Смерть не отступала и не трусила, поэтому сила встретилась с силой, когда Зак оставался верен своему пути. Цепи уже распутались благодаря тому, что Зак выиграл немного времени, и они возобновили преследование Жнеца, пока Зак продолжал давить. Кальдор тоже не сдавался ни на дюйм, и казалось, что у него три головы и шесть рук, он непрерывно парировал удары или нарушал формации цепей.

Это было странное ощущение, когда Кальдор был одновременно сильнее и слабее по сравнению с Павиной. Он был сильнее в своём понимании ритма, в извлечении максимума из простого тайминга. Его контроль был ужасающе точным, где Кальдор постоянно создавал преимущества, манипулируя траекториями и ударами Зака почти незаметными степенями.

Эти небольшие различия стоили Заку лишь долей секунды, но они давали Кальдору передышку, необходимую для изменения ритма и избегания перехода в оборону. Однако его техники были уступающими техникам Павины из-за ограничения его концепций на уровне Фрагментов. После стольких битв с Павиной Зак чувствовал, что атаки были почти примитивными, после того как он получил некоторое понимание того, что делал Кальдор.

Это был ключ к победе, и Зак в полной мере воспользовался этим, используя обе свои Ветви Дао в ударах и как основу для своей Неистовой Стойки. Каждая его атака содержала неизбежную природу смерти, каждое движение было подобно ещё одному слою удушающего сжатия, которое в конечном итоге заберёт свой приз.

Кальдор уже превратился в алебастровое пятно, отражая цепи и удары со всех сторон, но Зак мог сказать, что смерть медленно подкрадывалась. Вначале непредсказуемая природа Кальдора неоднократно нарушала ритм Зака, но Жнец всё чаще двигался в соответствии с собственным Дао Зака.

Топор Зака опустился, и Кальдор снова избежал удара на волосок, больше не имея возможности позволить себе дюймы свободы. Тем не менее, их битва стала похожа на шахматную партию, приближающуюся к концу. Даже если нужно было сделать ещё несколько сотен ходов, игра должна была закончиться в пользу Зака, если он не совершит ошибку.

Оковы лязгнули, и глухие звуки столкновения острого металла с костью образовали песню прекращения, когда два бойца двигались к неизбежному. Тем не менее, Зак совсем не смел ослаблять бдительность и вошёл в трансцендентное состояние, где он был един со своим путём, не позволяя никаким эмоциям или отвлечениям сбить его с пути.

Кальдор осознавал эту дилемму, но как бы он ни сражался, он не мог вырваться, сдерживаемый не только техникой Зака, но и, что более важно, правилами поединка. Зак уже достиг необходимого уровня для этого поединка, когда победил Олгорота. С тех пор он значительно улучшился, превратив борьбу не на жизнь, а на смерть в приемлемое испытание, как он и планировал.

Однако Зак внезапно почувствовал, как техника Кальдора стала более грубой, более жестокой, и плотный красный туман начал сочиться из его тела; сгустившееся Убивающее Намерение. К счастью, время Кальдора истекало, и работа Зака приносила плоды. Жнец был выбит из равновесия мощным ударом, и четыре цепи рванулись вперёд.

Обе руки были временно связаны, как раз когда топор Зака рванулся вперёд, целясь прямо в грудь Жнеца. Открытие наконец-то представилось после сотен обменов; смерть пришла за своим. Однако, когда Зак собирался поставить Жнецу мат в этой тщательно спланированной игре, Кальдор сделал единственное, что могло предотвратить победу.

Он перевернул весь стол.

Неясный пар, сочащийся из костей Жнеца, внезапно двинулся, превратившись в неузнаваемую Печать под правой ногой Кальдора, когда он топнул. Цепи Зака были полностью нарушены и потеряли хватку, в то время как сам Зак снова был отброшен.

— Хорошо, хорошо! — прорычал Кальдор, его фигура едва виднелась в сгущающемся тумане. — Ты меня не разочаровал. Подумать только, ты сумел так далеко меня загнать. Но этого недостаточно. Недостаточно! Покажи мне свой Путь. Покажи мне Резню!

— Ты нарушаешь соглашение? — нахмурился Зак, приходя в себя.

— Нарушаю что? Это всего лишь Убивающее Намерение, знак воина, — рассмеялся Кальдор. — Я ни разу не использовал навык! Как я сжульничал? Как?!

Зак на мгновение посмотрел на скелет широко раскрытыми глазами, снова сожалея, что большинство старых монстров, с которыми он сталкивался, обладали одной общей чертой — бесстыдством. Было ли это основным компонентом, необходимым для достижения вершины культивации, чтобы нагло искажать ситуацию в свою пользу, забывая о всяком чувстве достоинства?

