— Всё равно, — пробормотал Зак.

— Что ещё важнее, надень меня, — нетерпеливо сказала Алеа, её глаза расширились в предвкушении. — У меня для тебя сюрприз.

Было немного странно слышать фразу надень меня от Алеи, но он всё же сделал так, как ему было сказано. Он подошёл и положил руку на холодную поверхность гроба, и его цепи плавно обвились вокруг него, поместив Духовный Инструмент на его место на спине. Он был более чем в пять раз тяжелее, чем раньше, даже если он всё ещё был размером с большой рюкзак.

— Теперь отдай команду, — усмехнулась Алеа, и Зак почувствовал, как поток информации вошёл в его разум.

— Что за. — выпалил Зак, но его глаза загорелись, когда он направил поток Ветви Боевого Топора в гроб.

В следующий момент за глухим лязгом последовало появление оружия в его руке — абсолютно чёрного топора. На конце его рукояти была прикреплена цепь, соединяющая оружие с нижней частью гроба. Сам топор был довольно знакомым — его дизайн почти точная копия топора, которым владел его Дао-Аппарация.

Он был примерно того же размера, что и Укус Веруна; несколько крупноват для одноручного топора с сорокапятисантиметровым серповидным лезвием, превосходящим Укус Веруна на пять сантиметров. На обратной стороне лезвия большой шип служил противовесом, отражая меньшие зубцы на его топоре Серии “Изначальное”.

Однако были некоторые различия с оружием его Аватара Дао. Во-первых, это не было обёрнуто цепями. Вместо этого его рукоять была сделана из слегка пятнистого металла, который казался чрезвычайно прочным. На обратной стороне топорища также был знакомый набор Рун — идентичных тем, что появились на крышке гроба.

Горизонтальная линия проходила по всей длине топорища, а три горизонтальных символа стали его рукоятью. Линия закалки лезвия также была весьма интересной, почти идеально совпадая с резьбой на самом гробу. С любопытством Зак несколько раз взмахнул оружием, и почувствовал, что баланс был просто идеальным, даже если его длина и лезвие немного отличались от Укуса Веруна.

— Очень лихо. Я тебе очень подхожу, — рассмеялась Алеа. — Тебе нравится?

— Он идеален, но как ты это сделала? — спросил Зак. — Я никогда не слышал, чтобы Духовный Инструмент так сильно менялся от эволюции.

— Это немного сложно объяснить, но тот Массив, который ты использовал на мне, всё ещё существует. Даже сейчас его потенциал не исчерпан. Я должна быть способна трансформироваться и по достижении д-ранга, но это, вероятно, исчерпает энергию в Массиве. После этого тебе придётся найти мне кузнеца, — пожала плечами Алеа, паря вокруг Зака.

— Я люблю это, но не переусердствуй с этими трансформациями, — настаивал Зак. — Что, если ты повредишь или случайно изменишь свою душу? Помни, цель — вернуть тебя.

— Да, да, — сказала Алеа, закатив глаза. — Но до тех пор я хочу быть полезной. Что, если я стану слишком слабой, и мне придётся провести тысячелетия в твоих Пространственных Кольцах, потому что ты боишься, что я сломаюсь в бою. Тогда я действительно могу сойти с ума.

— Хорошо, есть ещё что-нибудь, что я могу сделать?

— Ты уверен? — спросила Алеа, наклонившись ближе.

— Эм, да? — сказал Зак.

— Хорошо, — сказала Алеа, немного подумав. — Тогда не встречайся ни с кем другим.

— Что?! — выпалил Зак, думая, что она собирается попросить какой-то дорогой материал.

— Я просто шучу. Зачем мне ревновать к какой-то женщине? Как будто я не знаю, что ты ближе к своему оружию, чем к любой женщине, — рассмеялась Алеа. — Делай, что хочешь. Такой могущественный, как ты, должен иметь пару жён и пару десятков детей, правда. А теперь мне нужно идти.

— Идти? Уже? — спросил Зак с неохотой.

— Как я уже сказала, я не могу долго оставаться в этой форме. Я уже задержалась. Я буду немного ослаблена в течение следующих нескольких недель, и ты не сможешь использовать мой новый навык, — вздохнула Алеа.

— Если я эволюционирую тебя до Среднего е-ранга, ты сможешь снова выйти? — спросил Зак.

— Средний е-ранг? — рассмеялась Алеа. — Глупый мальчик, я уже Поздний е-уровень. Работай усердно, или я тебя обгоню.

В следующий момент она исчезла.

Глава 849 Империя Этвуда

— Погоди, ты Поздний е-уровень? — воскликнул Зак, но Алеа уже исчезла, и никакого ответа из его разума не последовало.

Похоже, она пока не могла свободно общаться.

Зак совершенно не чувствовал её присутствия в своём разуме, кроме той неосязаемой связи, что была у него с другими Духовными Инструментами. Но даже если она исчезла, как после их предыдущих коротких разговоров, Зак больше не беспокоился. Как сказала Алеа, она исцелилась и даже прогрессировала в культивации.

