Лулу преследовала старую женщину, бегая кругами, пытаясь поджечь пугало своими заклинаниями, но корни постоянно вырывались из земли, оставляя глубокие порезы на лисьем звере. Казалось, сама природа подчинялась зову старой женщины, набрасываясь на всё вокруг.

Если ничего не изменится, то Третий Старейшина скоро достигнет сражающихся армий. Однако это не было настоящей проблемой. Проблемой был взгляд в её глазах, когда она неотрывно смотрела на Зака. Он не знал предыстории этой пожилой женщины, но, судя по леденящему душу Убивающему Намерению в её глазах, она скорее самоуничтожится, чем сдастся.

Внезапно что-то изменилось. Шар чрезвычайно концентрированного яда полетел в сторону старой женщины, когда Слитер нанёс последнюю атаку, прежде чем потерять сознание. Из земли проросли толстые листья, но они мгновенно сгорели, когда сгусток полетел прямо в старую женщину. Он обладал коррозийным эффектом такой силы, что соперничал с Зараженным Разрезом, и даже Зак почувствовал от него некоторое давление.

Старейшина наконец была вынужде отвести взгляд от Зака, чтобы встретить новую угрозу лицом к лицу. Она сделала ряд печатей, когда пугало поспешно наклонилось, поставив две свои плитообразные руки, чтобы заблокировать приближающийся снаряд. И без того огромные руки аватара быстро выросли ещё больше, превратившись в двухметровые валы.

Шторм фиолетового дыма вырвался, когда сгусток ударил в стену, и даже Зак почувствовал, как земля содрогнулась почти в двухстах метрах от него. Но это было не всё, что приготовили Звероводы. Граб издал пронзительный высокий вой, который вызвал туннель, мгновенно поглотивший старейшину. Казалось, он не причинил ей вреда, но время внутри него замедлилось.

Аватар старейшины уже был занят отражением атаки Слитера, что позволило Лулу выстрелить массивным столбом белого пламени прямо в старую женщину, испепеляя сам воздух. Старейшина двигалась как в замедленной съёмке внутри столба, но шторм золотых листьев вылетел, чтобы заблокировать атаку.

Зак выдохнул с облегчением и побежал вперёд. Троица выложилась на полную, но казалось, что старейшина выйдет невредимой. Однако ситуация дала ему окно возможностей, где он мог быстро обездвижить её с помощью Модуля Ограничения, который всё ещё был при нём. Если бы он смог захватить её с помощью этой штуки, война была бы окончена, поскольку Великий Старейшина уже был ранен из-за внезапной атаки Избранника.

Его приближение было немедленно замечено, и безжалостный блеск сверкнул в глазах старейшины, когда она посмотрела на него. Казалось, она отдала массивному пугалу какой-то приказ, так как оно медленно поворачивалось к нему, его руки были почти полностью разъедены. Но Зак не обращал на это внимания, бросаясь к ней.

Однако знакомая фигура бесшумно поднялась из земли, словно почва была сделана из воды, появившись прямо за старой женщиной. Не было никаких колебаний, когда Рубат сделал свой ход, как только увидел возможность, благодаря тому, что и старейшина, и аватар были заняты.

— Стой. — сказал Зак, бросаясь вперёд, но было уже слишком поздно.

Старейшина, казалось, поняла, что что-то не так, как только появился Рубат, и дюжины лоз появились за ней, чтобы связать его. Но корни мгновенно превратились в пепел, когда Рубат взорвался сияющим пламенем; пламенем горящей жизненной силы. Кулак Рубата приобрёл золотистое мерцание, когда он пробил лозы, а затем и торс Дамы Картавы, мгновенно убив её одним ударом.

Однако её взгляд так и не отрывался от Зака, даже в смерти.

Листва и плоды, составлявшие двадцатиметровый аватар, быстро начали увядать и гнить, медленно сворачиваясь в позу эмбриона. Через секунду он превратился в гниющую массу, но просто стоя в её окрестностях, Зак почувствовал, как сработал его Фоновое Зрение. Что-то назревало внутри этого шара.

— Быстро, уходите! — крикнул Зак, позволяя Избранникам разбежаться в стороны как раз перед тем, как рушащийся аватар взорвался, дезинтегрировав старую женщину и окружающие пятьдесят метров.

— Спасибо, Военачальник, — прорычал окровавленный Рубат, появившись рядом с ним.

— Не проблема. Вот, возьми, — сказал Зак, бросая ему большую Жемчужину Долголетия. — Съешь это. Может, поможет немного.

Рубат пожал плечами и проглотил жемчужину одним махом; её огромный размер делал жемчужину похожей на маленькую пилюлю.

— Долголетие, — сказал Рубат, глядя на Зака с удивлением. — Это великий дар.

— Я не могу позволить тебе покинуть нас пока, — улыбнулся Зак, довольный, что жемчужина, казалось, хоть как-то повлияла на восстановление оставшейся жизненной силы Рубата.

