— Штормы снова бушуют, — пробормотал Увек. — И мы не нашли никаких Терминалов, которые могли бы достичь этой новой Фракции.

— Старые шаблоны больше не работают, и некоторые Подсистемы полностью отключились, — вздохнул Тиктус, покачав головой. — Подразделение было застигнуто врасплох в Ред-04, только троим удалось вернуться живыми. Мы вообще не можем попасть в Сектор 8 в данный момент.

— Мы оставили сообщение там, где появился рогатый, — в конце концов сказал Увек. — Мы не можем пойти туда сейчас, но, возможно, скоро встретимся во внутренних Секторах.

— А что, если они враждебны? — хриплым голосом спросил второй Старейшина.

— Мы не будем искать проблем, но и отступать не будем. Мы никогда больше не будем пленниками, — сказал Увек, его глаза горели решимостью.

— Никогда больше, — повторили остальные.

— В этом наше преимущество. Чужаки относятся к этому как к Охоте за Сокровищами. Мы же боремся за Выживание. Наши Убеждения не совпадают.

— Он ранен, — прошептал Яно, Душевные Самоцветы, усеивающие его голову, мерцали, когда его ярость наполняла их силой. — Еще один пропал, а третий в Чане. Это наш шанс!

— Мы не можем, — вздохнул Гело, его собственные, гораздо более великолепные Самоцветы, вместо этого излучали успокаивающее голубое сияние. — Остались только три Масона, и они тоже тяжело ранены. И помните, они не одни. Их Армии превосходят нас в пять раз. Эти Насекомоподобные могут быть в целом слабее, но вы видели, как они сражались. Мы не можем сравниться с этой самоубийственной свирепостью. Наши сородичи не созданы для такой битвы.

— Но такой возможности больше не будет! — выплюнул Яно, хотя красное свечение его Самоцветов заметно потускнело.

Он знал ужас их новых хозяев лучше, чем кто-либо другой. Он видел, как его собственных родителей разрывали голыми руками того, кого называли Ученик Пустоты, их Душевные Самоцветы собирались так же, как это делали старые контролеры. Что сделали их сородичи, чтобы заслужить такую судьбу? Захваченные и подвергавшиеся экспериментам в течение тысяч лет, и когда они, наконец, увидели шанс на свободу, они были снова зарезаны и порабощены.

Но Гело не сдавался. Слишком многие пали, чтобы он сейчас поддавался отчаянию.

— Нам нужно быть терпеливыми, — в конце концов сказал Гело.

— Вы продолжаете это говорить, но наш народ умирает, — сказал Яно, слезы уже текли по его лицу. — Кроме того. Если вы поможете Ученику Пустоты создать этот предмет. Даже если вы выживете, вы будете прокляты. Небеса не потерпят ничего подобного. Когда старые Масоны пали, только вы можете вести нас теперь.

— Я выживу. Я не могу пасть здесь, — сказал Гело с решимостью, успокаивающие Самоцветы на мгновение вспыхнули кроваво-красным, прежде чем он взял себя в руки. — Мы должны выдержать еще десять дней. В это время родится то, что изменит наш Мир, и ранее недоступные части будут насильственно открыты.

— Как это нам поможет? — спросил Яно. — Без наших Масонов мы недостаточно сильны, чтобы соревноваться за эту вещь.

— Но мы можем подтолкнуть события в нашу пользу. Возможно, мы даже сможем столкнуть этих монстров прямо со скалы. Великий Масон сказал мне кое-что, прежде чем скончался от ран, кое-что, о чем она узнала только недавно, — сказал Гело, его голос стал еще тише. — Администратор жив.

— Что? Как это вообще возможно? Катаклизм тогда. — воскликнул Яно, его Самоцветы побледнели от страха.

— Я тоже не понимаю, — сказал Гело, его Самоцветы мерцали желтым от замешательства. — Но если эти Насекомоподобные хотят этот предмет, им придется войти в Домен Администратора. Эти чужаки сильны, но вы действительно верите, что они смогут пережить такую встречу?

Глава 566 Лунный Клан

Хевастес мчался сквозь лес, его острый нюх был единственным ориентиром, необходимым, чтобы избежать встречи со своими далекими и гораздо менее просвещенными сородичами. За ним следовал отряд безмолвных убийц, в глазах которых светилась безжалостность. Они отправились пять дней назад по приказу Сервантеса, чтобы найти новый путь к слабакам из Клана Картава.

Столетие назад это считалось бы самоубийственной миссией, способом избавиться от нежелательных членов племени. Они, скорее всего, погибли бы от окружающей среды, а если бы каким-то чудом выжили, им все равно пришлось бы выполнить невыполнимую миссию.

