Сцена была шокирующей, и первобытная часть подсознания Зака просто хотела, чтобы он упал на колени в поклонении приближающейся сущности. От подобного не было спасения. Можно было только молиться, чтобы такое существо не удостоило бы себя тратить силы на его убийство.

Однако, хотя сердце Зака билось как барабан, это было не просто от полного страха. Его эмоции были гораздо сложнее, когда он поднял взгляд на незнакомое, но знакомое лицо на высоте тысячи метров. Каштановые локоны были заменены фиолетовыми нитями эфира, но основные черты все еще были на месте. Лицо того, кто обнимал его на ночь, кто водил его в школу в детстве.

Леандра Этвуд наконец-то вернулась на Землю.

Глава 664 Судьба

Мир застыл от спуска Леандры Этвуд, но Небеса не собирались долго терпеть отказ. Грозовая Молния бурлила и бушевала, словно само её существование было вызовом Небесам. Если раньше к острову тянулись лишь отдельные разряды, то теперь с неба падали тысячи синих молний. Но разве могла Леандра прийти неподготовленной?

Она раскрыла одну руку, и тысячи тысяч таинственных огней возникли из ниоткуда, каждый из которых сформировал барьер, намного превосходящий всё, что Зак и Кензи когда-либо смогли бы купить или создать. Небесный рокот лишь усиливался, и атаки обрушивались на барьер. Казалось, весь мир рухнет, и Зак чувствовал подавляющее давление, стоя прямо под этим ужасающим зрелищем.

Глубокие трещины и фиолетовые разводы распространялись по барьерам, но они выдержали даже Грозовую Молнию Системы. Несколько её рук сложили Печати, которые, казалось, корректировали барьеры, чтобы ещё больше их усилить. Затем Леандра на мгновение осмотрела сцену, прежде чем её взгляд сместился на Зака и Кензи, стоявших на земле.

Одна из её свободных рук сложила другую Печать, и Зак внезапно обнаружил себя совершенно неспособным двигаться. Что ещё тревожнее, Кензи, казалось, потеряла сознание, когда она парила в нескольких метрах над землёй, а шары из Металла Памяти отплыли в сторону.

— Стой! — закричал Зак, пытаясь встать между Кензи и Леандрой, но прорваться сквозь оковы было бесполезно.

Он мог лишь с тревогой наблюдать, как один таинственный слой за другим окутывал его сестру, пока она не исчезла из виду внутри кокона чистой энергии. Зак всё ещё не понимал, была ли Леандра другом или врагом, но одно было ясно она, по крайней мере, могла помочь им пережить этот Апокалипсис.

По крайней мере, Зак на это надеялся, поскольку интенсивность молний в небе, казалось, только усиливалась.

Леандра снова посмотрела на небо на несколько секунд, и Зак вздрогнул, когда его наполнила глубоко укоренившаяся ненависть, от которой волосы встали дыбом. Это было настолько за пределами любого Убивающего Намерения, которое Зак когда-либо мог бы высвободить, что его можно было считать чем-то совершенно иным. Пылающий гнев кого-то столь могущественного, как Леандра, казалось, влиял на саму реальность, и даже солнце померкло, когда океан начал закипать. Ему повезло, что её взгляд был направлен на небо, а не на него самого, поскольку он не был уверен, что переживёт такое внимание.

Зак всё ещё чувствовал, как его зрение сужается, а по всем его органам пошли трещины. К счастью, это ощущение вскоре исчезло, но Зак знал, что они ещё не выбрались из беды, поскольку небо всё ещё грохотало с нарастающим неистовством. По какой-то причине Зак почувствовал, что оно потеряло направление, словно не могло найти Кензи, спрятанную в коконе его матери. Была ли в этом цель этих барьеров, а не в реальной защите?

Всё ещё казалось, что существует отчётливая вероятность того, что Система решит просто уничтожить весь остров, если не найдёт Кензи, но Леандра наконец готовила свой следующий шаг. Восемь рук гиганта медленно образовали круг, и внутри появился ослепительный свет, словно она формировала какой-то портал своим собственным телом. Зак наблюдал с опасением, и его глаза расширились, когда из света вышла знакомая фигура.

Это была Леандра, из плоти и крови, выглядевшая точно так, как он её помнил.

Металлический гигант на самом деле не был его матерью? Впрочем, Зак быстро понял, что для Технократов всё может быть не так однозначно, поскольку надменный гигант за её спиной быстро рассыпался в фиолетовую пыль. Часть этой пыли вошла в тело Леандры, когда она спускалась к их местоположению, в то время как другие части образовали купол над ротондой, которую Кензи подготовила для своей эволюции.

Зак не сразу понял, что делает купол, но вскоре осознал, когда понял, что молния над ними внезапно стала двигаться с долей своей первоначальной скорости. Она установила сферу замедления времени.

— Мама. Ты вернулась, — с нерешительностью сказал Зак, его разум пытался определить, была ли Леандра перед ним той, что из его видений, или гораздо более приветливой версией, записанной в Токене Технократов.