— Не пока крестовый поход не закончен, — согласился Рубат.

— Помоги мне с последним, — сказал Зак, глядя на Великого Старейшину. — У меня есть предмет, который может полностью обездвижить его.

Они уже зашли так далеко, поэтому Зак решил довести эту войну до конца. Старик истекал кровью, но остальные в группе были в ещё худшем состоянии. Массивный взрыв фактически спас жизни двух Избранников, но один уже лежал мёртвым на земле. Убийство третьего старейшины имело свою цену.

Смерть Второго Старейшины заставила старика замереть и оглянуться, позволив другим Избранникам едва успеть увернуться от луча электричества, настолько интенсивного, что он висел в воздухе, как шрам на реальности. Только аура Билли всё ещё была относительно стабильной, но он был покрыт ожогами с головы до ног, его лёгкие работали как кузнечные мехи, жадно глотая воздух.

Все были неспособны или не желали сделать первый шаг, что на несколько секунд привело их в тупик. Глаза старика переместились с кратера на Зака, и, наконец, на быстро рушащуюся армию его соклановцев. В его глазах была ярость, но больше — беспомощность. Но затем наконец появились спокойствие и оттенок безумия, когда он улыбнулся Заку.

— Картава, стоим вечно! — внезапно взревел мужчина, вспыхнув, как маяк, вызвав массивные волны молний, которые заставили Билли и Избранников отступить.

Коллективный рёв раздался среди оставшихся солдат Картавы, и каждый из них также превратился в маяк, когда над их головами появилось пылающее молниеносное око. Вся область содрогнулась от вспышки Космической Энергии, и Зака охватило тревожное предчувствие, когда он увидел безумие в глазах старика.

— Чёрт, они взрывают себя! — закричал Зак, широко раскрыв глаза, когда он обрушил шквал фрактальных клинков на Великого Старейшину.

Фрактальные клинки даже не успели приблизиться, прежде чем превратились в пепел, и у Зака закончились мощные приёмы. Его блиц был коротким и жестоким, а Восхитительное Разделение всё ещё было на перезарядке.

— ОТСТУПАЕМ! — взревел Рубат, возводя серию своих земляных щитов, чтобы защитить своих тяжелораненых братьев.

Армия Порт-Этвуда уже отступила, все бежали, спасая свои жизни, когда сотни людей присоединились друг к другу в смерти. Мир побелел через секунду, и Зак почти почувствовал, как всё Мистическое Царство распадается. Он смог открыть глаза лишь через несколько секунд, чтобы увидеть сотни кратеров, усеивающих поле битвы, самый большой из которых, что неудивительно, был делом рук Великого Старейшины.

— Ты в порядке? — спросил Зак, повернувшись к Избранникам.

— Мы в порядке, Военачальник, — вздохнул Рубат, глядя на кратер старейшины. — Отважный конец.

— Хм, — хмыкнул Зак, чувствуя, что что-то не так, хотя не мог понять, что именно.

Однако эти мысли отошли на второй план, когда он заметил знакомую фигуру вдалеке.

— Всё кончено, — вздохнул Тиктус, волна опустошения исходила от его тела. — Всё кончено.

— Дедушка, — вздохнула Левиала с унылым выражением лица.

— Я знаю, что отец хотел бы попрощаться, но у него не было времени. Таким образом, наша элита сможет увести его, давая клану последний шанс на выживание. Возможно, появится возможность, если они спрячутся до того, как сокровище созреет, — сказал Тиктус, убирая свой планшет.

— А ты как же? — прошептала Левиала. — Ты ещё можешь.

— Мы стоим за пределами поля. Если они попытаются нам помочь, они раскроют себя и разрушат иллюзию. Они, вероятно, уже ушли, — улыбнулся Тиктус.

— Мне жаль, — сказала Левиала. — Если бы не.

— Не надо. Я счастлив сопровождать тебя, дитя. Неправильно оставлять тебя одну после всего, что ты пожертвовала. Кроме Малы, все мои дети уже ушли вперёд. Я устал, — улыбнулся Тиктус, глядя на свою племянницу.

Левиала чувствовала лишь пустоту внутри, когда она деактивировала свой Навык Родословной. Она видела достаточно. Её проклятие в этот момент почти казалось благословением, защищая её от страданий вокруг. Люди, с которыми она выросла, люди, которыми она восхищалась или презирала. Фрагментированный клан, объединённый общей бедой.

Так много ушло в одно мгновение, уничтожено мстительным приговором. Волосы на затылке у неё внезапно встали дыбом, когда ближе подошла огромная аура, и через несколько секунд она услышала звуки босых ног, идущих по траве.

— Есть что сказать в свою защиту? — произнёс Закари, и она почувствовала, как его глаза впиваются в неё.

Левиала открыла глаза и повернулась к источнику звука. Она не могла видеть его, но всё же могла. Он возвышался перед ней, как сама сила природы. Она была слепой, но чувствовала, что никогда прежде не видела так ясно, даже когда пробудила свою родословную тогда.

