— Тебе не обязательно каждый раз так удивляться, — вздохнул Крута, вращая свою культивационную базу.

Сталь и пламя струились по его телу, подпитываемые его Космическим Ядром Среднего д-ранга. Иллюзорное пламя появилось у него на голове, распространяясь по торсу и в руки. Крута чувствовал, как его мышцы напрягаются от едва сдерживаемого разрушения, а горящий дух его предка, появившийся позади него, источал соответствующую свирепость.

Крута должен был признать, что, хотя пребывание рядом с его Мастером означало постоянные страдания, приобретения были более чем адекватными. Путь, который она осветила, или, скорее, пробила, обладал безграничным потенциалом, идеально соответствуя его сердцу. Даже преимущества, полученные от печати Непокорного Двора, бледнели перед перерождением, через которое она его провела.

— Маленькая Свеча, когда это ты стал таким уверенным? — усмехнулась безумная Верховная, засовывая лист в рот.

— Пожалуйста, зови меня просто.

Вселенная содрогнулась, и Крута увидел, как его жизнь пронеслась перед глазами, когда нить живого пламени промелькнула мимо него, войдя в горный хребет, где он провёл последние несколько месяцев. Пространство схлопнулось, Дао распалось, и Космос закричал, когда часть его ткани была навсегда потеряна в чудовищном пожаре. Крута застонал и упал на колени, его память была перекрашена огнём и кульминацией судьбы.

Это было не контролируемое разрушение его тренировочной площадки. Кусочек энергии вырвался сквозь зубы его Мастера, когда она жевала своё лакомство. Слава предкам, что она не почувствовала голода, пока он проходил свой прорыв. Его дух предка рухнул, отступив в глубины его Апертуры Души. Если бы это было возможно, его предок вырыл бы яму и спрятался внутри.

Кто когда-либо слышал о душе, горящей пламенем войны, которая боялась бы огня?

— А? Что это?

— Маленькая Свеча, — сказал Крута с покорностью. — Пожалуйста, зови меня Маленькая Свеча.

Он ненавидел прозвище, данное ему после пробуждения его Пламени Тысячи Войн. В то время он мог выпускать пламя только с макушки своей головы. Его дорогая Мастер смеялась десять минут подряд. Тем временем он был на полпути к порогу смерти, встречаемый предками, украшенными сочувственными улыбками. Затем его оттащили обратно, лишив окончательного побега из кошмара.

— Так странно, — усмехнулась Тысячепламенная, не обращая внимания на причинённые ею разрушения. Её лицо приобрело завораживающий румянец, когда она проглотила ужасное сокровище. — Вот это да.

— Так что насчёт небольшого отпуска, который Мастер обещал. Нет, я имею в виду уединения для усвоения учений Мастера.

— А? Перерыв? — сказала Тысячепламенная, её глаза расширились, пока она чесала ухо. — Это на меня не похоже. И зачем тебе перерыв? Тот факт, что ты ведёшь себя так уверенно, может означать только одно мои усилия принесли плоды. Мы должны подумать об интенсификации твоих тренировок. Ты недостаточно напрягаешься, если не чувствуешь, как тень смерти подкрадывается ближе.

Как и ожидалось, избежать катастрофы было практически невозможно с его Мастером. Не было смысла жаловаться или возмущаться её нарушенными обещаниями. Она не возражала бы против вспышки — на самом деле, она бы её приветствовала. Однако её награды за проявление мужества всё ещё преследовали его во снах. Он не мог поверить, что тосковал по наказаниям своей бабушки. Что такое свинья в сравнении с тем, чтобы быть брошенным в ужасающие царства, которые эта напасть собрала по всему Вечному Шторму?

— На самом деле, с тренировками придётся подождать, — с сожалением сказала прекрасная орчиха, зажигая небольшой огонёк надежды, вопреки здравому смыслу Круты. — Мы забираем маленькую Из. Я не могу допустить, чтобы ты выглядел как поджаренный окорок; это плохо отразится на мне.

— А? — сказал Крута, наконец-то увидев свет в конце туннеля. — Я прошёл?

— Не забегай вперёд. Только предки знают, достаточно ли сильна твоя судьба, чтобы присоединиться к семье, — усмехнулась Тысячепламенная. — Однако что-то изменилось, и нам нужно поторопиться.

— Это испытание?

— Твой маленький друг вмешивается в судьбу, — проворчала Тысячепламенная, на лице эксцентрика появилось лёгкое неудовольствие. — Он украл полгода у маленькой мисс, и судьба всё ещё находится в движении от его вмешательства. Ему повезло, что его маленький регион защищён Беспощадными Небесами.

Лицо Круты побледнело, он слишком хорошо знал судьбу тех, кто не угодил этой маньячке. Изолятор, в котором он проснулся, представлял собой лишь уголок галереи страданий в этом планетоподобном Космическом Корабле.

— Я уверен, у него были свои причины! Я даже готов поспорить, что это было случайно. Зак такой же глупый, как и я. Что он понимает в вмешательстве в судьбу?

