Барьер не выглядел повреждённым. На самом деле, дыра ощущалась как естественная особенность щита, и храм на самом деле, казалось, укреплял его.

Эсмеральда выглядела усталой, но ещё не закончила. Её горло вздулось, и она выплюнула два больших шеста, покрытых вязкой жидкостью из её чанов. Она воткнула их в землю, и руны, похожие на те, что были на её коже, загорелись на их поверхности.

— Готово.

Истощение Эсмеральды на этот раз явно не было притворным. Её чаны были почти пусты, и её аура казалась пустой.

— Отличная работа. Спасибо, — сказал Зак. — Мы можем просто войти? А как насчёт защиты внутри?

— Должно быть безопасно. Упоры у дверей предупредят, если что. Но, как я уже сказала, я не историк, — просипела Эсмеральда, прежде чем хлестнуть его человеческое тело своим языком. — Теперь я смогу видеть твоими глазами и предупредить, если что-то пойдёт не так.

Эсмеральда исчезла в своём святилище, вызвав мощный прилив Миазмы.

Зак медленно подошёл к входу своим человеческим телом, боясь, что нежить может что-то спровоцировать. Могучая вера, собравшаяся вокруг барьера, ощущалась, как бог, взирающий на него. Зак продолжал идти, опасаясь, что отступление обернётся для него неприятностями. Он прошёл мимо упоров у дверей и почувствовал, как появилась невидимая воронка энергии. А затем он прошёл через врата, стоя перед входом как Тамплиер.

Казалось, проснулись дремавшие воспоминания целой жизни. Зака наполнили вера и доблесть, вспоминая, как он сражался с врагами империи во всех восьми направлениях. Зак моргнул, и воспоминания о его жизни как Имперского Тамплиера исчезли. Они явно были сфабрикованы, но это не имело значения. Зак мог сказать, что этот опыт оставил на нём отпечаток, позволив порталу Эсмеральды создать личность и связать её с благословением.

Зак выдохнул и продолжил подниматься по ступеням. Большие арочные двери автоматически открылись при его приближении, но Зак остановился в нерешительности, увидев стену мерцающей пространственной энергии. Это был не барьер, а пространственные врата, подобные тем, что вели в Сумеречный Океан.

— Что? Ты думал, что эти маленькие здания могут вместить целый тренировочный центр без пространственных манипуляций? — усмехнулась Эсмеральда из безопасного святилища. — Главный собор вполне мог бы вместить целое искусственное Мистическое Царство.

Зак пожал плечами и шагнул вперёд, оказавшись в огромном атриуме. Он обернулся, с облегчением выдохнув, увидев мерцающие пространственные врата позади, прежде чем осмотреть интерьеры. В комнате было более сотни дверей, а также десятки стел с именами. В противоположном конце также были мерцающие врата, излучающие гораздо более сильные пространственные колебания.

Возможно, телепортация на дальние расстояния? Но куда?

Когда Зак сосредоточился на различных особенностях большого зала, он почувствовал неосязаемую запретную силу, не позволяющую ему присмотреться слишком внимательно. Единственным исключением был большой стол для обслуживания в центре и возвышенная платформа за ним.

— Это то самое место. Ты должен ступить на платформу и пройти сканирование. Это как вступительный тест в секту. После этого ты можешь начать выполнять испытания за дверями.

— Со мной всё будет в порядке? — прошептал Зак. — Я имею в виду, я смертный.

— Я могу помочь тебе притвориться, что у тебя есть какое-то сродство, на случай, если это потребуется для проверки.

Зак кивнул и направился к испытательной платформе, но он прошёл только половину пути, прежде чем его путь был преграждён.

— Император говорил, и я отвечал. Но вместо пророка через наши врата входит вор. Объясни своё присутствие.

Глубокий ужас передался через связь Эсмеральды, когда Зак бесстрастно уставился на расплывчатое гуманоидное существо, сформировавшееся перед ним. Оно содержало такое ужасающее количество энергии и веры, что душа Зака застыла. Только отчаянный крик в его сознании разбудил его.

— Почему в таком месте Вечный Слуга?! БЕГИ!

Глава 1195 Вечный Слуга

Предупреждение Эсмеральды было совершенно излишним, учитывая, что сама его суть кричала о смертельной опасности. Голос призрака перед ним был спокоен, но в её вопросе скрывалось леденящее душу намерение убить. Такое же он чувствовал от своей матери, когда она говорила о Системе или о тех, кто предал клан Кайар-Элу.

Зак больше всего хотел бы последовать настоятельным просьбам Эсмеральды и сбежать. Но осмелился ли он, зная, что бегство — это признание вины? Ему бы ещё повезло, если бы он добрался до ворот, прежде чем взрыв веры превратил его в освященный пепел.