Глаза Леандры медленно отвернулись от кокона, на мгновение задержались на точке в океане, прежде чем она посмотрела в глаза Заку. В её взгляде не было той едкой ненависти, которую Зак почувствовал в своём видении, но это и не был взгляд любящей матери. Он был спокоен, до полного отсутствия эмоций.

— Ты хорошо справился, защищая свою сестру во время Порчи, — сказала она, кивнув. — На самом деле, твой прогресс меня очень удивил.

Зак не сразу понял, о чём она говорит, и даже задался вопросом, не о его ли Кровавой Линии она толкует. Но вскоре он понял, что под Порчей, возможно, подразумевается Интеграция. В конце концов, распространение Системы по Мультивселенной, вероятно, рассматривалось Технократами как Порча.

— Что ты делаешь с Кензи? — спросил Зак, полный опасения.

— Ты был слишком нетерпелив, пытаясь преждевременно развить Цифровой Нексус. Ты и Нексус, возможно, однажды пережили Суд Небес, но это не значит, что вы можете бесстыдно ходить под солнцем, — сказала Леандра. — Я временно запечатываю прогресс твоей сестры, пока не смогу должным образом взрастить Нексус. Для Маккензи тоже слишком рано. У неё нет твоей Конституции, она не сможет вынести бремя в своём нынешнем состоянии. Она должна была это уже осознать, но всё равно продолжала.

— Что? Развитие Ии Дживс убьёт её? — сказал Зак в шоке.

— Ии Дживс? — повторила Леандра с замешательством, прежде чем поняла, о чём идёт речь. — Да. Половина её крови принадлежит Роберту Этвуду, обычному Смертному. То, что она вообще смогла получить и слиться с Цифровым Нексусом, — не что иное, как чудо. Но достичь нашей цели. Будет сложно. Нам нужно покинуть этот Сектор, если мы хотим иметь шанс на успех.

Мысли Зака вихрем проносились, пока он обдумывал информацию. Казалось всё более и более вероятным, что он и Ии Дживс изначально предназначались для совместного использования. И, как и ожидалось, Леандра пришла забрать Кензи. Зак был полон нежелания, но вынужден был признать, что это лучше, чем быть испепелённым Грозовой Молнией.

— Папа. умер во время Вторжения, — сказал Зак, не зная, что ещё сказать.

Между ними не было семейного тепла, когда они стояли друг напротив друга, и он почти чувствовал себя солдатом, докладывающим своему генералу.

— Я знаю, — кивнула Леандра, и Зак внутренне нахмурился, когда на её лице не появилось ни малейшего изменения. — Роберт был хорошим человеком, который помог нам в трудную минуту. Он заслуживал лучшего конца. Слишком многие пали жертвами махинаций Злодейских Небес. Однажды настанет расплата.

Леандра казалась совершенно равнодушной ко всему, из-за чего ранние детские воспоминания Зака казались иллюзией. Это причиняло ему боль, чего он совсем не ожидал, учитывая обиду, которую он носил в себе десятилетиями. Он мог сосредоточиться только на том, что было важно сейчас спасении Кензи.

— Ты сможешь справиться с молнией? — спросил Зак.

Она не ответила сразу, а лишь махнула рукой. Зак не сразу понял, что она делает, но его глаза расширились от шока, когда Теа внезапно появилась прямо между ними, её волосы были мокрыми, а она оглядывалась с ужасом.

— Теа! — воскликнул Зак с тяжёлым предчувствием. — Мама, что происходит?!

Теа посмотрела на Зака с непониманием, прежде чем её взгляд обратился к Леандре, которая всё ещё излучала неоспоримую мощь. Она явно с трудом осмысливала происходящее, да и кто мог её винить?

— Она плавала за пределами этого острова на сокровище, скрытом несколькими низкоуровневыми Массивами, — сказала Леандра, заставляя Зака посмотреть на свою девушку с замешательством.

— Я-я хотела понять, что происходит. Вы двое годами действовали скрытно, строили скрытые фабрики и эти запретные острова. Я хотела убедиться, — заикаясь, сказала Теа. — Я не хотела никому навредить, просто помочь, если что-то пойдёт не так. Я-я.

— Нулевой Контейнер Сродства имеет сложные отношения с Каяр-Элу и Корневым Пактом, но по его венам всё ещё течёт наша кровь. Ты недостойна, — перебила её Леандра с бесстрастным лицом. — Но у тебя всё ещё будет шанс послужить в этом Предприятии.

— Что ты. — вмешался Зак, но внезапно обнаружил, что не может говорить.

Теа выглядела так, будто её ударили, её глаза были широко раскрыты, когда она переводила взгляд между Заком и Леандрой. Зак почувствовал крайне дурное предчувствие и хотел крикнуть ей, чтобы она бежала. Но он не мог даже моргнуть, и, судя по всему, Теа тоже, когда она медленно поднялась в воздух, а вокруг неё появились серии замысловатых узоров.