— Какова бы ни была причина, нам нужно уйти раньше запланированного срока. Мы не можем оставаться в стороне, иначе судьба может выскользнуть у нас из рук. Я уверена, что остальные чувствуют то же самое.

— Остальные?

— Некоторые присоединились к вечеринке раньше. У других есть свои идеи, они надеются использовать боковые двери, чтобы ухватиться за хвост судьбы, — орчиха пожала плечами, поднимаясь на ноги. Она потянулась, создавая завораживающую рябь высеченных мышц. — Как я выгляжу?

— Совершенство, — прошептал Крута, его дыхание перехватило.

— Эта старушка ещё в форме, — засмеялась Тысячепламенная. — Если бы ты только знал, сколько вождей бегали за мной в былые времена. Может быть, мне стоит навестить некоторых из них, когда всё это закончится.

— Совет Красного Солнца был искоренён во время войны, — вздохнул Крута, вспышка горя и негодования мелькнула в его груди.

— Зачем так выглядеть? — сказала Тысячепламенная, закатив глаза, когда их окружение взорвалось. — Ты ведь не знал этих сварливых старых козлов. Они, вероятно, убили бы друг друга, если бы Вторые Небеса не добрались до них первыми.

— Просто. Племена были рассеяны, и теперь мы, по сути, подчинены Имперским Небесам, — с грустью сказал Крута. — Мы только становимся более зависимыми, в то время как наш угнетатель становится сильнее.

Его Мастер несколько мгновений ничего не говорила, пока они проходили через туннель пространственного пламени, но Крута заметил опасный огонёк в её глазах. — Судьба — хитрая штука. Накопишь слишком много, и тебя раздавит под её весом. Имперцы очень долго поживились провидением других. В конце концов, равновесие будет восстановлено.

Если вы столкнётесь с этой историей обратите внимание, что Сообщите об этом.

— Ты. — сказал Крута с надеждой, но застонал, когда болезненный щелчок по лбу сотряс его душу.

— Не смотри на меня. Даже Мастеру пришлось бы дважды подумать, прежде чем поджигать Небеса. Кроме того, Имперские Кланы помогли нам в трудную минуту. Было бы плохо для Эмпирейского Квадранта, если бы я создала проблемы.

— Скорее, воспользовались вашим конфликтом, чтобы расширить свои границы, — пробормотал Крута.

— И что? Враг врага, и всё такое. Если тебе это не нравится, сделай что-нибудь, — усмехнулась Тысячепламенная, когда пламя высадило их в саду. — Произведи хорошее впечатление, и у тебя появится шанс убить нескольких имперцев в ближайшие годы.

Крута не успел спросить, что это значит, прежде чем огромное давление чуть не раздавило каждую кость в его теле. Деревья перед ним исчезли, уступив место горе, горящей золотым пламенем — живой горе, чей взгляд угрожал стереть существование Круты.

— Это тот ребёнок? Лучше тебе не вести себя неподобающе с моей племянницей, иначе я.

— Малыш-Камень, ты вырос с тех пор, как я видел тебя в последний раз, — усмехнулась Тысячепламенная, когда всеразрушающая сила собралась в её кулаке. — Ты даже смеешь угрожать моему ученику.

Пламя уменьшилось, и гора превратилась в огромного голема в два раза выше Круты. — Подождите, Госпожа Валиса!

Эксцентрик Тысячепламенная ответила пылающим ударом, который отправил воющего голема в другое измерение.

— Мне не нравится это имя, — пробормотала Тысячепламенная, взглянув в сторону Круты.

— Ах, Кру. Маленькая Свеча ничего не слышал.

— Хорошо. В любом случае, то, что сказал Малыш-Камень, верно. Эруз Тайн была мне как дочь, так что Из можно считать моей единственной внучкой. Как я могла бы взглянуть в глаза Руру в будущем, если бы её ребёнок страдал под моим присмотром? Ты должен быть умным и бдительным.

Крута с готовностью кивнул.

— Она здесь. Иди, заставь меня выглядеть хорошо.

— Что? Как? — прошептал Крута, когда перед ними открылся огненный портал.

— Это идеально. Просто продолжай выглядеть глупо, и я буду выглядеть в лучшем свете.

Едкое замечание его Мастера стало далёким шёпотом, когда Крута безмолвно взирал на существо, выходящее из пламени. Он слышал слухи. Подумать только, они бледнели перед реальностью. Как Небеса могли терпеть такое прекрасное существо? Её появление было истиной, ниспровергающей естественный порядок.

— Госпожа Тысячепламенная? — спросило Небесное Существо, оглядываясь. — Дяди здесь нет?

— Просто зови меня Тётушка Валиса, — сказала Тысячепламенная с тёплой улыбкой, хватая руки новоприбывшей. — Вальдераак должен был кое-что уладить. А теперь посмотри на тебя. Какое красивое дитя! Я вижу в тебе Руру. И ты даже пробудила пламя своего отца. Как чудесно.