Конечно, это не было прямо указано, но использование Убивающего Намерения Пикового Монарха выходило за рамки дуэли. Этот удар был значительно смертоноснее всего, что можно было нанести с помощью Пиковых Фрагментов. Он даже почувствовал огромное давление, когда использовал свои Ветви Дао.

Это был первый раз, когда Зак видел, чтобы Убивающее Намерение использовалось в такой степени. Сам Зак несколько раз использовал его, чтобы подавить или даже нокаутировать более слабых врагов, но этот метод был чрезвычайно грубым по сравнению с тем, что сделал Кальдор. Скелет каким-то образом контролировал намерение, а затем превратил его в то, что выглядело как Массив, чтобы усилить свою силу.

— Ты отказываешься от своего слова? — повторил Зак.

Он немедленно получил ответ, когда Кальдор рванулся вперёд, его Убивающее Намерение было полностью и бесстыдно продемонстрировано. Зак лишь на мгновение заколебался, прежде чем бросился навстречу. Он не знал, терял ли Кальдор контроль из-за боевого пыла, как это, по слухам, свойственно Жнецам, или он хотел подтолкнуть Зака ещё немного, чтобы испытать его.

Если это было первое, Зак мог отступить и вернуться, когда Кальдор остынет. Поскольку Зак выиграл бы этим последним ударом, если бы не прерывание, Кальдор, вероятно, безропотно отдал бы ему Осколок. Однако, если это было второе, Зак чувствовал, что слишком быстрая сдача может стоить ему шанса получить Осколок. Кальдор ясно дал понять он не любил трусов.

Пока Зак продолжал немного дольше, поскольку не достиг своих пределов. Кальдор больше не утруждал себя изяществом, и инстинкты Зака подсказывали ему, что это никогда не было истинным путём скелета. Это было до боли очевидно, когда Жнец дико набросился на него, его пальцы светились красным.

Зак ответил своим собственным ударом, но даже смерть была отброшена ненасытной волей, содержащейся в атаке Кальдора. Зак отступил на шаг, но немедленно адаптировался и снова бросился в атаку. С беспрецедентной сосредоточенностью Зак возобновил свою стойку, успокаивая свой разум. Смерть не может быть нетерпеливой, её нельзя сбить с толку внешними событиями.

Она была устойчивой, непреклонной. И если она терпела неудачу, это было лишь временное поражение. Смерть в конце концов победит; никто не мог избежать её. Но быстро стало казаться, что Зак пытался сдержать разъярённого Баргеста тюрьмой из прутьев. Удары Кальдора казались проще, чем раньше, но они содержали неукротимость, которая сокрушала Дао Зака.

Удары Жнеца игнорировали всё, когда он шёл на убийство. Технически, это должно было означать, что он оставлял своё тело с многочисленными открытыми участками, но Кальдор продолжал высвобождать эти красные Массивы своими кулаками, ногами, коленями и локтями в яростном шквале.

Каждый раз, когда их атаки сталкивались, Зак чувствовал себя отбитым армией закалённых в боях ветеранов, чья воля превратилась в силу веры. Зак пытался восстановить контроль, но снова и снова обнаруживал, что его техника не может противостоять такой силе. Это было неумирающее, вечное, истинное проявление Дао Конфликта.

Удары оказывали на Зака такое давление, какого он не чувствовал с тех пор, как вошёл в Мир Орома, где каждый удар Кальдора нёс угрозу смерти. Весь двор был теперь ею затоплен, доводя нервы Зака до предела. Даже зрение Зака начало расплываться, как будто его тащили в безумие Кальдора.

Что бы ни планировал Жнец, одно было ясно. Убивающее Намерение было слишком реальным, и каждый удар был нацелен на жизненно важные органы Зака с намерением убить. Если бы один из этих усиленных Массивом ударов попал в его тело без рассеивания силы, его Ядро Двойственности не смогло бы имитировать его смерть и спасти его.

Зак на мгновение задумался о том, чтобы отказаться от своих цепей, полностью сосредоточившись на работе топором, чтобы сфокусировать свою силу. Однако он тут же отбросил эту идею, решив довериться тому, что он построил за эти четыре года. Часть его хотела отбросить всё это теперь, когда он наконец-то столкнулся с чем-то, что чисто подавляло его Неистовую Стойку. Когда на кону стояли реальные ставки.

Но его путь не был ложью. Он провёл его через непреодолимые трудности, и он проведёт его и через это. Громкие призывы иллюзорной войны, скрытые в кровожадности Кальдора, утихли, когда бездонные глаза Зака уставились прямо в душу Кальдора. Он снова двинулся вперёд, и почувствовал, как что-то изменилось, когда его душа и тело слились воедино, когда его путь наполнил его саму сущность непреходящей целью.

Он был неумолим.