Этот Вечный Слуга обладал силой, намного превосходящей Гегемонию, возможно, даже превосходящей любого в Зеции. И даже эта ужасающая сила казалась лишь верхушкой бездонного айсберга. Зак не был беспринципным вором, как Эсмеральда, которая могла исчезнуть, когда её разоблачали. Простая мысль могла уничтожить его команду, ждущую снаружи, и Зак не смел подавать никаких признаков через своё другое тело.

Кроме того, куда бежать? Барьер из Энергии Веры заблокировал выход. Хуже того, скрытый массив активировался, когда Вечный Слуга заговорила, запечатав его Космическое Ядро и Апертуру Души. Даже клеймо, удерживающее спасительную метку Сендора, было запечатано, не позволяя ему использовать одного старого монстра для борьбы с другим. Увидев это, Зак ощутил вспышку гнева, вспомнив неохотное лицо Сендора, когда тот передавал им эти метки.

Этот старый Дух Мира действительно обвёл его вокруг пальца. Зак уже обнаружил причину, по которой Йеселио так легко заблокировал его активацию. Дело было не в том, что Сендор предал его и поделился секретом с Небесами. Скорее, Сендор воспользовался недостатком опыта Зака, зная, что буква и дух просьбы Зака сильно различались.

У какого Избранника Сердца не было одной или двух спасительных отметок на теле? Локализация и нейтрализация их были важным аспектом битв не на жизнь, а на смерть между отпрысками высокоранговых сил. Это была постоянная битва, где противоборствующие фракции исследовали и заново изобретали свои печати, чтобы получить преимущество. Тем временем Сендор поместил свои печати прямо на виду, без защиты или маскировки.

Таким образом, Духу Мира не нужно было беспокоиться о том, что Зак активирует печать против могущественных чужаков, создавая нежелательные враждебные отношения. Только варвары на границе не смогли бы распознать печать такой, какая она есть, и Сендор не возражал бы спасти его от какого-нибудь местного Монарха.

Без какого-либо пути к отступлению или защиты Зак мог лишь прибегнуть к старым трюкам.

— Стой, стой! — Зак настаивал, доставая Жетон Цикла Двора. — Я не враг Империи или Тамплиеров! Я случайно раскопал эти здания, но мы думали, что они давно заброшены!

Использование жетона в качестве удостоверения личности казалось лучшим выходом. Это помогло ему выйти из подобных ситуаций внутри Маяка Центуриона, хотя тогдашние энергетические стражи были ничто по сравнению с этим так называемым слугой.

Раскрытие его родословной с большей вероятностью привело бы к обратному эффекту. Даже Зак не знал, присоединился ли Карз к Селвари в рамках заговора, или он действительно стал врагом Императора. Но для внешнего мира его предок публично был частью клана Синдрис на протяжении сотен тысяч лет и значительно помог им замедлить продвижение Безграничной Империи. Если этот слуга узнает Родословную Императора Пустоты, она, скорее всего, воспримет её как высокоприоритетного врага.

Это бесполезно! Эти слуги — безумцы, которые отказались от всего, чтобы служить. Их душа, их личность, даже реинкарнация! Их умы слились с безумным крестовым походом их Императора; с ними невозможно договориться.

— Порочное существо, изгнанное из низших планов, думает, что может понять наше начинание, нашу жертву? Дерзость.

Зак не успел отреагировать, прежде чем вспышка света предшествовала ослепляющей боли. Метка Эсмеральды была уничтожена, забрав с собой кусок плоти. Казалось, за атакой не стояло никакого Дао, и двойная конституция Зака обычно залечила бы такую рану в мгновение ока. И всё же Зак почувствовал, как от опалённой раны распространяются трещины, поскольку таинственная сила разрушала его изнутри. Его Скрытые Узлы сопротивлялись, но это мало помогало. Ему казалось, что он изгоняется вселенной, рассыпаясь по крупицам.

Что мне делать? — отчаянно спросила Зака его половина Драугра у Эсмеральды, пытаясь замедлить распространение.

Я же говорила тебе, беги, чего бы это ни стоило! Вечные Слуги стали частью веры, основанной на бесконечных завоеваниях, где каждый, кто не разделяет их цели, является врагом. Они почти бессмертны, но могут существовать только там, где существует Имперская Вера. Если ты сбежишь из Зала Службы, она не сможет последовать за тобой.

Не сможет?!

Что я знаю? Я говорю только по слухам. Я всегда была крайне осторожна, чтобы не спровоцировать эти штуки каждый раз, когда посещала места, где могла быть одна из них. И прежде чем ты начнешь жаловаться, это не моя вина! Вечные Слуги должны охранять только критически важные функции и святые реликвии Безграничной Империи, а не слоняться по давно забытым тренировочным лагерям. Наткнуться на одного из них было так же вероятно, как найти чистокровного дракона, спящего внутри храма.