Однако все изменилось. Хевастес посмотрел на далекие Небесные Нити, и его сердца наполнились как волнением, так и тревогой. Он помнил, как бегал по этим лесам всего триста лет назад, будучи новобранцем своего первого охотничьего отряда. Небо тогда было намного ближе, и расстояния не казались такими непреодолимыми. Но мир разросся, как и сам Хевастес.

Ему почти казалось, что он оставит часть себя позади, когда они наконец покинут это место.

Они наконец достигли своей целевой точки; казалось бы, незначительного уголка леса, где стена слегка поворачивала. Никаких признаков чего-либо особенного в этом месте не было, кроме небольшой решетки в Металле Памяти близко к потолку.

Столетие назад это маленькое вентиляционное отверстие имело диаметр всего десять сантиметров, но теперь оно было более метра в ширину, без труда обеспечивая новую точку проникновения для их сородичей. Похожие слабые места появлялись по всей базе, новые обнаруживались каждую неделю. Святилища Ядра Сектора все еще были недоступны, что означало, что попасть в бассейны родословной свободно было по-прежнему невозможно. Но теперь это был лишь вопрос времени.

Конечно, опасности возросли так же, как и возможности.

— Изолирующие ступени, — пробормотал Хевастес, и один из его подчиненных достал серию шипов, каждый из которых был соединен с небольшим брелоком.

Хевастес достал свое зарядное устройство и влил часть добытой Базовой Силы в каждый шип. Он не мог не поморщиться от расхода, особенно сейчас, когда ее было так трудно добывать. Но времена изменились, и не было смысла копить вещи, которые будут бесполезны во внешнем мире.

Убедившись, что шипы активированы должным образом, он с предельной точностью бросил их в стену, каждый из них вонзился в стену на расстоянии полуметра, вплоть до самой решетки. Шипы вонзились в Металл Памяти, как будто стена была сделана из грязи, и через несколько секунд слияние было завершено.

Массивы на стене полностью потускнели к тому времени, как шипы стали частью стены, и Като не требовалось никаких подсказок, когда он полез по шипам. Он достал планшет из своего рюкзака, вырезав небольшой паз своим специальным инструментом, что позволило ему подключиться к локальным системам через кабель.

Хевастес увидел, как экран загорелся секундой позже, и вся группа напряглась, готовясь к ответному удару. Однако секунды прошли без пробуждения стены или появления порчи, что позволило им вздохнуть с облегчением. Дело было не в том, что они не доверяли Като, в конце концов, он был одним из самых опытных Датамансеров в племени. Но в последнее время все стало слишком непредсказуемо.

Решетка отворилась через несколько секунд, и Като спрыгнул к остальным с облегченным выражением лица. В конце концов, обычно именно Датамансеры получали по полной в случае обнаружения.

— Отличная работа. Сколько времени? — спросил Хевастес.

— Шестнадцать часов при нормальной работе, — сказал Като, прежде чем нерешительно добавить. — Но риск аномалий высок.

— Десять часов. К этому времени все должны вернуться сюда на случай, если мы разделимся. Опоздавшим придется возвращаться самим, — наконец решил Хевастес.

Остальные члены отряда кивнули без колебаний, хотя подтекст был ясен. Возвращение в племя без источника Базовой Силы Хевастеса было самоубийственной миссией, и им было бы лучше остаться в лесу, молясь, чтобы мимо прошел другой отряд, прежде чем их обнаружат звери.

— Помните о цели. Прежде всего, найти путь к Клану Картава. Во-вторых, если представится возможность, захватить внучку Великого Старейшины. Найти информацию о незваных гостях было бы бонусом, но над этим работают другие отряды, — сказал Хевастес, оглядывая группу.

Группа ветеранов кивнула, хотя и не могла скрыть своего недоумения от своего капитана. В конце концов, большинство из них работали вместе почти два столетия. Но они были элитными воинами, довольными выполнением приказов, чего нельзя было сказать о вечно любопытном Датамансере.

— Действительно ли этот сопляк стоит такого риска? — нерешительно спросил Като, когда никто другой не осмелился заговорить. — Мы уже потратили такое огромное количество наших ресурсов на эту одну цель.

— Ты ставишь под сомнение приказы Сервантеса? — холодно спросил Хевастес.

— Н-нет, абсолютно нет, — поспешно сказал Като, тряхнув головой, быстро осознав безрассудство ставить под сомнение великого племянника Альфы. — Я просто надеялся понять цель, чтобы лучше выполнить свою миссию.

— Очень хорошо. Я тоже не знаю всех деталей, но мой дядя сказал одну вещь, которая может тебя заинтересовать. Левиала Картава — ключ к продлению нашей продолжительности жизни во много раз. А теперь скажи мне, стоит ли ее похищать? — сказал Хевастес с жестокой улыбкой.

Глаза даже ветеранов в группе расширились от шока, прежде чем в их глазах появился красный оттенок. Хевастес слишком хорошо знал, о чем они думают. Родословная их племени не имела себе равных, и это было единственное племя в этом царстве, сосредоточенное исключительно на битве. Те самоцветы далеко на другой стороне были полезны только для создания живых сокровищ, а Фракция Истинного Неба давно сбилась с пути, скрещиваясь.