Глава 826 Гармония

Ни разу с тех пор, как более полугода назад Зак ступил на Стадию Интеграции, он не чувствовал такой гармонии со своим творением, когда он и его Дао были на пути к тому, чтобы стать единым целым. Неистовая Стойка больше не была просто продолжением его воли, она слилась со всем его телом. Он превратился в неподвижную точку посреди безумия Кальдора, остров смерти, который не могли пробить воины, рожденные из убивающего Намерения жнеца.

Сначала Зак задался вопросом, не перепрыгнул ли он каким-то образом целый уровень и не ступил ли на Стадию Зарождения, но сразу же понял, что переоценивает себя. Даже Монархи, изучавшие свои Дао и техники на протяжении эонов, с трудом достигали такого уровня техники, и Заку было еще слишком рано делать этот шаг.

Его состояние также не было результатом углубления его основ на Стадии Интеграции. Зак мог сказать, что он только начал свою работу по интеграции — таинственное чувство единства пришло откуда-то еще, от того, к чему Павина его не готовила от его души.

Конкретнее, это произошло благодаря скелетному каркасу, который он создал для Аватара Тысячи Светов.

Его собственные движения и движения его Дао-Аватаров были почти синхронны, когда Зак отбивал безумный натиск своего скелетообразного противника. Когда он взмахивал своим тренировочным топором, так же взмахивал аватаром своим цепным топором смерти. Когда Зак манипулировал цепной формацией, воздвигнутой с помощью Цепекороба, так же танцевали черные усики из его Ветви Бледной Печати в его апертуре души.

Будучи целью беспрецедентной волны убивающего Намерения и давления, Зак был вынужден до предела использовать свою технику. Колебания и концепции, генерируемые его Дао-Аватарами, стали сильнее, чем когда-либо, и были еще больше усилены Заком, открывшим свою Духовную Пустоту. Неосознанно, эта сила затем распространилась на тонкие нити Ментальной Энергии, которые Зак начал проводить по своему скелету.

Это был первый и самый простой шаг Аватара Тысячи Светов — просто создать каркас для дальнейшего развития по мере прогресса. Метод предполагал, что первоначальный пользователь, Эйдолон, должен был формировать его на основе своего любимого облика. Поскольку Зак не был аморфным призраком, он решил сформировать каркас на основе своей скелетной структуры.

Оттуда он постепенно заполнял свое тело, копируя пути к плоти и мышцам, пока его тело не было заполнено своего рода вторичной душой. Этот начальный шаг не потребовал слишком много работы, что позволило ему в основном завершить его во время отдыха. Большая часть работы заключалась в гравировке набора узоров, которые предотвращали немедленное рассеивание ментальной энергии.

Начальный шаг мог быть простым, но он также не принес ему никакой пользы. Зак пытался использовать своего зарождающегося аватара в дикой местности, как вселяя в него Дао, так и пытаясь использовать его для более быстрого внедрения ментальной энергии в свои навыки. Ни то, ни другое не сработало. Было эффективнее наполнять свои мышцы своим Дао, если он хотел усилить свое тело, а пути были слишком тонкими, чтобы нести необходимое количество Ментальной Энергии для усиления навыка с помощью Ветви Дао.

Теперь этот слабый каркас стал своего рода мостом, улучшающим гармонию между ним и его Дао-Аватаром. Он стирал границы между телесным и духовным, где все двигалось к единому единству. Это было еще далеко не идеально, но это делало его стойку более естественной, приводя не только его разум, но и все его тело в правильное состояние.

Зак понятия не имел, что такое возможно. Павина вообще не культивировала свою душу, за исключением использования какого-то воинского метода, который пассивно укреплял ее защиту со временем. Таким образом, она никогда не упоминала, что душа и техника могут усиливать друг друга. Если что, те, у кого были мощные души и, следовательно, высокий контроль, скорее сосредотачивались на Намерении, где культиваторы интегрировали свой путь со своим оружием или заклинаниями, а не со своей техникой.

Это было отличной новостью для Зака, который не мог использовать свою необычайную душу, за исключением противостояния остаткам и выполнения своей грубой версии Дао Брейдинга. Первое было временной мерой, чтобы избежать безумия, а второе не было чем-то особенным. Его брейдинг был даже хуже, чем то, что могли выполнять некоторые ф-ранговые таланты.

Остатки обеспечивали мощный скрытый козырь, а также помогали культивировать его душу, но Зак, в конечном итоге, получал несколько ограниченную отдачу от культивации своей души, даже если это был самый трудоемкий аспект его пути. Ранее он надеялся использовать свою культивацию души для формирования Намерения Топора или даже некоторых Намерений, основанных на технике, таких как Эволюционное Намерение.

Зак полагал, что между кристаллизацией его пути, быстро улучшающейся техникой и мощной душой он сможет добавить Намерение в свой репертуар, но он был совершенно неспособен сформировать даже намек на Намерение. К сожалению, похоже, что Намерение требовало Сродства, которое позволило бы ему лучше контролировать прозрения в его Дао.