ужасающе эффективна. Она не стала бы проводить в Мистическом Царстве больше нескольких часов, если только не возникнет что-то неожиданное, а прошло уже 100 минут. В тот момент, когда она подтвердит, что её ничто не зовёт, Тавза двинется дальше, независимо от того, насколько ценным казалось это царство. Никакого чувства приключения. Все внимание на миссию. Это не то, какой должна быть Культивация.

Как вообще можно было сделать скучным исследование такого таинственного места, как Территория Миллиона Врат?

Что ещё важнее, именно этот утилитарный склад ума толкал Катейю к её неизбежной гибели. Она не могла быть уверена, но в течение последнего года чувствовала растущее ощущение неправильности. Она всегда была чужой в этой группе, но теперь ей казалось, что она стала добычей. И причина была до боли очевидна.

Она стала Носителем Печати, в то время как только Тавза и двое её последователей получили аналогичный доступ. Это было далеко не та армия, которую Тавза представляла себе, которая должна была смести всё сопротивление внутри Ультома. Ей даже не удалось обеспечить вход для своего основного отряда из шести последователей, элиты, которые должны были проложить ей путь в Наследии.

Тем временем билет просто лежал. На чужаке, который даже не достиг Гегемонии. Вначале это была шаткая, но управляемая ситуация. Её ценность как связной Арказа Блэка всё ещё имела некоторое влияние. Но всё изменилось вчера, когда они захватили корабль Кан’Тану. В карцере они нашли захваченного Носителя Печати, и Тавза наконец смогла подтвердить свою теорию.

Убийство Носителя Печати передаст печать, хотя и без того чудесного прилива вдохновения, который с ней связан. Она больше не была рискованным предприятием; один удар по её горлу, и следующий по очереди Тавзы гарантированно станет Вестником.

Катейя не верила в заповеди в такое время. Ничто не было абсолютным. Катейя даже не была уверена, что заповеди защитят её, учитывая, что Тавза получила миссию чрезвычайной важности для Империи. Какое значение имело, если хвалёная Ан’Азол убьёт нескольких младших, если это улучшит шансы Империи на достижение своих целей внутри Левого Имперского Дворца?

И её связь с Арказом не приносила особой пользы здесь, на Территории Миллиона Врат. В этом беззаконном месте могло произойти что угодно. Как Арказ узнает, была ли она принесена в жертву или умерла в поисках возможностей? В лучшем случае, она станет предупреждением о необходимости принимать меры предосторожности против предательства, но какая ей от этого польза, когда она уже отправится в великое запределье?

У неё не было достаточно сильного Чувства Опасности, чтобы предупредить, когда судьба обернётся против неё, но у неё был нюх на неприятности. Если бы не тот факт, что группа элиты Кан’Тану вошла в небольшое царство раньше Тавзы, Катейя, возможно, уже оказалась бы на острие её меча. Поэтому ей нужно было уйти до того, как истечёт время.

Пока ей удастся активировать токен, всё будет в порядке. Её перенесут в Многолетнюю Безграничность, куда Тавза не сможет до неё добраться. Она сможет рассказать Арказу о своей ситуации, и он окажет давление на старейшин Тавзы. Наличие Арказа и его Носителей Печати в качестве врагов должно перевесить преимущества наличия ещё одного второстепенного Носителя Печати на их стороне. По крайней мере, она надеялась, что всё так и произойдёт.

Этот путь ещё больше подорвал бы её положение в Империи, но это было лучше, чем быть жертвенным агнцем. Кроме того, у неё всё ещё были Умбри’Зи. Именно благодаря тайному предупреждению Эниса Катейя смогла спрятать токен, прежде чем Тавза тогда прибыла. Когда они конфисковали её Духовные Инструменты под предлогом того, что их миссия была совершенно секретной. Сказав, что её предметы могут быть подслушаны или помечены, и что ничего не должно пойти не так.

Но кто бы мог подумать, что Небесно-Проклятый Токен не работает на Территории Миллиона Врат?

Дважды она пыталась его активировать, но он лишь немного жужжал, прежде чем затихнуть. Наиболее вероятной причиной было то, что пространство здесь, на Территории Миллиона Врат, было слишком нестабильным. Такова жизнь на Границе; ничто не работало так, как должно. То, что кто-то вроде Закари Этвуда появился в таком месте, было не чем иным, как чудом.

Решение было одновременно простым и сложным. Ей нужно было покинуть Территорию Миллиона Врат или хотя бы добраться до её краёв, где пространство было более стабильным. К счастью, к этому моменту они были не так уж далеко благодаря соглашению с Арказом. Кроме того, жестокий темп Тавзы стоил им двух судов и большей части персонала, и ей в любом случае пришлось бы вернуться и пополнить запасы.