И честно говоря, как бы Зак ни хотел снова услышать её голос, он был немного рад, что Алеа не могла свободно говорить у него в голове. Не то чтобы у него было множество секретов, которые он должен был от неё скрывать — они уже давно прошли эту стадию.

Дело было скорее в ощущении вторжения в разум, даже если Алеа, очевидно, не была бы враждебным присутствием в его сознании, как семя Хеды. Вот почему способности Вилари и Трива работали скорее как телефонные звонки. Они должны были подтолкнуть его разум, а он должен был принять их попытку общения.

С исчезновением Алеа Зак переключился на свою форму Драугра, прежде чем провести следующие несколько минут, привыкая к своему улучшенному оружию. Тот факт, что она смогла перепрыгнуть с Пикового ф-ранга до Позднего е-уровня, был огромен, но Зак решил, что не должен слишком удивляться.

Учитывая то, что Узы Любви поглотили с момента своего формирования, Зак не удивился бы, даже если бы они стали Духовным Инструментом д-ранга.

Сначала Зак беспокоился, что цепь, прикреплённая к древку его нового топора, станет помехой, хотя она и была тоньше тех, что он использовал для атаки. Однако он с облегчением обнаружил, что цепь, казалось, жила своей собственной жизнью, никогда не мешая ему и не задевая его бедро.

На самом деле, это можно было считать скорее сильной стороной, чем слабостью.

Во-первых, цепь постоянно танцевала в воздухе рядом с рукоятью, действуя немного как гарда. Вероятно, она не смогла бы заблокировать полномасштабный удар, но иметь немного металла на пути неожиданного удара, нацеленного на руку, держащую оружие, было, очевидно, хорошо.

Во-вторых, цепь по сути превращала топор в метательное оружие. Он внезапно метнул оружие в дерево на другой стороне двора, и топор выстрелил вперёд как стрела. В последнюю секунду Зак слегка подтолкнул вытянутую цепь, заставив топор резко повернуть и описать дугу, которая вместо этого срезала соседнее дерево.

Это было слияние его понимания топоров и вооружения, позволяющее ему управлять своим топором и как тем, и как другим. Такой тип манипуляции цепью был простейшей формой контроля, но он намекал на всевозможные возможности в будущем.

Мгновение спустя топор вернулся в его руку, так как цепь втянулась с такой скоростью, что это почти выглядело как телепортация. Элита, основанная на ловкости, возможно, смогла бы схватить топор на его возвращении, но осмелились бы они?

— Трив, — сказал Зак, выходя из Изолирующего Массива и бросая свой топор опешившему дворецкому. — Попробуй оттащить цепь от меня.

— Ах, молодой господин, подобные подвиги не моя сильная сторона, — замялся Трив.

— Ну, вокруг только ты, — пожал плечами Зак. — Не волнуйся, просто сделай всё возможное.

— Хорошо, — неохотно согласился Трив, и вокруг топора образовалось некое полу-осязаемое лассо, когда он начал оттягивать его.

Однако, как бы они ни старались, гроб без усилий притягивал призрака всё ближе и ближе. Зак схватил цепь сам, и почувствовал, что Трив использовал эквивалент около 3000 единиц Силы, чтобы сопротивляться притяжению. Это не было близко к пределам гроба, судя по всему, но Заку придётся найти кого-то посильнее, чтобы проверить это должным образом.

— Ладно, спасибо. Можешь больше здесь не ждать, — сказал Зак.

— Тогда я удаляюсь, — сказал Трив, бросив оценивающий взгляд на топор в его руке, прежде чем улететь.

Оставшись один в своём дворе, он сел на молитвенный коврик и задумчиво посмотрел на топор, который снова вернулся в его руку. Теперь, когда Алеа создала идеальный топор для его формы нежити, казалось, одна из его проблем была решена. Он долго думал, что делать с Укус Веруна — наполнить оружие Смертью, чтобы сбалансировать поглощённую им жизнь, или оставить его как есть.

Теперь Алеа сделала выбор за него, и чем больше он об этом думал, тем более подходящим он его находил. В аргументе о том, что использование только одного оружия поможет довести технику до предела, была логика, но были и практические последствия использования только Укус Веруна. Во-первых, нежить обычно не использовала оружие “серии Изначальное” из-за того самого конфликта сродства, который проявлял Верун.

Во-вторых, если он хотел держать свои две стороны отдельно в глазах посторонних, он не мог бегать с Укус Веруна как в облике нежити, так и в человеческом. Это уже стало проблемой в Сумеречной Гавани, где он был вынужден использовать замену, чтобы избежать разоблачения Катейей. Но использование менее качественной замены для его настоящего оружия было смертельно опасной авантюрой, которая могла дорого ему обойтись, если бы он внезапно столкнулся с сильным врагом.