Закари Этвуд был аберрацией, существом, которое никогда не следовало провоцировать. Судьба клубилась вокруг него, привлечённая к нему, как мотыльки к огню. Идти против него — значит идти против самих Небес. Однако она также знала одну фундаментальную истину.

Он был всего лишь одним. Одним из многих.

Одна звезда, которая светила немного ярче в огромной вселенной звёзд и пылающих солнц, каждая из которых поглощала всё вокруг в своём непрекращающемся восхождении к Пику. Такие люди, как она и её клан, были всего лишь почвой, которая помогала этим звёздам расти, и чувство истощения и беспомощности охватило её.

Но затем наступил покой.

— В следующей жизни я молюсь, чтобы я не стала культиватором, — прошептала Левиала, навсегда закрывая глаза.

Глава 621 Пульсации

Зак вздохнул, глядя на Левиалу, чье тело обмякло в кресле дрона. Он не прикасался к ней, но было нетрудно понять, что она умерла. Это выглядело так, будто она покончила с собой, но Зак быстро понял, что это не совсем так. Один взгляд с помощью Космического Взгляда выявил бушующие энергии, разрывавшие ее внутренности. Ее тело было полно того, что Зак принял за темпоральные трещины, и даже присутствовал намек на нечто слишком знакомое ауру фиолетовой Небесной Молнии.

Она казалась сильно разбавленной, или, возможно, точнее будет сказать, опустошенной. Тем не менее, это было достаточное доказательство того, что ее вмешательство во время действительно имело серьезные последствия, особенно когда у нее не было никаких средств защиты, как у Зака с его Сердцем Пустоты. Зловещие трещины, видимые только его особому зрению, исходили из ее двух проклятых глаз, распространяясь по всему телу.

Он предполагал, что она каким-то образом сдерживала или откладывала эффект, но сейчас просто сдалась, позволив проклятию завершить ее жизнь. Зак уже пробегал по коридорам с праведным негодованием, наращивая гнев из-за предательства и нападения на его людей. Он вершил правосудие, или, по крайней мере, месть, но сейчас не было ощущения завершенности.

Глядя на Левиалу, Зак чувствовал себя. обманутым. Клан Картава определенно заслужил то, что их ждало, но это мало что меняло.

— Бедное дитя, — со вздохом сказал мужчина средних лет рядом с креслом дрона.

Глаза Зака обратились к мужчине, изучая сложную механику, покрывавшую его Технократический костюм, и шлем, лежавший рядом. Это был явно Датамансер, вероятно, один из лидеров и основных контролеров роя боевых роботов.

— Полагаю, вы ее дядя, Датамансер? — медленно произнес Зак. — Где Пространственный Бур?

— Зачем мне вам это говорить? — сказал мужчина с опустошенной улыбкой. — Моя племянница мертва, как и моя собственная семья. Мы потеряли наших старейшин, наши механические армии и большинство нашей элиты. Клан Картава пал, это место наконец нас погубило. Просто убейте меня и покончите с этим.

— Многие умерли, но еще больше должны быть живы, — сказал Зак, закаляя свое сердце, указывая в сторону врат в Клан Картава. — Это лишь часть вашего народа. Там все еще должны быть тысячи мирных жителей, полагающихся на вашу защиту. Какое будущее их ждет, будет зависеть от ваших ответов. Или я могу отправиться туда и сам уладить дела, не оставив после себя никакой угрозы.

Честно говоря, Зак не хотел иметь ничего общего с гражданскими Картавы. Он почти надеялся, что они спрячутся в каком-нибудь углу Мистического Царства, подальше от глаз и разума, пока он не разберется со своими истинными целями в этом месте. Но он уже подтвердил, что задание было выполнено лишь на (1/2), что означало, что бур все еще не найден. Ему нужны были ответы, даже если для этого придется использовать остальную часть Клана Картава в качестве рычага.

Зак собирался продолжить давить на Датамансера, но вдруг по воздуху прошла пульсация. Она исходила не от мужчины средних лет, а, казалось, из внутренних частей Мистического Царства.

— Чт- — сказал Зак, делая уверенный шаг, но у него даже не было времени отреагировать, как пришла вторая пульсация.

Он внезапно оказался в пятидесяти метрах от Датамансера, смещенный каким-то таинственным образом. Он даже не почувствовал, как двинулся. Датамансер, по сути, запрыгнул в кресло дрона Левиалы и уставился в сторону ядра, его несчастный вид сменился расчетливым.

Зак легко понял, о чем он думал Пробуждается ли Измерение-Семя?

Внезапно вокруг Датамансера возникла огромная сфера, состоящая из Пространственных Разрывов и того же типа защиты, что использовалась на базе. Зак сразу понял, что что-то не так, и бросился вперед, его топор уже сиял кровавым светом, когда он активировал первый фрактал на рукоятке.