Казалось, не было ни рифмы, ни причины, по которой кого-то выбирали для испытания Законами. Это затрагивало как культиваторов, идущих по Безграничному, так и по Небесному путям. Некоторые выбирались только один раз; другие сталкивались с этим на каждом шагу. Это в большей степени затрагивало Избранников Небес и Эонические Семена, но были записи о Монархах второго ранга, ставших мишенью Четырех Опустошающих Трибуляций.

Казалось даже случайным, кто выжил, а кто погиб, хотя подавляющее большинство умерло. Зак не был удивлен, попробовав это на вкус. Вы не прошли бы через этот опыт без чего-то уникального, на что можно было бы опереться.

Те немногие, кто не был стерт, увидели бы преимущества, подобные Заку на Троне Искупления. Их Внутренние Миры были бы перестроены, улучшая их способность черпать энергию из Космоса. Этот избыток часто превращался в мощный импульс, который позволял избранным Монархам продвигаться по рангу.

Никто никогда не находил метода вызова Четырех Опустошающих Трибуляций, и не от отсутствия попыток. Следовательно, это считалось делом судьбы. На самом деле, термин Избранник Небес изначально произошел от этого явления, хотя его значение давно сместилось, чтобы включать любой талант, способный подняться над своим поколением.

После сегодняшнего дня Зак понял, насколько верным было это понятие. Те, кто столкнулся с Четырьмя Опустошающими Трибуляциями, вероятно, имели потенциал влиять на Судьбу и направление Эры, независимо от того, насколько мал был этот потенциал. Возможно, причина того, что он был мишенью так рано, заключалась в том, что он выбрал совершенно новый путь. Возможно, каждое небольшое Бутылочное Горлышко добавляло бы немного больше Законов.

Какое ядро у него будет после отжига его еще в двух раундах молнии, наделенной Законом? Любой Культиватор ц-ранга сошел бы с ума от зависти, если бы узнал, что он смог выровнять свое ядро с Законами трижды, прежде чем штурмовать Монархию. Это стало бы идеальной Основой для его Внутреннего Мира.

И все же Заку было трудно радоваться едва уловимым изменениям внутри Космического Ядра. Переоценивал ли он себя? Уже трижды ему требовалась помощь, чтобы пережить эти высокоранговые испытания. Сначала его Ядро Двойственности защитило его на Горе Озарения. Затем Лаондио спас его жизнь и силой открыл Путь Пустоты. На этот раз он смог собрать такой большой урожай только потому, что Система сдерживала большую часть силы Небес.

Что, если в следующий раз он совершит прорыв внутри Вечной Бури? Или в какой-то части Ультома, куда Система не могла дотянуться? Кто тогда должен был его спасти? Ему нужно было самому найти способ справиться с этой проблемой. Но как? Справляться с этим неумолимым стиранием в лоб казалось невозможным, особенно если оно будет постоянно появляться в начале его прорывов.

Не говоря уже о том, что его действия явно привлекали нежелательное внимание. Присутствие, смотрящее в его сторону через реку судьбы, не было ни Системой, ни Небесами. Это был культиватор, очень могущественный. Анти-кармическая защита его Ядра Двойственности почти была прорвана, несмотря на огромное расстояние между ними. Зак был почти уверен, что предотвратил раскрытие своей личности, но это не означало, что они ушли с пустыми руками.

Искали ли они его, или заметили что-то необычное и пытались выяснить, что именно? Зак нахмурился, открывая свой Экран Заданий. Ничего не изменилось, кроме исчезнувшего Задания Первый Шаг Судьбы. Он беспокоился, что каким-то образом снова приблизил испытание.

Зак покачал головой и снова встал. У него не было возможности расследовать это шпионское присутствие. Сангха была очевидным подозреваемым, учитывая, что они пытались связать его Кармой. Однако это могла быть любая старая фракция, которая следила за изменениями в реке судьбы. Зак мог только быть осторожным и держать ухо востро. Что ничего не меняло, учитывая, что он был в полной боевой готовности с тех пор, как заполучил первую печать Левого Имперского Дворца.

Зак повернулся к Жанне, которая стойко стояла на страже с копьем в руке. Он оставил ее на передовой, поэтому она, должно быть, вернулась, чтобы действовать как Хранитель Дао во время его пред-прорывной медитации. Смертельная Миазма просачивалась из-под земли, казалось, притягиваемая ее неподвижной фигурой. Это не было удивительным, учитывая объем бойни, которую это копье вызвало за последний месяц.

— Поздравляю, — сказала Жанна, подходя.

На ее лице не было ни тени удивления или замешательства. Тот факт, что он успешно вступил в Среднюю Стадию Гегемонии, был само собой разумеющимся, и незапланированное испытание не могло поколебать ее непоколебимую веру в него. Зак внутренне поморщился, увидев последний шрам на ее лице. Этот почти лишил ее левого глаза.

