Драугр был им так же, как и его человеческая сторона, и его желание углубиться в этот аспект Космических Истин было так же реально, как и его связь с Жизнью. Всё началось с Семени Твердости, когда-то предназначенного стать Фрагментом Щита. Вместо этого оно стало представлять неприкосновенность и неумолимость Смерти.

Затем пришло Семя Гниения, рождённое из необходимости и чувства дисбаланса. Теперь оно представляло переход от Жизни к Смерти, от движения к Неподвижности. В конце концов, как и его Ветвь Калпатару, его Дао не было Дао пассивного принятия, даже если оно было сосредоточено вокруг Неподвижности. Это также было первым Передачей Дао Павины ему, её демонстрацией на Арене, которая показала, как Смерть может быть Проактивной.

Видение проклятого Лотоса слило Твердость и Гниение во что-то более соответствующее его пути. Смерть была высшей клеткой, против которой все существа бунтовали, как кто-то, кто был погребён против своей воли. В её сердце была Вечная Пустота.

Культивировать — значит бороться с Судьбой, но Смерть была высшим судьёй этой борьбы. Контролируя Смерть, он был не просто Арбитром Судьбы своих врагов, но и своей собственной. Когда их главы заканчивались, его собственный путь расширялся, достигая того высокого Пика. Это был его Путь Превосходства.

Пещера загрохотала, когда Истины внутри начали резонировать с тем, что было выгравировано в сердце Зака, и он открыл свои Бездны Глаза, чтобы принять Смерть в свою Душу. Он почувствовал, как увядшее дерево поднялось из его Миазматического Ядра, и услышал спектральный стук из висячего гроба, когда Аватар Дао занял центральное положение в его Апертуре.

Глава 824 Кульминация

Леяра прошла сквозь барьер, защищающий внешний зал, и её сразу же встретила всеобъемлющая тишина. Её шаги, её дыхание, сам базовый звук существования был поглощён пустотой, оставляя лишь одеяло безмолвия. Это не было неприятно — скорее наоборот. Это было похоже на возвращение в утробу, и даже её мысли заглушались до шёпота.

Её мастер отчитала бы её за то, что она поддалась небытию, поэтому Леяра беззвучно сложила руки в Мудру Пустоты и направила свою технику культивации. Её туманное сознание сгустилось, став неподвижным, как отполированный камень, лежащий посреди реки. Хотя она была частью Пустоты, она отличалась от неё. И была ею очищена.

Она вошла внутрь, пространство и расстояние казались нечёткими из-за отсутствия звука, сопровождающего её действия. Она держала свою печать, двигаясь вперёд. Сотни чернильно-чёрных кристаллов парили в воздухе вокруг неё, каждый из них беззвучно гудел в унисон с камерой. Сегодня вихрь Дриквиров прилетел из садов, скорее всего, привлечённый Дао Жрицы Пустоты.

Они были похожи на шелковистые полосы света, мерцающие в этом измерении и за его пределами, когда они танцевали вокруг Камней Пустоты, их источник освещал обычно затенённый зал. Улыбка расцвела на лице Леяры, когда она увидела этих озорных маленьких существ, но она не осмелилась поманить никого из них, боясь потерять концентрацию.

Она не была в настроении сталкиваться с Транквильной Стеной и читать писания так скоро после возвращения. Поэтому она отвела взгляд, направляясь к выходу на другом конце. Время для игр с животными, которые сделали Монастырь Пустоты своим домом, найдётся позже.

Её мастер сидела на том же месте, что и когда Леяра ушла на свою миссию. На том же месте, где она сидела задолго до рождения прабабушки Леяры. Леяра едва могла ощутить присутствие своего мастера, даже стоя прямо перед ней, настолько совершенно она была настроена на Пустоту.

Перала Джанодрок всегда носила те же длинные белые одежды, её выгравированные подолы расходились вокруг неё, как цветок лотоса. Её черты были нечёткими из-за завесы тьмы, окутывающей её, но Леяра знала, что она была красива, чрезвычайно. Иначе почему эти старые жабы были так одержимы ею? Было больше женщин-Монархов, которых можно было бы посватать, если бы они просто хотели дипломатического союза.

Вид одинокой спины её мастера, смотрящей на парящий шрам перед ней, заставил сердце Леяры сжаться от горя. Как долго она будет сидеть здесь в одиночестве, пропуская радости жизни? Чтобы хранить давно забытое обещание? Но Леяра поспешно стёрла скорбное выражение, когда её мастер повернулась к ней, и вместо него на её лице расцвела сияющая улыбка.

— Ты вернулась, — улыбнулась Перала, поманив свою ученицу подойти поближе.

Вселенная обрушилась обратно с голосом Пералы, белый шум реальности внезапно стал настолько громким, что был невыносим. Но, как нарастающая волна, безмолвие вернулось в тот момент, когда Перала закончила говорить. Её голос был Пустотой, и когда он существовал, окружающее безмолвие не могло. Как могла бы река существовать в океане?