Пересечь только последний участок в одиночку всё равно было бы трудно, но у Катейи не было выбора. Она неподвижно лежала в лечебной ванне лазарета, её глаза не отрывались от информационного массива, который отслеживал окружающие пространственные явления. Десять минут спустя это случилось. Пришло время.

Катейя поднялась из резервуара, врач, ставший надзирателем, был обездвижен порывом абсолютного холода, прежде чем успел среагировать. Замёрзший Драугр вскоре занял место Катейи, принимая приятную ванну. Она, вероятно, оттает через час, и резервуар предотвратит любые долгосрочные повреждения. Катейя быстро надела одежду врача, прежде чем покинуть лазарет.

К сожалению, она потеряла свою маску, но небольшой слой льда достаточно изменил её черты, чтобы пройти беглый взгляд. Особенно, когда её волосы почти полностью скрывали её черты, когда она смотрела на случайный отчёт, который она подняла со стола.

Она слегка кивнула охраннику снаружи, расслабившись, увидев, что он едва удостоил её взглядом. Он был в середине своего цикла культивации, что было нарушением долга, которое можно было увидеть только тогда, когда Тавзы не было на борту. Катейя не сразу направилась к кораблю Кан’Тану, пришвартованному к их собственному. Сначала она вошла в ряд комнат и отсеков, внедряя Миазма-Кристаллы, замораживая определённые участки до твёрдого состояния.

Это заняло всего десять минут, но казалось вечностью. Каждая небольшая дрожь судна заставляла её думать об открывающихся воротах в ангар, но она всё же завершила приготовления, которые планировала в течение прошлого года. Одно упущенное место, и её план провалился бы. Катейя подумывала посетить отсеки Тавзы, чтобы, возможно, найти её Пространственное Кольцо. В конечном итоге она решила отказаться от этого.

Это был слишком большой риск, и Катейя даже не знала, были ли там её вещи. Вместо этого она пошла на верхнюю палубу, её шаги были мучительно медленными, чтобы не привлечь нежелательного внимания. К счастью, на страже стояли только два совершенно невпечатляющих Гегемона. Спасибо Небесам за теорию о том, что привлечение слишком могущественных последователей ослабит шансы на нахождение печатей.

— Доктор Инса? Подождите, нет, что происходит. — сказал охранник, но он не успел продолжить, прежде чем волна леденящего холода пронеслась вперёд, заковав двух ранних Гегемонов на месте.

С их запасами энергии им удалось бы освободиться менее чем за минуту. Минута — это всё, что нужно было Катейе, когда она пронеслась по временному коридору, соединяющему два судна. За ней следовал сильнейший холод, и весь проход разрушился, прежде чем охранники смогли оттаять.

Время не ждало, и она превратилась в полосу льда, которая зигзагами пронеслась по коридорам, пока не достигла мостика. Два охранника, стоявшие снаружи, были заморожены, прежде чем успели среагировать, и Катейя врезалась в дверь мгновение спустя. Внутри были три сильно испуганных исследователя, которые, казалось, просматривали различные показания.

— Быстрее! Активируйте двигатели. Они уходят! — крикнула Катейя, врываясь, как ураган.

— Что? Кто. — выпалил шокированный Ревенант и тут же получил пощёчину.

— СЕЙЧАС ЖЕ! — взревела Катейя, и трое буквально бросились к органам управления.

Всего секунду спустя знакомое жужжание Космического Двигателя, ожившего с рёвом, сменилось дрожью отрывающихся якорей. Всего за секунду корабль переместился на сотни метров и уже был вне досягаемости для оставшегося скелетного экипажа на Имперском корабле. Но это не означало, что она была в безопасности.

— Юго-юго-запад, пространственное окно! — настаивала Катейя и увидела, как тот, кого она ударила, послушно вводит координаты.

Однако Катейя нахмурилась, глядя на двух других, которые обменялись взглядами, когда их пальцы потянулись к незнакомой консоли. В следующий момент они тоже были заморожены до твёрдого состояния, оставив одинокого исследователя, смотрящего на Катейю с ужасом в глазах.

— Мне жаль, мой друг, но, похоже, мы отправляемся в путешествие вместе, — улыбнулась Катейя.

Внезапная ударная волна бросила мужчину на землю, но Катейя ухмыльнулась, нажав несколько кнопок, после чего появился экран. Имперский Венатор медленно вращался, удаляясь от Пространственных Врат, осколки его сломанного двигателя образовывали мерцающий след.

Вот что вы получаете за то, что отстранили меня от всех собраний и тренировок, — внутренне усмехнулась Катейя.

Это дало ей достаточно времени, чтобы побродить и выяснить слабые места кораблей. Корабль был обречён в тот момент, когда экипаж активировал двигатели для преследования. Её приготовления создали несколько энергетических блокировок, а выпускные клапаны были заморожены. Если бы они подождали ещё десять минут, всё было бы в порядке. Теперь им потребуется как минимум неделя на ремонт.