Он не знал, что и думать о трансформации, начавшейся после того, как она вышла победительницей из своего задания Носителя Печати. Различия поначалу были не слишком заметны. Казалось, она просто привыкала к своей новообретенной силе и передовой. Однако с каждой битвой, которую она вела, зловещая аура вокруг нее становилась все сильнее, а к счету добавлялись новые раны.

Прохождение испытания и захват Несгибаемой Печати показали ей путь вперед и подняли ее силу на следующий уровень. Однако она намеренно подавляла свой прорыв и продолжала оттачивать себя, ступая по краю между жизнью и смертью. К счастью, это скоро закончилось. Ее зловещая аура начала превращаться во что-то другое.

Энергия Веры, где он был целью. Жанна решила полностью принять путь, который позволял Безграничной Империи властвовать над всем творением, и ее путь уже распространялся среди Валькирий. Он уже видел намеки на ужасающую силу, принесенную ее верой. Ее Выносливость была далеко не такой, как у него, но она казалась почти неуязвимой, разрывая одного Гегемона Кан’Тану за другим в кровавых рукопашных схватках.

— Спасибо, — сказал Зак, снова проглатывая свои опасения. — Твой Домен стал сильнее?

— Когда Император процветает, процветают и его подданные, — сказала Жанна, наконец улыбнувшись. — Я совершу прорыв, как только мы убедимся, что ситуация стабильна.

— Хорошо, — кивнул Зак. — Как обстановка?

— Империя Этвуда была улучшена до Фракции Среднего е-ранга в Военной Системе двенадцать минут назад, — сказала Жанна. — Двадцать четыре часа начались.

Двадцать четыре часа относились к Массивам Полевых Сражений. После этого короткого окна они будут сопоставлять его армии с врагами на одну ступень выше, независимо от того, находились ли вы посреди кампании или нет.

— Открываются ли новые Фронты?

— Пока нет.

— Хорошо. Прикажи полный сброс и улучшение, — сказал Зак.

— Подожди, есть кое-что еще, — сказала Жанна, доставая Космический Мешок. — Я получила посылку прямо перед возвращением, вместе с запиской не ронять это тебе на голову? Я попросила квартирмейстера Боевой Крепости проверить ее на опасность, чтобы убедиться. Должно быть безопасно.

— Не ронять мне на. — пробормотал Зак, беря мешок, его глаза внезапно расширились от осознания.

Вентус Калаван. Их дуэль в Сумеречном Океане закончилась тем, что Золотой абакус Нумеролога упал ему на голову. Было ли это о их соглашении? Разве Вентус не должен был провести гадание только непосредственно перед тем, как они войдут в Наследие? Что-то должно было измениться. Зак хотел провести расследование, прежде чем улучшать Землю, но следующие слова Жанны полностью остановили его мысли.

— Более того, мистер Транг покинул свой пост три часа назад, передав командование своим зверем внуку. Он ушел в терминальное уединение.

Глава 1185 Смертельное Уединение

— Смертельное уединение? — с нехорошим предчувствием сказал Зак, пытаясь вспомнить последние отчеты старика. — Этого не может быть. У него должно быть еще столетия жизни.

Почти любой прорыв нес в себе очень реальный риск смерти, но Смертельное уединение относилось к конкретному сценарию. Оно означало стареющих культиваторов, достигших бутылочного горлышка, которые решались рискнуть всем, прежде чем их продолжительность жизни иссякнет. Это была последняя, отчаянная авантюра, чтобы отвоевать часть долголетия у Небес. Они либо совершали прорыв, либо умирали.

— Он ведь не стремится к Гегемонии, верно?

— Нет, не к ней. Мистер Транг все еще находится на Позднем е-уровне, — вздохнула Жанна. — Я навела справки. Оказалось, он заключил сделку с одним из наших капитанов, обменяв местные очки вклада на пилюлю в Общей Бирже Заслуг. Ты же знаешь, какой он был в последнее время.

Зак медленно кивнул в знак поражения. Сап Транг всегда чувствовал вину за то, что не присоединился к войне, и эти чувства только усиливались по мере роста числа погибших. Зак и многие другие пытались заверить его, что все в порядке. Роль Сапа Транга в последнее время на самом деле становилась все более и более важной. Число Королей Зверей в океанах росло с каждым днем, и он был лучшим кандидатом для поддержания порядка, когда прибрежные гарнизоны опустели для борьбы с Кан’Тану.

Он не слушал. Или, возможно, точнее будет сказать, что он слишком хорошо слушал. Он начал почти самоубийственный поход против дикой природы Земли, словно пытаясь загладить вину. Зак видел, как старик мог пойти на что-то столь радикальное, столкнувшись с угрозой планетарного улучшения.

— Что за пилюля?

— Пилюли Горящей Юности. Он уже принял ее.

— Вот дурак, — простонал Зак.

