Он быстро израсходовал несколько защитных сокровищ в своем арсенале, и поскольку талисманы и массивы здесь не работали, ему пришлось терпеть тысячи маленьких булавочных уколов, наполненных едким Фрагментом Дао. Однако Фрагменты, которые использовал Драугр, были всего лишь Ранней Стадии, что далеко от ее трех Средних Фрагментов, которые усиливали друг друга. Хуже того, он, казалось, был неспособен должным образом скоординировать их во что-то более мощное.

Стоит ли ей убить убийцу, чтобы убедиться, что этот разноцветный жук не умрет? Она уже переместила огненный усик, чтобы он был готов под миазматической клеткой. Быстрый укол, и борьба закончилась бы.

Но это было бы немного грубо, не говоря уже о том, что было бы несколько неловко вмешиваться в бой, убив нескольких человек за подобные нарушения. Она полагала, что ей придется предоставить это судьбе.

Наконец, казалось, убийце надоело, и он нанес быструю серию яростных ударов, двигаясь достаточно быстро, чтобы даже Из было трудно уследить. Но бронированный воин был подобен неприступной крепости, выдерживая удары, которые он мог выдержать, и блокируя те, которые не мог.

За неудавшимся нападением последовала попытка побега, и убийца сначала попытался телепортироваться из миазматической клетки. Но он был совершенно неспособен уйти, и другой особый воин атаковал его в тот момент, когда он пытался проскользнуть сквозь щели. Яростное нападение на одну из башен также встретило лишь бурю призраков.

В тот момент, когда убийца понял, что убить человека и сбежать невозможно, он немедленно потянулся и раздавил жетон на своем поясе. Всегда прагматики, эти убийцы.

Убийца из Красной Руки исчез в мгновение ока, забрав с собой домен. Драугр спотыкался несколько секунд, казалось бы, не осознавая, что он на самом деле победил. Пятнадцать призрачных цепей продолжали беспорядочно размахивать внутри клетки, пока он стоял сгорбившись, готовый получить еще один удар.

Только через двадцать секунд мужчина обрел достаточно присутствия духа, чтобы посмотреть в небо. Он появился на 6-м месте, что означало, что битва была выиграна. Только тогда он медленно начал двигаться к Космическому Мешку, оставляя за собой след черной слизи.

Из не знала, что делать. Мужчина был очень интересен, но он был случайным человеком из другой части вселенной. Стоит ли пытаться проникнуть в его секреты? На его теле было много странностей, но у кого не было секрета или двух? Но это было интересно.

Конечно, был один простой способ проверить, есть ли у них какая-то связь судьбы. Она приказала Уйиррику приступить к работе, и фамильяр родословной Из сформировал еще одну печать, когда она направила часть своего До конца миров в массив.

Тот, кто был мертв, очевидно, не мог нести никакой судьбы или секретов, о которых стоило бы беспокоиться.

Глава 443 Судьба

Зак чувствовал себя дырявым, как швейцарский сыр, отчаянно вращая свой новый Фрагмент, поглощая Целебные Пилюли, как конфеты. Чем бы ни наполнил себя тот ассасин, это сделало его отвратительно живучим, и Зак не мог поверить, сколько Дао-пропитанных ударов потребовалось, чтобы заставить его сдаться.

Почти всё почерневшее тело мужчины было покрыто струпьями, и к концу он больше походил на нежить, чем сам Зак. Похоже, чёрный шип, которым он себя наполнил, насильственно поддерживал ассасина в бою, мгновенно залечивая накапливающиеся раны.

Но многослойные коррозионные эффекты наконец оказались слишком сильны, заставив мужчину раздавить свой Токен. Однако схватка была слишком опасно близкой, и Зак не был уверен, что смог бы выдержать, если бы не его новый Фрагмент Дао, который постоянно залечивал его изрезанное тело. Зак покачал головой, с трудом перемещаясь к месту, где ассасин покинул арену, и нагнулся, чтобы подобрать Космический Мешок, который тот оставил.

Взгляд на небо подтвердил, что на данный момент он практически в безопасности от выбывания. Он занимал шестое место в лестнице с 18 очками. У него был шанс подняться ещё выше, так как разница между 4-м и его местом составляла всего 3 очка, но он не был уверен, что его тело выдержит.

Он едва победил ассасина, хотя его класс был прямым противовесом, и у него заканчивалась миазма из-за огромной потери ихора. Он принял Пилюлю Солдата, чтобы восстановить часть своих запасов, но нехватка миазмы была не единственной проблемой. Зак со вздохом посмотрел на Вечный.

На щите теперь было множество пробоин после того, как его нещадно били во время боя. Фракталы щита, к счастью, остались целы, и отверстия медленно затягивались благодаря функции автоматического ремонта. Однако его структурная целостность была нарушена, и слабость передастся и Неизменному Бастиону, что означало, что его защита была скомпрометирована как минимум наполовину, пока щит не восстановится.