— Ты добилась прогресса в своём понимании.

Леяра открыла рот в ожидании, но из её горла вырвалась только тишина, её слова не могли принять форму. Её лицо сморщилось от досады, прежде чем она прыгнула в объятия мастера.

— Тебе ещё слишком рано ломать пустоту, — сказала Перала, качая головой, когда она погладила Леяру по голове, её улыбка медленно угасала. — Усердно работай. Мы вступаем в бурное время.

Я думаю, я становлюсь ближе, — ответила Леяра в уме. — Я почувствовала, как что-то сгущается.

— Я уверена, — кивнула Перала, когда Леяра села перед ней. — Как всё прошло?

Далос совершил 81 обряд, но ответа не было. Мы путешествовали по планам больше года, но не было никаких зацепок о возмущении. Если аномалии связаны с самой Звездой Пустоты, то она хорошо скрыта. Или, по крайней мере, за пределами наших возможностей понимания, — передала Леяра, качая головой. — Единственным признаком аномалий было необычное количество зверей.

— Волны формируются? — промычала Перала, не выглядя слишком обеспокоенной.

Леяра пожала плечами в ответ, не слишком уверенная. Количество зверей было немного больше обычного, но ещё не достигло уровня волны. И даже если бы одна появилась, что с того? Они появлялись каждые несколько столетий, когда население стремилось очистить свои родословные. Это была беспроигрышная ситуация, когда звери избавлялись от слабости, а подчинённые фракции монастыря получали некоторое богатство и опыт.

— А как насчёт тебя? Что сказало твоё сердце? — спросила Перала.

Леяра некоторое время колебалась, не сразу отвечая. Она что-то чувствовала, но боялась, что ей это привиделось.

— Не сомневайся в своих инстинктах, дитя. Твоя способность в этом отношении уникальна, даже превосходит то, на что способна я, — сказала Перала.

Это было счастливое чувство, — наконец сказала Леяра. — Предвкушающее.

— Счастливое и предвкушающее? — медленно пробормотала Перала, её глаза не давали понять, о чём она думает. — Понимаю. Как твой прогресс?

Мне удалось сформировать свою вторую Ветвь Дао во время миссии, — ухмыльнулась Леяра.

— Хорошее дитя. Твоё понимание всегда было на переднем крае в этом секторе, — улыбнулась Перала. — К сожалению, ты немного неопытна в других аспектах, и я не могу не беспокоиться. Я назначила тебе тренировку. Чтобы укрепить твои основы и подготовить себя. Тебе нужно достичь Гегемонии в течение 15 лет.

15 лет? — повторила Леяра с замешательством, прежде чем её глаза расширились в понимании. — Мы действительно присоединяемся?

— В некоторых вопросах мы не можем сохранять нейтралитет. Это один из них, — кивнула Перала.

Они что-то обнаружили? — спросила Леяра с приступом беспокойства.

— Судя по всему. Наши враги идут по неортодоксальному пути. Не одна или две фракции, а вся армия, — вздохнула Перала. — Война будет жестокой, несравнимой ни с чем.

Тёмный сектор?! — спросила Леяра, содрогаясь от ужаса.

— Возможно, это ложная тревога. Мы узнаем больше в ближайшие годы, — сказала Перала. — Чему быть, того не миновать. Иди найди Мравлу, она научит тебя искусству командования в течение следующего года.

Леяра медленно кивнула, нахмурившись, когда встала, забыв обо всех мыслях об играх в садах, и поспешила к Скиту Мравлы. Ситуация не казалась такой серьёзной по слухам, которые она слышала. Просто несколько стычек в беззаконном секторе. Но если её мастер действовала, ситуация должна быть чрезвычайно серьёзной, и она была недостаточно сильна, чтобы что-либо защитить в своём нынешнем состоянии.

Перала увидела, как её ученица вышла из подавляющего буфера, прежде чем повернуться обратно к парящему шраму.

— Сначала Пространственные Врата, теперь ты. Это связано? — вздохнула Перала, сжимая древний жетон, висящий на её шее. — Миллион Врат. Неужели это действительно существует?

Щетинистая ящерица издала последний скорбный вой, беспомощно наблюдая, как опускается топор, но её причитания оборвались, когда удар Зака пронзил её толстый череп и одним отточенным движением погасил её душу. Небольшая струя энергии вошла в его тело, когда местный тиран Третьей Полосы пал, оставив Зака задыхающимся и голодным после часового боя, чтобы одолеть это упрямое животное.

Тем не менее, голод едва ощущался, когда он с нетерпением открыл свой Экран Заданий.