Теперь все эти проблемы были решены, у него были полные наборы для обеих его сторон; Укус Веруна и Виви, когда он сражался как человек, и Узы Любви, выполняющие обе эти роли в его форме нежити.

В течение следующих нескольких часов он сделал ещё пару открытий. Самое очевидное заключалось в том, что Духовный Инструмент фактически потерял свою форму щита. Теперь Узы Любви могли принимать только формы рюкзака и ожерелья.

Взамен основные цепи гроба стали невероятно прочными, и Зак не был уверен, сможет ли даже культиватор Среднего д-ранга повредить звенья. Наряду с огромным повышением прочности, они также стали более податливыми, гораздо быстрее реагируя на его ментальные команды. Это значительно улучшило защитные возможности звеньев и по сути устранило необходимость в щите.

Взамен манипуляция цепями стоила гораздо больше Миазмы, но это не было удивительно. А с его запасами он смог бы использовать их непрерывно целый день, прежде чем иссякнет энергия.

Наконец, он обнаружил, что Зараженный Разрез, его базовая способность, которая в последнее время была несколько недоиспользована, почти возродилась с появлением подходящего оружия. С активированным Зараженный Разрез и его топор, и прикреплённая к нему цепь стали ещё темнее чёрного, а блестящее лезвие топора начало выделять такие мощные токсины, что даже Зак был поражён.

Если Горев хорошо справлялся с более слабыми врагами, то Зараженный Разрез стал ужасом для ближнего боя, что идеально подходило Заку, который годами работал над своей техникой. Частично эффект исходил от его улучшенного Дао, но было также очевидно, что его Духовный Инструмент усиливал разъедающий эффект способности.

В идеальном мире Зак хотел бы провести пару месяцев, чтобы как следует освоиться с Узы Любви после использования Цепекороб в течение многих лет, но звонок из кристалла коммуникации вернул его к реальности и её многочисленным обязанностям.

— Лорд Барон, это честь, — сказала Звездочет с видимым ликованием, когда Зак вошёл в её кабинет двадцать минут спустя.

— Что-то ты бодрая, — заметил Зак.

— Всё благодаря вам, — кивнула Абби. — Я администратор Прародителя, которому удалось стать Бароном за десять коротких лет — это чудо. Я получила повышение, плюс администрирование Санкционированной Империи более чем удвоило мою скорость культивации.

— Что ж, рад, что могу помочь, — фыркнул Зак.

— Если вы откроете свой интерфейс управления, теперь вы также сможете нанять больше администраторов, таких как я. Как Барон, вы можете добавить по одному дополнительному администратору на каждый мир, конечно, за плату, — добавила Абби.

— Но зачем мне это делать? — спросил Зак. — Порт Этвуд уже вырастил много компетентных администраторов. Зачем привлекать ещё Звездочетов?

— Ну, во-первых, вам не обязательно выбирать Звездочетов, — пробормотала Абби. — Но это также вопрос удобства. У нас есть доступ к некоторым функциям, которых нет у других. Мы также нейтральны, обязаны только вам и ограничены в своих действиях Системой. Наличие внешних администраторов в сердце вашего правительства, даже если у нас нет фактического контроля, в определённой степени предотвратит коррупцию.

— Ладно, я посмотрю кандидатов позже. Но никаких фокусов. Не думай, что я забыл твои маленькие белые лжи, — улыбнулся Зак, отмахиваясь от объяснений Звездочета. — Важнее то, получили ли вы информацию о задании, которое я выполнил на Энсолусе?

— О том, что делать с их планетой? — спросила Абби. — Я получила.

— Каково твоё мнение по этому поводу? — с любопытством спросил Зак.

— У всех есть свои достоинства, — сказала Абби. — Я думаю, что эволюция этой планеты наиболее выгодна в долгосрочной перспективе, но иметь такой мощный миниатюрный мир немного опасно. Такие планеты часто очень оспариваются; они идеальны для частных жилых миров. Я не уверена, что у вас будет достаточно сил, чтобы защитить такую планету, даже при вашей мощи.

— Хорошо, — кивнул Зак. — Думаю, тогда я выбираю третий вариант. Могу я выбрать место прямо сейчас?

— Секунду, — сказала Абби, когда звёздная пыль в её глазу закружилась быстрее. Лишь через полминуты она снова заговорила. — Вы не можете выбрать место прямо сейчас. Вы сможете выбрать место не раньше чем через 40 лет и не позднее чем через 85 лет. Вам также нужно будет посетить место, которое вы имеете в виду, и оно не может напрямую контролироваться другой империей.

— Нет проблем, — медленно кивнул Зак. — Я всё равно ещё не решил, где нас разместить. Так почему ты меня позвала?

— У вас проблема с местными фракциями. Когда Империя Этвуда стала Санкционированной Империей, мир вторжения был не единственным, кого это затронуло. У всех на Земле изменилась Принадлежность, и мы получили десятки запросов на разъяснения, — объяснила Звездочет. — Мы не осмеливались давать чётких ответов, пока вы не высказались по этому вопросу.