— Что случилось? — спросил Зак, открывая дверь.

— Всё в порядке, — сказала Валькрия и передала Информационный Кристалл. — Администраторы сказали, что ты просил информацию, и они закончили её сбор.

— О, уже готово? — с волнением сказал Зак, временно отложив загадки Тома Чужие Боги.

Это был полный список текущего Ограниченного Обмена Среднего д-уровня. Поскольку его прорыв был не за горами и у него была гора Заслуг, Заку нужно было решить, стоит ли раскошеливаться в магазине Раннего д-уровня или приберечь деньги для магазина более высокого Грейда. В конце концов, дефицит ресурсов в Зеции становился экспоненциально более заметным на каждом этапе Гегемонии.

Зак кратко просмотрел содержимое, возвращаясь в свою Камеру Культивации, внезапно остановившись на полпути. Его губы дрогнули, когда он взглянул на потолок, или, скорее, на Систему, скрывающуюся в небе. Она не могла ждать ещё одного укуса?

Предметами были Осколок Забвения и Фрагмент Творения, каждый из которых оценивался в очень разумные 250 000 Заслуг. Их описания были достаточно зловещими, чтобы оставить их в покое, называя их проклятыми и одержимыми Бессмертной Волей, которая разъест разум. Это могло бы объяснить, почему они оставались нетронутыми до сих пор, если бы не примечание, указывающее, что они были добавлены всего четыре дня назад. Сразу после того, как он покинул башню.

Это казалось такой очевидной приманкой, что Зак был склонен отвергнуть эту идею из принципа. Однако различные нити начали сплетаться в план. Маяк, Чужие Боги, Колокол Эпиклесиса, и теперь Реликвии и шанс на Атавизм. Возможно, был способ разобраться со всеми этими вопросами одним махом. Заку придётся стать намного сильнее, прежде чем осуществить такой опасный план. Ему также нужны были способные помощники и несколько козлов отпущения, чтобы проложить путь и принять на себя последствия.

К счастью, он знал именно таких людей.

Глава 1176 Свет из Тьмы

Бурлящая нефть верхних морей создавала тошнотворное зеленое световое шоу над продуваемым ветрами хребтом внизу. Отсутствие звука, вызванное текущим табу региона, усиливало калейдоскопические мучения, но Ограс предпочитал это тому, чтобы любые другие его чувства были запечатаны. Нападающие в любом случае не издали бы ни звука перед атакой, а необычный свет от ядовитых морей рассеивал большинство навыков маскировки.

Разрывающая боль наконец утихла. Ограс сплюнул, отзывая свои иллюзорные нити жизни из окружающей среды, вырывая при этом рунический кинжал из груди врага. Приспешники, созданные с помощью Таланта Родословной Сдвигающегося Сновидца, могли стать его истинным телом в случае смертельной засады. Похоже, сегодня в этом не будет нужды.

В окрестностях не было ни движения, ни признаков новых безликих безумцев, хотя это мало что значило. Это был не первый случай, когда Мировое Познание не смогло разоблачить этих бесстрашных убийц, несмотря на то, что это был навык разведки Верховного уровня. Ограс думал, что его горизонты значительно расширились после многих лет борьбы в Царстве Вечной Бескрайности. Месяцы болезненных и смертельных уроков доказали, что всегда есть чему учиться.

По крайней мере, преимущества соответствовали опасностям. Ограс никогда не слышал о таком царстве, как это проклятое место. Как может существовать мир под надзором Небес, где фундаментальные функции, такие как Энергия Убийства, извращены? Как Безжалостные Небеса могли терпеть то, что вместо этого предоставляло Погребение Сердца? Кража основ убитых для закалки своего Сердца, Души и Тела была ужасно близка к еретическим методам Кан’Тану и подобных культов.

Ограс все еще не был уверен, стоит ли благодарить или проклинать таинственного убийцу, который бросил его здесь. Ну, не таким уж и таинственным он оказался. Не потребовалось много усилий, чтобы узнать, что его нового учителя звали Понел Пустори. Это имя было известно каждому убийце, с которым он сражался с момента входа в Погребение Сердца. Некоторые даже посещали его родной мир в рамках паломничества, оставляя красный отпечаток руки на стенах его двора.

То, что личность убийцы раскрыта, обычно означало смерть, но Понел был исключением из правил. Ограс не мог винить родственников бесчисленных жертв Понела. Кто был бы настолько глуп, чтобы искать мести у одного из четырех известных убийц, которым удалось свергнуть Верховного с его трона? Можно было бы пропустить посредника и самому отправиться в Междумирье.

Знаменитое или нет, руководство Понела оставляло желать лучшего — никаких объяснений или подготовки перед тем, как бросить его в эту яму с баргестами. Ограс содрогнулся при воспоминаниях о своих первых днях после прибытия. До того, как он понял правила выживания, меняющиеся табу, добавляющие неопределенности и опасности, или как извлечь выгоду из зловещих благословений этого царства.