— С каких пор Небеса Проклятых позволяли себе отказывать? — пробормотала Леандра, её лицо снова стало маской ярости. Но Зак едва слышал её, так как всё его внимание было приковано к Тее, которая всё ближе поднималась к небу. — Как этот коварный сгусток жадности и диких амбиций может позволить угрозе существовать? Даже если ей придётся нарушить договор, что с того? Она просто возместит ущерб, чтобы насытить собственное заблудшее чувство равновесия.

Стой! — кричал Зак в своём разуме, так как его рот не двигался, молясь, чтобы его мать могла его услышать. — Я сделаю что угодно!

— Ты можешь считать мои действия несправедливыми, но твоё понимание слишком узко. Я также делаю это ради её клана. Я чувствую, что её любовь к тебе настоящая, но её верность клану сильнее, — сказала Леандра. — Ты не можешь постичь опасность, которую проклятый Небесами человек принесёт своему окружению. Маленькое племя, подобное её, будет разорвано потоками Судьбы, если оно будет привязано к твоей колеснице.

Зак продолжал неистовствовать в своём разуме, чтобы его мать опустила Теу, говоря ей, что его девушка не имеет никакого отношения к тому Пакту, о котором она бормотала. Ярость сменилась мольбами о пощаде, чтобы она прекратила всё, что делала. Но всё было напрасно. Глаза Теи закатились, когда письмена покрыли последнюю часть её тела, и в следующее мгновение её протолкнули сквозь барьеры, сдерживающие проливную молнию.

Весь мир стал белым, и разум Зака опустел.

Секунду спустя море молний просто исчезло, как и окутанная Теа. Осталась лишь одна тонкая голубая полоса, которая медленно спустилась с неба и вошла в кокон, защищающий Кензи. Зак чувствовал, будто его разум остановился, будто ему снился извращённый лихорадочный кошмар, но всё это было слишком реально.

Его мать действительно использовала Теу как громоотвод, чтобы отвести и истощить Трибуляцию.

Леандра несколько секунд смотрела на небо, прежде чем удовлетворённо кивнула, словно только что не пожертвовала человеком. Казалось, Теи никогда и не было на острове, и давление, сковывавшее Зака, спало. Оставшаяся молния полностью вошла в барьеры, окружающие Кензи, и начала биться, как сердце.

— Почему? ПОЧЕМУ?! — тут же взревел Зак, его ярость грозила свести его с ума. — Ты возвращаешься спустя столько времени, и первое, что ты делаешь, — это что-то настолько безумное?! Ты сумасшедшая!

— Наша семья несёт бремя Судьбы, — вздохнула Леандра. — Наши жизни принадлежат Космосу. Не отвлекайся. Твоя роль, возможно, стала неясной по мере развития событий, но ты всё ещё часть Каяр-Элу. Если ты недоволен моими действиями, стань сильнее. Не трать свои силы на мирские дела. В тот момент, когда ты достигнешь пика и исполнишь свою Судьбу, ты обретёшь Вечность. Чего тебе тогда будет не хватать? Даже убить меня из мести будет так же легко, как сделать вдох.

Зак посмотрел в глаза Леандры и увидел неугасимую убеждённость, которая затмевала даже убеждённость фанатиков из Церкви Вечного Дао. Он тогда же понял, что с матерью нельзя договориться. Она была настоящей экстремисткой, и её заботили только её цели. Она искренне верила, что совершила благое дело, используя Теу, чтобы справиться с Трибуляцией.

— А теперь, не делай ничего предосудительного. Я не хочу стирать ваши воспоминания, если только не придётся. Каждое стирание повредит ваши души и ослабит ваш потенциал. Мы уйдём, и будущее Маккензи будет гораздо ярче, чем оно могло бы быть в этом отдалённом Секторе. Пребывание рядом с тобой принесёт вам обоим лишь Апокалипсис, — сказала Леандра, указывая на пульсирующий кокон.

Прошло несколько секунд, пока Зак находился в состоянии внутренней борьбы. Часть его хотела отбросить всё и атаковать Леандры, даже если это означало смерть, в то время как другая часть боялась, что глупый поступок втянет его сестру. Он уже понял, что его Сфера Аннигиляции бесполезна против такого существа.

Как и Администратор, она могла просто остановить его на месте одной мыслью, не позволяя ему даже высвободить Навык.

В конце концов, он обнаружил себя прикованным к месту, его страх одолел ярость. Он мог лишь наблюдать, как его сестра появилась, в то время как его самого захлестнул неумолимый шторм ярости, вины и бессилия. Кензи огляделась с замешательством, пока не заметила Леандру. Зак словно умер внутри, когда увидел, как глаза его сестры загорелись, и едва сдерживал слёзы разочарования, пока Кензи подбежала, чтобы обнять их мать.

— Моё дитя. Мы наконец встретились. Ты усердно трудилась, — сказала Леандра с улыбкой, поглаживая волосы Кензи. — Я так долго мечтала об этом дне, но мы вдвоём должны уйти. Я могу обманывать Небеса лишь до поры до времени.