Только Титаны и уникальные образцы могли сравниться с их доблестью, но образцы давно исчезли, а Титаны все погибли, когда катаклизм превратил их сектор в бесплодные земли. Если бы не уникальная среда, оборотни давно бы смогли доминировать над всем этим царством.

Но у их силы был и недостаток; им требовалось слишком много времени, чтобы культивировать. Они были частично зверьми, что обеспечивало им превосходные тела и силу. Но у них все еще была гораздо более короткая продолжительность жизни людей, что делало почти невозможным раскрыть их полный потенциал, прежде чем они состарятся. Но что, если их продолжительность жизни можно улучшить?

Хевастес чувствовал это. Это была эпоха Лунного Клана.

— Именно! Этот мир расширяется! — Тина кивнула со странным выражением лица, глядя на Ограса. — Это кажется невозможным, но вся эта база, кажется, растет, как будто это живое существо или что-то в этом роде. Она уже выросла примерно на десять процентов с тех пор, как мы оказались здесь в ловушке.

— Как растет? — с недоумением спросил Зак.

К этому моменту остальные лидеры уже прибыли через телепорт, и все они смотрели на Ограса и Тину, как на сумасшедших. Как база могла расти сама по себе?

— Мы впервые заметили это с клавиатурой, которая позволяет нам войти на настоящую базу. Она поднималась все выше и выше в воздух, и теперь она на 30 сантиметров выше, чем раньше, — сказала Тина.

— Это какой-то жидкий металл? — спросила Теа со стороны, но Валькирии отрицательно покачали головами.

— Честно говоря, мне кажется, что это какая-то магия, а не что-то, что можно объяснить рационально. Сначала мы предполагали, что стена поднимается из земли, но вскоре поняли, что это влияет на все, кроме живых существ, — объяснила Тина.

— Я думал, это место создано для гигантов, но что, если все царство начало расти примерно в то же время, когда произошла Интеграция? — пробормотал Ограс, осматривая окрестности. — Или, возможно, даже раньше.

Зак с недоумением посмотрел на него, прежде чем понял, к чему клонит Ограс. Демон первым исследовал мистическое царство, и он уже отмечал, что, по его мнению, эта секция была построена для размещения какого-то голема или гигантского вида ростом 5-6 метров. Но что, если это было не так, а скорее результатом роста самого места?

— Куча Космической Энергии затопила Землю, и часть ее попала в это место? — спросил Зак.

— Или шок Интеграции оживил Измерение-Семя, — пожал плечами Ограс.

— Мы выяснили некоторые правила, изучая деревья, — вставила другая Валькирия. — Они такие же, как и раньше, но теперь расположены дальше друг от друга, как будто земля между ними расширяется.

— Пространственное расширение, — сказала Теа с удивлением, оглядываясь.

— Но наши люди заперты здесь всего несколько недель, а оно выросло на десять процентов? Эта база должна быть тысячелетней давности, это не сходится, — возразила Жанна, нахмурившись и глядя на Валькирий.

— Сокровище пробуждается, — сказал Зак. — Это, вероятно, ускоряет процесс, если оно является источником.

— Это наиболее вероятный сценарий, — согласился Ограс. — Но это означает две вещи, если это правда. Во-первых, эти изменения, вероятно, будут только усиливаться по мере пробуждения сокровища. Во-вторых, мы находимся лишь на краю Мистического Царства. Эффект может быть гораздо хуже в ядре, чем ближе мы подходим к самому сокровищу. Мы уже знали, что это место огромно, но оно могло превратиться в континент за одну ночь.

— Мы пытались картировать скорость роста, и, кажется, что. — сказала Тина, но она забылась, увидев, как Рубат пробивает крышу телепортационного дома, словно какой-то насекомоподобный Годзилла.

— Я совсем забыл о тех гигантах в пылу азарта, — фыркнул Ограс.

Зак вздохнул и мгновенно переместился, отбросив обломки телепортационного дома, куски здания разлетелись далеко по лугу.

— Потрясающе. Миры в мирах, — сказал Рубат, осматриваясь и игнорируя хаос, вызванный его появлением.

— Это место чрезвычайно древнее, старше как вашей, так и нашей цивилизаций вместе взятых, — сказал Зак. — Внутри будет много опасностей, я рассчитываю на вас.

— Главный осквернитель все еще стоит, так что мы тоже не остановимся, — согласился Рубат и отошел в сторону, чтобы освободить место для входа новых Избранников.

— Начинайте все настраивать, — проинструктировал Зак логистическую команду, прежде чем мгновенно переместился обратно к основной группе. — Мне нужны дополнительные детали от ученых, которые остались здесь.