Ограс поначалу неохотно, но у него не было особого выбора, кроме как принять участие. Его ядро только сформировалось, и в этом безумном мире скрывались тысячи состоявшихся Гегемонов. Это была еще одна отметка в его пятнистой Карме, но что с того? Он уже был так глубоко в долгах, что несколько новых добавлений мало что изменили бы.

Довольно долго. Но это значит, что этот хорош, — весело напевал К’Рав, глядя на павшего убийцу, как на аппетитное блюдо.

Ограс хмыкнул в знак согласия, посыпая тело пылью, разъедающей трупы, пока гоблин извлекал его душу, прежде чем она могла рассеяться. Понел был настоящим ублюдком. Ограс думал, что наконец-то насладится покоем и тишиной после многих лет непрекращающейся болтовни К’Рава, но обнаружил, что печать Флага Теневой Войны ограничивается пойманными духами. Надоедливый гоблин мог приходить и уходить, когда ему заблагорассудится.

С другой стороны, было бы невозможно расшифровать древние письмена, скрытые по всему Погребению Сердца, без помощи К’Рава, что дало ему столь необходимое преимущество над конкурентами. Выдерживать саркастические замечания было небольшой ценой за жизнь и силу.

Каскадные волны негодования давили на его рассудок, когда еще одна душа добавилась к нарастающей волне внутри флага. Приступ тьмы охватил его, отличаясь от агонии еретического очищения или потерянных отрезков времени, когда его альтер-эго брали верх.

Это была тьма, с которой нужно было бороться изо всех сил, так как поддаться означало присоединиться к рядам его Армии Теневой Войны. Мучения ослабли, и Ограс прерывисто вздохнул, приходя в себя. Две секунды потеряны. Неплохо, но и не великолепно. Ограс погрузился в тени, выбирая путь наугад. Если он не знал, куда идет, то и кинжалы, прячущиеся во тьме, тоже не знали.

Ограс больше всего на свете хотел отдохнуть после месяцев оглядывания через плечо, после смертельной игры в кошки-мышки с другими участниками. К сожалению, он боролся со временем во многих отношениях. Понел дал ему год в Погребении Сердца. Половина этого времени прошла, и еще многое предстояло сделать.

И у Ограса было предчувствие, которое с каждым днем казалось все более вероятным. Если он не завершит трансформацию здесь, скованные духи поглотят его. К этому моменту почти все души внутри Флага Теневой Войны были заменены Безликими Убийцами, и их число увеличилось в несколько раз. Понел не лгал, когда сказал, что это идеальное место для создания армии.

Ограс боялся, что его неортодоксальные методы культивации выделят его как бельмо на глазу и привлекут надзирателей тренировочной площадки. Смехотворно. По крайней мере, две трети этих безумных ублюдков практиковали различные формы еретической культивации. Остальные были не лучше. Количество Непристойной Кармы, которую они несли, было достаточно сильным, чтобы затмить небо, делая его увлечение неортодоксальностью лишь невинным увлечением.

Знал ли Понел, что план для Флага Теневой Войны обречен на провал, когда он намекнул? Нет, как мог он? Он, должно быть, думал, что такие мерзкие ауры хорошо подойдут к такому мерзкому оружию. Понел не должен был понимать, что неортодоксальные души необходимы для превращения флага в ортодоксальное оружие, которое не будет накапливать кармический долг каждый раз, когда оно используется.

Даже Ограс не понимал этого сначала. До тех пор, пока они не расшифровали первый набор письмён. Первоначальный план Ограса состоял в том, чтобы превратить накопленный грех в иллюзию, заменяя тьму светом, когда реальность становилась фантазией. Однако, даже если безумный план, разработанный под руководством Ультома, имел право на существование, это была лишь часть головоломки. Лучшая ложь содержала зерно истины, а самые сильные иллюзии основывались на чем-то реальном.

Флаг Теневой Войны нарушил Законы, когда поймал души, которые должны были вернуться в космос. Равновесие было нарушено, и преступление будет только усугубляться по мере того, как флаг будет расти и все больше влиять на реку судьбы. Ограсу нужно было генерировать заслуги, если он хотел извратить грех действия флага. Разрозненные упоминания говорили о жестоком пути духовного каннибализма.

Если практика еретического метода шла против естественного порядка, то уничтожение всех других практиков поможет восстановить равновесие. Грешите сколько угодно, пока вы применяете тот же закон, что и нарушаете. Этого не хватало Флагу Теневой Войны, что мешало ему преобразить свою врождённую природу.