Была также проблема с осколком. Побочные эффекты от того, что его душа была наполнена коррозией осколка, начали проявляться во второй половине боя. Тлеющая ярость начала нарастать по мере того, как он получал всё больше ран, и было трудно оставаться на месте.

Его подсознание кричало ему уничтожить всё, смело броситься вперёд и сокрушить всё топором в руке. Однако это было безумием, поскольку он не мог видеть свою собственную руку перед собой, не говоря уже о цели, мелькающей в домене тьмы.

К счастью, импульсы утихли, как только битва закончилась, и Зак снова почувствовал себя собой всего через десять секунд. Но это доказывало, что затяжные битвы могли стать проблематичными в краткосрочной перспективе. Любая мысль об отступлении была давно выброшена из его головы, пока он сражался, и он скорее умер бы, чем сдался в пылу момента, даже несмотря на то, что он находился всего лишь в испытании.

Один этот факт заставил Зака опасаться вступать в новую битву. Получение более высокой позиции, вероятно, улучшило бы его награду, если судить по прошлому опыту, но он не был готов умереть только ради лучшего места. Но, возможно, это зависело не от него, если бы он вступил в новую битву, а от Осколка.

Всё это вместе взятое заставило Зака не желать сражаться, пока он не разберётся со своей ситуацией. На самом деле, он хотел, чтобы Печать Скверны оставалась активной до конца испытания в качестве защитной меры, но он чувствовал, что теряет контроль над навыком, что означало, что он достигал своих пределов по продолжительности действия. Он мог лишь неохотно отпустить навык, пытаясь выглядеть как можно более устрашающе, чтобы избежать немедленной атаки.

К счастью, его миазматическая броня из Авангарда Нежити автоматически восстанавливалась, и должно быть невозможно увидеть все раны, покрывающие его тело. Вместе с вихрящимися облаками его Поля Опустошения и Ветров Разложения он должен был выглядеть так же угрожающе, как и на пике сил.

Однако не прошло и секунды после того, как клетка опустилась, как в его сознании снова зазвенели тревожные колокола, и он увидел массивный столб огня, нёсшийся на него с ужасающей силой. Он едва успел подправить Неизменный Бастион, прежде чем луч настиг его, и ему внезапно показалось, будто его сжигают заживо.

Пламя вырвалось во все стороны, когда атака обрушилась на бастион, и фрактальный щит смог заблокировать лишь часть шокирующего количества энергий, прежде чем избыточная энергия обошла его края. Зак вскоре оказался в огненном коридоре, едва держась.

Его медленно отталкивало назад, когда Вечный начал терять форму от жара. Каждая секунда казалась вечностью, поскольку Зак мог сосредоточиться только на том, чтобы держаться. Он видел, что произошло со зверолюдкой-воином, когда её просто задел такой же луч, и он не мог позволить этому случиться с ним. Его защитные фрагменты и крепкое телосложение могли бы справиться с пламенем, но он не стал бы ставить на это свою жизнь.

Всё тело Зака трясло от напряжения, и большая часть миазмы, которую он только что восстановил с помощью своей Пилюли Солдата, была израсходована, поскольку его раны вновь открылись. Наконец, он не смог держаться дольше. Возможно, если бы он был в идеальном состоянии, он смог бы выдержать такую атаку многократно, но сейчас это было просто невозможно.

Щит треснул, и Зак потянулся к своему жетону, чтобы сбежать, пока не стало слишком поздно. Но за рухнувшим бастионом не было огня, только бескрайнее небо. Остались лишь случайные искры, но Зак едва увернулся от них, неловко прыгнув вперёд, как лягушка. По крайней мере, он не разделит ту же участь, что и бедная зверолюдка, но яростная злость, столь же сильная, как и пламя, вспыхнула в его сознании от столкновения со смертью.

Его зрение стало немного рваным и монохромным, когда он уставился на женщину, сидящую на солнце. Воздух вокруг него искривился и закружился, когда он поднял своё бардиче, а его рука распухла от массивного вливания миазмы из Давящего Удара. Кровь будет оплачена кровью.

Лишь в последнюю секунду ему удалось вернуть контроль над своим разумом, и он был шокирован тем, что он чуть не совершил. Он только что собирался наполнить своё оружие Фрагментом Топора, прежде чем бросить его в Из Тэйн.

Не говоря уже о том, достигнет ли такая грубая атака её когда-либо, прежде чем Верун превратится в пепел, о чём он вообще думал? Эта безумно сильная культиваторша была последним человеком, которого ему стоило антагонизировать, особенно учитывая, что она, похоже, собиралась атаковать только один раз, судя по её поведению.