— Приятно наконец-то познакомиться, Тётушка, — она улыбнулась, заставляя Дао расцвести. — Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать ваши ожидания и усердную работу.

— Какие ожидания? — сказала Тысячепламенная с нежностью, которой не должно было существовать. — Просто хорошо жить достаточно. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем мы уйдём? Стоит ли нам навестить Лорда Мохзиуса?

— Я только что попрощалась с Дедушкой. Всё остальное готово, — сказало Небесное Существо. Она повернулась к Круте, который снова потерялся в её сапфировых глазах. — Вы ученик Тётушки Валисы? Тот, кто знает Зака?

Впервые в жизни Крута проклинал своего обходительного дедушку по другой причине. Почему он не мог использовать своё точёное телосложение и гладкие речи, чтобы очаровать другого человека? Тогда Крута тоже был бы человеком, увеличивая свои шансы на ухаживания. Болезненный удар подавил запретные мысли, и Крута внутренне поблагодавил своего духа предка за спасение от костра.

— Вы чем-то похожи на него, — продолжила Из Тайн с лёгкой улыбкой. — По обычаю, я должна называть вас Восьмым дядей.

Страх, сжимавший сердце Круты при ощущении взгляда его Мастера, намного превосходил то, что он испытывал во время своих многочисленных столкновений со смертью. Его душа дрожала, когда стены сжимались. Казалось, что Предки отвернулись от него через реку времени, проведя чёткую линию на песке, чтобы защитить племя. Даже Дао покидало его, не в силах вынести тяжесть его нового титула.

Крута никогда не чувствовал себя таким незащищённым и одиноким. Его инстинкты велели ему встряхнуть эту прекрасную катастрофу, прежде чем она убьёт его. Его мозг кричал ему, чтобы он пал ниц и молил о пощаде.

— Н-нет! Мы одного поколения, поэтому Госпожа Тайн не должна беспокоиться об обращении, — заикаясь, сказал Крута, довольствуясь тем, что потирал руки и жалко улыбался. — Было бы неестественно, если бы я стал дядей друга моего друга. Крута — это просто Крута. Или Маленькая Свеча, если Госпожа Тайн предпочитает.

Голова Из склонилась в раздумье, и Крута чуть не заплакал от облегчения, когда она кивнула. В то же время Крута почувствовал, что что-то потерял, когда её выражение лица неуловимо изменилось. Расстояние между ними внезапно показалось таким же огромным, как бесконечные степи.

— Я доставлю вас в Зецию. Вы также присоединитесь к моим подчинённым в их тренировках в течение следующего года, чтобы лучше подготовиться к кульминации судьбы. Взамен вы будете доступны внутри испытания, если мне понадобится помощь.

— Конечно! Спасибо, Госпожа Тайн! Крута будет усердно работать!

Крута отмахнулся от тревожного чувства, его сердце пело от предвкушения. Он преодолел препятствие, и ему нужно было выдержать ещё один год. К тому времени он должен быть достаточно силён, чтобы отвесить Заку заслуженный удар.

— Неплохо, — сказал Понел, не отрывая взгляда от пергамента перед ним. — Ты даже заработал Четырехзвездную Награду. Я не думал, что ты на это способен.

— Что?! Безликие Монархи идут за мной? Я даже не так уж много убил. Ну, может быть, в конце всё немного вышло из-под контроля, но это была не полностью моя вина, — сказал Ограс, его оправдания вызывали у него тревожное ощущение, что он превращается в того грубияна из дома. Он подавил ужасную мысль, сверкнув заискивающей улыбкой. — Наверняка достаточно одного слова от Вашего Превосходительства, чтобы снять приказ об убийстве?

— Ты прав.

— Мои искренние.

— 1474 Нексус Монеты ц-ранга, или сокровища эквивалентной стоимости, если предпочитаешь.

Ограс несколько мгновений тупо смотрел на юного убийцу, прежде чем покачать головой. — Неважно. Давление поможет обострить мои инстинкты.

— Так и будет, — согласился Понел. — Я получил известие от твоего покровителя. Срок изменился, и у тебя мало времени.

— Правда? — нахмурился Ограс, его интуиция подсказывала, что всё это из-за того возмутителя спокойствия. — Как мне попасть домой?

— Вот, — сказал Понел, бросая кристалл и Токен Телепортации.

Ограс просмотрел список имён и мест, не узнав ни одного. — Это?

— Цели. Такие люди, которые стали бы идеальным дополнением к тому маленькому подземному миру, который ты строишь, — сказал Понел с многозначительным взглядом.

— Э-э, ты это видел? — кашлянул Ограс. — Я просто.

— Мне всё равно. Он будет обладать впечатляющей силой, но будет навсегда связан строгими правилами и ограничениями. Одна ошибка, и тебя затянет, — сказал убийца. — Как эта головная боль может сравниться с простым ударом ножом?

Легко быть привередливым, когда сидишь на вершине лестницы, — внутренне пожаловался Ограс, хотя не показывал никакого недовольства на лице.