Впредь он станет чистилищем, наказывающим тех, кто пошел против Небес. Он будет генерировать заслуги, не давая еретикам нарушать Законы дальше. Чем грязнее Карма тех, кого он поймал, тем выше шанс на успех.

Ему оставалось только выжить до тех пор. Он не приблизился к уровням пойманного греха, необходимым для работы его плана, и К’Рав был в годах от промывания мозгов упрямым убийцам. И все же каждый грешник, которого он добавлял в свою тюрьму, увеличивал его духовное бремя. Сдаваться тоже было нельзя. К’Рав был прав. Его судьба теперь была неизгладимо запятнана, раз он встал на этот путь. Ему придется довести его до конца, иначе негодование поглотит его.

Ключ к успеху, или по крайней мере к выживанию, можно найти в Погребении Сердца. Четвертый из семи рунических кинжалов должен быть где-то поблизости, следующий фрагмент Красной Руки Авинаса. Один из семи сильнейших методов, разбросанных по тренировочному царству, и наследие, оставленное его наставником. Упрощенная версия, которую он практиковал, владея руническими кинжалами, уже переворачивала его понимание возможного и позволяла ему продвигаться намного быстрее, чем другие испытуемые.

Понел, вероятно, не преувеличивал, говоря, что его основы были слишком слабы, чтобы выдержать его методы. Метод закалки был ключом к выживанию его истинного наследия, давая ему силу и стойкость, необходимые для того, чтобы вывести Флаг Теневой Войны на свет. Он действительно станет Сувереном Теневой Войны, правителем подземного мира, который охраняет порядок сталью и кровью.

Природный хищник для этих проклятых сердцем ублюдков.

Пора.

Глаза Пералы медленно открылись, буря в ее сердце отражалась на скверне, опустошающей ее Внутренний мир. Она ненадолго подумала использовать свои травмы в качестве оправдания, чтобы избежать столкновения с реальностью, но вскоре отвергла эту мысль. Река судьбы будет продолжать течь, не заботясь о ее мыслях по этому поводу. Как она могла не быть рядом со своим учеником в это время?

Вспышка гнева разгорелась в сердце Пералы, когда она разорвала проход. Почему этот молодой человек настаивал на создании проблем? Почему он должен был украсть то немногое время, что им оставалось? Если бы не он, разве ее старые друзья не были бы живы сегодня?

Перала скорректировала свое ментальное состояние, прежде чем оно повлияло на ее Внутренний мир. Было легко винить Закари Этвуда за бездумное подливание масла в бушующий огонь войны. Однако ничто не говорило о том, что им было бы лучше, если бы судьба Маяка Центуриона пошла в другом направлении. Тем не менее, было трудно полностью стереть зерно негодования, когда она ступила в маленький двор.

Они все еще находились внутри Боевой Крепости, но массивы и листва создавали иллюзию загородного поместья, далекого от бед передовой. Истина не могла быть скрыта от чувств Пералы. Пустые камеры культивации, монахини, помазывающие немногих павших, оставивших тело для упокоения. Подавленная атмосфера армии, чья вера в победу была подавлена превосходящей силой.

В-Ваше Преосвященство, — заикаясь, сказала Вай, вскочив на ноги.

Мастер! Вам не следует расхаживать с вашими ранами! — засуетилась Лейара, поспешив к ее стороне, ее глаза широко раскрыты от беспокойства. Что случилось? Он вернулся?

Нет, он ушел, — сказала Перала с нежной улыбкой, скрывая боль в своем сердце.

Так много людей погибло в том внезапном взрыве насилия. Перала все еще видела пылающие глаза Кантаджи, когда она стояла у неподвижного тела своего мужа, ненависть горела в ее сердце, когда она боролась с суровой реальностью своей неполноценности. Сколько в Зеции могли противостоять Главам Кан’Тану? Десять, может быть.

Недавно вознесшийся Монарх был ничто перед ними, и четыре Главы были развернуты, чтобы сломить наступление Альянса и волю Зеции. И они были лишь закуской, используемой для выманивания настоящих целей.

Лорд Кан’Тану не сможет снова появиться в течение некоторого времени. Наша последняя атака достаточно дестабилизировала его Внутренний мир, чтобы заставить его вернуться в уединение. Он не может оставить ни единого пятна на своих основах с этим чудовищным проклятием, которое он взращивает.

На самом деле, их жертва купила им всего год или два, и это стоило им четырех самых мощных Хранилищ Дао, скрытых в их секторе. Не будет Эймона Драворока, Тасила Олбрайта или Апосто Хелиофоса, чтобы отбросить его назад. С другими жертвами, Зеция потеряла более 30 могущественных Монархов, чтобы убить одного Главу и выиграть время. Она должна была быть отстраненной от этой мирской борьбы, но сердце Пералы истекало кровью, видя, как угасает мерцающая надежда ее дома.