Пилюли Горящей Юности были пилюлей принудительного прорыва для тех, у кого ограниченный потенциал или исчерпанный импульс. Она давала небольшой шанс повысить свою расу и, как следствие, вновь разжечь импульс. Однако цена пилюли была прямо в названии — вы жертвовали своей продолжительностью жизни ради шанса возобновить свое путешествие. Даже если прорыв удавался, вы едва ли получали какое-либо долголетие из-за высокой цены.

А если прорыв не удавался. Это было поистине Смертельное уединение, если эта пилюля была задействована.

С такими ужасными недостатками пилюля даже не заслуживала того, чтобы появляться в Ограниченном Обмене. Это был обычный товар, стоящий всего несколько тысяч очков Заслуг. Хуже того, Пилюли Горящей Юности не были предназначены для пожилых людей, что должно было быть очевидно из ее названия. Их долголетие было слишком слабым, даже если у них технически оставалось много лет.

Зак вздохнул. Он уже предлагал старому рыбаку гораздо лучшие пилюли, но Сап Транг всегда говорил, что в этом нет необходимости. Почему этот упрямый старик не связался с ним, если передумал и захотел вновь разжечь свой импульс? Зачем он сам состряпал такой безнадежный план?

— Пройдут десятилетия, прежде чем мы увидим массовый рост популяций Королей Зверей, — пожаловался Зак. — Он слишком торопится.

— Капитан, который предоставил пилюлю? — спросила Жанна, увидев омраченное выражение лица Зака.

— Он не нарушал никаких правил, — махнул рукой Зак, чувствуя иную усталость, чем от своего прорыва.

Зак ничего не мог сделать, если Сап Транг уже съел пилюлю. Малейшее отвлечение могло привести к катастрофе. Зак даже не мог добавить никаких массивов или сокровищ в его окружение, так как изменение могло вывести старика из равновесия.

— Теперь все зависит от судьбы, — сказал Зак, закаляя свое сердце. Миллиарды людей зависели от него, и он не мог отложить все в сторону из-за решения своего старого товарища. — Отправь Лили и Верану к Малышу Бау. Возможно, они смогут помочь, если что-то случится и Кракен взбесится.

Жанна кивнула и отдала несколько приказов через свой Кристалл Коммуникации, пока Зак обратил свое внимание на Космический Мешок. Внутри была коробка с необычной печатью. Зак вынул ее, несколько мгновений осматривая, прежде чем понял, что происходит. Он наполнил ее энергией в определенном порядке, по сути, воссоздавая поток их дуэли.

Коробка щелкнула, открывшись, обнажив письмо и информационный кристалл.

Ты стал пламенем, ведущим судьбу по неизведанному пути. Однако некоторые константы остаются в постоянно меняющихся расчетах судьбы. Я заглянул за завесу и надеюсь, что мои находки помогут тебе в твоем задании. Твое путешествие связано с двумя внешними переменными. У тебя есть 403 дня, прежде чем окно закроется. Увидимся на другой стороне.

Зак повернулся к кристаллу, и его глаза затуманились, когда его разум наводнили тысячи и тысячи связанных приказов. Ему потребовалась больше минуты, чтобы даже понять, что он видит.

— Нам нужно изменить расписание?

— Нет, это касается чего-то другого, — сказал Зак, передавая кристалл. — Убедись сам.

Жанна вскоре нахмурилась, столкнувшись с огромным объемом данных. — Такая детализация. Но какова цель микроменеджмента наших фронтов до такого уровня? И в этом направлении? Мы потеряем миллионы очков Заслуг Фракции, независимо от того, какой путь выберем.

Помоги мне в моем задании, — размышлял Зак, держа письмо. — Думаю, я понимаю. Ты ведь еще не отозвала армии, верно? У нас есть какие-нибудь активные фронты в Зурбор Секторе?

— Восьмой, — кивнула Жанна. — Ты слишком высокого уровня, чтобы туда войти сейчас.

— Я знаю, но ты можешь, — сказал Зак, вручая Маяк Центуриона. — Возьми это и отправляйся на Восьмой фронт. Затем иди на нашу станцию набора в Империи Олбрайт и сделай то же самое.

— Я вернусь через двадцать минут, — заверила Жанна после того, как Зак показал, как активировать трекер.

— Спасибо. Не дай никому увидеть, что ты делаешь, — сказал Зак. — Лучший мир будет ждать тебя, когда ты вернешься.

Жанна ушла, чтобы проверить догадку Зака, пока он отдавал приказы о наступлении, исключая только Восьмой фронт из сброса. Отклик был почти мгновенным. Туман, окутывающий долину, сгустился, когда из земли вытекло больше энергии. Тем временем в ночном небе сформировались мерцающие полосы Дао, осыпая горы эфирным светом.

Зак подлетел к одной из разбитых вершин, любуясь зрелищем. Цвета казались яснее, воздух свежее, а Дао никогда не было так близко. Изменения были наиболее очевидны в энергетических горячих точках, таких как его остров, но подобные картины должны были появляться по всему земному шару. Земля была окутана Единым Дао впервые с момента интеграции, хотя на этот раз это был лишь краткий визит.