Зак не успел задать что-либо ещё, поскольку его охватила волна слабости, которую он не чувствовал годами. Его связь с другим телом была разорвана, что ещё больше уменьшило его шансы на выживание. Пот струился по его спине, пока он держал жетон, молча перенося боль. Вечный Слуга посмотрела на жетон, и сердце Зака упало, когда она медленно покачала головой.

— Украденная доблесть и разнородность, паразит, пожирающий нашу историю.

По телу Зака пошли новые трещины, когда ограничительный массив камеры присоединился к ране, чтобы отвергнуть его существование. Зак знал, что у него не осталось вариантов, и из его тела вырвалась первобытная аура. Пустота задушила вторгающуюся силу, резко замедлив его медленную и мучительную смерть. Большой зал мгновенно покрылся деревьями из Вершины Джунглей, поскольку массив не смог сдержать Пустоту.

Навык всё ещё безжалостно разрывался скрытой силой камеры. Это не имело значения. Доли секунды было достаточно для Зака. Он наколдовал дерево над своей позицией, унося его прочь. Энергия Пустоты не смогла пройти сквозь барьер веры, преграждавший ему путь назад, поэтому он появился прямо перед пространственными вратами на противоположной стороне здания.

Его Пространственная Энергия была намного больше, и невозможно было сказать, что ждало по ту сторону мерцающей плёнки. Скорее всего, она бы вышла из строя, потеряв связь со своим другим концом. Бросить кости было лучше, чем оставаться. Его гамбит был как способом оценить её реакцию на его родословную, так и реальным планом побега — её реакция должна была решить, пройдёт ли он через врата.

Нарастающее Убивающее Намерение, которое почти исказило чистую природу огромной Энергии Веры, было всем ответом, в котором Зак нуждался. И всё же Зак не прошёл. Копьё, несущее море смерти и безграничной убеждённости, прорвалось сквозь барьер веры на другой стороне зала, словно он был сделан из бумаги.

Вперёд его толкала Жанна, излучающая непоколебимую веру, которая храбро боролась против гораздо более могущественной Имперской Веры, латентно излучаемой Вечным Слугой. Вера Жанны быстро превратилась в иллюзорного аватара, также направившего копьё на слугу, — способность, которую Зак никогда раньше не видел.

Всё в аватаре было размытым и пустым, кроме глаз. Они содержали море крови и горы трупов. Чудовищное накопление смерти и бойни заставило весь зал задрожать, вызвав нарушения в его массивах. Даже Вечный Слуга, казалось, восприняла угрозу всерьёз, сформировав сияющий щит, сделанный из чистой веры.

Иди!

Зак последовал отчаянным призывам Жанны, но не так, как она надеялась. Она хотела использовать какой-то скрытый метод, чтобы обменять свою жизнь на его, но его совесть не могла допустить такого. Это было не поле битвы, где смерть поджидала за каждым углом. Это он был слишком отчаян в погоне за властью, распечатав то, что должно было остаться похороненным. Как он мог позволить кому-то другому поплатиться за его жадность?

Безумие светилось в глазах Зака, когда он бросился к Вечному Духу для атаки клещами. Конечно, он не питал иллюзий, что их атаки смогут навредить этому существу. Однако у него было кое-что, что имело небольшой шанс создать брешь. Коробка, излучающая и Заслугу, и Мару, появилась в его руках, и он быстро начал снимать с неё печати.

Это была та самая коробка, которую Эсмеральда дала ему, когда они с Ловой впервые посетили его в Царстве Вечной Бескрайности, только что украв её из храма призраков, где он получил свои Азартные Бусы. Зак держал коробку при себе с тех пор, как получил её, время от времени наполняя её своим Дао, чтобы ослабить зловещие энергии внутри. Прошли годы, и его усилия едва принесли какие-либо результаты. Этого следовало ожидать, поскольку Лова сказала, что потребуются столетия работы, прежде чем это катастрофическое изделие сможет стать Дхармическим Инструментом.

Он никогда не думал использовать её в своих многочисленных отчаянных ситуациях. В конце концов, проклятый предмет явно обладал какой-то формой разумности, которая сопротивлялась его очищению. Скорее всего, он нацелился бы на него, а не на его врагов, если бы он снял печати. Однако это было лучшее, что он мог придумать. Возможно, вера и грех компенсируют друг друга, давая ему и Жанне шанс сбежать.

Ещё одна вспышка света развеяла все надежды открыть ящик Пандоры и развязать бурю взаимного уничтожения. Вечный Слуга доказала, что ни Пустота, ни скрытые козыри не имеют значения перед лицом величайшей силы. Зака перенесли к Жанне, и они были прижаты к земле под сильным давлением. Тем временем Вечный Слуга держала коробку, которая, казалось, пыталась вырваться из её хватки.