Конец Отчаяния (Класс) Погасить миллион душ. Награда Навык Конец Отчаяния (1 000 000/1 000 000) ВЫПОЛНЕНО

Это заняло более четырёх лет, большую часть которых он провёл в непрерывных боях в Диких Землях, но он наконец-то добился своего. Миллион душ был погашен, превратив Зака в то, что лучше всего описать как ходячее бедствие для зверей, сделавших это место своим домом.

К счастью, даже звери в Первой Полосе подходили для выполнения задания, что позволяло ему в конце продвигаться на десятки тысяч убийств в день, поскольку он знакомился со своей последней Ветвью Дао. Прошло более четырёх месяцев с тех пор, как он вернулся в Дикие Земли, и на этот раз он начал прямо с самого начала. Более двадцати двух часов в день он сражался в почти макабрическом танце со смертью.

Зак провёл один месяц в Первой Полосе, привыкая к своей новой Ветви Дао. После этого он двинулся вперёд, не останавливаясь, пока не достиг средних пределов Третьей Полосы. Однако он знал, что не сможет продвинуться намного дальше. Обладания мощной техникой было недостаточно. Те, кто добирался так далеко, обычно имели Поздние Ветви Дао или выше.

Некоторые даже достигли следующей ступени лестницы, полностью затмив его собственные достижения. Техники было недостаточно, для её использования нужна была более мощная база, как сказала Павина. Можно было пройти все Дикие Земли, овладев Стадией Зарождения техники, но только при условии, что вы также были Монархом.

Улучшение его техники почти позволило Заку сделать невозможное возможным в Диких Землях, но это могло завести его лишь так далеко. Кроме того, Зак знал, что её преимущества усиливались здесь, в Диких Землях, где он сражался только со зверями Среднего е-ранга. Он столкнулся бы с большим вызовом, чем просто недостаток атрибутов, если бы вошёл в беззаконный сектор Третьей Полосы, но он не осмеливался.

Даже если спарринги с теми сильными мира сего, которые шли по пути резни, были бы гораздо эффективнее, он не осмеливался делать это прямо сейчас. Срок его дуэли приближался, и он не мог позволить, чтобы кто-то покалечил его и обременял трудноизлечимыми инвазивными Дао.

Пришло время возвращаться.

Уходить было не просто вопросом способности. Не было особого смысла идти ва-банк и пробиваться глубже в Дикие Земли. Хотя животные здесь были чрезвычайно сильны, это было только по сравнению с его ограниченным состоянием. Без тюремного клейма и без использования Заком своей родословной, он мог бы убить тысячи таких ящериц, не вспотев.

Зак на самом деле не ставил всё на кон в этом месте, и поэтому он на самом деле не находил никаких новых истин в пылу битвы. Большая часть его достижений здесь в конечном итоге основывалась на его отчаянных попытках в Сумеречном Океане. Ором Мир дал ему возможность лучше понять то, что он узнал и испытал с момента интеграции, а затем превратить это в нечто полезное.

Но он уже исчерпал своё накопленное вдохновение до предела и не мог дальше идти по этому пути. Ором Мир достиг своих пределов в том, что он мог предоставить. Действительно, пришло время уходить. Не только из Диких Земель, но и из самого Ором Мира.

Зак начал свой путь к ближайшему телепортационному выходу, обдумывая свой путь. Он намного превзошёл минимальные требования, упомянутые Кальдором, но это не означало, что он мог ожидать лёгкого боя. Он открыл свой Экран Дао, чтобы посмотреть на свои Дао, надеясь, что строки текста приведут к новому озарению.

Ветвь Бледной Печати (Ранняя) Все атрибуты +50, Сила +300, Выносливость +2250, Жизнеспособность +800, Интеллект +50, Мудрость +250. Эффективность Выносливости +25%

Зак был так же сбит с толку, когда увидел свою новейшую Ветвь Дао, как и когда сформировал Ветвь Кальпатару. К счастью, он в конце концов понял происхождение названия. Семь Печатей, возможно, не были широко известны, но представление первых четырёх было знаменито даже в популярной культуре — четыре всадника Апокалипсиса.

Что касается Бледной Печати, то она, должно быть, относилась к четвёртой из Семи Печатей.

Четвёртая печать была, как ни странно, той, что выпустила Смерть, которая поразит землю войной и голодом. Сначала Зак был немного сбит с толку, поскольку образ казался немного не соответствующим его Дао, но в конце концов он понял, что в сравнении есть две части. Первый компонент, естественно, был Смертью, тем, что скрывалось внутри печати.

Во-вторых, это была сама Печать, точно так же, как работал его Фрагмент Гроба; твёрдость, содержащая гниение. Печать была явно невероятно прочна, поскольку она могла сдерживать саму смерть, пока её не выпустили. Эта сдерживающая сила была центральной для его пути и его техники. Наконец, Дао указывало на следующую стадию этого пика — седьмую печать. Когда седьмая печать сломается, даже Небеса умолкнут, когда наступит конец дней; Апокалипсис.