К тому времени Катейя уже давно исчезнет.

Глава 968 — 3,412

— Всё в порядке? — спросил Илвер, осторожно оглядываясь.

— Похоже, что да, — кивнул Зак, не без удивления.

В предыдущие два раза, когда он поглощал часть печати, он разрывал дыру в ткани пространства. На этот раз, после первоначальной ударной волны, ничего подобного не произошло. Возможно, предыдущие вспышки были вызваны тем, что он подобрал части внутри Звезды Пустоты, где пространство было гораздо более хрупким.

— Ну, как всё прошло? — с любопытством спросил Илвер. — Ты добился того, чего хотел?

— Что-то вроде того, — кивнул Зак, скрывая сложные чувства в своём сердце.

Трудно. Слишком, слишком трудно.

Более шести лет неустанной работы. Озёрная вода полностью иссякла два года назад, но его исследования на этом не остановились. Напротив, они занимали всё больше и больше его времени. Книга Дуальности была не только полностью расшифрована, но и дополнена восьмой и девятой главами. Десятки тысяч моделей, сотни тысяч симулированных узоров.

Только для того, чтобы узнать, что путь, который он изначально представлял, был тупиком. Зак покачал головой, оглядывая странную армию. Было двести воинов, каждый из которых сидел верхом на богомолоподобном муравье Айн. Кроме того, ещё сотня грубоватых Айн мясных щитов была готова взять на себя роль авангарда.

— Ну, они хотя бы стоять могут, это я тебе точно скажу, — с некоторым замешательством сказал Илвер. — Иногда я почти забывал, что это настоящие муравьи, а не статуи.

— У них нет желаний, — сказала Лили, лаская своего муравья Айн. — Это чистые воины, которые подчиняются королеве. Или, ну, мне. Можешь считать их машинами.

— Всё равно было бы неплохо их обкатать в бою, — пробормотал Илвер. — Мы используем Баргестов для аналогичных целей дома, но некоторые родословные просто ни на что не годятся. Они выходят из-под контроля, когда убивающее намерение в воздухе достигает определённой точки, особенно те, у кого нет прямых контрактов. Они разворачиваются и нападают на своих контролёров. Звери обычно обладают врождённой свирепостью, в конце концов.

— Эти ребята так не поступят, — заверила Лили.

— Я верю тебе, девица, — сказал Илвер. — Но всё равно стоит проверить.

— Можешь взять их на настоящий бой после этого? — спросил Зак.

Зак кивнул, прежде чем повернуться к Яносу. — Ты что-нибудь почувствовал?

— Нет, — отрывисто сказал Янос, прежде чем перевести свой почти отсутствующий взгляд на руины вокруг них.

— Не обращай на него внимания, — сказал Илвер с усмешкой. — Он просто пытается что-то понять в своём мире. И не волнуйся. Мы останемся здесь на некоторое время и всё проверим на случай отложенной реакции. Извержение после твоего входа могло нарушить некоторые из оставшихся печатей, так что это может быть возможностью. Мы протестируем этих муравьёв потом.

— Хорошо, — сказал Зак, беспомощно глядя на иллюзиониста.

Зак едва мог поверить своим ушам, услышав, что Янос вышел из Руин Энсолуса год назад. Зак даже вскрыл последнюю руину с метками Левого Имперского Дворца, чтобы убедиться, что иллюзионист не был пойман в ловушку, но его там не оказалось.

Даже сегодня Зак так и не понял, куда делся Янос, отчасти потому, что он стал ещё более немногословным во время своей возможности. Судя по всему, он физически вошёл в разрушающуюся древнюю иллюзию, созданную Безграничной Империей. Ему потребовалось более двух лет, чтобы просто осознать, что он попал в ловушку, и ещё пять, чтобы выбраться. Однако эти годы не были потрачены впустую.

Иллюзии Яноса к этому моменту были ужасающими, и даже Зак с трудом выбирался из них за короткое время. Он также освоил невероятно странную технику, в которой он создал воображаемый мир в своём сознании. Янос мог извлекать вещи из этой иллюзии, и они сражались так, словно были настоящими. Недостаток техники заключался в том, что она, похоже, требовала огромного количества его ментальной энергии, оставляя его одной ногой в реальности, а другой — в его собственном мире.

Что ещё важнее, Янос теперь был Певцом Миров Ультома.

Скорее всего, Янос считался частью его команды с тех пор, как Зак впервые получил этот квест. Точно так же, как Ограс получил квест в Руинах Ра’Лашара, Янос получил квест в тот момент, когда осознал, что попал в иллюзию. Этот квест в конечном итоге позволил ему найти часть Двора Меркурия.