Однако сила в его руке всё ещё нуждалась в высвобождении, и мощный удар по земле вызвал огромную расщелину, протянувшуюся на пятьдесят метров вперёд, когда миазматические туманы закружились вокруг него. После этого Зак быстро повернулся обратно к палящему солнцу, приготовив ещё один Неизменный Бастион на всякий случай.

Они несколько секунд смотрели друг на друга, пока Из Тэйн наконец не разорвала зрительный контакт, повернувшись к другим участникам, которые смотрели на это зрелище со смущением и тревогой.

— Это уже достаточно долго продолжалось. Начинайте сражаться или немедленно уходите, если вы не в первой десятке, — сказала женщина скучающим голосом, прежде чем повернулась и указала на Зака. — Но не он. Мы связаны судьбой.

Её глаза снова повернулись к нему, и Зак почувствовал, будто она смотрит на интересную диковинку. Неужели она стала свидетелем его трансформации и хотела препарировать его, от чего его предостерегал мастер? Тревожные колокола зазвенели в сознании Зака, когда он увидел её взгляд, и он медленно начал отступать ещё дальше от неё.

К счастью, она, похоже, не проявляла интереса к повторной атаке и вместо этого предпочла наблюдать за шестью битвами, которые немедленно вспыхнули как прямой результат её слов. Более половины оставшихся воинов нацелились на кого-то другого, тогда как остальные немедленно раздавили свои жетоны с опущенными выражениями лиц.

Однако никто не нацелился на Зака, и он тоже не делал никаких движений. Он уже не решался больше сражаться из-за своих ран, и привлечение внимания этого пироманта не позволяло ему разделять внимание. Ему нужно было быть достаточно бдительным, чтобы противостоять всему, что она задумала, или, по крайней мере, сбежать достаточно быстро, прежде чем быть сожжённым заживо.

Битвы заняли менее двух минут, и Зак в итоге был оттеснён на 8-ю позицию, поскольку два воина — один без ранга, а другой — предыдущий обладатель 10-го места — сумели набрать достаточно очков, чтобы обойти его. В тот момент, когда бои закончились, появилось десять столбов света, и Зак понял, что один из них был расположен на платформе, откуда он начал.

Остальные сразу поняли, что происходит, и более половины победителей бросились к своим соответствующим платформам так быстро, как только могли, никто из них не был заинтересован в том, чтобы оставаться. Нечего было выиграть, оставаясь на арене, но всё могло быть потеряно, если Из Тэйн решит сжечь всё дотла.

Только два культиватора из одной семьи медленно подошли к своим соответствующим телепортам, поклонившись Из Тэйн, получив в ответ небольшой кивок.

Все, казалось, не желали оставаться на арене, но, возможно, никто не был так мотивирован бежать, как сам Зак. Ему было всё равно, какую судьбу безумно могущественная пиромантка считала у них с ним; его единственным интересом было добраться до телепорта. Но ужас охватил его сердце, когда скучающий голос эхом отозвался за его спиной.

— Подожди, Мистер Жук, — сказала Из Тэйн, и глаза Зака расширились от тревоги, когда он увидел, что палящее солнце превратилось в огромную реку, которая змеилась к нему.

Он ни за что не стал бы ждать, чтобы увидеть, что задумала эта маньячка, особенно после того, как она на самом деле назвала его букашкой, хотя его имя было полностью видно на лестнице. Он удвоил свои усилия, чтобы добраться до телепорта, но был вынужден остановиться на месте, когда возвышающаяся стена пламени поднялась, чтобы преградить ему путь.

Если бы это было пламя кого-то другого, он бы просто пробежал насквозь, но он не смел совершать столь безрассудного поступка здесь. Он быстро нанёс широкий удар Давящим Ударом, усиленным Фрагментом Топора, но удар был быстро поглощён стеной пламени, как камешек в озере.

Зак обернулся и увидел, что девушка была почти рядом, и его инстинкты кричали ему убираться, когда он увидел белое пламя, формирующееся над её рукой. Он отчаянно пытался придумать выход, но смог придумать только одно решение.

Его миазматическая броня рассеялась в порыве дыма, когда он сжался до своего обычного размера, и он вонзил два кинжала себе в плечи, бегом направляясь прямо к стене пламени. Массивный прилив ментальной энергии хлынул в два фрактала Циклического Удара, и Зак почувствовал смесь страха и предвкушения, когда два фрагмента действительно слились в бронзовую вспышку.

Рёв эхом разнёсся по арене, когда он ударил стену пламени изо всех сил, и создалась пятиметровая пустота, когда бронзовая искра вырвалась из его кулака и взорвалась яростным имплозией, которая просто уничтожила пламя, преграждавшее ему путь. Зак был переполнен ликованием от того, что наконец-то смог использовать бронзовую вспышку с пользой, но сейчас не было времени об этом думать, когда он прыгнул прямо к телепорту, который находился всего в двадцати метрах.